История вампира. Восход алой луны

Глава 3

Бетси закрыла дверь на щеколду и рухнула на кровать. В горле возник удушающий ком, а нижние веки защипало от подступивших слёз. Она втянула воздух носом и до боли закусила нижнюю губу. Нет, только не рыдания, ведь поклялась себе, что больше не станет плакать из-за подобных вещей. Но подбородок дрожит, несмотря на закушенную губу, а по щеке скользит капля. Слабачка. Она шмыгает и вытирает нос тыльной стороной ладони. Всё рушится, словно кто-то выдернул карту из карточного домика. Девушка утыкается лицом в подушку. В этот момент чья-то рука ложится на затылок. Сердце пропускает удар. Бетси молниеносно вскакивает, чувствуя, как всё внутри трепыхается. Её взгляд встречается со взглядом тёмно-серых глаз.

— Ты… — шепчет девушка, округлив глаза.

Она осторожно отходит от кровати, пятясь спиной, и врезается в платяной шкаф. Лёгкая боль отдаёт в лопатки.

— Тише, — обворожительно улыбается незнакомец в элегантном чёрном костюме-тройке.

Брюнет поправляет тонкую ленту, которая стягивает в хвост его длинные волосы.

— Мой сон… Так это всё твоих рук дело, — хмурит лоб Бетси и косится на зеркало.

У незваного гостя отсутствует отражение. Значит, перед ней вампир.

— Не волнуйся, — ласково говорит незнакомец. — Я пришёл поговорить и представиться. Так уж вышло, что наше общение началось с постельных утех, а не с беседы.

— Ты меня укусил. Что со мной?

— Присядь, — парень похлопывает ладонью по постели. — К слову, хорошая у тебя кровать. Крепкая, — на выразительных губах мелькает похотливая ухмылочка.

— Кто ты? — спрашивает Бетси полушёпотом, и приближается к нему на немеющих ногах.

— Моё имя Веллар. Я тот, кто даровал тебе вечную жизнь и красоту вампира. Будь моей, Елизавета.

Девушка осторожно опускается рядом с ним. Слегка подрагивающие руки сжимают колени, а дыхание перехватывает, словно кто-то сдавливает грудную клетку. Что же делать? Кажется, что сердце встало посередь горла и долбит под кадыком. Не в силах повернуть лицо в его сторону, Бетси выдавливает из себя:

— Почему ты был в моём сне? — голос предательски дрожит, хотя она пытается не терять самообладание.

— Это был не сон, а лёгкий гипноз. — Веллар беспардонно скользит пальцами по предплечью девушки, отчего та резко отодвигается от него. — Просто без него…

От данного прикосновения крылья её носа расширяются и приподнимаются, а колкий взгляд изучает собеседника.

— О, я поняла, ты вампир-извращенец, который гипнотизирует девушек, пьёт их кровь и принуждает к сексу, — дёргает верхней губой вампиресса. — Как омерзительно.

— Нет, всё совсем не так, — отрицательно качает головой вампир.

Выдержав небольшую паузу, он продолжает:

— Просто мне тяжело сдерживать себя. Вампиру трудно найти подход к человеку, поэтому я решил, что наши отношения начнутся тогда, когда ты тоже превратишься в вампира.

Парень широко улыбается, демонстрируя длинные белоснежные клыки.

— Что? — Бетси подкрепляет вопрос, эмоционально взмахивая руками с растопыренными пальцами. — И что мне теперь делать с этим? — она открывает рот, показывая хищный оскал.

— Пить кровь. Ты не можешь убрать клыки и когти, потому что не пила кровь. Голод туманит рассудок и обнажает нашу сущность, — спокойно произносит брюнет.

— Это какой-то кошмар, — сутулится вампиресса и закрывает лицо ладонями.

Веллар мягко гладит девушку по спине и тихо вздыхает. Крупная ладонь ползёт между лопаток.

— Есть способ стать человеком? — Бетси испытующи смотрит на него.

— Этот процесс необратим, — в его голосе мелькает грусть.

— Твою мать, — хозяйка комнаты стискивает зубы до боли в челюсти.

