Дворянин. Книга 1. Часть 1

– А ты знаешь, Дмитрий Иванович, что оконное стекло царь очень хвалил и приказал увеличить выпуск – запустил пробный шар в мою сторону Мальцев.

– Да откуда же – улыбаюсь я. Ясно, опять сватать будет. – Сильно покупают?

– Почти всё за границу идёт в Англию и Голландию – Иван Акимович и внимательно смотрит на меня.

– А что наши? – ну вот так всегда. Своё всё лучшее за границу…а себе что останется.

– Наши думают…до весны – теперь уже усмехнулся Мальцев. Какой неоднозначный ответ, понимай, как хочешь.

– А фильтры? – мне если честно, то это интересно больше. Всё таки это техническое воплощение.

– Тоже берут, но не так хорошо. Да и царь-батюшка к нему отнёсся с прохладой, но приказал медикусам разобраться, полезная это вещь или нет.

Ну, это будет долго, а в столице тем более. Умные купят, а дураки может быстрей сдохнут. Хотя я думаю, что в купеческой Москве, где уже проблемы с чистой водой оценят быстрее.

Дальше пошёл обычный светский трёп, кто с кем и когда, который мне абсолютно не интересен, всё равно я никого не знаю. Потом заговорили о политике. Что царю все эти революции в Европах очень не нравятся. С Наполеоном Третьим что-то он там тоже не поделил. Собирается послать войска и разогнать их там всех, плётками. Наивный. Вон в газетах об этом уже напечатали.

– Ну а вы как считаете, Дмитрий Иванович? – обратился ко мне Зотов.

И за столом наступила тишина. Скорее всего, моё прошлое выступление в доме Мальцева дошло и до собравшихся за этим столом.

– А сколько это будет нам стоить материально и ещё в русской крови? – спрашиваю их. И пристально смотрю на них.

– Вы это к чему? – осторожно спрашивает Орлов.

– А к тому господа, что наша Отчизна и так не богата, а народ крайне беден. Почему это мы должны, да ещё и за свои же деньги, наводить порядок в этих Европах?

– Да, но мы так можем опять получить большое восстание в Польше. Как было уже не раз – говорит Мальцев.

– Кому нужен порядок в Европе? – Газету, я тоже читаю, и за событиями слежу. – Габсбургам, пусть платят и нанимают наёмников. Пусть даже наших солдат, инородцев, и страна тогда выиграет, а не проиграет – отвечаю. А ещё лучше кавказцев нанять и туда их всех переправить, а назад пусть сами добираются.

– Да…неожиданно…Но наши генералы будут категорически против – говорит Зотов – с вами никто и никогда не согласится.

– Да наши адмиралы и генералы и так ничего не могут и не умеют. Вспомните хотя бы нашествие Наполеона – отвечаю на это. Чем повергаю собравшихся в шок.

– Как-то это непатриотично и…нехорошо. И, слава богу, что они вас не слышат. А то одной дуэлью можно и не отделаться…Сибирь – говорит Новак.

– Зато честно. А то у нас после Суворова, ни одного толкового генерала не было…да и нет – припечатываю. Рассуждаю как старый генерал, вот поэтому мой ответы и не воспринимаются собравшимися.

– Да откуда вы знаете? – спрашивает Орлов, держа рюмку.

– Так подождите. Вы, Дмитрий Иванович, считаете, что в Европу нам идти не стоит? – интересуется Мальцев, перебивая остальных. А то точно может скандал случиться.

– Не знаю. Может и стоит. Но только не за тем, как считают наши генералы и царь – в задумчивости я.

– Вы уж просветите…нас – возмущается Зотов.

Вот напали, один Мальцев нейтрален, но скорее по другой причине. А винить надо себя и свой длинный язык. Кто я для них? Непонятный юнец, пригретый миллионщиком.

– А чтобы банально их грабануть. Тогда не бастовать, а работать им надо было бы – отчеканил я. Меня уже буквально понесло. За долбало это преклонение западом, а в это его ещё больше.

– Но позвольте – пытается возразить Веберг.

– Не позволю. Скажите, что тут делали крестоносцы, а татары, османы, а Наполеон? Почему им всё можно, а нам нельзя? Или вы, все забыли… как воины Наполеона грабили церкви… а они же христиане… были – хотя я тут тоже не прав. Российская империя тоже поприхватывала себе не принадлежащие ей территории, а после ассимилировала. В общем все этим занимались…кто успешно, а кто и нет.

– Вы-ы рассуждаете, как разбойник с большой дороги – обвиняет меня Торопин, строго смотря на меня.

– С большой дороги разбойники – это Англия с Францией, которые грабят колонии и ради этого уничтожают целые народы. Или вам напомнить, как Англия ведёт себя в Ирландии, или в Африке, или в Индии. Или как Франция ведёт себя в Алжире и Марокко. А сколько из Африки вывезли и вывозят рабов на американский континент.

