Истинная где-то рядом

Глава 26

– Я не утверждаю с полной уверенностью, что мои подозрения верны. Это лишь догадки. Возможно, у Дейнарриана другая цель. К примеру, получение силы храма, ведь куда-то же она должна деться после разрушения. Но всё это лишь мои гипотезы. Не стоит придавать им слишком большое значение.

Да уж, действительно. Он считает, что мой жених потенциально является психопатом-диверсантом, но мне не стоит об этом думать. Гениальная логика!

– Вижу, этот разговор вас расстраивает, Раяра. Давайте сменим тему.

Я непроизвольно опустила взгляд на лист бумаги, на котором до этого пыталась набросать окрестности Марнау. Завириан сразу это заметил и протянул руку:

– Позволите?

И не дожидаясь моего ответа, подтянул импровизированную карту к себе. Проведя пальцем по листу, он остановил его на том месте, где я изобразила непроходимые горы и купол, над которым написала “Драконье государство?”.

– Хм… – Завир поднял на меня глаза. Я попыталась прочитать на его лице насмешку или что-то похожее, ведь все книги в библиотеке в один голос утверждали, что драконы живут в другом мире. Но Завириан не смеялся.

– Теперь вы и меня считаете безумной за подобное предположение?

Я бы с большей радостью спросила о куполе у Дейнара, но тот, к моему сожалению, не горел желанием что-то со мной обсуждать или отвечать на вопросы. И что-то останавливало меня от обсуждения этой темы с королевой или кем-то из других драконов, с которыми я успела познакомиться. Пожалуй, я бы и Завириану не стала высказывать свои соображения, если бы он не увидел мой рисунок.

– Знаете, Раяра, я считаю Акмарлауса безумным, это факт. Но некоторые из вещей, которые он нам с Дейнаррианом рассказывал, звучали очень логично и правдоподобно. И одно из них, это вот это, – он постучал по изображению купола, – Наставник утверждал, что драконы сами создали барьер, закрыв себя таким образом от остального мира.

Мой рот приоткрылся от удивления.

– Но зачем? Зачем было отделять себя от своих истинных?

– То, что я сейчас скажу, всего лишь слова старого безумного дракона. Так что верить в них или нет, решать вам. Акмар утверждал, что примерно тысячу лет назад люди и драконы жили бок о бок. Не было никаких двух разных миров. И помимо них существовала ещё одна раса (немногочисленная, но сильная и агрессивная), с которой люди и драконы периодически воевали. И одна из таких войн стала фатальной для драконов. Сначала драконам удалось оттеснить врага подальше от городов, но после они начали проигрывать битву за битвой. И линия фронта становилась всё ближе и ближе к людским и драконьим поселениям, где остались те, кто не мог воевать. И тогда на военном совете было принято решение накрыть всю территорию боевых действий магическим куполом, за границы которого никто бы не смог пройти. Для этого нужно было очень много магии, поэтому они перенесли древний артефакт, дающий драконам силы, и установили его в центре будущего защитного барьера. Это было Сердце Прародителя Драконов.

Завириан замолчал, внимательно вглядываясь в моё лицо, словно ожидая реакции.

– Но если всё было именно так, то где тогда та раса, с которой они воевали и почему никто из ныне живущих драконов об этом не говорит и ни в одной книге в библиотеке об этом тоже ни слова? Да и в нашем мире тоже. Как мы могли внезапно забыть, что тысячу лет назад драконы жили среди нас?

– Мы тоже задали подобный вопрос наставнику…

– И что он ответил?

Завириан как будто специально тянул с ответом и мне приходилось вытягивать из него продолжение рассказа.

– На военном совете был поднят ещё один вопрос, но кроме военачальника и пары других его подчинённых, никто не был согласен на столь радикальные вещи. Но будучи верховным главнокомандующим, дракон, предложивший это, взял всю ответственность на себя и совершил то, что навсегда изменило жизнь драконов и людей.

– Что “это”? Почему вы говорите загадками?

