«Черная метка» для гуру

Чтобы избежать дальнейших Алининых расспросов – я же видела, как ее распирало от любопытства, – я взяла сумку и вышла из «Пилигрима».

С Артуром, этим злополучным гуру, я знакома, само собой разумеется, не была, но прекрасно знала, где его можно найти. Уже много лет Алина пользовалась услугами одного фитнес-центра под названием «Студия красоты тела». Вот туда я и собиралась съездить.

– Могу ли я чем-то вам помочь? – любезно спросила блондинка, встретившая меня на входе в фитнес-центр. На груди у девушки висела табличка: «Яна, администратор».

– Да, – с готовностью кивнула я головой. – В вашем центре занимаются йогой?

Ответ Яны меня слегка озадачил. Я предполагала услышать только положительный ответ. Два дня назад Алина пришла с тренировки с блаженно-счастливой улыбкой на губах, а сегодня эта девица мне нагло врет:

– К сожалению, сейчас в нашем центре не проводятся занятия по йоге.

– Как же так? Вчера моя подруга, кстати, она ваша постоянная клиентка, приглашала меня в «Студию красоты» заняться йогой, а сегодня вы говорите, что у вас нет таких групп.

Может, Алина сменила фитнес-центр? Да нет, она действительно не так давно приглашала меня присоединиться к их группе и неоднократно упоминала именно «Студию красоты тела». Должно быть, эта девушка только сегодня принята на работу и еще не в курсе дела. К тому же она блондинка, а об умственных способностях блондинок ходят легенды.

– Увы, вчера было последнее занятие, – с сожалением констатировала Яна. – Два часа назад инструктор по йоге написал заявление об уходе.

– Артур? – уточнила я. Я все еще надеялась, что Яна меня не поняла и речь идет о другом инструкторе.

– Да, Артур Ковалев, – подтвердила она. – У нас только один Артур.

Тень разочарования пробежала по моему лицу. Ну и где мне этого Артура теперь искать?

Вероятно, я выглядела откровенно расстроенной, если Яна надо мной сжалилась и спросила:

– А вы только йогой хотели бы заниматься?

– Только, – потерянным голосом ответила я.

– У нас есть группы аэробики, степ-аэробики, тренажерный зал…

– Меня интересует только йога. Только. И только с Артуром Ковалевым. Мне надо с ним поговорить.

– Хорошо, – наклонившись ко мне, тихо, чтобы никто, кроме меня, не услышал, прошептала Яна. – Если бы он у нас работал, я ни за что не сказала бы его адрес. Но раз он уволился, воля ему вольная. Он живет через дорогу, в общежитии политехнического института.

– А разве он студент? – не смогла я скрыть своего удивления. Помнится, мне Алина говорила, что Артуру тридцать с хвостиком. Конечно, учиться можно в любом возрасте…

– Нет, он не студент, – прервала поток моих мыслей Яна. – Ему просто разрешили там жить, наверное потому, что он подрабатывает на кафедре физической культуры, ведет несколько секций, одна из которых точно йога. Только не знаю, удобно ли вам будет ездить в спортзал политехнического института. Как-то Артур мне жаловался, что приходится ездить на другой конец города. Странно, да? Общежитие в центре, а корпуса на окраине?

– Я знаю, где находится спортзал института. А вы случайно номера комнаты не помните? Как мне Артура в общежитии найти?

– Номера не скажу, но найти его будет очень просто. Артур живет на первом этаже, его комната расположена в конце коридора, рядом с комнатой кастелянши.

Со словами «спасибо огромное» я выскочила из фитнес-центра и побежала через дорогу к общежитию.

– Стоять! – окликнула меня вахтерша, пресекая мою попытку пробраться на территорию политехнического института. – У нас не проходной двор. Куда разогналась, что, диарея накатила? Стой, говорю!

– Я? – застигнутая врасплох, я даже оглянулась. Неужели это обращаются ко мне, на «ты» и в такой оскорбительной форме? – Вы мне?

– А есть еще кто-то?

Тетка была права. Кроме меня и ее, в вестибюле общежития никого не было.

– Я иду к Артуру Ковалеву, ассистенту кафедры физической культуры. Провожать меня не надо, где он живет, я знаю, – гордо вздернув подбородок, отрапортовала я.

– А я не лакей, чтоб перед всеми двери открывать, – в тон мне ответила вахтерша. – Ты отметься, оставь документ и ступай, куда собралась. Порядок у нас такой.

«Мир меняется, а порядки в общежитиях какими были двадцать или тридцать лет назад, такими и остались», – вспомнила я о тех далеких временах, когда сама была студенткой. Потому спорить не стала и расписалась в журнале посещений.

– А залог?

– Какой залог?

– Паспорт или другой документ.

Я выложила на стол перед вахтершей свой паспорт.

– Теперь я могу идти?

– Иди, иди, – равнодушно разрешила тетка, после того как внимательно изучила каждую страничку моего паспорта. А после добавила с улыбкой на губах: – Для начала бы спросила: «Он у себя?»

– А он у себя?

