Человек каменного века

Глава 3. У разбитой тарелки

Вокруг была картина полного разрушения. Уничтоженная тарелка, кентавры, медленно поднимающиеся на ноги, лежащие без сознания Север, Теплая и Анг. Мальчик к тому же был привален перевернутым столом, тыква с его головы слетела и разбилась на две части. Вдоль ущелья расползался пар, постепенно редея.

Первой пришла в себя женщина, закашлялась, встала на четвереньки, потом села прижавшись спиной к дереву. На ее костюме не было заметных повреждений. Затем поднялся мужчина, пошатываясь, дошел до большого камня и уцепился за него, его лицевая часть костюма была рассечена, виднелись металлические детали воздушного фильтра.

Начинало темнеть. Север складывал на обрывок защитной пленки оставшиеся полезные предметы: цилиндры аккумуляторных батарей, провизию и воду в контейнерах, медикаменты, свернутые рулонами обрывки пленки, молоток, какие-то другие инструменты. Получилась довольно большая кучка. Белка привязывала к дереву точечный светильник.

Теплая оказывала помощь Ангу, лежащему на пленке. На его теле появилось несколько небольших швов, в вену на шее вставлен катетер и подключена емкость с раствором. Заметив приблизившегося мужчину, она подошла к нему и спросила: – Это все?

– Думаю, что да. Остальное либо непригодно, либо уже ненужно. Хорошо, что не сработал аварийный заряд, иначе бы от нас ничего не осталось. Я с кентаврами собрал обломки в кучу. Когда отойдем подальше, я его активизирую, не стоит оставлять столько артефактов. Ночью сюда вряд ли кто-то сунется, до людского жилья довольно далеко, никто не пострадает.

– Остановись, дай обработать твое лицо, потом это будет сложнее.

– Хорошо, я только еще раз попытаюсь связаться по аварийному каналу с лагерем и орбитальной станцией.

Север ушел в сторону сваленных в кучу обломков металла, пластика, обрывков шлангов. Белка, держа в зубах провод, стала затаскивать антенну на дерево. Мужчина воткнул конец провода в прибор и начал водить пальцем по его экрану.

Белки собирали мелкие обломки станции и бросали их на кучу. Кентавры притащили верхнюю часть тарелки и уложили ее сверху.

Почти стемнело. Север подошел к Теплой, которая укрывала мальчика пленкой. Под головой у него был кусок мха – напольного покрытия тарелки.

Север (тревожно): – Я связался с базой. Их тоже атаковали. Одновременно всех: базу, корабль на околоземной орбите и две мобильные группы. Есть убитые и раненые. Третья тарелка не отвечает. На второй – один погиб, двое раненых, но связь есть. Они недалеко от базы. Корабль передал аварийный сигнал и перестал отвечать. Спутниковая группировка тоже не отвечает. Короче, нам помочь никто не сможет. Предложено возвращаться на базу самостоятельно.

– А с мальчиком что делать? Вот свалился на нашу голову. Причем, он в самом деле упал, и именно к нам.

– По правилам надо вернуть его в среду обитания, но стереть ему память мы не можем. У нас два варианта – ликвидировать, поскольку ситуация чрезвычайная, либо взять с собой. К тому же он из Странников. Я считаю, что лучше взять, может быть, будет в чем-то полезен.

– А мы сами доберемся? Сколько нам идти до базы, дней семь – десять?

– Хорошо бы так. Это по прямой. Реально дней десять – пятнадцать по пересеченной местности, через горы, реки.

– А нам хватит энергии на костюмы, для кентавров и белок?

– Боюсь, что не хватит. Но выбора у нас все равно нет. Будем экономить. Нужно уходить. Разгружай мальчишку и надень ему ошейник. Как он придет в себя, уходим. Нужно успеть затемно уйти подальше.

Глава 4. Начало пути

Север закончил вьючить кентавров и отнес не поместившиеся вещи к куче остатков тарелки. Он щелкнул пальцами и к нему подбежали шесть белок, занимавшихся подбором мелких остатков, и замерли на месте, мужчина взял одну из них, с обгоревшим хвостом и задними лапами, из которых торчал металл, разломал ее пополам, достал из середины туловища круглый цилиндр аккумулятора и вставил его себе в широкий загривок. Потом открыл защелку на беличьей голове и достал кассету, состоящую из ампул разного цвета с иголками на конце. Он бросил остатки белки на кучу мусора и снова щелкнул пальцами. Белки включились и попрыгали в подставленный мужчиной мешок из тонкой пленки, забравшись каждая в свой отсек. Мужчина взял мешок и забросил его себе на плечо, повернулся и пошел к навьюченным кентаврам.

