Без права на престол. Как расцвели и погибли пять великих династий

© И. Белова, текст, 2024

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2024

Предисловие от автора

Что управляет мировой историей и судьбой каждого из нас: закономерности, воля, планы или случайности, удача, черные лебеди? Могут ли решения одного правителя определить будущее поколений? Или это иллюзия? От чего зависит грядущее могущественной династии? От совокупности миллиона событий, или от выбора идеальной по всем параметрам невесты? У идеальной королевы есть риск оказаться бесплодной, а розовощекий наследник может умереть в 3 три года.

К чему приведет следующий шаг, выбор и решение? Как узнать, верный ли сделан выбор? Откуда приходят события, которые становятся поворотными точками истории и судьбы? И что из этих событий контролирует и создает сам человек? А что результат счастливого или рокового стечения обстоятельств? Увидеть это можно лишь ретроспективно, оглядываясь назад, на жизненный путь человека. И история позволяет нам это сделать.

Два факта завораживают меня в судьбах героев этой книги. Во-первых, то, что одновременно в XVI веке жили ярчайшие герои мировой истории: Иван Грозный, Елизавета I, Мария Стюарт, Филипп II, Екатерина Медичи, Франциск II Валуа. Все они – представители легендарных династий и при этом – современники.

Каждому из них посвящены сотни монографий, романов, фильмов и сериалов. Но они не жили в изолированном мире параграфа или национальной истории, в рамках династии или границ государства. Они жили в одной реальности, в одном историческом времени. И это время – их настоящее.

Воссоздать подлинную реальность – значит проследить траекторию их судеб, которые, как в романе, множеством линий переплетаются, расходятся, снова переплетаются в одном времени и пространстве мира.

И через их судьбы проходят линии судеб великих людей: Макиавелли, Леонардо да Винчи, Микеланджело, Сулеймана Великолепного, Сервантеса и других героев истории, каждый из которых – это отдельный мир. И эти встречи рождают все новые и новые связи событий, великие произведения искусства, меняют облик мира.

Рюриковичи, Тюдоры, Габсбурги, Стюарты, Валуа – их судьбы переплетаются между собой, ведут от человека к человеку, создавая ткань реальности.

Обнаружить и проследить эти связи, отношения, человеческое измерение – все равно что прикоснуться к тайне времени и судьбы.

Наши герои не могли чувствовать, осознавать, что они живут в прошлом по отношению к нам, людям XXI века, людям будущего. Нет, они жили не в прошлом. Не сотни лет назад. Они жили в своем настоящем, здесь и сейчас.

И второй факт, который завораживает, – это едва ли не мистическое совпадение. Все эти династии почти параллельно оборвались. Ушли в небытие. На ком-то династия закончилась сразу после смерти, как на королеве Англии Елизавете I закончилась династия Тюдоров. Также как на Екатерине Медичи закончилась главная, старшая ветвь династии Медичи, а на ее детях прекратила существование династия французских королей – Валуа.

Или династия сразу после смерти нашего героя резко начала угасать и все равно прервалась на сыне или правнуке. Как это было с Филиппом II и династией испанских Габсбургов или Иваном IV, правителем из одной из самых многовековых, древнейших династией – Рюриковичей.

Ни одному из героев этой книги не удалось оставить после себя наследников, которые могли бы по-настоящему продолжить род на сотни и сотни лет. Почему династии одна за другой ушли в небытие почти сразу после зенита славы?

Почему у них не было будущего? Или все-таки был шанс и его упустили?

Судьбы наших героев – это множество развилок судьбы. Каждый раз определял будущее выбор. И важнейший выбор – с кем соединить свою жизнь, выбор невесты или жениха. Возможно ли выбрать того, кто приумножит род, и при этом не ошибиться? Возможно ли просчитать брак? Есть ли идеальная формула или все совершили ошибку?

Кто-то остался бездетным, кто-то был отцом многих детей. Кто-то не вступал в брак до конца жизни, а кто-то женился множество раз. Кто-то нашел страстную любовь в браке, а кто-то вынужден делить ложе с нелюбимым человеком, лишь бы продолжить род.