– Но там же дикари? – говорит Веберг.

– Ну-да… Бремя белого человека – правда, тут такое выражение ещё не знают. Киплинг это стихотворение ещё не написал. – Там дикари, тут у них варвары… поэтому мы идём к вам. Правда с солдатами и пушками, но без них страшно… а там всякое бывает – подыгрываю себе интонацией голоса. – Вот только как их пираты и грабители становятся лордами и дворянами и откуда у них деньги, говорить вслух у них никто не хочет – перебиваю я.

А вот такого, от меня они явно не ожидали. «Съели», что называется.

– Вы бы свои мысли попридержали, Дмитрий Иванович. А то слишком они… радикальные и… неприятные – предостерегает Мальцев.

– И вольнодумные… и даже очень – соглашается с ним Зотов.

– Как скажите – я поднимаю ладони и улыбаюсь, показывая, что иду на мировую.

Дальше застолье превратилось в банальную пьянку. Гостей в тепле окончательно развезло. Один Мальцев почти не пил, а только пригубит рюмку и поставит обратно. Слуги проводили гостей в комнаты по двое, я сразу об этом честно предупредил. С недоделанным туалетом тоже разобрались. Некоторым пришлось спать на полу. Моя недоработка, надо раскладушки делать, матюгнулся я. О-о…а ведь это идея.

– Не желаете помыться, Иван Акимович? – чтобы не молчать и произвести приятное впечатление.

– Опять удивить хочешь? Как в Людиново? Нет? Ну, показывай – Мальцеву тоже наш спор не сильно понравился…но по моему «безвозмездно» взять деньги в Европе он тоже не против. Ну-да. У него как промышленника постоянная нехватка средств.

Дальше я показываю свой душ, как смешивать горячую и холодную воду в резервуаре. Ну и объясняю элементарные вещи для человека двадцать первого века.

– Полотенца свежие я вам дам, но чистого нательного белья, извините, нет. Зато спать будете хорошо и не надо кучей одеял укрываться. Да и новое бельё я вам постелю – а заодно радушно показываю свои покои.

– У меня всё есть. А где я буду спать? – несколько удивлён Мальцев.

– На моей кровати – отвечаю. – Не переживайте я себе место найду, в своём-то доме. А потом вы старше – и уже улыбаясь – батюшка. – В этом нет ничего такого, просто это обращение младшего к старшему.

– Ну, раз так – улыбается Мальцев – неси своё полотенце. Будем пробовать твои римские придумки.

Смотри, знает, про римские термы…

– Благодать – сидя в восточном халате, который был у него в вещах, попивая отвар трав с сушеными ягодами и заедая мёдом, Мальцев. – А я тебе в подарок чаю и кофе привёз.

– Вот спасибо, очень…очень любезно с вашей стороны – вот этому я действительно рад.

– А чего у тебя самовара нет? Живешь в Туле, а самовара нет? – удивляется магнат. У меня для современников по их понятиям много непривычного. Агентируюсь на вещах, которые они не считают важными.

– Руки не дошли, а вернее деньги. А с другой стороны, зачем он мне? – пытаюсь донести свой образ мышления.

– Что так плохо? Так иди ко мне на службу, предложение в силе…нет. Ладно, ты подумай до завтра. А где Фёдор? – интересуется Иван Акимович.

– Я его в Гусь-Мальцевский послал – всё то ему надо.

– Зачем? – тут же насторожился магнат.

– Да вот, придумал я тут осветительный прибор. Вот хочу сделать и продать привилегию – честно отвечаю.

– А почему не мне? – крайне удивлённо Мальцев.

– А вам-то он зачем? Там стекло стоять будет с ваших заводов, а остальные работы мастеров по самоварам – теперь уже я удивлен заинтересованностью Мальцева. Ему что своих дел не хватает.

– Рассказывай и всё подробно – подобрался Мальцев.

Рассказываю всё как есть и почему я считаю, что не надо ему выпускать сами лампы, а только само стекло.

– И всё равно я не понимаю, почему я должен отказаться от такого производства? – сомневается Мальцев.

– Да вам со стеклом проблем разве мало? Да, лучше бы вы стеклянные игрушки на ёлку к Новому Году…как у Ангела сделали – начал я лихо, а по мере высказывания понял, что ляпнул лишку, и начал выкручиваться.

– А это что такое? Рассказывай – ещё более подобрался собеседник.

Пришлось придумывать на ходу, но вроде вышло гладко.

– И если уж хотите к производству ламп приступить, то лучше в переработку нефти. Я же хочу устроить аукцион – он даже попросил посмотреть на мои поделки. – Вот только, как керосин делать, я не знаю – подвел итог.

