- -
- 100%
- +
Коля может назначить встречу с клиентом и не прийти на неё. А может взять и без предупреждения нагрянуть к клиенту в офис.
Коля может не брать трубку, когда ему звонит собственник предприятия-клиента. А может позвонить кладовщику и целый час обсуждать, где лучше мыть машину.
Коля совершенно необъяснимо выбирает задачи. Может взяться за длинную, в несколько недель, тихую спокойную разработку. После ему, естественно, несут следующую, аналогичную. А он отказывается и садится решать очень срочную, но больше слесарную задачу – какую-нибудь поломанную БД починить. Прочитав одно письмо с просьбой об анализе проблемы, Коля его удаляет. Следующее письмо, с аналогичной проблемой – вдумчиво читает, аккуратно отвечает, излагает варианты. Когда его просят решить задачу, он может написать ответ в духе «эту задачу не надо решать». Когда его просят «просто подумать», он присылает почти готовый прототип.
Коля может месяцами не появляться на обязательных совещаниях и мероприятиях. А потом раз – и приползти. Иногда – вообще сам, ни с того ни с сего, совершенно вдруг, организует совещания, конференции и выступления.
Все планы, сроки, проекты, бэклоги, дедлайны Коле по барабану. Он может полгода делать задачу, на которую нужно полдня. А может за полдня сделать то, на что отводился месяц.
Единственное, что в Коле надёжно (но не является его обязанностью): если он взялся, то результат будет великолепен.
Как видите, всё описание трудовых подвигов Коли начинается или с «если», или с «когда». Это не пустые слова, для форсу. Это реальность. Собственно, её Коля и имел в виду.
Ситуация очень странная. Все, абсолютно все привыкли, что Колю надо просить. Не упрашивать или унижаться, а «просить» в противовес «заставлять», «приказывать», «скидывать», «передавать» или «назначать». Настолько привыкли, что уже не замечают. В том числе того, что никак не реагируют на отказ или игнор. Никому и в голову не приходит обижаться, спорить или даже задавать вопросы.
Коля никому ничего не должен. Это было настолько естественно и привычно, что никто даже не задумывался. Лишь явное провозглашение Колей собственной свободы вызвало столь живой отклик всего офиса.
Проблема
Но Коля опять отчебучил. Спустя неделю после своего заявления он, ни с того ни с сего, вдруг объявил «Час развития, на котором я Всё Объясню». Естественно, припёрлись все до единого.
Начал Коля издалека. Рассказал про свою первую работу. Там всё было стандартно: задачи, сроки, проекты, планы, цели, бюджеты, «ваша программа не работает», недосып, валерьянка, первая седина (года в 23). Выгорание, увольнение, пауза в месяц.
Какие-то книжки (утверждает, что не помнит название и автора). Говорит, эзотерика, психология и поведенческая экономика. Долгие раздумья. Решение и стратегия.
Но сначала – о проблеме.
Коля пришёл к выводу, что главная проблема любого сотрудника любой компании – предсказуемость. Любой человек что-то собой Представляет. У него есть привычки, принципы, стандарты, ценности, статистически значимые оценки результатов (в т.ч., например, попадание в сроки). Если понаблюдать, говорит Коля, за любым сотрудником – программистом, аналитиком, менеджером – вы заметите некий «стиль», что ли. Наклонности, перекосы, предпочтительные варианты действий, стандартные реакции на типовые раздражители, одни и те же способы уйти от проблем, «предсказуемое геройство», ожидаемое самокопание, легко читаемые крючки для манипуляции и т.д.
Обращаясь к уже знакомому начальнику с просьбой, вы всегда с высокой вероятностью можете предсказать его реакцию, ответ. Поэтому можете к ним подготовиться – аргументами, контраргументами, цифрами.
Ставя задачу программисту, вы заранее знаете, обрадуется он или загрустит. Один обрадуется задаче по новой технологии, у другого случится паническая атака.
При конфликте с клиентом менеджер ведёт себя по одному и тому же, своему личному шаблону. Один всегда ощетинивается, другой оправдывается, третий обещает «прибить к стенке этих подонков-программистов», четвёртый скажет «нужно собраться и обсудить это отдельно».