Почему же ни страсть, ни расчет не принесли добрых плодов? Все правящие династии одна за одной потерпели крушение. Все уступили место другим и ушли со сцены мировой истории. Ни одна не дожила до наших дней.

Вглядываясь в переплетения судеб, в параллельные жизни правителей самой яркой эпохи в истории, в их надежды и то, как они выбирали и ошибались, мы сможем воссоздать прошлое как объемную реальность и, возможно, разгадать тайну выбора, тайну судьбы правителей и тайну судьбы каждого человека.

Что зависит от выбора человека и что предрешено? Чтобы ответить на этот вопрос, мы и отправимся в наше путешествие во времени и пространстве.

Глава первая. Дитя смерти приходит в мир

Тициан, портрет Карла V с собакой, 1533 г.

Шел 1519 год, когда императором Священной Римской империи провозгласили Карла V из династии Габсбургов – красавца, унаследовавшего черты своего отца, Филиппа Красивого.

В это время в Москве жена Василия III из династии Рюриковичей – Соломония Сабурова – молится о ребенке. Вот уже 15 лет она не может забеременеть, но не унывает, уповает на бога, посещает богомолья. И Василий с ней, любимой своей княгиней. Но еще не знают они: и шести лет не пройдет, как он отправит свою голубушку в монастырь. Постригут Соломонию в монахини, так и не родит она, горемычная.

Продолжит род Рюриковичей Василий III по большой любви с другой женщиной. Родит она наследника своему великому князю, и назовут в будущем его Иваном Грозным. Или, как в Англии скажут, Ivan The Terrible.

В то же время в Лондоне король Генрих VIII из династии Тюдоров уже 10 лет женат на Екатерине Арагонской, родной тетушке Карла V. Король в Лондоне, как и Василий III в Москве, ждет вестей о беременности жены. Хотя, в отличие от Василия, у английского короля уже растет ребенок – дочь Мария, в будущем ее прозовут Кровавой. Девочке 2 года, но правителю нужен сын.

Через три года Генрих VIII и Карл V договорятся о браке Марии и старшего сына Карла V, еще даже не рожденного, – Филиппа II. По прошествии 14 лет король Англии разведется с Марией Арагонской и женится на своей возлюбленной фрейлине Анне Болейн. Та родит ему девочку, которая станет главной невестой Европы – Елизаветой I Тюдор.

Во Флорентийской республике в том же 1519 году тоже произошло знаменательное событие, связанное с рождением долгожданного ребенка.

Итак, представьте, что вы во Флоренции, на дворе май того самого 1519 года. Перед вами колыбель, где беззаботно, как все дети, спит девочка. Чуть вздрагивают ее черные ресницы. Это маленькая Екатерина Медичи.

Ее по грудь спеленали узкой полоской кружев. Так пеленали ее отца, деда, всех во Флоренции так пеленают, – детки с узкими пеленами и хвостиками, как у рыбки, есть на картинах Возрождения и в этом богатом доме.

Окна приоткрыты. Доносится аромат лимонных деревьев. Журчит фонтан где-то во внутреннем дворике. В палаццо Медичи тихо. Все погружены в траур.

Если выйти на улицу, краем уха можно услышать последние новости со всех концов света – год богат на события. Испанцы начали завоевание Мексики. Империя ацтеков обречена. Второго мая скончался во Франции Леонардо да Винчи – да, вдали от родной Италии, но зато на руках короля Франциска I, его друга.

Доменико Гирландайо, «Захария записывает имя своего сына», фреска в церкви Санта-Мария Новелла, 2 пол. XV в.

Однако главные новости – местные:

– Вы только подумайте! Молодая мать умерла на шестой день после рождения Екатерины!

– А отец, наш герцог? Не прожил и двух недель! И что же Медичи будут теперь делать? Наследников у Лоренцо Великолепного не осталось. Только сирота. Эта девочка – дитя смерти, не иначе!

– И то правда! Да и ей самой, бедняжке, много ли осталось? Не к добру она родилась.

«Дитя смерти» – такой ярлык вешают в родном городе на несчастную, но очень богатую девочку. Ну разве виноват младенец в смерти молодых родителей?