Хотя примерно и догадываюсь, но и все козыри сразу, я выкладывать не собираюсь. И так, он меня заставил крутиться, как юлу.

– Любопытно. Надо это хорошо обдумать. Пошли спать – подводит итог Мальцев. Похоже у кого-то будет бессонная ночь.

Ночевал я конечно на кухне, на полу. А с утра помчался к самоварщикам заказывать раскладушки. Сам же подумал, может денег у Мальцева занять? Нет лучше у Новака. Вернулся к завтраку.

Удивительно, но на завтрак все довольствовались гречневой кашей с привезённым и мелко порезанным окороком, сыром, маслом и только что испечённым хлебом.

– Что-то Дмитрий Иванович, я у вас дров не заметил – говорит Веберг.

Вот, что значит немец или кто он там по национальности. Это они ещё про душ не знают. А когда туалет нормально заработает, вернее отхожее место, вот тогда они мне точно «вздохнуть свободно» не дадут.

– Ну-ка, ну-ка выдайте секрет, очень интересно. На голландку она не очень похожа – включился Торопин. Ну да вчера хоть на печь и посматривали, но до обсуждения не дошли.

Голландские печи только, только начали проникать в Россию, в основном строят их в столице. Нет, у аристократов и очень богатых в столице они уже были и давно. Ещё со времён Петра-1. А у остальных очень и очень редко. А мастеров способных их сложить, совсем мало. Кроме этого у них не было колосника. Дымили они изрядно. С дымоходами у них тоже были проблемы, а тепла давали мало. Готовить пищу на них вообще было нельзя. Вот народ их практически и не ставил, так как стоили они очень дорого. Топить их тоже надо было только хорошими дровами. Это уже потом конструкция будет усовершенствована.

– Ну, вот эта большая печь топится углём. Большая топка в специальной котельной, там же и часть угля – понял я, что приличия соблюдены, и сегодня будет день моих пыток, разбора моего дома «по косточкам». А иначе, зачем бы они все приехали, видать прибыль от оконного стекла их впечатлила. Пришлось устраивать общую экскурсию, но без душевой и устройства баков с водой. А то бы мы так и до вечера вокруг печки лазили. Хотя все и заметили посвежевший вид начальника. Общий принцип они поняли. А Мальцев отправил слугу, чтобы сообщил о визитах. Положение обязывает, как-никак.

– А посмотри ты печки в каретах, а то уж больно дымят – просит Мальцев.

Конечно, посмотрю, куда я денусь. Смотрю. Дымят, ясень пень. Тяги нормальной нет, решётки-колосника тоже. Да и какие-то не удобные.

– Надо всё переделывать – подвожу итог осмотра.

– А когда Фёдор вернётся? – спрашивает Мальцев.

– Дня через два – три – и чего он в него так вцепился? Никак полный доклад получить хочет, что тут было да как? Ну-ну. Особо то тут и докладывать нечего…но это я так думаю. А как оно там на самом деле.

– Вот и давай отправим гонца в Сукремль, там быстро всё сделают. Готовь чертёж – отдаёт распоряжение магнат.

Пришлось засесть за чертёж. Но и отказать Ивану Акимовичу не могу. Да и не хочу, если честно, хоть для себя эти бы идеи оставил. Тогда пусть уж сразу штук пять делают. Тут сварки нет, зато клепают сейчас хорошо. Вот с таким учётом чертёж и был изготовлен. Ничего сложного там нет. Склепают быстро…

– Уже готов, сейчас только размеры поставлю – отвечаю, буквально через час, пока все собирались. Один из служивых получил чертёж, но поехали двое на освободившихся санях – зима на дворе. Да и не безопасно.

В это время все готовились к визитам с помощью слуг, кроме меня. Я приказал в душ для слуг пока не водить, там дед с малыми, а просто приносить горячую воду оттуда. Ехать с визитом с ними по дворянам отказался наотрез.

– Ну, что я там не видел, Иван Акимович? Политесы разводить я не умею. Выражаюсь не так, одеваюсь не так, шампанское не пью, в карты не играю – развожу руками. Показывая всем видом, что мне там не рады.

– Да уж… выражаешься. Что не ладишь с местным дворянством? – смеётся Мальцев. Выводы он явно успел сделать.

– Абсолютно. Скажите, что я заболел или ещё что. Да хоть перебрал вчера с вашего приезда. Мне с купцами и мастерами, в стократ интересней – теперь уже складываю руки в кулак перед грудью.

– Но, а как же аукцион? – поддевает меня.

– А вы потом с Добрыниным отдельно договоритесь – на всякий случай торможу ситуацию, пока всё не испытаю в действии.

– Молодец – то ли хвалит, то ли ругает. – Андрей давай бриться будем – командует Мальцев главному слуге.