Складывалось такое впечатление, что вахтерша издевается надо мной. Сначала потребовала у меня паспорт, я ей отдала документ. Она пять минут вертела его в руках, а теперь вдруг выясняется, что Артура может и не быть в комнате.

– Да у себя он, – отмахнулась от меня вахтерша, пряча мой паспорт в ящик стола.

– Развлекаетесь? – догадалась я. Оно и понятно. Полдня женщина проводит в одиночестве: студенты на лекциях, в вестибюле ни души. А тут я. Пообщаться надо же с кем-нибудь! – А я вам что, девочка, чтобы надо мной издеваться?! – я набрала в грудь больше воздуха, чтобы осадить противную вахтершу, и придала лицу значимое выражение: – Студентов стройте! Вы вообще знаете, с кем имеете дело?

Мой тон подействовал должным образом. Вахтерша пару раз моргнула глазами, вспомнила, что ее уже давно пытались отправить на пенсию, и потому вполне миролюбиво сказала:

– Да нет, я серьезно говорю, ступай. То есть, идите. У себя он. В десять утра пришел и больше не выходил.

Я чертыхнулась про себя, и без того плохое настроение упало ниже плинтуса. В душе кипела злость и на Алину, и на вахтершу. Попадаются же такие тетки! Блеснуть юмором захотелось? Чтобы еще раз не сорваться, я резко развернулась и зашагала вглубь коридора.

– «Комендант общежития», «Медпункт», «Кладовая», – бормотала я себе под нос, читая таблички на дверях. – Кажется, мне сюда. Ну, Артур, берегись.

На дверь был налеплен тетрадный листок. «Ковалев А.Д». Я подняла руку и громко постучала.

– Артур, откройте. Я знаю, что вы дома.

Артур проигнорировал стук в дверь и мой гневный призыв добровольно сдаться. Я добавила децибелов: заколотила что есть силы и почти перешла на крик:

– Немедленно откройте!

Последнего удара дверь не выдержала, да она и не была заперта.

– Так-то лучше, – подзадорила я себя и решительно шагнула в комнату.

Переступив порог, я поискала глазами хозяина помещения. На диване, судя по очертаниям, лежал человек, укрывшись с головой клетчатым пледом.

– Пожалуйста, не делайте вид, будто спите! – громогласно заявила я. У меня и мысли не было, что после того трамтарарама кто-то может дрыхнуть. Разве только если он глухой.

Человек не пошевелился.

Раздосадованная таким невниманием к своей персоне, я подошла к дивану и дернула за край пледа.

Другой бы на моем месте вскрикнул, завопил от ужаса, но я не испугалась, более того, в первую минуту, когда я увидела торчащий из грудной клетки нож, подумала, что так и должно быть.

«Вот оно возмездие, – промелькнула в голове злорадная мысль, – за Алину, за всех тех, кому задурил Артур голову».

Когда же до меня дошло, что же все-таки произошло, мне стало дурно, к горлу подкатила тошнота, перехватило дыхание, парализовало конечности. Я не могла ни сдвинуться с места, ни отвести взгляд от рукоятки ножа.

Понемногу поле моего зрения стало расширяться. Я увидела картинку целиком. На диване лежал чрезвычайно худой человек, буквально кожа и кости, ну просто персонаж из документального фильма «Индийские йоги. Кто они?».

За первой мыслью о возмездии последовала вторая: «Не надо быть анатомом, чтобы попасть в сердце, минуя ребра. Господи, о чем это я? А может, он еще жив?». Преодолевая страх, я посмотрела мужчине в лицо. Встретившись с бессмысленным взглядом покойника, я завизжала:

– Труп! – и бросилась вон из комнаты.

Как бежала, не помню. Очнулась лишь у стола вахтерши, когда та меня окликнула:

– А паспорт?

– Какой паспорт? Чей паспорт? – надо признаться, в этот момент я соображала туго.

– Да что случилось? На вас лица нет, – отметила вахтерша. – Вам плохо, что ли?

– Мне? В сравнении с Артуром мне хорошо, даже очень, – и тут я заревела в голос.

У меня началась самая настоящая истерика. Вахтерша попыталась напоить меня водой, с подмешанными в нее сердечными каплями, но зубы так били о край стакана, что вода вся вылилась на мой костюм.

– Вызовите полицию, – с трудом удалось мне сказать. – Там, там Артура убили, – выдавила я из себя и опять заплакала.

Не знаю, что на меня накатило. Обычно я не впадаю в ступор, завидев покойника, и не даю воли слезам. Кто мне Артур? Никто! Я шла к нему, чтобы выяснить, чего он хочет от Алины, и попросить, нет, потребовать, чтобы он оставил в покое мою подругу и нашел другую дойную корову.

Но, если судить по быту, Артур жил более чем скромно, хапугой и аферистом не был. Может, я ощущаю комплекс вины перед покойным? Я думала о нем плохо, а оказалось…

Да что, собственно, оказалось? Его убили, значит, было за что. Праведников ножом в сердце не убивают. Можно случайно попасть под машину, нарваться на шальную пулю, кирпич на голову может свалиться, в конце концов, но чтобы кто-то случайно зашел в комнату и убил хозяина в его собственной постели – такого не бывает.