300

Апрель. Редкое солнце дарило приятный ультрафиолет жителям города на Неве. Петербуржцы облачились в весенние пальто и спешили насладиться теплыми лучами. Город преображался. Кафе, музеи и набережные заполнили разноцветные шарфы и зонтики. Весенняя идиллия не интересовала Марка Эндерса. Тридцатипятилетний работник строительной фирмы «Высота», обладатель привлекательной внешности и фамилии озадачился выбором. Его лицо сосредоточенно застыло, а глаза, словно калейдоскоп изумрудно-голубых огоньков, играли любопытством. Марк то поправлял стильно уложенные волосы деловым жестом, то поглаживал щетину на скулах. Упорный в желаниях, он хотел лучшего за малые деньги.

«Эта не подходит. А вот эта, пожалуй, ничего», ― размышлял он, разглядывая… нет, не женщин. А модели матраца. Обаятельный, остроумный, он притягивал взоры девушек в любой обстановке. Марк имел харизму, которая манила девичьи сердца, словно запретный огонек бабочек в пионерском лагере. Они тянулись к сладкоголосому фениксу, летели не оглядываясь в капкан расчета и бездушия.

Вот и сейчас, пока Марк размышлял, как получить скидку на приглянувшийся матрац, продавец-консультант фирмы «Пушинка» Алена таяла как мороженое, глядя на клиента.

– Почем этот мат? ― чарующим тоном спросил Марк, указывая на модель.

– Цена десять тысяч рублей, будете брать? ― поинтересовалась она робко и замерла, подняв искусно окрашенные ресницы навстречу его взгляду.

– Понимаете, ― Марк посмотрел Алене в глаза и продолжил, ― для меня крайне важны упругость и выносливость. Ведь это самые главные качества для спальной поверхности. Согласны? – Его бровь приподнялась и искривилась в вопросительный знак.

Алена ответила, что для особых клиентов магазин предоставляет скидку, и покраснела.

– Я именно такой. Не правда ли, Алена? ― он нежно произнес ее имя.

– Минуточку, сейчас вернусь, ― сказала девушка и спряталась на ресепшене.

Через несколько минут Марк получил скидку, доставку в подарок и номер телефона Алены. Еще один «+7» к контактам с разбитым сердцем. #здесьбылмарк. Скоро он выиграет спор у коллег из отдела маркетинга на заветную бутылку виски двадцатилетней выдержки. Но не это главное. Азарт и чувство победы подсластили гонку преследования. Триста номеров и столько же ночей.

Глядя на упакованный матрац, Марк довольно улыбнулся. Его мысли закружились, подсчитывая количество будущих ночей, проведенных в объятиях знакомых и не очень барышень. Вот это настоящая

жизнь

. Молодость. Драйв. Секс. Блондинки, брюнетки, рыжеволосые, они входили в его судьбу через переднюю дверь, а выходили через черный ход. И он не хотел останавливаться. День за днем.

Друзья пытались его вразумить, наставить на путь истинный.

– Пора бы тебе остепениться, ― однажды заметил младший брат Дмитрий, толкая коляску с новорожденным сыном, – седина на носу, а все под юбки заглядываешь.

Дима был рассудительным парнем. Рано начал работать. Рано женился. Рано стал отцом. На взгляд Марка, у брата все было не вовремя. Рано.

– Я нашел девушку и понял, что не могу жить без нее. А остальное, ― он кивнул в сторону сопящего свертка, ― пришло само собой.

– Не нашлась еще та, которая окольцует меня, ― ухмыльнулся Марк и поморщился, глядя на крохотный сверток.

Матрац доставили к вечеру. Запах новой вещи пропитал питерскую квартирку Эндерса. Внутреннее убранство не отличалось роскошью: постеры любимых групп, холостяцкие трофеи. Там комод от бабушки, тут диван со студенческих времен, в углу кресло с пятнами чернил с третьего класса. Любимое, дорогое сердцу и такое привычное. Старые футболки с концертов заполняли шкафы. Цой серьезно смотрел с плакатов на стене. Казалось, здесь остановилось время.

Деньги у Марка водились. Он ухаживал за собой, любил себя, и, как свойственно нарциссам, пел себе по утрам дифирамбы перед зеркалом с бритвой «Спутник-65». Да, он красив. Чертовски красив. Казалось, голливудский актер сошел с афиш и щеголял прямо здесь, в Санкт-Петербурге. И как будто кто-то там наверху перепутал тело. Но душа осталась груба, цинична и местами эгоистична.