Когда близок дедлайн, каждый человек ведёт себя по одному и тому же шаблону. Один паникует и мельтешит, второй сжимает челюсти и не спит ночами, третий бежит увольняться, четвёртый спокойно, рассудительно придумывает, как вывернуться и получить индульгенцию.
Так вот, говорит Коля… Всё это не годится.
Паттерны
Любой паттерн, шаблон, привычное поведение, по мнению Коли, создаёт паразитирующую зависимость. От неё страдают обе стороны – и сотрудник, и его «потребитель» (внешний или внутренний).
Для сотрудника зависимость в том, что он сознательно или подсознательно вынужден всегда действовать так же, как раньше. По сути, свобода выбора есть только в первых итерациях применения (а точнее - становления) профессиональных навыков. Раз выполнил задачу в срок, второй, третий и… Всё, паттерн сформирован. Теперь путь, ценность, критерий правильности только один – всегда выполнять задачу в срок. Любое отклонение воспринимается и сотрудником, и постановщиком, как провал, ошибка, выход из строя.
Никто не хочет провалов и ошибок, несоответствия ожиданиям, поэтому сотрудник вынужден вести себя ровно так, как в предыдущих итерациях. Быть таким, каким его привыкли видеть. Точнее, каким сам приучил видеть себя.
Для «потребителя», или постановщика, или просителя зависимость в том, что он чувствует себя обязанным укладывать свою задачу и все её параметры в некие известные заранее особенности исполнителя. Программист Серёжа принимает задачи только по электронной почте – ага, надо не ходить, а письмо написать. Вася всегда ошибается при оценке срока в два раза – надо не забыть умножить перед тем, как сказать клиенту. Этот начальник всегда плохо воспринимает просьбы о покупке мебели во второй половине дня – слишком плотно кушает в обед – надо, значит, приехать пораньше и сразу к нему.
Как видите, продолжал Коля, эти ребята только усиливают зависимость. Сотрудник следует собственным паттернам, боясь не соответствовать ожиданиям. Постановщик, укладывая свои требования в этот же паттерн, лишь подтверждает его, паттерна, значимость. И в глазах сотрудника, и в собственных («сделал всё, как он любит, и получилось!»).
Так, по замкнутой петле обратной связи, паттерн становится железобетонным. Разрывается, увы, только увольнением – в новой компании снова будут первые итерации с «утверждением паттерна». Возможно, удастся сделать его лучше.
Сознательная иррациональность
Итак, если проблема в следовании паттерну, то как её победить? Не следовать паттерну, конечно. Или следовать не паттерну, если угодно. Действовать иррационально и непредсказуемо.
Именно к такому выводу пришёл Коля. Устроился на новую работу, попробовал. Сначала были конфликты, срывы, скандалы. Главный ведь паттерн в том, что у всех есть паттерны. Человек, который ведёт себя иначе, вызывает смешанные чувства – интерес, отторжение, страх, ненависть, зависть и т.д.
Потерпев 2-3 месяца, ведя себя иррационально, Коля стал абсолютно свободен. Никто, включая собственника, не «ставил» ему задачи. Всем ставили, а Коле – нет. Предлагали, просили – да. Но не заставляли.
Коля же вёл себя ровно так, как в нашем офисе, как написано в начале. То брал задачу, то не брал. То просрачивал, то делал в сотни раз быстрее. То отказывался читать запрос, то бегал и приставал с многочасовыми расспросами. И так – абсолютно всё.
Говорит, это очень просто: надо делать то, чего от тебя в данный момент не ожидают. Максимально игнорируя обстоятельства, возможный ущерб, обиды и т.д. Конечно, есть какие-то прям совсем берега, где речь идёт о серьёзных потерях в деньгах, но не в нашей, программистской профессии.
Предупредил, что надо правильно понимать фразу «то, чего не ожидают». Ключевая, говорит, ошибка – тупо делать инверсию. Люди не дураки, быстро заметят этот фокус – «послушай и сделай наоборот».
