- -
- 100%
- +
***
– Господин майор, сколько можно вас ждать?
Как только я открыл дверь в конференц-зал, генерал Шмидт тут же обрушил на меня каменные глыбы своего недовольства. После атмосферы обожания, которая окружала меня там, в России, это подействовало как отрезвляющий ледяной душ.
«Зал короля Артура» – так мы в шутку называли большой конференц-зал. Он действительно чем-то напоминал вымышленное место сбора рыцарей короля Артура – круглое помещение, невысокий сводчатый потолок, стены, выкрашенные темно-розовой краской. На темно-красном паласе – круглый стол из бука с отверстием в центре, вокруг него – кресла, отделанные светло-коричневой кожей.
Здесь уже собрались всё: мой шеф – полковник Дресслер, глава вычислительного центра Артур Франк, незнакомый мне брюнет с бледным лицом аристократа, на котором красовались густые усы. Эдит. И что неприятно удивило – Леон Хаббард, чья харя лоснилась самодовольством, словно его назначили главнокомандующим.
– Извините, сэр.
– Распустились, – проворчал генерал. – Садитесь. И слушайте внимательно. Пожалуйста, профессор, – Шмидт качнул головой в сторону усатого брюнета. – Господин Гордон расскажет сейчас о новом проекте, который мы назвали «Возрождение».
Профессор ответил лёгким кивком и начал вещать, словно читать лекцию студентам. Над столом, высвеченный зеленоватой мерцающей сеткой, начал вращаться сложный агрегат, состоящий из множества узлов, деталей. Сменился на множество трёхмерных изображений. И до меня не сразу дошло, что это такое.
– Таким образом, с помощью орбитопланов на орбиту Земли будут доставляться грузы, и собираться в единый блок…
Система лязгнув, неожиданно выдала экран с новой миссией: «Отразить нападение на Долину неизвестных летающих объектов». Неизвестных? Мысленно я усмехнулся – у бандитов теперь не только ЗРК, но и летающие тарелки. Разработчики обладают извращённой фантазией.
Пока профессор монотонно сыпал и сыпал малопонятными терминами, я отвлёкся на более интересное занятие – пытался найти в базе данных игры хоть какую-то информацию об этих странных объектах.
– На этом всё, господа.
Профессор удовлетворённо откинулся на спинку кожаного кресла, отдёрнул и так отлично сидевший на нем пиджак и сложил перед собой руки, сцепив длинные белые пальцы.
– Вы все поняли, майор? – поинтересовался генерал.
– Да, господин генерал, – ответил я. – Я могу быть свободен? – «труба зовёт», хотелось сказать мне.
– Вы поняли, какую важную миссию будете выполнять?
– Миссию? Не совсем, господин генерал. Моё подразделение не занимается орбитопланами.
– А теперь будет заниматься, – сказал генерал, как отрезал, буравя меня тяжёлым немигающим взглядом. – До вас, я вижу, плохо доходит, к сожалению. Вы будете теперь учить лётчиков вашего подразделения летать на орбитопланах.
Орбитопланах? Это после ЛаГГ-3? Что они творят со мной?!
– Я не могу этого делать. Я сам на них никогда не летал.
– Это ложь, майор, – голос Эдит резанул острым ножом. – Мы прекрасно знаем ваш послужной список. В 2045 году вы участвовали в проекте «Зона-51». Он уже рассекречен.
Ну, виртуальной Эдит, конечно, лучше известно, на чем летал майор Алан Макнайт, но для меня это стало полной неожиданностью. Биография моего персонажа не изобиловала деталями.
– А откуда мы его возьмём, мисс Чемберс? – я нацепил на лицо самую доброжелательную улыбку, на какую был способен. – Чтобы учиться?
– Вы, кажется, всё прослушали, майор? – скривился Артур Франк. – Профессор Гордон только что рассказал: на транспортном самолёте к нам был доставлены части орбитоплана, который будет здесь собран. Также наш вычислительный центр получит техническую документацию, сделает расчёты и подготовит программу для работы репликатора.