Анг лежал на земле, накрытый пленкой, он начал ворочаться и приходить в себя. На шее у него был небольшой кружок пластыря, ниже – узкий ошейник, сливающийся по цвету с его кожей. Рядом с ним были сложены его вещи. Над ним склонилась Теплая и стала гладить его по щеке.

Анг открыл глаза и видит – на него смотрит здоровенная обезьяна, мальчик закрыл глаза и вновь открывает их, обезьяна на том же месте, кажется, что она говорит, ее губы двигаются, но ничего не слышно, Анг снова закрыл глаза. В закрытых глазах кружились изображения овцы, летающей тарелки, огненной вспышки, обезьяньей морды… Он снова открыл глаза: рядом никого нет. Попробовал пошевелить рукой, рука слушается, ногой, – ноги тоже работают. Он откинул с себя пленку и сел. Оглянулся. Увидел рядом с собой свои вещи, сгреб их в охапку и на четвереньках начал отползать в тень за деревом.

Теплая, поправила сверток на крупе кентавра и сказала мужчине: – Он собирается сбежать.

– Далеко не убежит. У нас пять белок и один запасной аккумулятор, мало…; ладно, пойду приведу его сюда, нужно уходить.

Анг быстро шел по тропе вниз по ущелью, освещенному луной. Одной рукой он прижимал к себе одежду и оружие, другой оттягивал в сторону ошейник, остановился, выпустил из рук свои вещи и попытался оттянуть ошейник двумя руками. Потом вытащил одну руку из-под ошейника, нащупал свой нож, попытался разрезать ошейник. Это у него не получилось – лезвие завязло в пластике. При этом он сорвал с шеи пластырь и из ранки начала сочиться кровь. Ошейник душил его, он упал на колени и снова попытался оттянуть ошейник от горла.

Внезапно ошейник слегка отпустил шею Анга, он обернулся и увидел еще одну здоровенную обезьяну с рассеченной мордой. Обезьяна провела рукой по воздуху горизонтально и ошейник стал совершенно свободным. Провела вертикально и ошейник снова стал затягиваться. Обезьяна указала мальчику на одежду, обувь, сумку и оружие. Анг схватился за топорик – мужчина взмахнул рукой вверх и ошейник стал затягиваться. Мальчик выпустил топорик из рук и ошейник ослабел. Он взял юбку, ошейник стал еще свободнее.

Анг завернулся в юбку, одел свою безрукавку, подпоясался длинным кожаным ремнем с расширением посередине, взял сумку и стал осторожно тянуться за оружием – на этот раз ошейник не изменил натяжения, заправил топорик за пояс, привязал к поясу ножны, поднял нож и собирался засунуть его в ножны.

Мужчина протянул к ножу левую руку, Анг отдал ему нож, мужчина посмотрел на костяной нож с кремневыми вставками по лезвию, вернул его мальчику и жестом позвал за собой. Тот покорно пошел за ним – он понял, что сопротивляться бесполезно. Кричали ночные птицы. Вокруг источника света вились насекомые.

Север и Анг подошли к кентаврам. Теплая достала из сумки небольшой тюбик и намазала мальчику повреждение на шее, промазала пальцем по швам Анга. Сложила тюбик в сумку, легко перебросила ее через плечо, вставила ногу в стремя и села на кентавра. Север подошел к Ангу, вынул у него из-за пояса топорик, забрал из рук сумку, уложил туда топорик. Подхватил его под мышки и усадил на кентавра перед Теплой и вернул ему сумку. Женщина перекинула повод через голову мальчика. Север подошел к своему кентавру и уселся на него, слегка ударил кентавра пятками по бокам, и кентавр двинулся вперед. Пропустив его на корпус, тронула своего кентавра и Теплая. Небольшой караван двинулся по тропе вниз по склону, а потом свернул на небольшую тропку влево и начал подниматься из ущелья. Было тихо, только вдалеке слышались крики шакалов.

