Из пламени

Чем больше Анна практиковалась под чутким руководством Джона, тем увереннее себя ощущала и тем твёрже становилась её рука.

***

Раздался стук, и из-за прикрытой двери донёсся голос:

— Войдите.

— Добрый день, Даймос.

В кабинет ректора вошёл статный мужчина лет сорока пяти в тёмно-синем атласном костюме. Его проницательный взгляд молниеносно охватил всё пространство помещения и остановился на полноватом господине в чёрной мантии, расшитой серебряными звёздами, который возвышался над большим полированным столом, корпя над каким-то документом. По правую сторону от него расположился необычный зверь с головой орла, туловищем льва и двумя могучими крыльями, сложенными за спиной.

— Надеюсь, я вам не помешал? — спросил вошедший, украдкой поглядывая на грозного питомца ректора. Зверь сидел с отчуждённым видом и вылизывал лапу, издавая довольно громкие чмокающие звуки.

— Напротив, вы как раз вовремя, Джон. Я собирался пить чай с шоколадными профитролями и буду рад компании. Присоединяйтесь. — ректор Гриффин гостеприимно улыбнулся и указал на единственный свободный стул, остальные были заняты стопками пергаментов и ветхими манускриптами.

— Нет-нет, я воздержусь. — Джон не двинулся с места и только слегка качнул головой. — Вы ведь помните, что у меня непереносимость шоколада, и что я, как и моя ученица, предпочитаю больше десерты из ягод, например, ежевичную пастилу.

— Припоминаю... К слову, о вашей воспитаннице. Каковы её успехи за лето? — устроившись поудобнее в мягком кресле, Даймос отложил в сторону свиток, с которым работал, и потянулся к тарелке с профитролями.

— Всё как нельзя лучше!

— Вот как?

— Да. Случайные проявления магии перестали беспокоить Анну, что позволило ей сосредоточиться на чтении книг и практике. Совсем недавно она освоила несколько особых заклинаний, описанных в «De flamma in cinerem» и «Драконьей магии», которые, как можно предположить, использовались её предками уже в зрелом возрасте.

— У вашей подопечной большой потенциал. — подытожил ректор, пережёвывая кусочек пирожного. — За долгие годы пребывания в пассивном состоянии драконья магия полностью переродилась и сейчас переживает новый расцвет.

Джон согласно кивнул.

— Но это ещё не всё. — поспешил добавить он. — Лазурит подрос и окреп за лето. Он достиг подходящих размеров для того, чтобы нести на себе человека.

— Вы ведь предполагали, что дракон окажется непригодным для полётов, так как он рос очень медленно и имел недостаточный размах крыльев?

— Мои опасения, к счастью, не оправдались, и взаимодействие Анны с её фамильяром происходит должным образом.

— Это хорошо. Но, боюсь, дракона больше нельзя допускать на территорию школы в связи с действующим запретом.

— Понимаю ваши опасения, но стоит учесть, что с момента вступления запрета в силу прошло почти четырнадцать веков. Мир изменился. К тому же Анна отнюдь не легкомысленна, и вам это известно не хуже, чем мне. Присутствие фамильяра рядом с ней в процессе обучения может оказаться не просто важным, но и необходимым условием.

— Дорогой Джон, прежде всего вы обеспокоены благополучием своей подопечной, и я это уважаю. Моя же забота распространяется на всех учащихся академии, чьи родители доверили мне их безопасность. За то время, что драконья магия находилась в забвении, мы почти полностью утратили даже те немногие знания о ней, которыми когда-то располагали. Теперь мы собираем их по крупицам, на ощупь пробираясь сквозь темноту, где таятся самые непредсказуемые опасности. Если уж Великому Мерлину не удалось избежать трагедии, что ожидает нас? Я просто не могу позволить себе так рисковать.

— Я услышал вас, сэр, но Анне всё равно необходимо контактировать с драконом, летать на нём, ведь мы не знаем, как поведёт себя магия в случае, если их полностью разлучить.

— С вашей помощью мисс Лейн могла бы перемещаться в семейный замок на выходные. По крайней мере, именно этим способом пользовались её предки. Если же вы заметите изменения в худшую сторону, мы подумаем над другим вариантом решения этой проблемы.