– Ну и зачем он понадобился, не понимаю? Катать туристов в космос?
– Майор, вы издеваетесь? – пробурчал генерал. – Или вы – клинический идиот? Вам же чётко и ясно сказали: орбитопланы нужны для доставки узлов космического корабля, который будет собираться на орбите Земли!
– А не проще ли доставлять грузы с помощью ракет, выводимых с космодрома на экваторе? Там сила тяжести меньше всего.
– В странах, которые расположены в тропическом поясе, больше нет места для строительства космодрома, – сказала Эдит тоном училки, которая объясняет простейшие вещи неуспевающему ученику.
– Но там же был космодром, если мне не изменяет память. Аккурат на экваторе. А также можно запускать ракеты с платформы, которая расположена в Тихом океане.
– Были раньше, – проронил профессор Гордон. – Сейчас, все свободные земли застроены. В том числе в океане установлены платформы, где также живут люди.
– Ясно. А скажите, господин профессор, куда он полетит? Вы говорили об этом? Или я прослушал?
– К планете земного типа, которая входит в систему Кеплер-25 в созвездие Лебедь.
– Но туда лететь около тысячи световых лет. Какой в этом смысл?
– Хороший вопрос, майор, – в голосе профессора пробились уважительные нотки. – Я объясню – нашими учёными открыт космобан до созвездия Лебедь.
– Космобан? Это что такое?
– Это область Вселенной, где скорость света выше, чем в других местах. После Большого взрыва в складках пространства свет распространялся быстрее, чем сейчас. Такие пути остались во Вселенной. Так что по нашим расчётам, космический корабль сможет туда долететь всего за тридцать-тридцать пять лет.
– Ясно, профессор. И что – потом будет создан ещё корабль для эвакуации остальных землян?
– Возможно, – уклончиво сказал он. – Сейчас главное, освоить этот тип передвижения в космосе.
– Вы задали всё вопросы? – нашу научную дискуссию прервал раздражённый голос генерала. – Так вот, майор. Ваша миссия – обучить лётчиков пилотировать орбитопланы, которые будут доставлять грузы к космическому кораблю. Вам всё понятно?
– Нет, не всё, – моё раздражение усилилось, и вместе ним дерзость. – Почему обязательно надо, чтобы орбитальные самолёты пилотировали люди? Не проще сделать автоматическое управление?
– Без спутников на орбите Земли такое управление будет невозможно, – вмешался Франк.
Да, это логично.
– И ещё, – пробасил генерал. – Наблюдателем в правильности осуществления вашей миссии генеральный штаб назначил Леона Хаббарда.
Мысленно я матерно выругался. Назначить самого паршивого пилота наблюдателем? Интересно, чья это была идея? Краем глазам я зацепил злорадство, промелькнувшее в глазах Эдит, улыбку, которая коснулась её губ. Это месть мне? А сам Хаббард так раздулся от гордости и самодовольства, что, казалось, лопнет, как лягушка, которая решила сравняться с буйволом.
– Господин генерал, я всё понял. Разрешите идти?
Глазки генерала вылезли из орбит и стали смахивать на рачьи, на лице проступили красные пятна. Он смерил меня уничтожающим взглядом:
– Куда это вы так торопитесь, майор?
Я отрапортовал:
– На Долину совершенно нападение неизвестных летающих объектов. Разрешите приступить к отражению атаки?
Генерал раскрыл рот, издал странный булькающий звук, словно хотел выругаться, но в последний момент сдержался. Не дожидаясь разрешения, я отодвинул кресло и встал.
– Сядьте, майор. На место! – генерал в такт словам рубанул ладонью по столу с такой силой, что подскочили искусственные цветочки в пластиковом кашпо. – Генеральный штаб запретил вам делать боевые вылеты. Это приказ! Вы поняли, майор?