Горячая, колкая волна обжигает нутро, будто бы по венам полилась магма. Ладони сами собой сжимаются в кулаки. Так и хочется вмазать по аристократической физиономии. Спокойствие. Ей не известны мотивы и силы красавчика. Чтобы успокоиться, Бетси выдыхает через рот и блуждает взглядом по комнате. И почему под письменным столом валяется спортивный топ?

— Доверься мне, и всё будет хорошо, — парень осторожно берёт барышню за подбородок и проводит большим пальцем по губам. — Знаю, что поступил нехорошо. Но пройдёт время, и ты будешь рада тому, что изменилась.

— Я могу закричать, и родители вызовут полицию, — угасающим голосом шелестит девушка.

Вампир самодовольно ухмыляется. Его руки оплетают девичью талию. На миг серо-стальные глаза становятся кроваво-алыми, а зрачки вытягиваются в длину, делаясь овальными.

— Ты не сделаешь этого, поскольку они не смогут принять правду. Монстру не место среди людей. — Он чеканит каждое слово и приближает к ней бледное лицо. — Я неоднократно слышал скандалы, которые происходили в стенах этого дома. Тебе подойдёт более спокойное место.

— Шпионил за мной?

— Ну-у-у, мне нравится наблюдать за объектом симпатии. Судя по убийственному взгляду, хочешь сообщить мне, что я больной ублюдок. Елизавета, теперь у тебя есть сила, новая жизнь и мужчина, которому ты небезразлична.

От его слов болезненно щемит в груди. Вопреки логике девушка испытывает притяжение. Да, она жаждала перемен, но не такой ценой. Хотя если такова плата за то, чтобы снять оковы серых дней и отдалиться от неуравновешенной матери, то, возможно, следует принять новую суть. Не в силах отвести взгляд от Веллара, Бетси робко улыбается, немного приподнимая брови. Обсуждать ли последствия обращения? Пожалуй, нужно его упрекнуть, но аккуратно, с толикой покорности.

— И что мне теперь со всем этим делать? Ты разрушил мои мечты, — колеблясь произносит она и сглатывает слюну.

— Не говори, что я разрушил твои мечты. Как вампир, ты сможешь их реализовать куда быстрее. А если не получится, то я дам тебе новые мечты. Многие добиваются моего внимания, однако мне приглянулась именно ты, кошечка, — его дыхание щекочет её ушко, а затем пробегает по шее, вызывая волну мурашек.

Девушка втягивает носом аромат дорогого парфюма с нотками хвои и цитрусовых. Оттолкнуть или позволить овладеть собой? В его взгляде и касаниях есть нечто такое, чему сложно противиться. Это парализует. Страшно, но в то же время заманчиво. А стоит ли вообще сопротивляться, ведь в прошлый раз он был чертовски хорош. Тем более если верить легендам и фильмам, то кровососы наделены опасными способностями. Она не знает, как их использовать, а вот гость может выпотрошить родных до приезда полиции. Конечно, у неё частые конфликты с родителями, но они не должны сыграть в ящик. Нужно подыграть. Бетси прикрывает глаза, слегка разомкнув ротик, и плавно приподнимает голову. Парень не мешкает и страстно впивается в губы. Его язык ловко соединяется с языком девушки. От глубокого поцелуя голова идёт кругом, сердце колотится как бешеное, а вдоль позвоночника пробегают мелкие импульсы. Холодная ладонь Веллара касается скулы, а другая бесцеремонно ощупывает бедро. Вау, а он недурно целуется. Вампир отстраняется, а из его уст вылетает тихий чувственный вздох. Заглянув собеседнице прямо в глаза, он говорит:

— У тебя нет причин бояться меня, ведь я твой прародитель, а ты моё дитя. Мы связаны друг с другом навечно.

— Веллар… — Бетси тихонько произносит имя, словно пробует на вкус.

В нём есть и мрачность ночи, смешанная с пугающей неизвестностью, и животная страсть.

