Окраина: расследование кошмарного преступления

Они тоже любили детективы, вдобавок, умели логически мыслить – оба имели второй разряд по шахматам, – и Шериф, почуяв в них родственные души, взял их в свою команду, чему впоследствии был очень рад. Очкарики превзошли все его ожидания, и он умело пользовался их способностями. По словам бывшего мэра Окраины Шериф стал знаменитым сыщиком только благодаря бессовестной эксплуатации своих помощников. Но оставим это высказывание на совести экс-мэра и перейдём к нашим героям.

– Привет! – ещё издали поздоровался с ними Вонтам, махнув рукой.

– Наконец-то, чёрт возьми! – раздражённо встретил их Шериф. – Сколько вас можно ждать?

– Откуда нам было знать, что ты нас ждёшь, да ещё в такую рань? – привёл довод в оправдание Вонтам.

– Мы хотели прийти к тебе как обычно, – поддержал его брат, – полдвенадцатого.

– Если бы вы соизволили выслушать Макса до конца, а не захлопнули бы перед ним дверь, – едва сдерживаясь, стал выговаривать им главный сыщик, – то тогда узнали бы, что случилось и почему я на ногах с самого сранья! На Сходе почему не были?

– Мы пришли сразу, как только освободились, – заверил его Вонтам и для пущей убедительности добавил. – Честное пионерское!

– Извини, шеф, задержались мы немножко. Мы…

Воттут уже понял, что они нарвались на неприятности, и решил попытаться разрядить обстановку, но Шериф резко оборвал его.

– Вас извини, так вы совсем обнаглеете. В общем, так, парни, ещё одна такая задержка и можете считать себя уволенными.

– Ты чего, Шериф? – опешил Вонтам.

– Что-то случилось, шеф? – догадался Воттут. – Может, тогда лучше сразу перейдём к делу?

Это деловое предложение понравилось главе правопорядка, и он смягчился, разумно рассудив, что делу – время, а ругани – час.

– Да, случилось, – сказал он, – произошло кошмарное преступление, ребятки.

– Какое? – в один голос спросили братья.

– Когда? – задал после ещё один вопрос Воттут.

– Вот это и многое другое нам и предстоит выяснить. А сейчас, для начала, послушайте Вездесущего Макса. Давай, бой, расскажи им всё с самого начала и поподробнее.

– Ага, шеф!

Совсем обалдевший от счастья, Макс стал рассказывать двум знаменитым пинкертонам, как он обнаружил Лизку, подробно останавливаясь на каждой улице, на которой побывал, прежде чем добраться до Скрипа. Близнецы внимательно и терпеливо выслушали его, стоически перенесли весть о гибели Лизки и сразу приступили к расспросам.

– Во сколько ты её нашёл? – Воттут достал из кармана небольшой блокнот с карандашом и приготовился писать.

– Э-э… – Макс в раздумье закатил глаза, – ага, вот! Когда я пришёл к Шерифу, чтобы об этом рассказать, на его часах было без десяти девять. Ну, минут пятнадцать-двадцать я бежал… Значит, где-то около половины девятого я её и нашёл.

– Так… Ты видел всё её тело или только отдельные её части? Ну, там, голову или ноги.

– Вы хотите сказать, что её разорвали на кусочки? – ужаснулся Макс.

– Мы хотим знать, что ты конкретно видел, – пояснил Вонтам.

– А, – успокоился мальчуган, – а я уж было подумал, что…

– Итак? – напомнил ему Воттут.

– Чего? – переспросил Макс, но тут же спохватился. – А, ага. Понял. Ноги. И немного туловище. Вот так, – он провёл ладонью по животу на уровне пупка.

– Понятно. А остальное?

Воттут спрашивал, не переставая что-то записывать в блокнот. Макс несколько раз попытался заглянуть в него, но Воттут так и не предоставил ему такого удовольствия.

– Остальное было завалено.

– Чем?

– Не знаю, я не смотрел. Я сразу к Шерифу побежал.

– А кровь? – спросил Вонтам. – Почему ты решил, что это была именно кровь?

– Я что, совсем дурак, что ли? – обиделся рыжий.

– И всё же? – настаивал Вонтам.

– Я же говорил, когда я сел, около меня какой-то лист валялся. Может, фанера, а может, ещё что-нибудь. Не знаю. На нём я это пятно и увидел. Сверху в потолке была вот такая дырень, – Макс раздвинул руки как заправский рыбак, – и через неё это место хорошо освещалось. Я специально выбрал, где посветлее, чтобы не так страшно было. А как увидел это пятно, сразу подумал: «Что это такое?» И пригляделся специально, чтобы разобраться. От этого пятна след в сторону шёл, я туда глянул, тут Лизку и увидел.

Воттут закончил писать, посмотрел на брата, который в ответ утвердительно кивнул, и обратился к Шерифу.

– У нас пока всё, шеф. Теперь надо попасть на место происшествия и осмотреть труп.

Он сказал это так обыденно, словно местом происшествия был какой-то сарай. И это тоже понравилось Шерифу.

– Труп находится в Скрипе. Ты забыл? – на всякий случай напомнил он.

Воттут пожал плечами.

– Макс видел только нижнюю часть тела. А это ещё ни о чём не говорит. Нам обязательно нужно осмотреть труп. А вдруг это не Лизка?

Где-то в глубине души у Шерифа снова вспыхнула надежда. А вдруг это действительно не она?

– И всё же это Скрип, а не соседская стайка, – повторил он с сожалением.

– У нас есть выбор? – отозвался Воттут.

– Выбор есть всегда. Мы, конечно, можем отказаться, – Вонтам и не пытался скрыть, как его брат, что предстоящее путешествие ему совсем не нравится, – и нас за это ни кто не осудит. Здесь замешан Скрип, и нас поймут. Но не забудут. И при случае всегда будут тыкать нас носом. Это будет нашим вечным позором…

– Чёрт возьми, Вонтам! – одёрнул его Шериф, болезненно сморщившись. – Не сыпь соль на рану, а. И так тошно.

– Тогда пошли, что ли, – предложил Воттут. – Чего резину-то тянуть?

– Пошли.

Шериф подошёл к Максу, обнял его и похлопал по плечу:

– Ну, парень, надеюсь, ты ещё не забыл это место и сможешь нам его показать?

– Попробую, – как-то неуверенно ответил тот.

– Вполне обнадеживающе, – улыбнулся Шериф, встряхивая его. – Тогда пойдём быстрее, пока ты совсем не забыл.

И сыщики кротчайшим путем отправились к Скрипу. В другое время им вряд ли удалось бы так легко уговорить Макса пойти на такое дело. Хотя он и был октябрёнком и ярым атеистом, он всё же не менее яро боялся привидений и всякой нечисти. Но сейчас он был сотрудником, пусть и внештатным, самого Шерифа, и потому ему пришлось крепко взять себя в руки. «А то чего доброго, могут уволить за слабохарактерность. За Шерифом не заржавеет. Вон даже Воттута с Вонтамом грозился выгнать», – думал Макс, чувствуя, как при виде Скрипа дрожь всё сильнее и сильнее охватывает его, грозясь перейти в лихорадку.