Золотые Цепи

Хуан выразительно посмотрел на Панту и картинно сжал около своего лица кулак, затем резко опустил его вниз и распрямив ладонь. Получилось довольно театрально.

– Ладно, зачем являлась, коварнейшая из женщин?

– Дай мне рулон танаисского шёлка, два отреза сукна и немного кружев. Зачем я, по-твоему могла прийти на кухню? Сообрази нам что-нибудь на завтрак и побыстрее. Это новая рабыня господина и он, вряд ли захочет её долго ждать.

– Ох, святой Марк поил даже ядовитую змею молоком, но и это было не так великодушно как то, что мне сейчас… – Страстно выкрикивал Хаун развернувшись и начав собирать завтрак в пару глиняных мисок.

– Он что, повар? – Шёпотом спросила Асми у страшей товраки.

– Представь себе. Я говорила, что ему надо было стать актёром, сейчас бы уже собрал целую толпу богатых покровителей своего таланта.

Хуан вернулся довольно быстро, с двумя простыми глиняными мисками, в которых лежали хлеб, сыр и оливки, еда простая, но вкусная и сытная.

– В театре, всё насквозь фальшивое, а мои чувства всегда самые искренние, но такой как ты этого никогда не понять. – Снова произнёс Хуан страстную фразу и удалился к своим кастрюлям.

Асми вопросительно посмотрела на Панту, но та в ответ только махнула рукой в сторону и закатила глаза.

– Не обращай внимания. Кстати, как тебе оливки?

– Спасибо, очень вкусно. – Ответила Асми, уплетая завтрак

– Да? Обычно северяне долго не могут к ним привыкнуть. Ну ладно, доедай и побежали.

Через некоторое время обе рабыни уже стояли в кабинете сенатора Пелинора. Было это просторное, хорошо освещённое помещение, сразу же по правую руку от входа в главное здание виллы, как поняла Асми, здесь её хозяин, помимо прочего, проводил и деловые переговоры. Поскольку это было угловая комната, два её больших ока выходили на юг, туда, где главные ворота виллы, и два на восток, отсюда был виден склон холма, на котором располагались посёлок, склады и прочие постройки. У стен стояли книжные шкафы а позади господина Пелинора висел портрет императора, на вид это был юноша, довольно милый собой, с тёмно-золотыми локонами и нежным взглядом больших серых глаз, в общем, в нём трудно было заподозрит властителя одного из самых сильных государств в истории. Ну и, конечно же, посреди кабинета стоял огромный стол, как и полагается, богато украшенный ажурной резьбой, за которым также на роскошном стуле с обитой спинкой, сидел сам сенатор Адэр Пелинор и что-то выискивал в большой бухгалтерской книге, попутно изредка делая записи пером на лежащем рядом листке бумаги.

– 16 число, 15 талантов 36 мин. 17 число, 12 талантов 50 мин.

– 9 талантов 32 мины. – Ответил сидевший рядом на стуле попроще Симон, просматривая другую книгу.

– Ты уверен? Дай посмотреть. – Пелиор взял у слуги томик, чтобы самому проверить запись. – Ну вот он и попался. Симон, тебе придётся ненадолго отлучиться с виллы.

– Я знал, что так и будет, господин. Прикажете отправляться сейчас?

– Да, лучше покончить с этим как можно быстрее. И ещё прихвати с собой кого-нибудь из охранников, например того здорового Тита, а ещё, на всякий случай, пару пистолетов.

– Господин, Вы знаете меня не первый день, я ни за что не отправился бы к этому мошеннику безоружным.

Асми вспомнился недавний разговор с Пантой, о том, что их хозяин мог быть замешан в каких-то тёмных делах, но она решила не подавать виду.

– Вы, наконец, пришли. – Посмотрел выжидающе Пелинор на своих рабынь – Но пока в вас нужды нет. Ну разве что, можете принести мне лёгкого разбавленного вина, заодно, Панта, покажешь Асми где погреб. До полудня должен прийти Смит и подобрать для Асми ошейник.

Асми вопросительно посмотрела на Панту, на что та в ответ просто коснулась тонкого серебряного обруча на шее, который Асми сначала приняла просто за украшение.

– Затем, Асми, – продолжал Пелинор – поскольку Симон ушёл, будешь прислуживать мне за обедом. А после полудня придёт портной и снимет с тебя мерки. Всё поняли? Идите.