Караван вышел на гребень невысокого хребта. Скоро должно было взойти солнце, луга на склоне были освещены мягким рассеянным светом. Ущелье вилось темной змейкой на юго-западе. Нижняя часть долины, в которой местами просматривалась река, была почти вся покрыта туманом. На юг летели птицы. Было очень красиво.

Север и Теплая сидели на кентаврах, перед женщиной – Анг. Он, также, как и мужчина с женщиной, с интересом смотрел на знакомую долину. Теплая прервала молчание: – Ну, хватит, насмотрелся уже. Заканчивай.

– Каждый раз я не могу поверить, что когда-то наша планета была такой или даже красивее… Не хочу нарушать ее покой. Сама давай – он передал ей небольшую пластинку.

Женщина взяла пластинку в руки, обломила ее уголок, и, держа за этот уголок сорвала с пластинки защитную пленку. Потом, держа руками за концы пластинки, резко растянула ее, широко разведя руки в стороны. В ущелье сзади вспыхнул яркий свет, заливая всю округу, стало ярче, чем днем. Мальчик закрыл глаза рукой. Мужчина и женщина слегка тронули своих кентавров и те двинулись, поворачивая направо вдоль по узкой тропе, проложенной по вершине гребня. Свет постепенно ослабел, а через полминуты до всадников донесся гул далекого взрыва.

Глава 5. Знакомство

Анг сидел на мерно покачивающейся спине кентавра и думал. От мыслей болела голова. Впрочем, она могла болеть и не от мыслей. У него до сих пор не восстановился слух, даже звук от взрыва он скорее чувствовал телом, чем ушами. Сейчас внешние звуки уже стали доходить до него, но приглушенно и не все. Кроме головы у него болело левое плечо, болела спина. Зато перестал болеть живот, вши, которые ему постоянно досаждали, куда-то исчезли, даже глаза стали видеть лучше. Он пытался понять, что это за существа, которые его похитили. По всем признакам, это были боги. Они были могущественны и вели себя непонятным образом, у них была власть над ним и над этими странными созданиями, похожими на лошадей.

Но это были какие-то странные боги. Те боги, которые покровительствовали его селению и округе, были другими. Они жили на вершине высокой горы, в чаще леса, в реке и на глаза людям не попадались. Вероятно, это были другие боги. Потом на них кто-то напал. А когда боги дерутся, людям лучше не попадаться им на пути. А он попался. Бороться с богами невозможно. Он уже попробовал. Анг решил подождать, вдруг что-нибудь прояснится и появится возможность сбежать и вернуться в свою деревню.

Анг заметил у богов несколько странностей. То, что боги не ели и не пили это было нормально. На то они и боги. Своих богов в селении угощали по праздникам, несколько раз в год, и им хватало. Но то что их лошади ни разу не пробовали сорвать пучок травы, даже когда трава задевала их морду – это было странно. У этих богов их лошади были странными. Они шли очень ровно, не меняя темпа дыхания и не пахли. И еще – орел, который все время кружил у них впереди. Орлы могут долго кружить, высматривая добычу, но они не улетают далеко от своего гнезда, а этот кружился именно над ними.

Ближе к полудню Север остановил караван в небольшом ущелье, спешился, снял с кентавра мальчика, помог слезь Теплой. Место для остановки было выбрано хорошее. Много тени, между камней струился ручеек. Мужчина завел кентавров в тень и начал развязывать вьюки. Женщина достала из вьюка два рулона пленки и с помощью мужчины разложила их на солнце, привалив по краям камнями. Ремни, которые шли от этих пленок, она прикрепила к ногам кентавров. Пока они были заняты, Анг напился в ручье, умыл лицо и сбегал в ближайшие кусты.

После этого он стал искать чего бы ему поесть. В сумке у него был небольшой кусок сыра и засохшая лепешка. А еще он заметил невдалеке фиговое дерево, на котором еще оставалось несколько фиг. Он попробовал подойти к дереву, но ошейник начал вибрировать. Анг повернулся и увидел Севера, который смотрел на него. Мальчик показал ему рукой на фиги, и тот одобрительно кивнул. После этого Анг смог подойти к дереву, нарвать спелых фиг и набрать в сумку сухой падалицы.