Два противоречащих друг другу указания? Интересно, если я нарушу приказ генерала, то меня забросят в какую-то другую локацию, расстреляют или разработчики опомнятся и ликвидируют баг системы?
– А если я нарушу этот приказ, что будет? – нагло поинтересовался я. – Меня расстреляют?
Дресслер ухмыльнулся, притворно закатив глаза к потолку, и только покачал головой.
А я решительно направился к двери. Из электронного замка вырвался оранжевый луч, осветил меня, но ничего не произошло. Я бросил взгляд на генерала, который рявкнул:
– Сядьте, чёрт возьми!
Но тут зал тряхнуло не по-детски так, что струйками с потолка просыпалась штукатурка. Свет мигнул и погас, и через мгновение по периметру зала в стенах зажглись аварийные лампы, давая скудный желтоватый свет. На замке мигнул индикатор, и я трахнул по двери ногой – она крякнула и со скрипом отворилась.
Выскочил в полутёмный коридор и понёсся к лифту. Мигающий неверный свет выхватывал перепуганные лица, мелькающие, словно в стробоскопе. Я обогнул платформу, на которой укрытой брезентом лежала турбина, и оказался около шахты лифта. Взглянул вниз, в квадратную дыру, заполненную чернильной тьмой – пронеслась мысль, что из-за перебоев в электричестве могу застрять. Бросил взгляд на коммуникатор – чёрный экран – связь отсутствовала. Одна надежда, что кто-то из ребят сам поймёт, что нужно сделать.
Рванул к аварийному выходу, чуть не столкнувшись с долговязым мужиком в спецовке, он едва успел отшатнуться, и я понёсся по ступенькам вверх. Поскользнулся на склизкой поверхности, и шлёпнулся на площадку, ободрав ладони о шершавый бетон.
Но вскочил и ринулся вверх, сердце уже начало пропускать удары, дыхание сбилось, но тут я оказался наверху. Толкнул створку двери – морозный воздух пронзил разгорячённые лёгкие раскалёнными иглами, и я зашёлся в злом кашле. Отдышавшись, вновь попытался установить связь – ничего.
Вечерело. Сгустились хмурые сумерки, на сером небе со зловещим зеленоватым отливом проступили бледные звезды. Из-за отдалённости солнца и странной орбиты, по которой теперь вращалась Земля, день длился всего часов пять, но сменялся не ночной тьмой, а чем-то похожим на полярный день на Аляске.
И тут я услышал гул, идущий со стороны гор Санта-Круз. Он нарастал, и вскоре у меня не осталось сомнений – джеты, много джетов. В голове пронеслась тревожная мысль – у бандитов появились летательные аппараты?
Глава 6. Невосполнимые потери
Там, куда приходит беда, всегда появляются мародёры. Отморозки, которые жаждут поживиться за счёт мертвецов и слабых. Рядом с Силиконовой долиной начали собираться разрозненные группки мерзавцев, грабившие магазины и лавочки. Они нагло врывались в дома беззащитных обессиленных от холода людей и забирали последнее. Кто-то из тех, кого грабили, пытался сопротивляться. Запасался оружием. Вступал в бой, но бандиты, шнырявшие по долине, как шакалы, оказывались сильнее.
Чтобы защитить людей в Долине выстроили высокие бетонные стены вокруг жилого массива – Внешний и Внутренний Периметр. Люди стали ощущать себя относительно защищёнными, но бандитские кланы окрепли и постепенно слились в единую мощную группировку. Их стали называть «Красные волки». Почему именно красные никто не знал. Возможно, из-за аэросаней, выкрашенных в ярко-красный цвет, которые выделялись кровавыми зловещими пятнами на белом снегу. Потом бандиты стали перекрашивать снегоходы и аэросани в неприметный, сливающийся с местностью цвет, а название осталось. В итоге рядом с Долиной возникло настоящее бандитское государство, презирающее любые законы, кроме своих понятий.