Спешно выполнив поручение хозяина, и выйдя из основного здания виллы, девушки возобновили разговор.

– Ты слышала, что господин приказал Симону? – Шёпотом спросила Асми. – Ты думаешь это всё его пиратские дела? – последние слова она произнесла почти беззвучно

– Ах, это. Да нет, не обращая внимания. Скорее всего кто-то из деловых партнёров попытался обмануть господина, он послал Симона чтобы уладить вопрос мирно, без суда или дуэли. Но обманщик, если припереть его к стенке, может повести себя опрометчиво, так что всё это для того, чтобы у него не возникало таких мыслей. Вообще, довольно обычное дело для этого города. – Ответила Панта, но в голосе её не ощущалась обычная уверенность.

– А что там насчет ошейника? – Спросила Асми, немного обеспокоенно.

– Не переживай, это просто так называется, никто не станет вешать тебе на шею здоровенную железяку, в которой трудно дышать. – Панта продемонстрировала тонкий витой обруч из серебра. – По большей части, это такая традиция, но всё же выходить в город по поручению господина, без ошейника, лучше не стоит.

– И неужели на всех рабов так просто надевают серебряные украшения? – Снова в недоумении спросила Асми

– Ну это уже всё зависит от хозяина и его желаний: на кого-то вешают железо или медь, кто-то желает чтобы его рабы ходили в серебре, ну а у тебя, скорее всего, он будет из золота.

– Из золота?

––Ты не забывай, что сейчас не времена Первой Империи, для большинства господ, раб – это показатель статуса и богатства. Конечно же, мы вещи, но вещи дорогие, никто не станет пускать благородного скакуна на колбасу. Впрочем, – тут Панта снова стала говорить тише и наклонилась к Асми – я слушала довольно мерзкие истории и сплетни.

– Сплетни?

– Говорят, что некоторые особо богатые и знатные господа, устраивают извращённые приёмы, на которых, как раз, мучают и, даже, убивают своих рабов, на потеху собравшимся. Так они пытаются показать, что настолько привыкли к роскоши, что готовы сотворить такое со своей дорогой вещью.

Асми в ответ только промолчала, она помнила, как обращались с невольниками на севере и что даже жизнь свободного крестьянина, на самом деле, стоила не так уж много. Но через некоторое время, всё же, задала мучавший её вопрос.

– Панта, мы довольно свободно перемещаемся, ты говоришь, что можем даже покинуть виллу. И всё рабы в городе могут так же? И, неужели, ни кто не пробует бежать?

– Ну убежишь ты и что дальше? Куда? Ты в самом центре Империи. – Саркастически заметила смуглая рабыня. – К тому же, вот с беглыми рабами могут уже поступить довольно жёстко. И какая судьба ожидает такого беглеца? Всю оставшуюся жизнь прятаться по лесам и горам или стать нищим на улице, в каком-нибудь мелком городке? Нет уж, лучше, хотя бы под крышей и с куском хлеба.

– Просто, на севере, в Каледонии, всё было не так. Там , за исключением немногих ремесленников, все остальные работали до изнеможения и обращались с ними довольно жёстко, так что побеги, всё же, случались.

– Ну, везде по-разному, я не могу многого сказать про другие провинции или страны. Говорят, что больше всего рабов в колониях и там же им приходится хуже всего. Особенно в этом преуспели умбрийцы, завозящие рабов из чёрных стран, которые к югу от провинции Ареноция. Кстати, с одним из таких ты сейчас и познакомишься.

В этот момент, рабыни как раз подошли к кузнице, Панта бесцеремонно распахнула дверь и вошла внутрь.

– Привет, Мишо. Ну что ты уже не можешь дождаться, когда придёт Чёрный Смит?

– Панта, это ты? – Вышел им навстречу довольно молодой, среднего роста парень, с приятными чертами лица. И хоть он и не отличался могучим сложением, но было заметно, что несмотря на худобу, он довольно крепкий. – Конечно, я всегда рад визитам мастера Смита, просто наблюдая за ним, можно узнать столько всего. – Внезапно, возбуждённый голос Мишо сменился унынием. – Хотя зачем мне всё это здесь? Большую часть времени я чиню косы, вилы и кую гвозди.