К женщинам Марка влекло, они манили ароматами, неприступностью и кокетством. Эндерсу виделось, что каждая должна заметить неповторимость и мужественность его натуры. Хотелось понравиться и заполучить женские взгляды в копилку. Он, как охотник, поймав очередную «жертву», отправлялся на поиски следующей. Новый день ― новые правила. Не нравится ― чао, дорогая.

Каждый день, приходя домой, Марк мечтательно осматривал холостяцкое убежище и думал, что однажды купит новый шкаф или, так и быть, покрасит стены. Когда-нибудь. А пока его все устраивало. Главное ― чистые рубашки и свежий костюм. Остальное приложится. Каждый день «мат» терпеливо ждал хозяина с работы. Хозяина не выбирают. Как и его подруг.

Номер 295. Кэт-балерина

В одно субботнее утро тело Эндерса отдыхало после вечеринки с друзьями, на которой он познакомился с Кэт, милой балериной из театра. Утонченная и доверчивая натура, она заметила Марка в толпе. А он ― ее тонкую талию и пухлые губы. Бледная кожа выделялась на фоне василькового платья, а волосы цвета кофе струились по плечам и добавляли хрупкости. «Похожа на мраморную статуэтку. Неплохо для коллекции номеров», ― подумал Марк-охотник и перешел к действиям. Отработанный томный взгляд не оставил Кэт шанса уйти, и вот, сегодня вечером Марк пригласил ее на ужин. Да, у него было и хорошее качество ― Эндерс умел готовить. Любой рецепт в его руках превращался в искусство. Простая яичница? Это будет нежный, украшенный зеленью омлет с беконом. Помидоры и сыр? Вуаля, салат с базиликом и оливковым маслом.

«Нужно выбрать особенный рецепт, ― колдовал Марк над кулинарной книгой, ― греча с курой не подойдут, Кэт ― дама утонченная». ― И он облизнулся в предвкушении вечера. В двадцать ноль-ноль Кэт впорхнула в квартиру, словно на сцену. Легкая, она неслышно ступала по полу, внимательно разглядывая постеры на стенах. Хмурилась и снова разглядывала обстановку. Марк следовал за ней. В плане по соблазнению красотки были вино, жюльен с грибами и свечи.

– Ты интересуешься музыкой? ― Она показала взглядом на Цоя.

– Конечно. Нет ничего лучше старого доброго рока. Вина? ― Он улыбнулся, протягивая бокал красного. Уверенная и местами нахальная улыбка Марка отозвалась мурашками по коже Кэт, и балерина стеснительно согласилась.

– Хм, старый рок, ― повторила она, ― в Питере играют новые современные группы. Могу достать билет.

Эндерс одобрительно кивнул, наливая бокал. Кэт заметила, как играют мышцы на руках Марка, как пристально смотрят на нее изумрудные глаза. Она теребила подол платья, и легкая дрожь прогуливалась по коже.

Марк знал, что делал. Нужно было приблизить Кэт, расположить к себе.

– В каком театре ты танцуешь? В Мариинке? ― спросил он как бы невзначай, присаживаясь рядом с девушкой на новенький матрац.

Он смотрел ей прямо в глаза, и хмельные огоньки разгорались в зрачках. Кэт опустила взгляд, а потом снова взглянула на Марка. Она произносила губами названия балетов, концертов и сцен, на которых выступала. Но он не слушал. Легкий румянец прогуливался по ее щекам, а глаза блестели ожиданием. Марк чувствовал торопливое биение сердца под платьем, грудь взволнованно поднималась и опускалась. Эндерс уловил опытным взглядом детали и представлял, как пробежится языком по бледной коже и оставит влажные указатели к тайным местам. Он вдохнул запах волос Кэт. Абрикос? Нет, персик. Девушка источала аромат душевной чистоты и искренности. Приятный и манящий.

Марк неожиданно дотронулся губами до ее щеки. Кэт остановила рассказ и замерла, зрачки расширились от удивления. Она не двигалась. Снова поцелуй, на этот раз в шею. Сначала легко и нежно. Затем настойчивее, легонько покусывая мочку ее уха. Кэт закрыла глаза. Мужская щетина щекотала кожу, уверенно касаясь каждого сантиметра. Балерина перехватила его учащенное дыхание и издала легкий крик. Марк улыбнулся и продолжил наступление. Он повернул лицо девушки и страстно накрыл губами ее рот. Кэт сначала отпрянула, но, поддавшись уговорам губ и настойчивости языка, артистично положила руки на плечи Марка и позволила вести любовный танец. Марк освободил Кэт от платья и стал кружить то в сладком вальсе, то в страстной румбе, увеличивая и замедляя ритм. Гибкое тело Кэт отвечало взаимностью: двигалось то медленно, то быстро. Не отрываясь от приятного, Марк ловким движением открыл приготовленную заранее коробку, и в воздухе смешался запах ванили и латекса. «Марк, не останавливайся», – шептала Кэт. Их параллельное дыхание постепенно слилось в одноголосие. Кэт покорно следовала за Марком в этом коктейле искушения, словно белый лебедь за черным, не оглядываясь, подчиняясь силе и страсти. Раз. И его движения становятся быстрее. Два. Марк уже готов раствориться в ее объятиях. Три. Финальный акт ― и гормоны счастья аплодируют стоя. Покрытые капельками экстаза партнеры «по танцу» восстанавливают дыхание и мысли.