Мне много раз приходилось выполнять миссии по отражению нападения бандитов. Иногда им удавалось прорваться сквозь внешний Периметр, разорить очередной склад с продуктами, лекарствами, а главное – с оружием. Но джеты их не интересовали. У бандитов имелись мощные снегоходы с ракетными установками, автоматы, пулемёты, но летать отморозки, слава Богу, не умели. Пока.
И вот сейчас я с ужасом осознавал, как приближается армада джетов, явно чужих.
– Что будем делать, командир? – я услышал знакомый баритон, от которого теплом залило душу.
Обернулся и не удержался от улыбки – пять ребят, пять лучших пилотов, добрались сюда, как и я, без лифта. Среди них я с радостью заметил Люка Пирсона и Дэвида Грина.
Я набрал побольше воздуха в лёгкие, выдохнул.
– Так, значит, предупреждаю. Со мной полетят те, кто умеет летать только по приборам. И которые не боятся.
– А кто боится-то? – Люк оглядел ребят, а те радостно загалдели.
– Отставить разговоры! Электрогенераторы вырубились. Значит, диспетчерская вышка бездействует. И ещё – костюмы спустить сюда не сможет. Так что вот. Сами думайте.
– Так мы и ангар открыть не сможем, – упавшим голосом пробормотал Бобби, оглядев залитые серебристым светом джеты.
– Сможем. Пошли, Люк, – кивнул я.
Вдвоём мы подошли к двери ангара, я пошарил сбоку и подал ему толстую металлическую цепь. Гофрированная тяжёлая дверь скрипнула, но поддалась и в четыре руки мы быстро её подняли. Заклинили.
– Проверить боекомплекты, – я обернулся к пилотам. – И вылетаем.
И отправился к своему джету. Взял лестницу, хотел приставить, но путь преградила долговязая фигура моего техника Гюнтера Райнера, немолодого полноватого немца с задумчивыми голубыми глазами.
– Герр майор, мне приказано… – пробормотал он, коверкая слова сильнее, чем обычно. – Мне приказано не допускать вас до полётов.
– Гюнтер, хватит валять дурака! Помоги лучше пушку зарядить, – как можно дружелюбней сказал я.
Драться с Гюнтером не хотелось. Мужик он хороший, я был доволен его работой. Половина успеха, а может и больше в удачном вылете приходится на работу техников. Они могут перебрать мотор на морозе, при штормовом ветре.
– Я-я не могу, – он по-детски громко всхлипнул. – Герр майор. Bitte nicht.
– Так, Гюнтер, давай договоримся. Ты меня не видел, и я тебя не видел. Всё.
– Ich kann nicht… Я не могу, герр майор, – его голос окреп.
Резкий удар в лицо. Смешно взбрыкнув ногами, Гюнтер отлетел в сторону. Шлёпнулся на спину, прокатившись по инерции по скользкому от изморози бетону. И я с сожалением понаблюдал, как он с трудом привстал, опираясь на дрожащую руку, а из носа на выцветший комбинезон пролилась алая струйка. Никогда себе раньше такого не позволял.
Быстрым шагом направился к хранилищу в конце ангара, выбил дверь ногой и вытащил оттуда радиостанцию, старую и запылившуюся.
– Это что такое, командир? – рядом оказался Люк.
– Радиостанцию надо оставить для связи, – пояснил я. – Помоги мне.
Вдвоём мы вытащили на лётное поле генератор, работающий на бензине и старую радиостанцию. Подключили. Я пощёлкал анахроничными тумблерами, кнопками, и когда шкала ожила, высветились частоты, облегчённо вздохнул.
– Бобби!
– Я!
Высокий рослый парень вытянулся рядом, заглядывая мне в лицо почти подобострастно.
– Ты остаёшься здесь на связи.
– Почему, командир? – уголки рта плаксиво опустились, в глазах засветилась детская обида.
