Меню высоких отношений

Глава 1

Отгремели новогодние праздники. Чья-то жизнь вновь вошла в привычное тихое русло, а чья-то закружилась в водовороте разнообразных событий. Новогодняя ночь, свадьба, свадебное путешествие, удачно вписавшееся в рождественские праздники, – все это лишь малая толика того, что мне уже выпало пережить в новом году.

Сразу по возвращению из Италии, куда я и Никита рванули после бракосочетания, меня поджидал приятный сюрприз – меня повысили! Если раньше я была просто бухгалтером отдельно взятого ресторана, то теперь стала работать одним из заместителей главного бухгалтера сети ресторанов восточной кухни!

Всё здорово! Вера Ивановна Пантелеева – умная, интеллигентная женщина, прекрасный специалист и мудрый руководитель. В ее подчинении, кроме меня, еще три бухгалтера – это молодые девчонки, недавно получившие диплом о высшем образовании. Правда, на новом месте у меня нет своего кабинета, но это не беда – вчетвером даже веселее. В первый же день на новом месте Влада, Полина и Дарья стали моими подругами.

Наш офис расположен над рестораном «Три самурая». Всего в ресторанную сеть восточной кухни входит пять заведений: «Сакура», «Кабуки», «Фудзияма-холл», «Мандарин» и, собственно, «Три самурая».

«Три самурая» – ресторан новый. Для него специально построили современное здание. Ресторан на первом этаже, в подвале расположен бильярд и пивной бар, на третьем находится наш офис и банкетный зал. Все стильно, красиво и современно. Повара отменные, обслуживание безукоризненное. В «Трех самураях» назначают деловые встречи, отдыхают и развлекаются.

Я очень быстро влилась в коллектив. Вера Ивановна оценила мои деловые качества и поручила мне курировать ресторан «Кабуки», в котором я раньше работала, ресторан «Фудзияма-холл» и отдел «Заказ блюд по телефону». Работы, конечно, больше, чем в «Кабуки», но она мне хорошо знакома. Я даже не переживала о том, что справлюсь или не справлюсь. Я как приходила в девять утра, так и прихожу. Если нужно задержаться на работе – задерживаюсь. Но чаще в половине седьмого я уже дома, причем с готовым ужином, который заказываю у нас же – в «Трех самураях».

Вот уже месяц Никита шутливо ворчит по этому поводу: «Что это такое? Моя жена кормит меня сплошными деликатесами! Сколько можно? Яичницы хочу!»

Яичницу я жарю на завтрак, а ужины продолжаю таскать из «Трех самураев».

Сегодня утром, перед тем как проститься, я вскользь поинтересовалась:

– Что ты хочешь на ужин?

– Я? А можно просто макарон? Только не рисовых. Самых обычных, длинных с дырочкой внутри.

В его голосе столько было тоски, что я, не выдержав, спросила:

– Тебе не нравится, как готовят в нашем ресторане?

Он перевел все в шутку:

– Вика, в том-то и дело, что нравится. Но к хорошему привыкаешь быстро. А вдруг ты уйдешь из ресторанного бизнеса? Скажем, тебе захочется попробовать себя в другой сфере? Например, в строительстве или торговле? Что мне в этом случае делать? Разводиться? Не хочу! Я ведь уже привык к суши и роллам, и мясо мне нравится в кисло-сладком соусе. А еще судак в панировке. И овощи в кляре. Как там они у вас называются?

– Темпура. – подсказала я.

– Точно. И вдруг всего этого не станет? Что тогда? Искать другую жену? Кстати, твои подруги замужем? Видел их. Ничего так девочки.

– Что?! Через месяц после свадьбы уже налево смотришь? Тебе не повезло! Даша замужем, а Полина и Влада встречаются с очень достойными парнями!

– А я, по-твоему, недостойный? – в шутку обиделся Никита. – Я очень достойный! Честное слово!

– Никита, не шути со мной! А то буду готовить сама! – пригрозила я.

Готовлю я, надо признаться, средненько. Мою стряпню не сравнишь с теми кулинарными шедеврами, которыми каждый раз удивляет нас Ольга, сестра Никиты, когда мы приходим к ней в гости. Вот уж мастерица! Даст фору любому шеф-повару. Ей бы открыть свой ресторан, но она врач-психиатр и уходить из медицины пока не собирается.

– Да! – воскликнул Никита. – Я только об этом и мечтаю. Из твоих рук и яд – мед!

– Подлиза! – фыркнула я и, выскочив из машины, побежала к «Трем Самураям».

Мои новые подруги уже сидели на своих рабочих местах.

– Привет! – поздоровалась я.

– Привет-привет, – пробурчала Дарья, явно чем-то недовольная.

Полина и Влада и вовсе в знак приветствия лишь кивнули. Одна что-то рассматривала в окне. Другая делала вид, будто по уши погружена в работу.

Обычно в это время у нас работает радио, настроенное на радиостанцию «Люкс FM» – сегодня в кабинете было непривычно тихо. Тишину нарушали лишь воробьи, чирикающие за окном, и Дашкино клацанье по клавиатуре компьютера.