Север и Теплая снова ели питательную кашу из мисок и пили воду из контейнеров. Невдалеке спал Анг, положив голову на свою сумку. Женщина и мужчина вели неспешный разговор. Теплая спросила Севера: – Как ты думаешь, что это было? Кто на нас напал?

– Думаю, что сквоттеры или браконьеры. Причем их немного, и они трусливые – напали дистанционно, так что, считай, что нам повезло. И еще повезло в том, что мы вышли к этому мальчишке, как раз перед их атакой, что удивительно, но бывает. Поедим, попробую еще раз связаться на электромагнитных волнах. Кстати, нам на весь путь еды не хватит, а воды тем более. Придется переходить на местные источники.

Теплая сделала вид, что она не заметила того, что еды и воды не хватит на весь путь. Она и так считала, что ее очередная жизнь уже практически закончена. Вместо обсуждения недостатка еды она заметила:

– А мальчишка, невольный спаситель наш, ничего, симпатичный, молчит и не закатывает истерик. Тебе стоит с ним подружиться.

– Тебе тоже.

– Не-а. Дружба и война – это мужские развлечения. Наше дело любовь и забота.

Стрекотали цикады, заглушая остальные звуки начала осени. Солнце склонилось ниже. Север смотал антенну, сложил ее в сумку и отправил туда же белку, предварительно отключив ее. Теплая принесла сложенные пленки солнечных батарей и стала укладывать их во вьюк. Мужчина помахал рукой орлу и тот, кружась, начал спускаться на поляну. Женщина проводила орла взглядом и сказала Северу: —

– Может быть, не стоит его держать наверху постоянно, надолго батарей не хватит.

– Пусть пока летает. Я тут подумал, может нам стоит добраться до реки и часть пути, до больших порогов проплыть по воде. Это почти половина всего пути.

– У реки наверняка много людей живет, нас заметят.

– Ну и что? Не думаю, что у них есть система связи, чтобы собраться большой группой. А с небольшим количеством нападающих справимся. Припугнем – сами отстанут. Идти все равно придется вдоль реки, постоянно перебираясь через притоки, или забираться в горы.

– Я воду не люблю, ты же знаешь, в прошлый раз я, помнится, утонула. Больше пока не хочется. И с базой переговори, что они об этом думают. Пойди лучше пообщайся с мальчишкой. Потом я обработаю ему раны и в путь.

Север осторожно разбудил Анга. Тот проснулся, с удивлением и испугом посмотрел на мужчину, провел рукой по своей шее и немного успокоился. Мужчина протянул ему экспедиционный нож в белых ножнах с серебристой полоской и с белой рукояткой. Ножны были привязаны к длинному шнурку. В его руке он смотрится игрушкой. Мальчик с интересом смотрел на нож, но не решался тронуть подарок. Тогда Север достал нож из ножен, срезал им несколько веток с ближайшего дерева и оставил рядом с мальчиком, а сам отошел в сторону.

Анг взял в руку нож, внимательно разглядел его, и тоже срезал ножом ветку. Он был удивлен и восхищен подарком.

Мужчина хлопнул ладонью себе в грудь и сказал: – Север, указал на женщину и сказал: – Теплая, показал на мальчика, тот немного замялся и, запинаясь, произнес свое имя: – Анг-г. Мужчина показа на нож и сказал: – нож и посмотрел на Анга. Тот молчал. Тогда мужчина взял его руку в свою, коснулся ножа и сказал: – нож. Анг повторил: – нож. Мужчина указал на его сумку – мальчик, улыбнувшись, сказал: – сумка.

Глава 6. Нападение львов

Ночь, лунный свет слабо пробивался сквозь густые облака. Тропинка вилась по пологому гребню. Вдалеке в разрывах облаков сверкали зарницы. Местность открытая, но кое-где виднелись раскидистые деревья. Кентавры шли бок о бок мерным шагом, мальчик сидел сзади женщины, он дремал и кивал головой то в одну, то в другую сторону.

Север (тихим голосом): – У нас вырос хвост.

Теплая (тоже тихо): – И не один. Это львицы. Значит, мы ушли далеко от людей.

– Да, здесь для людей слишком сухо. Но эти кошки мне не нравятся. Близко подошли.

– Выстрели в них «вонючкой».

– У нас ее нет. Я не стал ее заряжать, очень воняет. Придется парализующими.