– Ну, хватит вам всем быть такими кислыми. – Панта подошла к Мишо и положила руку ему на плечо. – Чёрный Смит ведь точно так же начинал, прямо в этой кузнице. – Молодой кузнец снова поднял глаза и с робко улыбнулся ей, а она задержала руку на его плече чуть дольше, чем следовало, и убрала её, как казалось с неохотой. –Ну ладно, где нам подождать?

– Ах, да, конечно, прости меня. Вот прошу, садитесь сюда. – Немного занервничав, кузнец указал рабыням на стулья, стоявшие рядом с небольшим круглым столом.

Помещение было довольно просторным, но темноватым. На стенах весели различные инструменты, окна были небольшими и, конечно, самое заметное место занимали горн и наковальня. Стол, за которым сидели Асми и Панта, стоял у самого входа, довольно далеко от рабочего места, видимо как раз на тот случай, если кто-то здесь будет ожидать, пока кузнец работает.

Впрочем, долго ждать не пришлось, через некоторое время в проёме показался мужчина очень необычной внешности. Это был настоящий великан, которому в, и без того невысокий дверной проём, пришлось входить почти что согнувшись. К тому же он был широк в плечах и крепко сложен, даже господин Пелинор мог бы показаться рядом с ним хрупким. На его голове не было ни единого волоска, а эбеново-чёрная кожа и широкий нос выдавали в нём уроженца стран, располагавшихся дальше самых южных из провинций Империи. Носил вошедший камзол ярко-серого цвета, по последней моде с широкими полами и разрезанными рукавами, а в руке держал большую шкатулку.

– Панта, Мишо, рад снова вас видеть. – Произнёс великан низким голосом ю– А ты, видимо, и есть та новенькая. Приятно познакомиться, Смит.

– Здравствуйте, господин Смит, – тут же вскочила Асми со стула и поклонилась – приятно Вас видеть.

– Оставь, девочка, – небрежно махнул рукой великан – никакой я не господин. – Смит поставил на стол шкатулку, а затем внимательно оглядел Асми. – Ну да, как я и думал, у меня как раз есть кое-что для тебя. – Открыв шкатулку, он вынул оттуда сразу несколько тонких, изящных золотых торквесов.

Асми наблюдала за тем, как чёрный великан поочерёдно, с удивительной, для его мощных пальцев, ловкостью, берёт каждый из них и смотрит на свет.

– Думаю, вот этот будет в самый раз, подойди сюда. – Смит остановился на витом ошейнике из золота и чернёного серебра. – Золото и чёрный, если вкусы господина не изменились, то ему понравится. Так, подойди сюда и подними волосы – Асми послушалась, Смит немного разогнул торквес и, надев на шею рабыни, снова чуть сжал его.

Асми потрогала свой ошейник, не было неудобно, скорее непривычно.

– Да не волнуйся ты так, металл очень мягкий, настолько, что ты сама сможешь его без проблем снять. Ну, если понадобится.

– Спасибо… – Асми запнулась, она не понимала, стоило ли благодарить за такое, но в конце концов решила, что сам ювелир просто сделал свою работу. – Спасибо, господин Смит.

– Ещё раз говорю, никакой я не господин. Мишо, почему ты ещё не предложил своему учителю выпить, когда на улице такая жара? Заодно расскажешь мне как поживает моя старая кузница.

Пока молодой кузнец спешно выставлял на стол несколько глиняных кубков, глиняную флягу, кувшин с водой и, вдобавок ко всему, кусок сыра, Смит по-хозяйски взял ещё один табурет и сел всеми со всеми, широко расставив ноги и облокотившись о стол.

– И как жизнь на вилле, Панта? Что нового? – Добродушно обратился великан к смуглой рабыне. Тем временем в голове у Асми возникали всё новые и новые вопросы, она решила что лучший способ найти на них ответ – это напрямую задать вопрос.

– Простите, Смит. Я могу к вам так обращаться?

– Конечно, что-то не так с ошейником?

– Ох, нет, с ним всё хорошо, он… – Опять замялась Асми, посмотрев на неё чернокожий кузнец понимающе улыбнулся.

– Да, знаю. Сложно отзываться хвалебно о том, что должно говорить всем окружающим, что ты рабыня, даже если вещь лучшего качества из возможных.