– Случилось что-то? – спросила я, в полной мере прочувствовав гнетущую атмосферу.

– Случилось, – нехотя ответила Даша. – Эти две, – она взглядом показала на подруг, которые продолжали смотреть в разные стороны, – парня не поделили.

Вот уж странно. Обе девушки не были одинокими, более того собирались замуж за своих кавалеров.

– Парня не поделили? – удивленно переспросила я.

Я не сказала ничего такого, что могло бы обидеть Полину, но она резко встала из-за стола и, хлопнув дверью, выскочила в коридор. Мне даже показалось, что в ее глазах заблестели слезы.

Требуя объяснений, я перевела взгляд на Владу.

– Да не было ничего такого! – воскликнула Влада. – Ну постояла я с ее Артемом на ступеньках ресторана. Ну поцеловалась…

– На глазах у Полины, – вставила дополнение Даша.

– Так ведь весь этот спектакль был устроен не для Полины, а для Гоши. Поссорилась я с ним позавчера. Он пришел просить прощения, но я не готова была его простить. Еще не готова. Хотелось помучить… А тут Полин Артем подошел…

Гоша или Егор Грушин – парень Влады, работает у нас водителем фургончика, который развозит заказы. Пару раз я с ним разговаривала. Умный юноша, начитанный. Ему бы учиться, а он целый день за баранкой сидит в ожидании заказов.

– А то, что Артем пришел встретить Полину, и она должна была вот-вот выйти, ты не подумала? – продолжала упрекать Владу Даша.

С парнем Полины я близко не знакома. Знаю только, что он работает заместителем начальника охраны в ресторане «Фудзияма-холл». Несколько раз я его там видела. Высокий, широкоплечий. Полина проигрывает ему в красоте, ну да, как говорится, с лица воду не пить.

– Я думала, что Гошка уйдет еще до того, как Полина выйдет, – пожала плечами Влада. – Увидит, что у меня новый парень, психанет и уйдет. Кто же знал, что Полина вслед за мной вышла и стала в сторонке? Если бы я ее вовремя увидела, наверное, не начала бы с Артемом заигрывать.

«Заигрывать? Нет, Влада полезла на него с объятиями», – предположила я, не заметив на ее лице ни тени смущения.

– Вот скажите, зачем ей был нужен этот скандал? – недовольно пробурчала Влада.

– Ей? – удивилась Даша. – А тебе?

– Допустим, Полина вышла, увидела вас и приревновала, – наконец-то поняла я из-за чего сыр-бор, – но ты бы могла ей объяснить, что совершенно не имеешь никаких видов на Артема? Это шутка!

– А я, думаешь, не пыталась ей этого объяснить? Она же бешенная! Ничего слушать не захотела. Я уж и так и этак. Чаем угостила. А она… – Влада вздохнула и покрутила пальцем у виска. – В глазах слезы, губы дрожат, вся трясется – психованная! Я считаю, если ревнуешь парня-красавца, то не заводи с такими романов! Я-то здесь каким боком, если он, в принципе, налево смотрит?

– И как теперь работать? Здесь же как на вулкане, того гляди, раскаленной лавой накроет.

– Скажешь тоже, – отмахнулась от меня Влада. – Простит. Успокоится и простит.

«А простит ли? – подумала я. – Уйдет в себя и будет упиваться своей растоптанной любовью».

За время работы в офисе я успела немного присмотреться к каждой из девушек. Из всех троих Полина была самая правильная. Флирту в ее жизни места нет. Считает, что отношения с молодым человеком должны быть исключительно серьезными и непременно привести к браку.

Влада не такая. Она ветреная и взбалмошная, из тех особ, которые могут встречаться одновременно с тремя парнями, причем каждый из них не будет даже догадываться о существовании соперника. Такая извиняться не станет, объяснять что-либо тоже. Скорей всего, она бросила Полине: «Успокойся. Я пошутила». Вот и все ее объяснения. Да и с дисциплиной у нее не все ладно. Для нее в порядке вещей припоздниться на работу минут на пятнадцать или вечером удрать пораньше. Спасает то, что наша начальница сама приходит на час позже. Но, кажется, дело не только в этом. Краем уха слышала, что Влада чья-то протеже. Чья конкретно, не знаю, поскольку в «Три самурая» я пришла позже всех.

Если Влада и Полина – две крайности, то Дарья – золотая середина. Очень ответственная и рассудительная девушка. Немного медлительная, но такой уж нее темперамент. Она замужем, воспитывает пасынка. Муж часто в отъездах, сыну уделяет мало внимания, а тот в переходном возрасте. Естественно, есть проблемы. Однако я ни разу не слышала, чтобы Даша жаловалась на мальчишку или плохо о нем отзывалась. Практически каждый день к ней звонит классная руководительница Паши и докладывает о его «шалостях». Даша спокойно слушает и обещает повлиять на пасынка. В общем, у нее своих проблем хватает.

Значит, мирить Полину и Владу придется мне.

– Влада, обещай мне, что ты еще раз попросишь у Полины прощения. Я тоже в свою очередь с ней поговорю. Прямо сейчас.

Я вышла из кабинета.