Конечно, не сразу, постепенно Екатерина поймет, что она – единственный прямой потомок старшей линии правителей Флоренции, что за ее спиной – старинный, богатый и влиятельный род банкиров, без покровительства и щедрости которого, может быть, и не было бы никакого Возрождения.

Ее прадедушка – Лоренцо Медичи Великолепный, покровитель Леонардо и Боттичелли, а его младший брат Джулиано когда-то был влюблен в самую красивую девушку Флоренции – Симонетту Веспуччи. Конечно, Екатерина Медичи узнает эту историю любви, когда подрастет.

Аньоло Бронзино, портрет Лоренцо Медичи, м-ду 1565–69 гг.

Глава вторая. Любовь, как у Симонетты Веспуччи

Сандро Боттичелли, портрет Джулиано Медичи, 1478-80 гг.

Несравненная и прекрасная Симонетта родилась в Генуе. Бог благословил ее сиянием неземной красоты. Чем старше становилась девочка, тем ярче проявлялась ее врожденная красота. Вот как описал Симонетту Анджело Полициано, придворный поэт и друг Лоренцо Медичи, который воспитывал его сыновей, в том числе будущего дедушку нашей героини:

«Она обладала такой милой и привлекательной манерой общения, что все, кто сводил с ней близкое знакомство, или же те, к кому она проявляла хоть малейшее внимание, чувствовали себя объектом ее привязанности. Не было ни единой женщины, завидовавшей ей, и все настолько хвалили ее, что это казалось вещью необыкновенной: так много мужчин любили ее без возбуждения и ревности, и так много дам восхваляли ее без злобы».

Ее расположения искал Лоренцо Великолепный, а его брат Джулиано был в нее влюблен. 28 января 1475 года на пьяцце Санта-Кроче он устроил рыцарский турнир в честь заключения союза между Миланом, Венецией и Флоренцией и избрал Симонетту своей дамой сердца. Перед Джулиано ехал оруженосец со штандартом, а на полотнище была изображена прекрасная Симонетта в образе Афины в лучах солнца.

«Солнце олицетворяло славу, которой Джулиано покроет себя на турнире и которая воспламенит сердце красавицы».

Джулиано любил Симонетту, но эта любовь была обречена. Девушке исполнилось 16 лет, когда Марко Веспуччи назвал ее своей женой. Кстати, он – родственник Америго, чье имя носит континент.

Можно подумать, что избранником Симонетты оказался пожилой и богатый аристократ. В действительности ему тоже было всего 16 лет. Молодые красивые люди жили счастливо в прекрасном городе. Увы, недолго. Симонетта скончалась во время эпидемии туберкулеза.

Лоренцо Великолепный находился в это время в Пизе. Когда он получил известие о смерти возлюбленной, то вышел в сад и долго еще не мог заснуть. «Была ночь, и мы с моим дражайшим другом шли вдвоем, беседуя о поразившем нас несчастье. Погода была ясная, и мы, беседуя, увидели на западе сверкающую звезду, столь яркую, что она своим сиянием затмила не только другие звезды, но и прочие светила, померкшие в ее свете. Любуясь, я обернулся к другу своему и сказал:

«Не удивимся мы, если душа дивной дамы превратилась в новую звезду или же, вознесясь, соединилась с ней».

Провожать Симонетту – воплощение идеи о вечной красоте, ценность которой была так понятна каждому флорентийцу, – пришел весь город: «С непокрытым лицом несли ее из дома до склепа, и много слез она заставила пролить тех, кто видел ее». Сегодня Симонетта покоится там же – в семейной капелле Веспуччи в церкви Всех Святых во Флоренции. Ее поклонника Джулиано убили ровно через два года после ее смерти, тоже 26 апреля.

Барельеф по картине «Рождение Венеры» С. Боттичелли

Екатерина Медичи много раз проезжала мимо фамильного склепа Симонетты и, конечно, видела ее печальные глаза и светлые волосы на живописных полотнах. Мы до сих пор смотрим на ее прекрасное лицо на картинах «Весна», «Рождение Венеры», ее черты угадываются почти в каждой героине Сандро Боттичелли. Он брал щедрые заказы своих покровителей Медичи и сохранил чистую красоту Симонетты для вечности. Художник, кстати, так и не женился и похоронен там же, где его муза. До сих пор ходят разговоры, что он ее тайно любил.