– Пожалуй, Вы правы. – Задумавшись на несколько мгновений, Асми продолжила. – Но, спросить я Вас хотела совсем не о том.

– Конечно, если что-то интересно то спрашивай. – Произнёс Смит, наливая себе при этом вина из фляги и разбавляя его водой из колодца. – Отвечу на любой, ну или почти на любой вопрос, если это в моих силах.

– Видите ли, как получилось, что кузнец стал ювелиром? – Вспомнив все, что ей рассказывали до этого, она продолжила. – Насколько я поняла, раньше Вы были рабом в Умбрии, а потом вас приобрел господин Пелинор, всё верно?

– Да, ты совершенно права. А насчёт первого вопроса, – Смит сделал несколько больших глотков из своей кружки – видишь ли, я и не переставал быть кузнецом, но специализируюсь я на оружии для знатных господ, а в этом городе все любят чтобы оно было побогаче и повычурнее украшено. Так что со временем, мне пришлось научиться работать и с благородными металлам, как видишь, довольно неплохо. Но все же если я и создаю украшения и рабские ошейники, то изредка и далеко не для всех.

– Вы настолько уважаете господина Пелинора?

– Ну а почему нет? Работая на него, я смог довольно быстро себя выкупить. – Смит улыбнулся собственным воспоминаниям. – Когда я был рабом, он не запрещал мне принимать заказы от других господ, так что я должен быть ему за это благодарен. Видишь ли, по иронии судьбы, порабощение изменило мою жизнь к лучшему.

Все сидящие за столом вопросительно посмотрели на гиганта.

– Ну не томи, раз начал рассказывать, то выкладывай всё. – Панта выпила из кружки разбавленного вина и начала сверлить взглядом Смита.

Выждав паузу и глубоко вдохнув, Чёрный Смит начал свой рассказ.

Я знаю, что здесь, в центре Таролокии считают, будто южнее Ареноции живут одни только дикари, бегающие голышом за антилопами. Сообщу вам, что это не так, к югу от Великой Пустыни можно повстречать несколько сильных королевств, некоторые их которых даже смогли в своё время дать достойный отпор умбрийцам, из-за чего те предпочли заключить с ними мирное соглашение и отказаться от попыток колонизировать весь юг. Впрочем, небольшие колонии на западном побережье стоят до сих пор.

И хотя, как я уже говорил, не стоит думать, что все на юге дикари, но я, как раз, и происходил из одного из таких племён, с трудом выживавших в пустынных землях. Постоянно недоедающие и, что ещё хуже, у нас всегда было мало воды, так что приходилось… а, впрочем, я не стану о таких вещах рассказывать за столом.

Ещё мальчиком меня продали умбрийцам, которые уплатили за меня просто баснословную цену, а именно – железный нож. Дело в том, что моё племя не знало металла, вершиной технологии оставались заточенные камешки. Я до сих пор помню тот нож, сейчас, если увидев, что что-то подобное выковал мой подмастерье, я бы его выгнал, без промедления. Но для моего племени это было невиданное сокровище.

Меня, вместе со многими другими чернокожими рабами собирались отправить на корабле в другую колонию, на плантации. Но так вышло, что кузнецу из крепости губернатора понадобился подмастерье и, осмотрев самых крепких мальчиков, он выбрал меня.

Впервые я повстречал железо, только когда меня продали, а тут я сразу попал в кузницу. И то что я увидел, показалось мне просто невозможным, на моих глазах из огня рождались самые разные, замысловатые вещи, о назначении многих из которых, мне тогда приходилось только догадываться. У нас в племени, рассказывали сказки о колдунах, которые могут творить чудеса и сейчас один такой чудотворец был прямо передо мной, да, вечно пьяный и сквернословящий, хоть я и этого тогда не понимал, но всё же удивительный человек. Поначалу я выполнял самые простые действия, которые я мог понять с помощью жестов. Но, постепенно, я начал запоминать некоторые слова, половина из которых, правда, была руганью на умбрийском. Со временем, мастер стал допускать меня и до изготовления самых простых предметов, я не мог поверить своему счастью, неужели я тоже стану одним из таких мастеров чудес, создающих диковинки с помощью огня?