Вампир трепетно берёт девушку за лицо и склоняется над ней. Длинные, немного узловатые пальцы заботливо заправляют её чёлку за покрасневшее ухо. Нет, она уже не хочет подыгрывать, она намеревается играть по-настоящему. Погрузиться в блаженство взрослого мира, словно в первозданные воды. Ладони Бетси мягко опускаются на плечи Веллара. Сексуальные губы вновь накрывают её ротик. Постепенно нежный поцелуй превращается в более настойчивый и страстный. Она обвивает руками шею парня и прижимается к нему всем телом. Его губы скользят по подбородку и сползают вниз. Влажные поцелуи ложатся на шею и ключицы. Веллар ловко вытаскивает заколки из растрёпанной причёски Бетси. Водопад чёрных, как обсидиан, волос вызывает у него восторженную улыбку.

— Моя девочка, — с придыханием выдаёт парень и кусает нижнюю губу. — Я хочу тебя.

Эти слова отзываются внизу её живота острым влечением. Он отстраняется, снимает пиджак и небрежно швыряет на пол. Расстёгивает пуговки на жилете, но не успевает его снять, ведь Бетси хватает вампира за локоть и привлекает к себе. Ведомая вожделением, она торопливо блуждает руками по широкой спине. Затем изучает рельефный пресс, что прощупывается под бордовой рубашкой. Облизывается, закидывает ногу на парня. В изумрудных глазах лихорадочно пляшут бесы. Она игриво запрокидывает голову назад и мурлычет:

— Укусишь меня? Интересно почувствовать всё без гипноза.

— Будет больно.

Веллар облизывает кончиком языка ранку на шейке и слышит тихий стон. Её рваное дыхание и румянец говорят сами за себя. Он просовывает руку под юбку, легонько царапает когтями внешнюю сторону бедра. Сегодня парень медлит, будто бы дразнит. Все мысли покидают девушку предательски быстро. Между ног становится влажно и тепло. Однако дело не только в похоти, но и в чём-то глубинном. Бетси желает большего, чем распаляющие ласки и приятные касания. Слиться воедино, раствориться в нём и добровольно рухнуть в бездну блаженства. Коктейль из звериного либидо и самозабвения. Самозабвения? Что? Понимание вонзается острой спицей в темечко. Чем больше она с ним проводит времени, тем быстрее погибает в ней человек. Ну и пусть. Отступать некуда. Бетси хватает воздух ртом, когда Веллар запускает руку в трусики. Не только его речи и объятия пленили разум, а ещё некая духовная связь. Настолько крепка привязанность между вампиром и новорождённой, которую он создал. Данное чувство очень легко принять за любовь, что испепеляет всё на своём пути. Находясь под действием кровных уз, девушка испытывает что-то новое.

— Позволь мне извиниться за мой эгоизм, — молвит Веллар и грациозно опускается перед ней на колени.

Она быстро моргает и широко распахивает глаза. Крылья бабочек щекочут солнечное сплетение.

— Но… мы не одни в доме… — отворачивает смущённое лицо Елизавета и комкает пальцами льняную простынь, что под ней.

— Отдайся, и я доставлю тебе удовольствие, — полуулыбка мелькает на его губах. — Только не шуми.

Мгновение и развратный язык парня проходится по нежному розовому клитору. О, боги. Бетси едва сдерживает стон. Она и не ведала, что может быть настолько приятно. Хочется раздвинуть пошире ноги, прогнуться в пояснице. Её пышная грудь вздымается от быстрого, прерывистого дыхания. Приходится закусывать нижнюю губу, чтобы сдерживать крики, рвущиеся наружу. Великолепно. Её пальцы судорожно сжимают плечи любовника. Мучительно-сладкое напряжение превращается в экстаз. Тело бьёт дрожь, а под закрытыми веками распускаются яркие цветы, напоминающие картинки калейдоскопа. Яркий финал накрывает словно цунами.

— Теперь я знаю, какая ты на вкус, — облизывается Веллар. — Девочка с приятной горчинкой.

— Хватит говорить такие смущающие вещи, — лепечет вампиресса, хотя вожделеет большего.

Девушка на всякий случай включает музыку. Вдруг они не сдержатся и привлекут внимание родителей. Парень снимает с Бетси мешающее платье и бюстгальтер. Подхватывает барышню на руки и опускает на кровать. Его губы и ладони исследуют каждый сантиметр подтянутого тела. Её неловкие движения, расширенные зрачки и манящие груди лишают рассудка. Веллар торопливо расстёгивает ремень и опускает брюки на бёдра. Подавляя стеснение, Бетси притягивает к себе любовника и жадно впивается поцелуем в губы. Её рука невольно хватает обнажённую упругую ягодицу с бархатистой кожей.