— Звучит сносно. Я буду держать вас в курсе и договорюсь обо всём с мистером и миссис Лейн. Им ведь предстоит подготовить условия для содержания Лазурита на территории своего поместья, тогда как они рассчитывали на восстановление школьного драконьего флигеля.

— Не думаю, что для них это станет большой проблемой. Если с данным делом всё, давайте вернёмся к обсуждению основного вопроса. Говорите, девочка полностью овладела магией?

— Вполне, но работы ещё много. Я уже составил план индивидуальных занятий на три следующих месяца. Вот он. — Джон указал на папку с бумагами, которую держал в руке.

— А как обстоят дела с социальной адаптацией мисс Лейн? Помню, вы говорили, что ей необходимо обзавестись друзьями, с чем я был согласен, ведь излишняя сосредоточенность на учёбе и замкнутость, как показывает опыт, очень часто приводят к печальному исходу.

— К сожалению, некоторые ребята до сих пор избегают контакта с Анной. Сейчас она уже готова если не к дружбе, то хотя бы к общению, но момент для заведения новых знакомств безвозвратно упущен. Роберт рассказывал мне, что раньше она была другой — открытой, озорной, даже безбашенной, часто сбегала из дома, чтобы поиграть с деревенскими детьми, но потом, когда пробудилась её сила, стала сторониться сверстников.

И всё-таки я замечаю положительные изменения. Прошлой весной Анна часто проводила время в компании Мелиссы Монтанелли, волшебницы-полукровки с факультета Цилинь. Мелисса музыкально одарена и обладает невероятной творческой энергией. Она умна, трудолюбива, у неё отличные оценки, но одногруппники её недолюбливают, как и Анну, что и стало причиной их сближения.

Ещё был один мальчик. О нём Анна почти ничего не рассказывала. Тянуть из подопечных информацию, жертвуя доверительными отношениями, не в моих правилах, поэтому мне пока не удалось навести справки. Знаю только, что перед летними экзаменами они вместе упражнялись в целительстве, встречаясь во дворе Часовой башни после уроков.

— Хорошо, что вы так внимательно следите за окружением девочки, это позволит уберечь её от дурного влияния. Итак, предположим, она преодолеет страхи и продолжит прилежно учиться. Ну а что потом? Каким вы видите будущее своей воспитанницы после выпуска из академии?

— Рано об этом говорить, ведь она сама должна решить, кем хочет стать. Пока же Анна только нащупывает почву под ногами и обретает первое оперение.

— Ваш подход к воспитанию, как всегда, основан на свободе выбора и праве голоса, но сейчас трудные времена, Джон. Тучи сгущаются, и тёмные силы набирают мощь. Вам ведь известно о том, что Общество Туле не распалось, как все думают, а ушло в подполье? Его нынешний лидер уже успел окружить себя самыми опасными тёмными колдунами, объявленными в международный розыск, и продолжает вербовать сторонников, в том числе среди подрастающего поколения. Анна должна не только в совершенстве овладеть своей магией, но и не сойти с верного пути, ведь она носит в себе как свет, так и тьму. Союз Порядка всего лишь хочет знать, к чему больше склонно её сердце и какой выбор девочка сделает в будущем.

— Нет причин для беспокойства, я убеждён в этом! Во всяком случае, я приложу все силы, чтобы гарантировать правоту своих слов.

— Знаю, Джон. — ректор Гриффин одобрительно кивнул, приподнялся и покровительственно похлопал собеседника по плечу. — Я не ошибся, когда посоветовал Роберту, обратившемуся ко мне за советом, выбрать на роль наставника его дочери именно вас.

— Благодарю за доверие. Надеюсь, я вас не подведу!

После этих слов, произнесённых с искренним чувством, Джон оставил папку с бумагами на краю стола и собирался откланяться.

— Погодите.

Ректор снова присел и, жестом подозвав его к себе, склонился над тумбочкой, где держал лакомства к чаю. Вытащив оттуда небольшую крафтовую коробочку с фиолетовой этикеткой, он протянул её Джону.

— Здесь ваша любимая ежевичная пастила. — добродушно пояснил Даймос. — Вот видите, я не забываю о предпочтениях друзей.

— Уверяю вас, сэр, я в этом не сомневался.

***

*Кольцо огня (лат.).