Ждала ли такая же безусловная любовь маленькую Медичи? Астрологи, умевшие видеть будущее, закивали бы. Да, Екатерина Медичи полюбит мужа и не сможет разлюбить до последних дней, а он будет боготворить свою «Симонетту». Жаль, что ею окажется вовсе не Екатерина.

Глава третья. Проклятый предок

Герардо ди Джованни дель Фора, портрет Пьеро де Медичи, 1494 г.

Иван, сын великого князя Московского Василия Третьего родился на 11 лет позже Екатерины. Он с рождения видел мир – иконописный, Горний мир смотрел на мальчика со стен Успенского собора. Богословие в образах, которые окружали, сияли нежным светом при свечах. И угрожающие тени на огромной фреске Страшного Суда на западной стене. Мальчик подрастет и узнает – это фрески. От итальянского слова fresco – «свежий». Еще одна техника, которую использовали иконописцы, – темпера, от итальянского temperare – «смешивать». И Боттичелли смешивал пигментные краски с желтком или клеем, как это делали Дионисий, Рублев. Екатерина Медичи подрастет и однажды задержит взгляд на стене виллы Лемми, рассматривая прозрачное творение Боттичелли, где «Венера и три грации преподносят подарки молодой женщине».

Маленький Иван никогда не видел лица своих предков. Как выглядел его дед? А прадед? Портретов не заказывали Рюриковичи. Не заказывали и не писали. Екатерина знала всех своих предков в лицо.

Они смотрят на нее с портретов. Изображения в профиль были особенно популярны в эпоху Возрождения. Екатерина угадывает в лицах родственников свои черты.

На этого человека она особенно похожа. По крайней мере, так говорят: у нее дедушкины глаза. Как жаль, он совсем не такой славный, как прадедушка Лоренцо Великолепный, главный покровитель Возрождения.

Деда Екатерины, которого назвали Пьеро, вовсе звали Невезучим или, того хуже, Пьеро Глупым. Флорентийцы его невзлюбили.

В борьбе за власть он использовал яд и за измену был изгнан из города вместе с семьей. Пьеро жил в Венеции, но планировал вернуться и взять власть в свои руки, но не успел – утонул. Потому и Невезучий. Семья Медичи уже без проклятого всеми Пьеро вернулась во Флоренцию незадолго до рождения Екатерины – в 1512 году. Не вникая в подробности, даже ребенку можно было понять главное: опасные все-таки люди флорентийцы, сегодня любят, а завтра захотят убить. Можно ли им доверять?

Чужая любовь проходит в один миг. Быстрее, чем высыхают капли после дождя на каменных мостовых Флоренции.

Глава четвертая. Молодой герцог – надежда рода

Санти ди Тито, портрет Николо Макиавелли, 2 пол. XVI в.

Все наши герои выросли сиротами хотя бы наполовину. У Елизаветы Тюдор отец казнил мать – Анну Болейн через три года после родов. Совсем как Генрих II Валуа, который потерял мать в три года. У Грозного отец умер слишком рано, а мать Елену Глинскую отравили, когда мальчику шел восьмой год. Мария Стюарт не знала отца, он умер сразу после ее рождения. В тот же год.

Сирота с первого месяца жизни, Екатерина Медичи не помнила родителей. Однако, как все дети, конечно, не могла не спрашивать: какими они были? Как познакомились? Как жили раньше, до ее рождения?

Кого могла расспросить малышка, которую тревожил интерес к прошлому? Был ли рядом человек, способный ответить ей? С кем росла после смерти родителей маленькая герцогиня, или, как ее называли, la duchessina? Попечителей у главной наследницы династии было несколько.

Основная забота о сироте легла на плечи Клариссы Строцци. Она приходилась покойному отцу Екатерины сестрой. В доме тети, вместе со своими двоюродными братьями и росла герцогиня, но находила ли она там любовь?