Не стоит устраивать и подобие карусели, т.е. выбирать варианты поведения по очереди. Или привязываться к дням: в понедельник я добрый, во вторник – злой, в среду конструктивный и т.д. Это будет рациональная иррациональность. А иррациональность должна быть иррациональной.
Главное, по словам Коли, пережить первые пару месяцев. Люди будут в бешенстве. Лучший рецепт прививания собственной иррациональности – собственный же профессионализм. Та самая единственная предсказуемость Коли: если взялся, то результат должен быть прекрасен.
Отдельную проблему представляют новые люди – клиенты, менеджеры, начальники и т.д. Все «старые» привыкли, а новые будут возмущаться. Тут рецепта два: или действовать, как в первые месяцы, или посылать «новых» к «старым». Коля предпочитал второе – отправлял нового менеджера к старому с заданием «иди и узнай, как со мной правильно работать».
Тут стоит упомянуть о тех, кто с Колей, собственно работает.
Клиенты Коли – самые довольные и стабильные в плане денежных поступлений. Проверяется их «довольство» просто. Если позвонить и спросить мнение о Коле, наговорят гадостей. Если тут же предложить заменить Колю кем угодно, устроят бунт.
Менеджеры и РП, работающие с Колей, аналогичного мнения. Спросишь – скажут «очень трудный человек». Предложить переключиться на других программистов – наотрез откажутся. Спросишь причину – «без комментариев».
Никаких розовых соплей и восторженных отзывов. Но зависимость от Коли предельно жёсткая, необъяснимая, уже на уровне рефлекса.
У Коли же зависимостей никаких.
P.S.
Коля так живёт уже 12 лет. Работа у нас - третья с момента перехода к иррациональности. Менял работу потому, что... Скучно.
Крепостное право в ИТ
Я уж и забыл про крепостных в ИТ, но сегодня обратился знакомый и всколыхнул воспоминания пятилетней давности. Симптомы один в один: деревенский ИТ-директор решил сменить работу, но никак не может найти предложение с зарплатой, даже близко похожей на текущую. Потому что никому не нужны крепостные крестьяне.
Крепостными становятся, обычно, ИТ-специалисты, работающие в штате клиентов. Соответственно, это ИТ-директора, программисты и сисадмины. Есть ли такое в ИТ-компаниях – не знаю, тут интересно вас послушать.
Кратко напишу, что это за дичь.
Краткая история крепостного права
Что там было в царской России – не буду пересказывать, мы с вами одни учебники истории читали. Но в 1861 году крепостное право не исчезло, а модифицировалось – стало, пожалуй, гибридным.
Цель его осталась прежней – «закрепостить», т.е. сделать так, чтобы сотрудник не мог сбежать к другому работодателю. Если помните, с этого и началось крепостное право.
Только методы стали мягче. В основном это очереди на жильё (уволишься – встанешь в конец очереди), беспроцентные займы (или льготные кредиты), условия которых резко плохеют при увольнении, ну и главное – «выслуга лет» в разной форме.
Сталин на какое-то время вообще вводил уголовную ответственность за беготню между заводами. Потом стало помягче, как в предыдущем абзаце. Часть методов перекочевала в 90-е (помню беспроцентные кредиты родителей, при отсутствии выплаты зарплаты вообще), потом в нулевые (лично брал беспроцентные займы на первой работе), сейчас этого сильно меньше – остались, например, займы на образование (менеджеры учатся на MBA тыщ за 500, при увольнении займ превращается в так-себе-кредит).
Но появился другой метод, характерный в основном для ИТ. Назовём его «ползучка».
Ползучка
Вообще, его называют «ползучее увеличение зарплаты». Но я бы назвал ползучкой ещё и карьеру будущего крепостного.
Начинается почти всегда одинаково: человек приходит работать специалистом – программистом или сисадмином. Большинство на одном месте долго не задерживаются – получили опыт, применили метод «прыжок» и ушли на другое предприятие, получив плюс чирик к зарплате. Но только не наш абстрактный герой.