– Решив, что когда война будет проиграна драконами, купол падёт и врагам будет открыт путь в города, где остались беззащитные люди. Поэтому лучше уничтожить всех внутри купола, чем это допустить. Существовало взрывное заклинание чудовищной силы, уничтожающее всё живое, в чём есть магия. Военачальник драконов решил использовать его. Но при этом у драконов оставался шанс на выживание.

– Ваш защитный механизм, при опасных ранениях вы превращаетесь в камень… – пробормотала я, вспоминая, как лечился Дейнар.

– Именно. У противников не было шансов, у драконов был. По решению верховного главнокомандующего была уничтожена целая раса.

– Но это всё ещё не объясняет отсутствие драконов в нашей истории.

– По словам Акмарлауса, заклинание было новейшей разработкой и, естественно, его никогда не использовали раньше. Что-то пошло не так. Магическая сила каким-то образом прорвалась даже за пределы купола, но убила лишь память о драконах и их врагах. Все просто в одночасье забыли о том, что была война, были драконы… Ведь купол отрезал всех за его пределами от Сердца Прародителя, лишив оставшихся драконов возможности менять ипостась.

– И окаменевшие в куполе драконы тоже забыли о мире людей?

– Именно так.

– Тогда почему об этом помнит Акмарлаус?

– Он не помнит. Но у него есть множество дневников. Он был тем самым военачальником. Думаю, его безумие началось уже тогда, когда он уничтожил всю расу гракустов.

Гракусты… а ведь Дейнар тоже упоминал эту расу и говорил, что драконы с ней воевали. Впрочем, не удивительно, источник информации у них с Завирианом был один.

– Но почему Акмарлаус не рассказал об этом всем? Почему этого нет в ваших учебниках истории?

– По его словам, не все драконы после взрыва проснулись одновременно. Он проснулся последним, то ли потому что был ближе всего к источнику взрыва, то ли потому что был самым пожилым из всех. Когда он проснулся, жизнь в драконьем мире уже пришла в относительный порядок. Все смирились с тем, что не помнят того, как появились на свет, что живут в ограниченном мире. Ведь если ты не помнишь, что мир огромен, то тебя вряд ли смутит его конечность. И после своего пробуждения Акмар не сразу нашёл дневники. А когда обнаружил их и изучил, было уже поздно что-то менять и что-то кому-то объяснять. Все его попытки воспринимались как сказки и выдумки.

Я припомнила, что легенда о сотворении драконьего мира действительно начиналась с того, что “драконы проснулись”. Возможно, в словах безумного наставника есть крупицы истины. И не зря Завириан в это верит. А то, что он верил, было видно.

– И зная всё это, вы ни разу не попытались найти способ выйти за пределы купола?

Уже задавая этот вопрос, я поняла, что нет, не пытался. Ведь покинуть купол для драконов означало потерять способность к обороту. А быть драконом для них важнее, чем жить в безграничном мире. И лишь “сломанный” дракон, вроде Дейнара мог искать и найти способ проковырять себе выход наружу.

– Вы отчаянно ищете способ вернуться в свой мир, не так ли, Раяра? – грустно улыбнулся Завириан.

Отрицать было глупо. Моё нежелание выходить замуж, становиться драконом и оставаться здесь, было очевидным.

– Не подумайте, я вас не осуждаю. Мне кажется, что я даже могу вас понять. Холодность и безразличие со стороны истинного – это не то, что должна ощущать такая красивая и умная женщина, как вы.

Я поморщилась. Да, поведение Дейнара в последнее время было неприятным, но это не то, от чего я в первую очередь хотела сбежать. Я не хотела потерять часть себя, которая делает меня мной. А я была уверена, что обряд, проводимый в храме, ведёт именно к этому. И не хотела на всю жизнь оставаться в клетке, пускай она и состояла из двух больших городов и нескольких поселений поменьше.

– Не буду врать, я не искал способов выйти за пределы купола, помимо ежегодного разрыва в небе. Но я много об этом думал. Мне не верилось в то, что созданный более тысячи лет назад барьер, по-прежнему остаётся таким же крепким и непроницаемым, как и прежде.

Завириан вытянул из стопки книг карту мира и расстелил её на столе.