– Это приказ, – жёстко бросил я. – По машинам! Держим связь и обо всем докладываем мне. Всё ясно? Отлично.
Я забрался в кабину, привычным взглядом окинул приборы. Запустил двигатель, приятным рокочущим басом запела турбина. И я мгновенно выбросил из головы все несущественные мысли, загнал в глубины души все переживания. Рычаг газа вперёд, тормоза отпущены. Вырулил на взлётно-посадочную полосу и начал набирать скорость. Двигатель уже на максимальных оборотах. Но джет бежит нехотя, подскакивая, словно телега по булыжной мостовой – снега намело, отчистить не успели.
Набираю ускорение – вроде на глаз нормально. Оторвал переднее колесо – получилось. Но лобовое сопротивление решил не увеличивать, взлётный угол не устанавливать. Прижимаюсь к земле, лишь бы переднее колесо не опустить.
Толчки стали мягче, выхожу уже на взлётную скорость, но джет не просится в воздух, и пристально наблюдаю, как в сумеречном свете стремительно набегает на меня край полосы. И вот уже граница нырнула под джет. Плавно, но энергично беру ручку на себя. Мой летун послушно взмывает в воздух. Шасси убрались с характерным стуком.
Оглядываюсь назад и выдыхаю с облегчением – вижу всю четвёрку бравых парней. Пристраиваются рядом. И с боевым разворотом мы ложимся на курс – туда, где слышен нарастающий рокот.
Мелькают внизу невысокие холмы, заросшие заснеженным хвойным лесом. Разницы, кажется, нет, что летишь в самолёте, что мчишься по земле на автомобиле – мелькает одинаково. Но в машине земля близко, она – твой друг. А здесь в джете – коварный враг, который только и ждёт, когда ты ошибёшься и рухнешь в его смертельные объятья.
И тут из серых кисельных облаков вынырнул рой точек. С грозным гулом стали стремительно увеличиваться в размерах, и вот я уже вижу их очертания. Странный силуэт – что-то знакомое и в то же время не похоже ни на что. Скорость небольшая. Вытянутый «тощий» фюзеляж, тонкие, изломанные как у чаек, крылья, почти незаметное хвостовое оперение и каплеобразная кабина. Летят в строю и наверняка заметили нас, но не пытаются даже перестроиться. Насчитал их два десятка. Против нас пятерых – многовато. Но пускать их к Долине нельзя.
Я скомандовал набрать высоту и атаковать. И сам свечой взмыл вверх, так что заломило в затылке от перегрузки, и на миг я ослеп. Пронёсся вихрем в дымных облаках и сквозь прорехи увидел вражескую стаю. Для проформы послал несколько раз сигнал: свой-чужой. В ответ – предсказуемое молчание.
Упал соколом вниз и погнался за одним.
Нарастает выкрашенный серо-голубой краской длинный и тонкий, словно тело стрекозы, фюзеляж. Жму гашетку – из пушки срывается рой светящихся стежков, прошивает морозную дымку. Бьёт с виртуозной точностью по кабине. И… Не верю своим глазами – проходит насквозь, словно там полная пустота. Что за чертовщина? Растерялся на мгновение, забыл отвернуть. Мчусь на всех парах на противника в лобовую. Жму гашетку ещё раз и вновь – неудача.
«Стрекоза» вдруг неожиданно легко воспаряет надо мной и мгновенно оказывается у меня за спиной. Ничего себе! Но срабатывает выработанный годами рефлекс – отклонив ручку влево, жму педаль. Резкий крен, ухожу на крутой вираж.
Вижу, как ребята гоняются за «стрекозами», а те даже не думают их атаковать. Носятся в дымной пене облаков, как мотыльки.
Бросаю машину в пике, и вижу, как стремительно нарастает мутная белизна внизу. Вновь взмываю вверх, скольжу по дуге, режу воздух веером огня и… О, чудо! Взрыв, ещё один. Фейерверк горящик обломков вспенивает воздух. И словно цепная реакция прокатывается по стае «стрекоз».