Наш держится и проникает, как спрут. Поначалу – в профессиональном плане. Глубоко погружается в ИТ-инфраструктуру, бизнес-процессы, потребности, сценарии, проблемы, ошибки. Вот прям глубоко, как для себя – больше, чем требуется. Задаёт вопросы, проявляет рвение, радеет за предприятие.
Естественно, лояльность не остаётся незамеченной. Человека постепенно начинают воспринимать, как своего. Как надёжного, который выручит в сложной ситуации. И он выручает. Особенно в кризис, будь то взлом, внезапная проверка, пожар, потеря клиентов, расширение бизнеса и т.д.
Он такой, молодец. Все остальные ждут задачи, пинка, задания, а наш сам знает, что делать. Запускается новый магазин? Наш герой там ночует. Пришла проверка? Вывозит сервер в багажнике домой. Воруют на складе? Быстро внедряет какую-нибудь RFID-маркировку или «предметно-количественный учёт» (что бы это ни значило). Короче, добивается результата в рамках предоставленных ресурсов.
Где-то в процессе поднимает вопрос о повышении зарплаты. Или вопрос поднимается сам. Если заслуги реальные, то вопрос решается позитивно. Ещё раз акцентирую: зарплата поднимается не по какой-нибудь там «объективной шкале рынка», не за профессиональные компетенции или грейды, а потому что молодец. Потому что выручил, помог, участвовал, бежал впереди паровоза.
Раз повысили, два повысили, потом и о должности разговор зашёл. Чего такому человеку программистом числиться? Ведь он все процессы знает вдоль и поперёк, лучше главбуха, директора и финдира вместе взятых. Пусть будет ИТ-директором. А что это значит – сам придумает.
Очень скоро зарплата начинает обгонять рынок. Но это никого не беспокоит – ведь понятно, за что платится. За надёжность. За то, что знает нашу систему и процессы, как свои пять пальцев. За то, что не надо объяснять.
В некоторых случаях человек не просит себе должность, остаётся программистом или сисадмином. Бывает, что просит, но не дают – тоже не дураки сидят, знают, что Большого Начальника потом сковырнуть сложнее. Некоторые программисты сами отказываются – не хотят брать на себя ответственность за непонятные абстракции вроде «стратегия развития».
Ползучка обычно продолжается несколько лет. Самый длинный известный мне пример – 13 лет. Наверняка есть больше, я сужу по своим знакомым.
После 10+ лет ползучки зарплата у человека в 2-3 раза выше рынка. Вот прям смеяться будете, но в какой-нибудь провинции это могут быть сотни тысяч.
И тут, почти всегда, приходит Тупик.
Тупик
Всё просто – зарплату в разы выше рынка видит не только крепостной, но и тот, кто платит. Вообще, т.к. зарплата растёт не спеша, ползуче, как коммуналка, то особо и не замечается. Но иногда, вдруг, когда вожжа под хвост попадает, собственник или директор сумму-то замечают.
Частенько на правильную мысль наводят доброжелатели – смежники, из других ведомств, вроде снабженцев, продавцов, производственников и т.д. У большинства из них есть ключевое преимущество – результаты можно измерить в деньгах, и зарплата – лишь некая «доля». В случае ИТ-специалиста все копья сломаешь, но хрен поймёшь, за что ему платят. За то, что «всё работает».
Разговоры на тему «а за что мы столько платим?!» возникают всё чаще. К этому моменту, разумеется, наш крепостной (ещё не понявший своей зависимости) уже здорово научился проводить разговоры о своей зарплате грамотно. Тут голову потупит, там психанёт, а то и заявление на стол кинет, или уведёт разговор в песок – предложит посчитать стоимость обслуживания внешней компанией («пусть только они сначала разберутся, как тут всё устроено»).
Разговоры, инициированные текущим руководством, почти всегда заканчиваются ничем. Поорали, пропсиховались, извинились и дальше работать.
Но у тупика есть и обратная сторона: крепостному всё сложнее осуществлять ползучее увеличение зарплаты. Он настолько хорошо всё организовал, что уже сложно придумать, почему ему надо больше платить. Доходит до смешного – чувак сам создаёт кризис (например, бездействием). Или с нетерпением ждёт объективной необходимости в себе – например, строительства нового цеха, появления нового вида деятельности, или выхода на IPO.