– С тех пор как Акмарлаус поведал нам историю создания купола, я часто разглядывал карту, размышляя, где, вероятнее всего, в первую очередь начнётся истощение магических потоков, – он провёл пальцем по изображённой на карте границе мира, – А ещё я пытался понять, насколько глубоко купол уходит в землю, ведь купол – это не сфера, а значит, где-то должен заканчиваться.

Как бы невзначай Завир постучал пальцем по тому месту, где на карте была отмечена старая медная шахта.

– Но сколько бы я об этом ни думал, не пришёл ни к каким конкретным выводам. Поэтому тут я вам не помощник, Раяра. Простите.

Я внимательно посмотрела на Завира, пытаясь понять, был ли это намёк на то, что в шахте есть выход за пределы купола или дракон просто поделился своими мыслями и действительно сожалеет о том, что не может мне помочь. Но по лицу Завириана невозможно было что-то прочитать. Поэтому я просто сделала себе мысленную пометку о том, что нужно подробнее изучить историю этой шахты. Возможно, где-то в библиотеке даже можно будет найти её план.

Глава 27

Слова Завириана о конечности купола и мои мысли о подземных шахтных ходах никак не выходили у меня из головы. Вдруг это мой шанс на возвращение? Я даже попыталась выведать у Дейнара что-нибудь об этом, когда мы оба вернулись в крепость.

– Если бы существовал разрыв в куполе, ты бы мне об этом сказал?

– Чтобы ты тут же сбежала от меня? – насмешливо спросил Дейнар, подкладывая Кусю очередной кусок мяса.

– Значит, нет…

– Раяра, в куполе нет разрывов, кроме того, что появляется каждый год за месяц до наступления Нового года.

– Но тебе же удалось создать новый.

– Единожды. И он сразу же закрылся. Мы это уже обсуждали.

– В каком месте ты создал разрыв? – я не собиралась просто так сдаваться.

– Какое это имеет значение? Его больше нет.

– В каком месте, Дейнар?

Он поднялся со своего места и подошёл ближе ко мне:

– Ты не сможешь от меня сбежать, Раяра. Не надейся.

– Верни меня домой. Я хочу вернуться в свой мир!

Дейнар покачал головой.

– Я всё равно тебе не нужна!

– Ошибаешься, Раяра. Ты мне очень нужна, – прошептал он, глядя мне в глаза.

– Ты даже не относишься ко мне, как к своей истинной! Я у тебя вместо мебели. Или… не знаю, как галочка в списке дел. Истинная? – я изобразила указательным пальцем галочку в воздухе, – Есть. Пункт выполнен, можно заниматься своими делами.

Дейнар криво усмехнулся и сделал ещё маленький шаг в мою сторону, встав вплотную. Медленно провёл ладонью по моей шее, нежно погладил большим пальцем щёку и, склонившись к моему уху, спросил:

– А тебе бы этого хотелось?

От его низкого хриплого голоса по телу прошлась волна жара.

– Чтобы я очаровывал, соблазнял, покорял, искушал?

Каждое его слово сопровождалось невесомыми прикосновениями губ к моей коже. И заставляло моё сердце биться чаще. Потому что… да, наверное, именно этого мне и хотелось.

Но длилось всё это какие-то мгновения. Дейнар отступил, убирая руку с моей шеи и ничего не сказав, направился к выходу из кухни.

Ошеломлённая, я пыталась понять, что произошло. Это что, была очередная попытка уйти от разговора? Удачная, надо сказать.

С силой втянув воздух, сквозь сжатые зубы, я крикнула ему вслед что есть силы:

– Эрр Дейнарриан Исберт! Вернитесь немедленно!!!

Я ещё и сама толком не понимала, для чего звала его обратно, то ли для завершения так и не начавшегося соблазнения, то ли для грандиозного скандала. Но этот драконов гад всё равно никак не отреагировал на мой окрик. Именно так он делал в последнее время. Сбегал от расспросов. Закрывался либо в лаборатории, либо в сокровищнице и отправлялся спать уже после того, как я засыпала. Даже скандал закатить не удавалось. Похоже, он действительно ещё не готов к семейной жизни…

Следующие несколько дней не отличались разнообразием. Я пыталась отыскать в библиотеке сведения о шахтах драконьего государства. Их было несколько, но у самого конца мира лишь одна – та самая, которая привлекла моё внимание, когда я впервые увидела карту, и та самая на которую то ли случайно, то ли специально указал Завириан. Он, кстати, не появлялся в библиотеке. Это не было странным, ведь и до этого он заглядывал туда не каждый день. Но это раздражало. Казалось, что в одночасье всем стало на меня плевать.