— Вау, ты так хочешь меня? — кокетливо интересуется брюнет и разводит её колени.

— Угу, — чуть слышно шепчет она.

Он входит в неё и постепенно наращивает темп. Каждое движение Веллара заставляет девушку радостно трепетать. Она обхватывает ногами узкие бёдра вампира. Соединённые близостью, они купаются в потоке безудержного счастья. Охваченная страстью, вампиресса выгибается дугой до хруста в позвонках, всхлипывает и сжимается внизу. От этого Веллар теряет контроль, крепко сдавливает её запястья и закатывает глаза. Он стискивает зубы и сдержанно мычит. Пара резких глубоких толчков, и что-то тёплое наполняет низ живота и разливается волнами блаженства по телу. Веллар обессиленно опускается рядом и чмокает Елизавету в щёку.

— Ты в меня… Вдруг я забеременею? — она утыкается лбом в его плечо.

— Вампирессы не могут зачать, — успокоил гость и погладил любовницу по голове. —Если захочешь с кем-то нянчиться, то обрати в вампира.

Веллар обещал связаться с ней в ближайшее время и, осыпав комплиментами, исчез в оконном проёме. В её лоне всё ещё присутствовали трепет и жар. Она встала с помятой постели. Пошатнулась, едва не упав, но успела схватиться за тумбочку. Ничего себе шуточки. О, по ляжкам стекают их любовные соки. Понадобилось пару минут, чтобы перевести дух. Кажется, организм ещё не привык к кроватным утехам и вампирской форме. В животе звучно заурчало. Точно, она же не ужинала. Надо приготовить себе пару бутербродов и принять душ. Бетси стянула с себя порванные чулки и прокрутила непристойные сцены в голове. Похихикала, выключила музыку и надела пижаму. Собрала волосы в пучок и направилась на кухню. Спустившись на первый этаж, вампиресса услышала голоса родителей, которые доносились со стороны кухни. Может, это хороший шанс помириться с матерью? Она тихо приблизилась к приоткрытой двери и посмотрела в щёлку. Колеблясь, потянулась к ручке, но замерла, услышав оскорбления в свой адрес. Скрипнув зубами, решила послушать.

— Ведёт себя как тварь. Она не любит нас, — с горечью произнесла миссис Бёрчинг, опираясь руками на обеденный стол.

— Перестань, Каролина, Бет — подросток. Многие в таком возрасте начинают бунтовать, — деликатно проговорил глава семейства и посмотрел на супругу.

Девушка от любопытства приоткрыла рот и привстала на носочки.

— Её слова застали меня врасплох. В речи Бетси мелькнуло то, что я не интересуюсь её внутренним миром и ломаю под себя. Может, она права, — горечь мелькнула в голосе женщины, и она провела ладонью по светлой скатерти, словно хотела стряхнуть невидимые крошки. — Но ведь я хочу лучшего для неё. Стремлюсь воспитать достойным человеком. Не знаю, что мне делать. Скажи, может, мы в чём-то ошиблись?

Слова матери заставили подслушивающую дёрнуть уголком рта и нахмурить брови.

— Знаешь, меня волнует внешность Бетси. Она какая-то странная последние несколько дней, — женщина медленно опустилась на стул.

— А чего странного? Вспомни себя в этом возрасте, — посмотрел на собеседницу мужчина поверх очков и захлопнул книгу в твёрдой обложке.

Он положил фолиант на край стола и пробежался пальцами по корешку с позолоченными буквами.

— Ну да, я любила прихорашиваться, но не так же. Ты видел эти чёрные ногти по пять сантиметров? А как она с утра нарядилась? Это же неприлично — надевать декольте с таким большим размером груди, как у неё. Мне вполне хватает её дурацкой музыки и жутких плакатов, которые она развешивает на стенах.

Каролина покачала головой и потёрла висок.

— Скоро Хэллоуин, и многие дети наряжаются уже до праздника, — мужчина снял очки, протёр их салфеточкой и ловко вернул на место. — Возможно, она ищет себя и пытается так самоутвердиться в мире взрослых.