– У тебя их много? Я свои почти все потратила.

– Штук шесть или семь. Остальные болевые и поражающие. И еще заряды в белках. Там – первые три парализующие.

Теплая (оглядываясь): – Так. Кончай болтать, мне это все не нравится! Сейчас они на нас набросятся и подерут. Придется отмахиваться. Разворачивайся!

Север остановил кентавра и развернул его крупом к крупу другого кентавра. Мальчик проснулся и, оглядываясь, попытался понять, что происходит. Сзади, на расстоянии нескольких метров, приготовились к атаке три львицы.

Из морды кентавра, на котором сидел мужчина, выдвинулся небольшой ствол, из которого с хлопками вылетели три дротика и вонзились в львиц. Львицы подпрыгнули, завертелись, пытаясь выдернуть воткнувшиеся в их тела дротики (одной это удалось), затем упали, пытались ползти, рычали, но постепенно замерли без движения.

Луна вышла из-за туч. Север и Анг подошли к львицам. Мужчина выдернул дротики, вырвал из них длинные нитки и бросил на землю. Дротики потрескивая, рассыпались в пыль. Мальчик взял в руки нож и говоря слово «нож», начал показывать мужчине, что нужно сделать с львицей. Север сказал «нет» и пошел к кентавру. Анг последовал за ним. Мужчина усадил мальчика на кентавра позади женщины, сел на своего кентавра, и караван продолжил путь.

Кентавры снова шли рядом. Вдалеке мерцали зарницы, были слышны дальние раскаты грома.

– О чем это вы там шептались? – спросила женщина.

– Мальчик предложил снять с них шкуры.

– Или набрать мяса для еды, хотя вряд ли. Оно у хищников вонючее, а может быть и ядовитое.

– Мясо, разумеется, вонючее, а сердце ничего, его можно есть. Это ведь генетикой определяется, а источник, сама знаешь, у млекопитающих сходный.

– Приходилось есть сердца?

– Да. Пришлось, правда давно это было, и не здесь. Сердце можно есть почти у всех животных этой планеты, даже у самых вонючих.

Теплая (явно подшучивая): – Так почему не распотрошил львицу – накормил бы мальчишку.

– До утра потерпит. А утром я пошлю орла или белку добыть какое-нибудь небольшое животное.

Лагерь был разбит вблизи каменистой гряды. Солнце стояло высоко. Место было сухое. Кентавры стояли в тени деревьев, пленка была разложена на камнях. Теплая, перекладывая вещи из вьюка, достала воду в контейнерах и миски с едой. Север протянул контейнер с водой женщине, взял себе, а еще один открыл и протянул Ангу. Тот, сперва, не соглашался, потом взял контейнер и начал из него пить. На шее у мальчика, на шнурке, висел подаренный ему нож.

Север и Анг шли по направлению к орлу, который снижался, постепенно сокращая круги. На земле сидела белка и лежал крупный заяц. Анг с удовольствием взял зайца за задние лапы и закинул его себе за спину. Белка прыгнула мужчине на правое плечо, а орел, хлопая крыльями, уселся на левую руку. В таком виде они вернулись в лагерь.

На камнях были разложены сухая трава, ветки и сучья для костра. Север знаком попросил у Анга нож. Тот снял нож с шеи и передал ему. Мужчина чиркнул обухом ножа по матовой пластинке на ножнах. Оттуда вылетели искры, попали на сухую растопку. Север, а потом и Анг стали раздувать зарождающееся пламя. Мужчина вернул нож в ножнах мальчику. К ним подошла Теплая.

– Не наигрался? Что, по-другому зажечь нельзя, чем с помощью практикума по выживанию? У нас тут не практикум, к сожалению. Пока вы ходили на охоту, пришло сообщение из базы. Еще два человека умерли от ран и ожогов. Всего семь. Про третью тарелку по-прежнему ничего не известно.

– Плохо. На помощь из лагеря можно не рассчитывать. Никого не отпустят нас встречать. Разве что в самом конце пути.

Костер догорел, угли тоже, у костра – кучка костей. Анг спал в тени у дерева. Мужчина и женщина разговаривали. Север рассказывал о наболевшем:

– Знаешь, мне иногда хочется остановиться. Перестать мотаться по галактике, найти себе планету, адаптироваться, завести жену, детей, если получится. Заниматься чем-нибудь понятным. Например, пасти скот или ловить рыбу, строить жилища, смотреть на закаты, стареть.