Плана ходов заброшенной медной шахты мне найти не удалось. Когда я поинтересовалась ею у хранителя, он с удивлением на меня посмотрел и предложил обратиться к королевской семье, ведь все шахты принадлежали им. И если у кого-то и были чертежи устройства шахт, так у них. Я в очередной раз пожалела, что Завириан не показывался. Он был единственным членом королевской семьи, кто в теории мог бы мне помочь в этом вопросе. У Ианеллии появилось бы слишком много вопросов, а о том, чтобы получить какую-то информацию от Дейнара, можно было даже не мечтать.

Ещё пару дней я потратила на прогулки с Кусем. Но не на бесцельные блуждания по городу и его окрестностям. Нет. Я пыталась прикинуть, как далеко находится та самая шахта, и смогу ли я в случае чего до неё добраться самостоятельно, не привлекая к этому посторонних людей. Ну и заодно Кусь смог вдоволь поохотится. Хотя, кажется, ему больше нравилось, когда его кормил Дейнар. Он даже стал благосклоннее к нему относиться, больше не рычал и не пытался цапнуть. Вообще, было удивительно, как моментально Кусь из дикого песца превратился в почти домашнего щеночка. Жаль только, что у нас с ним так и не установилась полноценная связь “ведьма – фамильяр”. Только иногда мне удавалось улавливать очень сильные его эмоции, но случалось это редко. Но даже такая наша с ним связь была чем-то удивительным.

Увидев, как город постепенно преображается к Новому году, я занервничала больше обычного. Светящиеся гирлянды на домах, великолепные фигуры изо льда на улицах, сияющие разноцветные фонари – всё это должно было приносить радость и предвкушение чуда. Но для меня это было знаком того, что обряд всё ближе, а я до сих пор не знаю как его избежать.

Я торопливо перебирала ногами, спеша в библиотеку, в надежде, что именно сегодня мне повезёт, когда взгляд зацепился за что-то странное. Сбившись с шага, я остановилась и пригляделась к гирлянде, висевшей над входом в небольшую лавочку, в которой продавались различные кондитерские изделия. Нет, мне не показалось. Над дверью висели сердца, нанизанные на толстую нить. И нет, это не были сердечки, похожие на два лепестка соединённых у основания и направленных остриём вниз, как обычно, в своих дневниках рисуют романтичные барышни. Это было очень похоже на связку человеческих сердец. И на снегу у дверей в лавку алело что-то красное. Я зажала рот рукой, ужасаясь увиденному.

Мимо меня проходила какая-то незнакомая драконица, но увидев моё состояние, остановилась и поинтересовалась:

– Милочка, с вами всё в порядке?

Не в силах ответить, я продолжала молча смотреть на кровавую связку сердец.

– Ох! Вы недавно в Эйсфилде?

Я всё же смогла перевести взгляд на женщину и кивнула.

– Присцилла всегда к Новому году так украшает свою лавку, сколько бы ей ни говорили, что это пугает людей. Особенно новеньких. Но она настаивает на том, что вешать гирлянды из снежинок и еловых веток – глупо, ведь это мы видим каждый день на протяжении всей жизни. А Новый год – это новый удар Сердца Прародителя, и значит, главным украшением должны быть сердца. И чем реалистичнее, тем лучше. Тогда Прародитель не откажет в милости в следующем году.

– Так они… они не настоящие?

Женщина рассмеялась.

– Нет, что вы! Это карамель. С каждым годом у неё выходит всё реалистичнее. У неё золотые руки! Даже королевская семья заказывает у неё десерты.

– Тоже сердца на верёвочке? – поражённо уточнила.