– Это обманка, командир, – слышу в шлемофоне спокойный и даже как будто снисходительный возглас Люка. – Мишени.
От злости я готов разбить локатор. Как я не догадался сразу, что это ловушка?! Беспилотные самолёты-мишени с голографической оболочкой. Но значит, кто-то специально решил отвлечь наше внимание?
Приказываю расстрелять все мишени и сам принимаю участие в охоте. Через четверть часа воздух заполнен дымными следами от обломков. Молодцы парни, недаром я их учил.
– Люк! Слышишь меня?
– Да, командир.
– Найди место, откуда запустили эту хрень и расхерачь к чёртовой матери! Понял?
– Есть, сэр!
– Да, и потом сразу домой. На базу!
– Да, командир!
Командую отбой. Ребята пристраиваются ко мне, и мы несёмся назад. А в душе копошится червячок нехорошего предчувствия.
Издалека слышу грохот. Похоже на взрывы. Бомбят? Но почему молчат наши зенитки?
– Бобби, что у тебя там? – взываю по рации. – Слышишь меня?
– Слышу! – сквозь помехи пробивается голос. – У нас тут черти что творится…
– Бомбардировщики? – спрашиваю, а к самому горлу подступает злость.
Так глупо попасться – погнаться за дурацкими мишенями.
– Не знаю… Пока понять не може…
Голос заглушила канонада взрывов.
На подлёте к Долине я заметил, как из облаков светло-серыми каплями срывались бомбы. Оглушил взрыв. За ним – другой, третий. Но на радаре я ничего не увидел, словно бомбы материализовались прямо из воздуха.
Дал парням команду барражировать над Долиной, а сам решил подлететь поближе, взмыл в облака над тем местом, откуда падали бомбы. Радар показал нечто похожее на стайку птиц. Но какие, чёрт побери, здесь могут быть птицы? Завёл цель в компьютер, сделал расчёт и нажал гашетку – рой огненных стежков прошил невидимую цель.
Взрыв долбанул джет со страшной силой. Фонтан огненных обломков вспенил воздух. Джет тряхнуло, отбросило в сторону. И потеряв скорость, он рухнул камнем вниз, закрутившись в штопор. Один виток, второй, третий. Земля стремительно приближалась, и рефлекторно хотелось поднять нос джета. Но из последних сил я решительно отвёл ручку от себя, нажал педаль против штопора. Джет выравнялся, вышел в управляемое пике, а затем – в горизонталь и пронёсся так близко над домами, что чуть не поджёг выхлопом из турбин крыши.
– С вами всё в порядке, сэр? – я услышал обеспокоенный голос Грина.
– Да! Но лучше держаться подальше.
Бросил взгляд на радар: «стая птиц» исчезла. Ну что же, теперь всё ясно.
Скомандовал сделать набор высоты, и, пробив густую пену облаков, мы вырвались на простор глубокой синевы, на которой дымной спиралью сиял Млечный путь. Здесь царил покой и тишина, которую слышно было даже за воем турбин.
– Я – «перрон», вызываю «Скалу», – слышу сквозь сильные помехи голос Бобби.
– Слушаю тебя.
– Сэр, тут какая-то чертовщина вынырнула из облаков. И пролетела надо мной. Очень низко.
– Как выглядит?
– Как НЛО.
Слышу хихиканье ребят: Бобби решил нас разыграть.
– Это серьёзно, командир. Чёрт, я понял, что это! Аэростат!
– Дирижабль? Какого размера? Приблизительно?
– Сейчас прикину. Так. Дискообразный, футов пятьдесят в диаметре. Высотой футов пятнадцать. А под ним небольшая гондола. Все выкрашено в голубовато-серый цвет.