– О! А что это такое… знакомое у вас? – смотрю, как слуга разложил «чемоданчик» с бритвенными принадлежностями.

– Да вот дай думаю, попробую, что ты у моего ювелира заказывал. Оказалась удобная вещь, и я решил наладить выпуск. Особенно военным нравится. Пришлось на себя привилегию оформить, чтобы не перехватили. Надеюсь, ты не обижаешься «на отца» – как не в чём небывало говорит спокойно Мальцев.

– Какие могут быть между нами счёты, Иван Акимович – улыбнулся я. Жаба внутри меня попыталась что вякнуть, но тут же получила удар в голову и заткнулась. Сам-то я не придал в своё время этому значения, так чего же сейчас плакаться.

– Вот и хорошо. А я тебе специальный подарочный набор привёз, по этому поводу. Андрей распорядись – приказывает Мальцев.

Мне тут же передают кожаную коробочку, наподобие шкатулки-чемоданчика с краями оббитыми медью. Нет, ну могут же у нас делать красиво. Просто молодцы. Открываю. Внутри серебряный станок, по типу Gillette, но со снимающимися лезвиями. Ну и размером всё слегка побольше. Серебряный инкрустированный стаканчик для пены, такая же мыльница с иностранным душистым мылом. Своё пока не очень хорошее, но функцию свою выполняет. Маленькое зеркальце в серебряной оправе, оселок, подправляющая лента, паста, стальной держатель для лезвий и 3 стальных лезвия.

– Это… царский подарок – вырвалось у меня. Сколько же он стоит?

– Я знал, что тебе понравится. Я распорядился, чтобы твои заказы делали бесплатно, но ты уж не обижай старика, пиши… почаще – довольный, что я так отреагировал на его подарок магнат.

Отправились они уже без меня во второй половине дня, захватив часть слуг. А я побежал подгонять самоварщиков. Не успел зайти в мастерскую, где часто заказывал медные детали, как появился хозяин Стрельников Осип Фёдорович. Тощий как жердь с непропорционально большой головой, с тёмными пронзительными глазами и большими крестьянскими руками.

– Дорогой, Дмитрий Иванович, появился. Ждали, ждали. Всё сделали, как вы заказывали. А для чего, такая конструкция служит? – очень любопытствует хозяин мастерской. Слишком уж большая конкуренция у самоварщиков, а что-то другое выпускать тоже хочется…вот только что? Да чтобы ещё и покупали.

– Да так… надо – так я тебе и сказал. Это в двадцать первом веке любой в этих складывающихся перекладинах раскладушку узнает.

– Говорят к вам большие гости приехали? – тут же перешел на другую тему Стрельников.

– Да…батя, пожаловал – выразился я, не подумавши. А сам, проверял, как работает механизм. Только через секунд… пять сообразил, что я такое «выдал». Что-то у меня прокол за проколом. Нет, надо срочно, всю эту приехавшую гоп-компанию домой отправлять.

– Неужели сам Иван Акимович тут – прижал к груди руки купец.

– Сам, сам – упавшим голосом сообщаю я, всё равно это уже не секрет. И что теперь будет?

– Так это для него. Понимаю. Так, а что это? – заходит с другой стороны Осип Фёдорович.

– А хотите, я вам секрет продам? – посещает меня мысль.

– А как же, Иван Акимович? – подозрительно смотрит на меня Стрельников.

– А я никому не скажу. Вы я надеюсь тоже. Оформите себе привилегию и будите выпускать – и вопросительно смотрю на него.

– И что будут брать? – сомневается хозяин мастерской и купец в одном лице. Ну да понимаю купца, и хочется и колется.

– Семьсот рублей ассигнациями и я гарантирую, что через года два, вы их точно откупите – напираю я. – И не жалейте денег, всё равно большую часть вы вернёте, выполняя мои заказы.

– Вы как той змей-искуситель – опять сомневается купец.

Сторговались за четыреста пятьдесят, но он сделает потом ещё 20 штук раскладушек мне бесплатно. С привилегиями тут дело обстояло намного лучше, чем дома. Так что, недели через две-три получит, если быстро все сделает и передаст документы и главе в Туле и в столицу. Дальше я ему быстро набросал чертёж разных раскладушек и внутренностей к ним и объяснил что-почём.

– И что, это будут хорошо брать? – засомневался купец, какой-то на его взгляд не серьёзной конструкцией.

– Главное сделайте их лёгкими, прочными и складывающимися. Обязательно чтобы они занимали мало места. И предложите военным, а потом покупайте дорогой коньяк и приходите ко мне.

Если раньше меня считали каким-то дальним родственником Мальцева, то теперь с «легкой руки» Стрельникова, я так думаю, пошёл гулять слух по Туле, что я внебрачный сын Мальцева. Хоть и записаны у меня другие родители в метрике. Но об этом я уже узнал много позже.