– Нет. Присцилла каждый год говорит, что когда-нибудь все поймут, что это обязательная часть любого новогоднего декора. Но пока сердца висят только у неё над лавкой.

Я наконец-то смогла с облегчением вздохнуть. Ничего себе новогоднее украшение – связка кровавых сердец.

– Спасибо, что объяснили.

– Не за что, милочка. Обязательно загляните к Присцилле в лавку. У неё самые лучшие в королевстве танжериновые кексы.

Я кивнула и направилась в библиотеку. Как-то не было желания переступать окровавленный порог кондитерской лавки, пусть даже это на самом деле был какой-то цветной сироп. И у этой чокнутой Присциллы королевская семья покупает десерты? На миг представила, что наш с Дейнаром свадебный торт будет в форме окровавленного сердца, и передёрнулась от отвращения. Может быть, всё же стоило прислушаться к словам королевы и принять участие в подготовке к празднованию Нового года и свадьбы? Но внутренний голос тут же напомнил, что я, вообще-то, не собираюсь выходить замуж, и сейчас как раз таки в очередной раз иду на поиски вариантов побега.

Переступив порог библиотеки, я обрадовалась, увидев Завириана (что не скажешь о тут же рыкнувшем Кусе), но меня тут же настигло разочарование.

– Добрый день, Раяра. Простите, хотел составить вам сегодня компанию, но возникли неотложные дела.

– Я хотела узнать…

– Очень тороплюсь, извините. Давайте в следующий раз, – Завир вихрем промчался мимо меня и исчез за дверью.

– Следующего раза может и не быть… – пробормотала я, поднимаясь по ступеням в книгохранилище.

Я всё же воспользовалась именем своего истинного, чтобы беспрепятственно изучать любые книги и не дёргать каждый раз библиотекарей. Направилась в секцию с книгами по горному делу. Я не теряла надежды найти хоть какую-то информацию по нужной мне шахте. Может быть, в какой-то из книг по истории развития горного дела в драконьем королевстве я всё же найду что-то нужное. Листала книги там же, не отходя от полок, читая оглавление и просматривая заинтересовавшие меня главы. Ничего. Ничего. Ни… Когда из очередной книги выпал сложенный в несколько раз лист бумаги, я сначала не поверила своим глазам. Потому что это был он. План медного рудника, который я так жаждала найти. Точнее, там было несколько пожелтевших от времени листов – место расположения шахты, общий план и довольно подробная схема подземных ходов. Причём в конце одного из них стояла странная пометка, чем-то напоминающая перечёркнутый купол.

Глава 28

Найденные схемы жгли карман, давили тяжким грузом на совесть, здравый смысл и чувство самосохранения. В общем, всячески причиняли моральный дискомфорт. И в то же время дарили надежду на спасение. Меня смущало то, каким образом они мне достались. Если бы мне пришлось получить их в бою, или, например, пройти тысячу миль, сразиться с полчищем агрессивных зайконов, голыми руками раскопать секретный тайник и разгадав десяток зашифрованных головоломок, наконец-то достать схемы рудника, вот тогда бы я чувствовала себя более уверенно. А так возникало ощущение, что кто-то мне их подбросил. И на самом деле это какая-то ловушка. Но кому бы это понадобилось?

Единственный кандидат на роль “благодетеля” – Завириан. Он был тем, кто намекнул на то, что в шахтах может быть выход, и тем, с кем я столкнулась в день, когда нашла схемы. Вот только я не могла до конца понять, был ли тот намёк в действительности или это было лишь совпадение, наложившееся на мои собственные мысли о шахте. И я не видела ни одной явной причины, зачем бы Завиру подкидывать мне план рудника. В крайнем случае он мог бы мне отдать его лично, из рук в руки. Хотя учитывая, что он брат короля, а я невеста кронпринца, помощь в моём побеге с его стороны была бы сродни предательству короне. Но при этом он говорил, что понимает мои чувства и желание вернуться в свой мир… Всё было так запутано и непонятно, что попытки разобраться во всём этом, лишь заставляли мысли крутиться по бесконечной спирали, без возможности найти ответ и прийти к какому-то однозначному выводу.