– Это ведь только для смертных! У нас свой путь. – возразила Теплая.

– А я уже шесть раз умирал и рождался, свои первые воплощения почти не помню. Все преходящее. Надоело.

– Знаешь, только не сейчас. Нас так мало осталось. Почти всем женщинам придется рожать. Хорошо если по разу. И вообще. Я тоже третий раз живу и первую свою жизнь помню плохо. Но лучше мотаться по галактике, умирать и рождаться заново, чем торчать мутной пластинкой в хранилище. Я тебе компанию для перехода в категорию смертных составлять не собираюсь.

Север улыбнулся: – Лучше спи пока. Я покараулю.

Глава 7. У реки

Караван спускался по пологому склону. Кентавры шли один за одним, Север, теплая и Анг – немного сзади. Впереди, среди деревьев в полосе зелени блестела река. Солнце было уже довольно высоко. Звенели цикады.

Полдень. Кентавры стояли в тени, рядом с ними, на солнце расстелены полотнища пленки. В стороне догорал костер. Рядом с ним спал мальчик. Север и Теплая разговаривали, осматривая кентавров.

Север был расстроен: – Совсем мало энергии. Всего на три дня пути осталось. За ночной переход тратим в два раза больше, чем заряжаем от этих обрывков. Да и впереди будут лесные массивы и крупные притоки, придется постоянно переправляться с берега на берег. Давай, все-таки решимся сплавиться по реке. Несколько дней проплывем, из пленки сделаем навес, замаскируем ветками, зарядим кентавров. Потом снова двинемся верхом. Далеко нам все равно не проплыть, через несколько дней пути будет порожистый участок. Перед ним придется остановиться.

– Может быть, лучше просто остановимся и подождем пару дней, пока они зарядятся. Не люблю я воды…

– Нельзя останавливаться. Скоро начнутся дожди и, к тому же, нас наверняка уже много раз видели. Пока мы движемся – это не страшно. Но если остановимся, наверняка прибегут, окружат и начнут пробовать наши шкуры на прочность. Долго не продержимся, и придется их убивать, а это прямое нарушение требований ксеноэтики – мы наблюдатели, а не захватчики.

– Но ведь на нас уже напали. Не сильно заботясь о соблюдении этических норм.

– Не местное население напало. В нашем конфликте они – третья сторона, нельзя их трогать. Припугнуть можно, не больше. Но сидя на месте – пугать бесполезно.

– Хорошо, согласна, начинай строить плот. Любимое твое занятие…

Поздний вечер. Мужчина и кентавры завершают обустраивать плот. В передней и задней частях плота по веслу, в середине сложены вещи. Над ними – небольшой арочный навес из веток. Он перекрыт полотнищами пленки. Подходит женщина.

– Что там мальчишка делает? – спросил мужчина.

– Наелся и спит. Набрал улиток и испек на углях. Не думала, что в него столько влезет.

– Улитки – это основная белковая еда местного населения. В прошлое наше посещение они вроде бы охотились на крупных копытных. Сейчас таких копытных вообще нет. Интересно, они сами перебили всех быков, или те вымерли из-за природных факторов?

– А еще он набрал сумку мелких местных орехов. Я сделала экспресс-анализ, думаю мы тоже можем их есть, если прокалить на огне. Кстати еды у нас всего на 5 дней, а воды уже почти нет. И еще, мой костюм уже не справляется с охлаждением. Я чувствую, что я вся мокрая. Боюсь, что придется снимать его, чтобы очистить фильтры.

– Кстати, по поводу костюма. Я тоже это заметил.

– Как?

– Ты стала пахнуть как настоящая большая обезьяна!

– А ты – как козел! Старый вонючий козел!

Теплая плыла в реке, подплыла к плоту, мужчина помог ей подняться и сесть в костюм, усаженный на краю плота.

– Ну как? – спросил ее Север.

Женщина достала загубник и сняла зажим с носа.

– В воде очень хорошо, хотя я ее боюсь. Гравитация не мешает, ну почти не мешает…, зато я нахваталась всей местной заразы, к которой у меня нет иммунитета, так что скоро я заболею и умру в страшных мучениях.