Однако, всё равно наступает момент, когда единственным гарантированным способом повышения зарплаты, уже и так в 2-3 раза превышающей рынок, становится каприз. Надо ходить грустным, хмурым, задумчивым, выражать недовольство и ждать, пока вызовут и спросят, что случилось. Тут выдаётся заготовленная история о… Чём-нибудь, связанном с зарплатой. Денег не хватает, перспектив нет, друзья больше зарабатывают (никто не проверит), хочется больших задач и т.д.
Начальство не любит, когда хорошие, надёжные люди грустят. Поэтому добавит денег – «лишь бы не плакало». Но когда-то сказке приходит конец. По моим наблюдениям, сценарий почти всегда один и тот же.
Вот тебе, бабушка, и Юрьев День
Однажды меняется ЛПР. Как правило, появляется новый директор. В системе ценностей собственника директор, естественно, выше любого из деревенского совета директоров. Часто бывает так, что новый директор нанимается именно для того, чтобы принять неудобное для собственника решение – разогнать всю эту плеяду, хотя бы чужими руками.
Новому директору, естественно, наплевать на былые заслуги и всякие там ползучки. Он оценивает зарплаты по рынку и результатам. У продавцов, производственников и прочих, напомню, можно понять корреляцию между результатами и получкой. Объяснить зарплату крепостного ИТшника, увы, разумными доводами просто невозможно.
Его не выгоняют сразу. Просто задают массу неудобных вопросов и перестают предсказуемо реагировать на капризы. Речь уже не идёт о повышении зарплаты – чуваку предлагают обосновать, за что он, собственно, получает такие деньги. Тем более, что в загашнике нового директора почти всегда имеется знакомый – или интегратор, или Вася с прошлой работы (такой же крепостной).
Тут наш трудяга и начинает искать новую работу. Пока – в розовых очках.
Реальность
Что происходит дальше – сами, наверное, догадываетесь. Крепостной выходит на рынок и узнаёт реальную оценку своим… Чему?
Казалось бы, навыкам и компетенциям. Но очень быстро становится понятно, что навыков-то особо и нет. Всё, что человек умеет и знает, относилось к конкретной среде обитания. Наверное, возможно, когда-то, где-то получится эти навыки воспроизвести, показать и доказать. Но собес идёт за собесом, а доказать не получается. Банально нет таких тестов.
Любая проверка навыков программирования заканчивается фразой «ну, у меня там было немного по-другому». Старые технологии, никому (теперь) не понятные приёмчики и фреймворки, масса кода, который «нельзя показать, сами понимаете», но я обязательно разберусь! Аналогично – по сисадминству.
Но самое главное, что пытается продать крепостной, вообще никакой проверки на прочность не выдерживает. Он ведь чего делал? Процессы, нервную систему бизнеса, железным кулаком за яйца держал (простите, это фраза одного из подобных кандидатов с собеса, чтобы вы понимали их подходы и лексикон). Но стоит такому яйцедержателю рассказать о наших процессах – начинает тупить, как вчерашний выпускник какого-нибудь новоиспечённого факультета бизнес-анализа.
Тут же оказывается, что все знания о бизнес-процессах жёстко привязаны, как минимум, к отрасли – и это если повезёт. Обычно же, увы, к конкретному предприятию и его персоналиям. Ни знания, ни опыт, ни результаты нельзя абстрагировать, перенести, воспроизвести за обозримое время.
Никаких кейсов крепостной забрать с собой не может. Уходит гол, как сокол. Лишь с могучим «Я могу!».
Соответственно, и на прежнюю зарплату рассчитывать не может. Даже на её половину. Изредка, конечно, случаются чудеса. Например, попадается ЛПР, знакомый с прежним работодателем, а то и служивший там. Или крепостной устраивается в компанию-конкурент, и ему платят больше за информацию, чем за результаты.
В большинстве же случаев, как ни прискорбно, начинать приходится от печки – ровно с той зарплаты, с которой началось крепостное право.
Чё делать?