Я то мысленно уже начинала собирать вещи, которые мне понадобятся для побега, то останавливала себя, говоря, что это безумие – шахта ведь не просто так была заброшена, она была опасна. Любой подземный рудник опасен, там могут случаться обвалы, может присутствовать опасный газ. Но шахта, которую давно никто не использует, опасна вдвойне. По крайней мере, здравый смысл говорил именно так. И снова мои мысли возвращались к тому, что где-то там может быть путь на свободу и просто так из-за страха и нерешительности, отказываться от этого шанса – глупо. Мне не хватало чего-то такого, что перевесило бы весы моих сомнений в определённую сторону, позволив принять решение – рискнуть или смириться с уготованной мне судьбой одурманенной жены дракона. И это “что-то” не заставило себя долго ждать, произойдя уже на следующий день.

– Нас приглашают во дворец на семейный ужин, – сообщил Дейнар, вернувшись после очередной своей отлучки.

– И нам обязательно там быть? – даже не глядя на дракона, поинтересовалась я, лёжа на кровати. Меня внезапно накрыло волной апатии. Ничего не хотелось делать. Дни походили друг на друга и заставляли меня всё сильнее скучать по моей работе, студентам, друзьям.

– Вернулся мой младший брат, мне хотелось бы, чтобы вы познакомились.

– А мне хотелось бы вернуться домой. Но не всегда нам удаётся получить желаемое, ведь так? – я не кричала и не ругалась, говорила тихо и без эмоций. Но почему-то именно это заставило Дейнара отреагировать. Он в несколько быстрых шагов оказался рядом и навис надо мной огромной нерушимой скалой.

– С тобой всё в порядке? – внимательно вглядываясь в моё лицо, обеспокоенно поинтересовался.

– Меня украл дракон и посадил в большую клетку. И скоро у меня не будет никакого смысла в жизни, кроме как улыбаться этому дракону, и восторженно всем рассказывать, как же мне повезло. Я потеряю часть себя и уже никогда не смогу её вернуть. Да, со мной всё прекрасно… – безжизненный монотонный голос даже меня начал пугать.

– Что за ерунду ты говоришь, Раяра? Свадьба со мной – это не конец света.

– Может быть. Но не обряд в вашем храме.

Дейнар присел на край кровати и попросил:

– Поясни.

Его неподдельная заинтересованность выдернула меня из апатии, в которую я провалилась. Оказывается, мне ужасно не хватало разговоров, в которые полностью вовлечены оба собеседника, а не я одна. Внутренний голос тут же подсказал: “Тебе нужен не любой собеседник, а именно Дейнар. Иначе тебя бы радовали и разговоры с Завирианом”.

– Ты никогда не разговаривал с людьми, похищенными драконами? Не интересовался, как им живётся?

– Насколько мне известно, им живётся более чем хорошо. Их никто не обижает, любят, о них заботятся.

– Ты как будто описал домашнее животное. Куся я вот тоже люблю и забочусь о нём.

– Ладно, возможно, я не так выразился. Но всем украденным людям живётся хорошо. Они счастливы.

– А теперь представь, что тебя украли из твоего мира. Ты будешь счастлив?

Дейнар нахмурился.

– Не думай сейчас о крыльях и возможности обращаться в дракона. Подумай о родителях, которых ты больше не увидишь, о брате, о наставнике в конце концов. Никогда не увидишь. Не узнаешь как они, что с ними. Живы ли они вообще. Ты будешь счастлив, не зная этого?

– Хм…

– А у всех похищенных память о доме словно в дымке. Ваш обряд что-то делает с ними. Скажешь, что ты этого не знал?

– Я никогда об этом не задумывался.

– Конечно, зачем вам, драконам, задумываться о каких-то там людях. У вас же есть кры-ы-ылья и не-е-ебо. Вы даруете своим истинным великую милость – вторую ипостась. И при этом отбираете у них часть их самих.

– Это не так…

– Как ты можешь утверждать так это или нет, если ты даже не думал об этом. Что происходит на этом вашем обряде? Почему память у людей об их прошлом становится такой блёклой и безжизненной? Я не верю, что никто из них не был привязан к родителям, друзьям, коллегам. Так просто не бывает.