Женщина заёрзала на стуле и понизила голос:

— Послушай, дорогой, меня почему-то испугал её взгляд.

— Взгляд? Милая, с тобой всё в порядке? — мужчина погладил Каролину по руке и выдавил из себя улыбку.

— Мне показалось, будто её зрачки стали узкими, как ниточки, как у змеи или кошки. И цвет глаз сделался настолько ярким… Как вспомню, аж в жар бросает. — Женщина закрыла лицо руками.

— Вот именно, что показалось. Будь терпимее, она всё-таки ещё ребёнок.

— А вдруг не показалось? — нахмурилась женщина, вскочила на ноги и прошлась вокруг стола.

Супруг лишь покачал головой и, прочистив горло, произнёс:

— Дорогая, мне кажется, что тебе стоит возобновить встречи с психотерапевтом. Последние пару месяцев ты… скажем так… дёрганая.

— Все мозгоправы — шарлатаны, — махнула рукой Каролина и принялась чистить репчатый лук.

— Не бывает у человека кошачьих зрачков. Так же, как не существует говорящих клопов, — ровным тоном произнёс мужчина, покосился на супругу и зевнул.

— Давай не будем про клопов. Будешь есть?

— Нет. Пойду спать, раз уж мне не дали почитать.

Каролина включила электрическую плиту и поставила на неё сковороду. Струйка золотистого масла соприкоснулась с тефлоновой поверхностью, и через мгновение зашкварчала. Бетси почувствовала, как рот наполняется слюной. Наверное, самое время войти? Но что-то не давало двинуться с места. Женщина развернулась всем корпусом в сторону мужа и впилась карими глазами в его лицо.

— Алекс, всё больше и больше я замечаю, что Бетси меняется. Напоминает Нину.

— Пойми, чужие гены, чужой характер. Тем более что Нина далеко не ангел, — мужчина с осторожностью покосился на супругу и слегка поджал губы.

Он приблизился к ней и приобнял за талию.

— Интересно, что будет, если Бетси узнает, что она приёмная? — вздохнула Каролина.

— Думаю, что не стоило это скрывать с самого начала. Надо ей рассказать всю правду. Чем больше мы врём, тем больнее будет ей.

Бетси побелела и сдавленно застонала. На миг потемнело в глазах, словно кто-то ударил по затылку. Пол заплясал под ногами, а колени подогнулись сами собой. Девушка вцепилась пальцами в дверной косяк. Как же так? Она обессиленно шевельнула дрожащими губами. Родители говорили что-то ещё, но казалось, что слова сделались глухими, словно доносились со дна реки. В голове билась только одна мысль: «За что?» Бетси непроизвольно толкнула дверь, и та отворилась со скрипом. Каролина, которая шинковала лук, вздрогнула и нечаянно порезала палец. Несколько капель крови упало на светлый пол. Девушка влетела в кухню и разъяренно завопила:

— Ненавижу!!! Ненавижу вас!!! Как вы могли мне лгать? Вы врали мне всю жизнь!

Её рука молниеносно схватила первую попавшуюся кружку и швырнула прочь. Кружка ударилась об стену, жалобно звякнула и разлетелась на множество осколков. Бетси резко замерла, посмотрев на пол. Кровь.

— Бетси… — прошептала Каролина, обронила нож и сделала странный жест, словно пыталась ухватиться за воздух.

Мужчина что-то сказал, но вампиресса не разобрала. Горло драло от раздражающей сухости, живот скручивало, а клыки сильно пульсировали. Подёргивало мышцы тела. Обычно она так взбудоражена на спортивных соревнованиях, а также когда готова к удару или прыжку. Уже ничего не волновало, кроме алых капель на бледно-сером кафеле. Хотелось броситься на колени и слизать кровь.

— Нам стоит поговорить, но когда мы все успокоимся, — сказал мужчина и положил ладонь на плечо Елизавете.

— Не трогай меня, — гневно прошипела девушка и шлёпнула его по руке.

Однако этот момент помог забыть о крови. Судорожно втянув воздух ноздрями и шевельнув нахмуренными бровями, Бетси саданула кулаком по стене. Боль немного отрезвляет. Девушка развернулась и вышла, хлопнув дверью с такой силой, что та слетела с верхней петли, а висевшие на стене фоторамки упали и разбились вдребезги.