Пройдет много лет, Екатерина Медичи станет королевой Франции и будет вспоминать тетю с благодарностью. Более того, когда сыновья Клариссы убегут из Флоренции и нигде не найдут себе убежище, они обратятся к своей двоюродной сестре – к тому времени уже королеве Франции. Екатерина Медичи прикажет, чтобы французский двор приютил гонимых, и сама дарует сыновьям тетушки теплый прием и покровительство. Один из них даже станет маршалом Франции. Его портрет руки художника королевской семьи сохранился до сих пор.

Конечно, таких последствий Кларисса Строцци предусмотреть не могла, но действовала по принципу «делай добро и бросай его в воду».

Итак, именно от тети Клариссы маленькая герцогиня узнавала о том, что случилось с ее родителями. Как сирота, она будет всю жизнь особенно дорожить памятью о своем роде, исследовать семейное древо и искать опору среди предков за своей спиной.

Кларисса рассказывала про отца Екатерины, и воображение ребенка рисовало: как он улыбался, как звучал его голос, как сверкали драгоценные камни на его пальцах, когда мужчина снимал перчатку.

Когда она вырастет, недруги будут называть ее с презрением «банкирша». Да, Медичи основали крупнейший в Европе банк. Но как же несправедливо звучит слово «банкирша» в адрес Екатерины, ведь ее отец – уникальный Медичи – не банкир, а воин. Лоренцо II, а точнее, Лоренцо II, герцог Урбинский. С таким титулом отец Екатерины Медичи войдет во все энциклопедии. Это важно, потому что свой титул он завоевал в бою.

Рафаэль Санти, портрет Лоренцо Медичи, 1519 г.

Лоренцо флорентийцы любили, связывая с ним свои надежды. Он был единственным и последним потомком старшей линии Медичи. Народ уповал, что Флоренция будет процветать с молодым героем.

Будущее самого Лоренцо всегда находилось в руках папы римского. Лев X, в миру Джованни Медичи, был сыном Лоренцо Великолепного, а отцу нашей героини приходился родным дядей. Из Рима он управлял Флоренцией и выступал первым покровителем молодого Лоренцо. Папа римский понимал – в этом мальчике будущее всего рода. О чем же нужно позаботиться в первую очередь, если ты думаешь о перспективах династии и укреплении могущества семьи? Конечно, о династическом браке. О нем начинали думать, когда дети еще лежали в люльках, ибо от удачного выбора партнера зависела судьба.

Папа римский искал невесту для племянника страстно и долго, не один, а со своей единомышленницей, мамой Лоренцо II, будущей бабушкой Екатерины Медичи – Альфонсиной Орсини.

Обратите внимание – это еще одна очень влиятельная женщина в окружении маленькой герцогини. Ее тетя и бабушка, без сомнения, заняли бы первые строчки в хит-параде «топ-10 самых решительных и влиятельных женщин в истории Флоренции». Та же фамильная черта женщин из рода Медичи проявится и в самой Екатерине, когда она вырастет.

Найти подходящую пару – сложнейшая и тонкая дипломатическая операция, иногда многолетняя, но у папы имелся план! Лев X решил, что, прежде чем женить Лоренцо, молодому человеку, чьего отца с позором изгнали из Флоренции, нужно обзавестись герцогством, а значит – война.

Рафаэль Санти, «Портрет Льва X с кардиналами Джулио Медичи и Луиджи Росси», ок. 1518 г.

Лоренцо получил от папы римского – главы рода – задание, облачился в доспехи и повел армию завоевывать герцогство. В свое время предыдущий понтифик Юлий II отдал герцогство племяннику – Франческо Мария делла Ровере. Почему бы Льву и Лоренцо не забрать земли себе? Юноша не слишком этого хотел.

Добыча досталась молодому Медичи кровью. Беда произошла при осаде Мондольфо, города, который сегодня входит в провинцию Пезаро-э-Урбино, или «Холмистую Ривьеру». Молодой герцог был тяжело ранен. Три месяца выхаживали Лоренцо врачи в Анконе. Наконец, папа получил долгожданные новости. Франческо Мария делла Ровере уступил герцогство Урбино и сбежал в Мантую. Проигравшего до лучших времен приютили благородные дворяне – семейство Гонзага.