Я залез в базу данных системы и ввёл данные. Так, теперь понятно, что это такое. Дирижабль-невидимка «Stealth Blimp» с электрокинетическими двигателями. В диапазоне высоких частот «невидимки» действительно малозаметны. Но от импульсно-доплеровских радаров ускользнуть им не удастся.
Я вывел на экран карту местности, загнал в компьютер размеры аппарата, которые сообщил Бобби. Пробежали колонки формул, цифр.
– Так, парни, – скомандовал я. – Поиграем в «морской бой».
– Это как? – воскликнул Харви.
– Будем искать эту хренотень с помощью допплеровских радаров.
Мы цепочкой облетели Долину, осторожно прощупывая пространство – это показалось вечностью. Но когда я бросил взгляд на часы, оказалось, что прошло всего несколько минут.
– Ага, вот они! – воскликнул я. – Ну и сколько кто нашёл?
– Две штуки, – сказал Харви.
– Три! – радостно завопил Грин.
– Молодцы. Но на самом деле их четыре. Один совсем далеко отсюда. Где-то в сотне миль. Задача такая. Заходим на курс парами, стреляем и уходим боевым разворотом или петлёй. Затем бьёт другая пара. Пока не пропесочим весь сектор. Я и Харви. Грин вместе с Сосновским. Задание ясно?
– Да!
Мы развернулись и отлетели на приличное расстояние.
Сливающийся в серо-голубое месиво хвойный лес перешёл в смертельную белизну равнины. И я лёг на обратный курс.
Впереди показалась россыпь домиков под плоскими крышами. Джет Харви летел рядом, словно связанный со мной невидимыми лентами.
Вышли на цель, я нажал гашетку – ракеты синхронно прошили пространство огненными иглами. Обломки дирижабля взметнулись в небо.
Когда отутюжили всю Долину, я бросил удовлетворённый взгляд на экран. По моим подсчётам мы уничтожили все дирижабли. Кроме того, который я засёк далеко от нас. Его-то я оставил на закуску.
– Ладно, по последней! И домой!
Алые стрелы вновь разорвали сумрак неба на куски, как вдруг я услышал позывные:
– Я – «Стриж», я – «Стриж». Вызываю «Скалу». Слышите меня?
– Слышу тебя «Стриж».
– Задание выполнено, командир. Возвращаюсь.
На меня будто обрушился ушат ледяной воды.
– Люк, осторожней! – закричал я. – К тебе летят наши…
Жуткий грохот заставил вздрогнуть, вжав голову в плечи.
– Люк! Люк, отзовись! Люк!
Гробовое молчание в эфире. Ребята тоже притихли. И так безмолвно и тихо мы вернулись на аэродром.
Стоило джету приземлиться, как я отстегнул ремни, выбрался из кабины на крыло. Спрыгнул, едва не переломав ноги, и бросился в ангар. Оседлал снегоход, и, взметая снежную пыль, понёсся по лесу, рассекая со свистом воздух. Колючий ветер бил в лицо, перед глазами муть.
Но джет, который воткнулся почти вертикально в землю, я смог увидеть издалека. Затормозив снегоход, я спрыгнул с седла и понёсся к месту катастрофы. И одна мысль билась в голове: только бы Люк успел катапультироваться. Только бы он успел!
Я увидел разбросанные обломки джета, пустую кабину, как они замерцали – исчезли, словно кто-то стер их ластиком.
Отозвалась система, выдав очередной экран:
Миссия выполнена. Получено 120 баллов опыта.
Вы открыли новый летательный аппарат: «Космический орбитальный самолёт».
Характеристик система не выдала, зато открыла очередной кусок на карте, и я решил посмотреть, что там находится.
***
Я вызвал лифт и когда прозрачный цилиндр приостановился возле меня, сделал шаг внутрь. Кабина начала медленный спуск, по пути показывая все тайны подземного городка: жилые отсеки, оранжерею, комнаты отдыха, тренажёрный зал – туда я отправлюсь позднее. И вот, наконец, нужный уровень.