Бетси бросилась на кровать и заскулила. В лёгких не хватало воздуха, так что приходилось дышать ртом. Голод, жажда и злость от предательства слились воедино. На этот раз никто не утешил. Веллар был далеко и не ведал о трагедии. Крупные слёзы покатились из глаз сами собой. Как они могли столько лет обманывать её? Карточный домик не просто рухнул. Он полыхает багряно-рыжим пламенем. Девушка обняла колени и посмотрела на шкаф. Глаза резало и щипало от рыданий. Потерев пальцами припухшие веки, она подумала, что нужно разорвать отношения с родителями. Ей не нужны лжецы, а им не нужна дочь-вампир.

Каролина же долгое время плакала на груди мужа. Мужчина угрюмо молчал, лишь поглаживал супругу по плечу. Постепенно Бетси успокоилась. Часы показывали первый час ночи. Наступил новый день, а это хороший повод, чтобы начать иную жизнь. Вампиресса трепетно скользнула кончиками пальцев по корешкам манги, что стояла на полке, и присела за письменный стол. Взяв листок бумаги, начала писать. Выводя букву за буквой, она думала о свободе. Пыталась представить своё будущее, хотя теперь представление о нём давалось с трудом. В прощальной записке говорилось: «Я покидаю этот дом, потому что стала другой. Отныне мне придётся жить в ночи и с ужасом ждать рассветы. Возможно, вы когда-нибудь поймёте, что произошло. К слову, не думала, что будете скрывать факт моего удочерения. Прошу простить меня и забыть навсегда. Не ищите меня, ведь это опасно. Также, оставляя данное место, я отправляюсь на поиски себя, Веллара и подобных ему. Уже не ваша Елизавета-Луан Бёрчинг. Прощайте!» Бетси оглянулась вокруг себя и криво улыбнулась. Нутро заполнила холодная пустота, но это не пугало, а давало некое спокойствие и даже освобождение. Если это смерть души, то она не так страшна, как говорят всевозможные философы. Девушка взяла большой рюкзак и кинула в него пару платьев, корсет, капроновые колготки, туфли-лодочки, майку, легинсы, футболку и шорты. Достала кошелёк и пересчитала деньги. Вздохнув, пожалела, что недавно потратила большую сумму на поход в кафе и несколько томов японских комиксов. Ещё раз осмотрев свои финансы, положила кошелёк к остальным вещам. Несколько тетрадей с её стихами, айфон и блютус-наушники отправились к другим вещам. Положив ноутбук в специальную сумку, вспомнила, что нужно захватить золотые украшения. Драгоценный метал всегда можно выгодно продать. Бетси надела серьги-гвоздики и кручёную цепочку. Натянув джинсы и толстовку, вампиресса прокралась в коридор. Облачилась в куртку и обмоталась тёплым клетчатым шарфом, который подарил отец на прошлое рождество. Обулась, прилепила записку к винтажному зеркалу в массивной раме и взяла багаж. Она медленно вышла из дома и застыла на лужайке. Взгляд скользнул по бордовой крыше и тёмным окнам.

— Прощай, дом, в котором прошло моё детство. Мы видимся в последний раз, — прошептала Бетси, грустно улыбнулась и зашагала прочь.

Сейчас важно найти ночлег. На первое время сгодится заброшенный дом, а потом найдёт подработку и снимет комнату или даже квартиру. Бетси немного ускорилась. Лёгкий ветер овевал лицо. Ночная прохлада бодрила, как охлаждённый чай знойным летом. Предчувствие чего-то важного и необычного заставляло идти вперёд.

— Тайны и приключения, — с толикой упоения произнесла вампиресса и прислушалась.

Где-то неподалёку проехала машина, а вот ещё одна. Из проулка донеслись смех и пьяная болтовня двух парней. В отдалении застучал поезд. Всё-таки ночь — удивительное время. Днём все звуки перемешиваются между собой в причудливую симфонию, но в тёмное время суток каждый из них обнажён и будто бы несёт какой-то смысл. Елизавета сошла с тротуара и под её ботинками зашуршали рыжие листья. Поправив рюкзак, который норовил соскользнуть с плечей, девушка покосилась на луну, что стала свидетельницей побега.