Чё делать, чё делать… Разумно балансировать. Если есть возможность, не меняя место работы, повысить зарплату «за лояльность» - почему бы и нет. Но всегда помнить, что придёт «освобождение» – всегда, как бы ни было хорошо сейчас.
Развивать, прокачивать и применять реальные навыки. Следить за трендами (не путать с хайпами). Изучать и применять новое. Накапливать максимально абстрактный, отторгаемый, широко применимый в будущем опыт. Короче, работать на комплект увольнения.
Ну а если уж связались с бизнес-процессами и бизнес-результатами, то добро пожаловать в большой мир Упаковки и Продажи. Делайте это заранее.
PROграммист со звёздочкой*
Про качество подготовки программистов на раскрученных курсах не написал ещё только ленивый. Я – ленивый, поэтому пишу только сейчас.
Попался мне тут человек, который принёс на собеседование диплом, выданный одной раскрученной образовательной организацией. Раньше я только жалобы на неё читал, что деньги не возвращает. Но никогда не видел выпускников. Стало жутко интересно.
Для этого кандидата я пропустил свои стандартные проверки на логику и алгоритмы, и просто взял его на испытательный срок. Не смог удержаться – очень хотелось посмотреть, чему же учат. Пока человек рассказывал, я сбегал в интернет, прочитал и ахнул.
Судя по описанию курса и его результатов, чувак должен меня собеседовать, а не я его. В названии курса красовался эффектный уровень PRO.
Итак, взял я чувака на испытательный срок. Сравнить мне есть с кем – в двух словах опишу этих ребят.
В основном ко мне в отдел приходят люди, которые хотят стать программистами. Обычно входных критериев два – какое-нибудь ИТ-образование (чтобы цикл от условия отличал) и решение пары задач на логику и алгоритмы на собеседовании. Дальше идёт погружение.
Скорее, правда, «погружение». В программировании оно простое донельзя. Есть широко известная в узких кругах книга чудесного автора, которая очень поверхностно знакомит со всеми основными аспектами разработки. Фишка в том, что книгу надо не просто читать, а «прорешивать» - набивать в компьютере код, который напечатан на бумаге. Один большой, на неделю, сквозной пример.
Знаний и умений после книги почти нет. Всё, что она даёт – знакомство со средой разработки, лёгкая тренировка по программированию на русском языке, ну и запомнить несколько сочетаний клавиш, пару-тройку свойств, событий, типов объектов.
На этом – всё. Не, вообще, конечно, там написано намного шире и глубже, но в первую неделю никто этой ширины и глубины понять не в состоянии. В реальности остаются лишь поверхностные знания. Которые, однако, очень нужны при решении первых учебных задач – чтобы не тупить на ровном месте и знать, в каком месте писать код.
В этой точке объекты сравнения сошлись. Человек с модных курсов против чуваков, прочитавших за неделю книжку. Обе группы идут изучать уже вполне конкретные темы и сдавать мне экзамены. В первый месяц это прям вообще база – универсальные коллекции (массивы, структуры, деревья, таблицы), запросы и базовые алгоритмы.
Сухая статистика. «Книжники» в первый месяц сдают 2.5 экзамена. «Курсовик» сдал 0. Среди «книжников» такое тоже бывало – правда, лишь один раз (оказалось, ему кто-то «помог» на собеседовании).
Краткая характеристика навыков, полученных чуваком на курсах: умеет нажимать, куда сказали. Пока всё, больше ничего не заметил. Из языка запросов там преподавали, судя по ощущениям, только select и from.
На всякий случай жирным шрифтом напишу: человек хороший. С правильными ценностями, целями, подходами. По формальным критериям его пора выгнать, но я не буду – верну его в исходную точку и дам книгу прочитать.
Он просто поверил рекламе. Там, как водится, было гарантировано трудоустройство. Ну и, разумеется, в конце каждого значимого обещания стояла *.
Выносить какой-то вердикт не буду – кто я такой... Если попадётся ещё один кандидат с этих курсов, попрошу-таки решить задачки на логику и алгоритмы. Не стоит исключать, что мне просто попался какой-то необычный чувак. Но диплом-то ему выдали…