Будущий отец Екатерины Медичи поправился и вернулся во Флоренцию победителем. Все получилось, как и задумал его дядя – папа римский. Отныне Лоренцо Медичи стал герцогом Урбинским.

Флорентийцы встречают герцога, как античного героя. Вместо лаврового венка из золота великий мыслитель посвящает молодому победителю свой знаменитый труд «Il Principe», известный во всем мире как «Государь». «Никколо Макиавелли – его светлости Лоренцо де Медичи», – так начинается книга, но какая трагедия скрыта во вступлении: «Пусть же Ваша светлость примет сей скромный дар с тем же чувством, какое движет мною; если вы соизволите внимательно прочитать и обдумать мой труд, вы ощутите, сколь безгранично я желаю вашей светлости достичь того величия, которое сулят вам ваша судьба и ваши достоинства». Ни Лоренцо, ни Макиавелли не знали, что герцогу было суждено умереть в 26 лет.

Глава пятая. Выбор невесты и будущего династии

Рафаэль Санти, портрет Лоренцо Медичи, 1519 г.

План папы римского насчет отца Екатерины Медичи стремительно воплощался в жизнь. Герцогство и слава добыты. Следующий шаг – выбрать невесту. Это ключевой момент.

Как тогда выбирали невесту царю в Москве? На смотре невест – предпочитая самую красивую, здоровую, не из сильного рода, чтобы поменьше претендентов на трон оказалось среди новой родни. Главные задачи русской царицы – поддержать разговор да родить здорового наследника. Больше ничего от нее не требовалось.

Медичи мыслили совсем не как Рюриковичи. Искали невест знатных. Женитьба для них была шансом решить самые разные задачи, вплоть до заключения мира между воюющими странами. От выбора невесты зависело будущее народа и его процветание.

Какая цель была у папы римского, хитрого архитектора судьбы его племянника Лоренцо II? Найти союзника в борьбе против врагов! Во-первых, недруги окружали папу в самом Ватикане, ибо не всем кардиналам понравилось изгнание предыдущего хозяина Урбино. Во-вторых, наемники Габсбургов, как лютые звери, ходили у границ, становились все сильнее и однажды могли обратить внимание на благословенные земли Италии. Перспектива потерять Флоренцию – вполне реальна.

Семья какой невесты помогла бы отвести угрозу? Конечно, будущих родственников надо искать во Франции. Французы давно враждуют с Габсбургами. В 1518 году папа отправляет посланника, утонченного дипломата кардинала Биббиену, к королю Франции Франциску I, который, как известно, любил образованных и талантливых людей.

Лоренцо на дочь короля рассчитывать не мог, потому что у самого Франциска I в то время еще не было дочерей. Молодой король только-только женился.

Кто же будет невестой?

Говорили о Мадлен де ла Тур д’Овернь – дочери Жана IV (V) де ла Тур-д’Овернь и Катерины Бурбонской. Сейчас этот род не на слуху, но прежде высоко ценился современниками.

Писатель XVI века Пьер де Бурдейль Брантом писал о семье, которую представляла мать Екатерины Медичи, так: «Кто станет отрицать славу высокого и благородного рода Булон-Овернь, ведущего свое начало от того самого Эвстафия, которого брат, Готфрид Булонский, предводительствуя множеством христианских князей и баронов, рыцарей и воинов, сложил свое оружие и щит у гроба Спасителя в Иерусалиме?»

Братья Булонские действительно были одними из предводителей Первого крестового похода. Граф Готфрид Бульонский ни много ни мало основал Иерусалимское королевство. Именно поэтому Брантом оставил такую запись: «Редкий из знаменитых и царственных родов в христианском мире не искал чести вступить в родство с этим домом – короли Франции, Англии, Шотландии, Венгрии и, наконец, Португалии, на который Бульонский дом даже имел законное право по смерти короля Себастьяна. Поэтому можете видеть, какое он занимал высокое место между другими знатными домами».

Папа Пий IV говорил, что едва ли можно найти во Франции «другой столь высокий и знатный дом, который мог бы поспорить с Бульонским древностью своего происхождения, мужеством и благородством». Именно наследницей этого рода была будущая мать Екатерины Медичи.