Шли годы, мастер не молодел, а я всё больше перенимал секреты кузнечного дела. Теперь, когда я уже понимал суть процесса, это не казалось мне чудом, но на смену восхищению пришла страсть. Я достиг такого мастерства, которое удивляло даже моего учителя. А губернатор приказал обучить меня умбрийской грамоте, чтобы я смог прочесть те немногочисленные книги о секретах кузнечного дела, что были в колонии.

Со временем, старый кузнец скончался вдалеке от дома, а губернатор, рабом которого я являлся, был отозван назад на родину. Конечно же я отправился вместе с ним. И, скажу вам, побывав там и увидев насколько далеко продвинулось кузнечное ремесло, я второй раз в жизни ощутил, будто попал в сказку с чудесами. Конечно, теперь я уже был достаточно, простите за каламбур, подкован, но мастерство умбрийских мастеров, казалось мне недостижимым.

Впрочем, это только поначалу. Когда начинаешь постепенно углубляться в изучение предмета, то со временем сам не замечаешь как становишься мастером в своём деле.

Не знаю, так ли нужен был я бывшему губернатору как кузнец, казалось, что ему просто льстило удивление знати, когда он демонстрировал умелого ремесленника, родившегося в диком племени. Так что он стал меня отправлять на обучение ко многим из известных кузнецов Умбрии.

Секреты мастеров, стали поддаваться мне, как хорошо раскалённый металл. Умбрийцы, сначала с недоверием отнеслись к "дикарю", но со времени у нас даже завязались приятельские отношения со многими из лучших мастеров, которые, замечу, были все свободными людьми. В шутку, из-за цвета кожи, меня на умбрийском прозвали Чёрный Смит, к сожалению, на таролокийском шутка теряет свой смысл.

Однажды, к моему хозяину по делам прибыл важный господин из-за границы. Как вы уже поняли, был это наш с вами Адэр Пелинор. Как всегда, хозяин повёл гостя похвастаться своим умелым рабом и клинками, на которых я в тот момент уже начал специализироваться. Никогда не забуду, с каким взглядом Пелинор осматривал мои работы. Многие знатные повесы, знающие толк в дуэлях, с восхищением любовались тем оружием, которое я создавал. Но только во взгляде этого загадочного иноземца, с постоянной хитрой улыбкой, кроме восхищения я заметил промелькнувшую тень страха, он понимал, что перед ним не просто великолепное изделие, а нечто способное причинить много горестей и страданий.

Именно тогда он и решил выкупить меня за любую цену, которую назначит бывший губернатор.

Когда, после долгого путешествия мы прибыли в столицу Таролокии, я пообещал себе, что для этого человека выкую лучший клинок, неважно широкий меч, скьявону или рапиру, который он попросит. После долгих попыток, я создал рапиру, которой долго пользовался хозяин. Притом, многие знатные люди стали интересоваться мастером, изготовившим такое оружие, и я благодарен господину Пелинору, что он не только советовал меня, но ещё и разрешал брать заказы, с условием, что я сам буду оплачивать материалы.

Довольно быстро я скопил денег не только на то чтобы выкупить себя, но прикупить в ремесленном районе помещение около реки под современную кузницу, по сравнению с которой, вот это всё старьё, не лучше чем те камешки, которыми в моём племени обстукивали гальку.

Со временем, я стал самым знаменитым кузнецом-оружейником в столице. Самые знатные люди Империи, готовы записываться на месяц вперёд, только чтобы была возможность заказать оружие в мастерской Чёрного Смита.

Впрочем, первым делом, я всё же выковал новую рапиру для Пелинора, в которую вложил всё своё мастерство. Я преподнёс её в подарок, не в благодарность, как можно было бы подумать, я до сих пор помню тот его взгляд и мне интересно как использует это оружие такой человек.

Не знаю, кто пишет нашу судьбу, может это действительно три прекрасных девушки ткут узор нашей жизни, как считали древние, или же что-то иное. Но определённо, надо мной этот кто-то явно решил подшутить. Лучший кузнец самой могучей из известных Империй родился в племени, которое не знало металла, и мог бы никогда не притронуться к молоту, если бы не был продан в рабство за самый паршивый железный нож, который видел в своей жизни.

Когда Смит закончил свой рассказ, солнце уже вошло в зенит, а за столом в кузнице повило продолжительное молчание.