– Марк, ты такой замечательный, ― призналась Кэт, прижимаясь к сильному телу. Ее тонкие руки искали надежности и защиты. Мужчина беззвучно усмехнулся. Темнота не выдала его безразличную ухмылку.

Васильковое платье ожидало хозяйку на полу. Через пару часов Марк по-джентельменски провожал Кэт у парадной. Он открыл дверцу авто, подал руку и пообещал перезвонить на днях. Шашечки такси блеснули в свете первых лучей рассвета и скрылись из виду, желтая машина унесла женскую фигурку в ночной Петербург. Еще одна добыча. Марк сладко потянулся и поблагодарил себя за жюльен и новый матрац. А через пару дней забыл про Кэт в суматохе рабочих дней. Дефиле проектов. Сделка за сделкой. Его ждали продвижение в карьере и новые номера в телефонной книжке.

Номер 296. Паола-ла-ла

В одном из ресторанов Марк познакомился с Паолой. Она приехала в Питер по культурному обмену в один из университетов Северной столицы. Паола Марьятти искала метро, и подоспевший Марк не мог пропустить такой удачи. Загорелая кожа, горячий темперамент, каскад угольных волос. Спагетти песто и пармезан на ужин, а после Паола страстно вздыхала на простынях и долго целовала Эндерса в щеку. Жгучая итальянка с приятными окружностями, она отчаянно называла его Марко и не хотела отпускать ни на шаг. Звонила, бомбила сообщениями и рисовала будущее, чем охладила питерского Ромео.

– Марко, аморэ, я хотеть семья и пять дети, ― томно шептала Паола в первую ночь.

Ревновала страшно. Испив всю жгучесть итальянской натуры, Марк с грустью сообщил:

– Пышка моя, к языку Паваротти я совершенно не склонен, мой паспорт просрочен. Нам придется расстаться.

Паола долго плакала, но с расставанием смирилась.

Снова галочка. Коллегам скоро придется раскошелиться. Победа близка. Марк сообщил отделу маркетинга, что обязательно доведет результат до трех сотен и отпразднует победу.

Номер 297. Аленький цветочек

Ждать долго не пришлось. Судьба преподнесла очередную встречу. На автобусной остановке их было трое: Юлечка, Марк и старушка. Рейс 33 до Дома Книги. Пожилая женщина, еле волоча ноги и шаркая палкой, направлялась к дверям маршрутки. Девушка бросилась помогать, но старушка отказалась, ссылаясь на еще жившие силы в ногах и молодость в глазах.

– Позвольте-с, я помогу вам. ― Бархатистый голос Марка заставил женщин оглянуться. ― А вот и номер двести девяносто семь, ― сказал он про себя, взглянув на девушку.

Юлечка. Она смотрела на спасителя широко распахнутыми глазами цвета неба. Умный взгляд. Милый розовый беретик на голове и тюльпаны в руках. Аленький цветочек.

– Давай, родимый, ― старушка отозвалась и протянула морщинистую руку. Они вскарабкались в маршрутку и расселись по местам. Старушка слезно благодарила Марка, а Юля завороженно наблюдала за спасителем. Широкие плечи. Галстук. «Герой нашего времени», – крутилось у нее в голове.

– Вы знаете, у вас необыкновенные глаза, ― заметил Марк, обращаясь к Юле. Он присел рядом. Держался прямо, естественно.

– Спасибо, ― ответила она, гордо приподняв подбородок, и сжала букетик тюльпанов.

Студентка литфака Юля оказалась легкой добычей. Через пять минут клочок от лекции по языкознанию с заветным номером девушки оказался в кармане. И снова в ход пошли ужин, и свечи, и даже заученные наизусть стихи Роберта Бернса. Интеллигентные девушки их любят. Завороженная Юля сначала стеснялась и волновалась, но потом, осмелев, быстро вошла во вкус романтического вечера. Она оказалась страстной натурой: литературные вздохи, страстные ахи. После прелюдий аленький цветочек превратился в дикую орхидею.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.