Обычно девицы любят лить слезы в туалете. Есть вода, чтобы умыться. Есть зеркало, чтобы рассмотреть опухшее от слез лицо. И есть бумажные полотенца, чтобы вытереть потекшую тушь. Но в туалете девушки не оказалось.

«И куда она могла пойти? – задумалась я. – Решила искать утешения у Веры Ивановны? Но наша начальница еще не приходила. В общий зал Полина тоже не пойдет – там сейчас уборка. На улице полно прохожих, а ей, как я понимаю, хочется побыть одной».

Я остановилась у лестницы, которая вела на крышу. Из приоткрытой двери тянуло свежим воздухом.

Не так давно хозяин нашей сети захотел сделать на крыше летнее кафе с фонтаном и цветочной клумбой. Почему бы и нет? Кровля плоская. Раскатать газон, фонтан поставить – не проблема.

Чтобы открыть кафе летом, строительные работы решено было начать в январе. К тому же бесснежная зима способствовала осуществлению намеченного плана. На крышу занесли рулоны пленки, поставили навесы. Кровлю выровняли, залили бетоном и положили плитку. По периметру здания начали устанавливать кованое заграждение, чтобы подвыпившие гости не попадали с крыши.

В голову закралась мысль о том, что Полина могла быть там, на крыше: «Может, она воздухом дышит? С утра было плюс пять. День солнечный и безветренный. Значит, под пленкой так же тепло, как и в помещении».

Я хотела подняться на крышу, но в последнюю минуту передумала.

«Поговорю чуть позже, – решила я. – Пусть выльет первую порцию слез и хоть немного успокоится, вот тогда можно будет попробовать достучаться до ее разума. Сейчас она на волне своих эмоций и вряд ли станет меня слушать. Буду слишком активно ее успокаивать – может начаться истерика. По себе знаю, когда жалеют, плакать хочется еще больше».

Чтобы не возвращаться в кабинет и тем самым избежать череды ненужных вопросов, я отправилась на кухню. Вместе со мной из «Кабуки» в «Три самурая» перешел работать шеф-повар Олег Комиссаров. Собственно, это я порекомендовала его директору этого ресторана.

Олег – восхитительный повар. Хотя японская кухня не его «фишка» (он предпочитает готовить блюда французские и средиземноморские), все его хвалят. Пару раз даже хотели переманить в другой ресторан японской кухни, но наш хозяин – весьма мудрый человек – настолько хорошо платит Олегу, что у того и мысли не возникает перейти куда-либо.

– Олег, привет.

– Привет, Вика. Один клиент заказал крабовый суп. Я сварил с запасом. Могу угостить.

– Спасибо, Олег, но я пока не хочу есть. Лучше подскажи, чтобы мне приготовить мужу на ужин. Только сразу предупреждаю: блюдо не должно быть из нашего меню. На всю нашу Японию Никита смотреть уже не может.

– Тогда я тебе отрежу несколько кусков говяжьей вырезки для медальонов и замариную их. Ты оплатишь готовое блюдо, а пожаришь дома. Мясо будет жариться шесть минут. Три минуты с одной стороны, три с другой. Три минуты куски должны полежать на сковороде под фольгой. Посолишь, когда будешь жарить. Не перепутаешь?

Я хотела уточнить кое-какие нюансы, но не успела. Из зала донесся крик. Какая-то женщина орала надрывно и жутко. Слов я разобрать не смогла. Вроде бы она звала и просила помощи, но так ли это, я с полной определенностью не могла сказать.

– Что там могло случиться? – пробормотала я и выскочила через служебную дверь в зал.

В зале практически никого не было – все бежали к выходу.

«Пожар?» – было первой моей мыслью. Но дыма не было, поэтому пожар можно было отбросить сразу.

Я решила, что случилось не у нас, а на улице. Ведомая любопытством, я тоже стала в очередь на выход. Мысль о том, чтобы пойти и набросить на плечи пальто, у меня почему-то не возникла. Думала, что выйду, посмотрю и пойду обратно – замерзнуть не успею. Впрочем, все, кто в это время находился в ресторане – официанты, бармены, – повыскакивали на улицу так же, как и я, налегке.

На углу здания плотным кольцом стояли прохожие – никто не проходил мимо.

– Что там? – спросила я, протискиваясь к центру. – Это территория ресторана. Что здесь случилось? Разойдитесь!

– Да вот… девушка … из ваших, наверное, – ответил мужчина, уступая мне свое место.

Я протиснулась к первому ряду и уперлась в спину нашего официанта.

– Что там?

Парень обернулся.

– Виктория Викторовна, здесь…

– Да что здесь такое?! – разозлилась я, отодвигая его в сторону.

Все только охали и вздыхали, но никто не мог вразумительно сказать, что все-таки произошло.

Я всё готова была увидеть, только не это. Полина лежала на спине, широко раскрыв руки и, не моргая, смотрела в небо. Пушистые ее волосы, раскинувшиеся веером, утопали в крови. С каждой секундой кровь прибывала, окрашивая пшеничные пряди в густые терракотовые оттенки.

– Полина, – позвала я. – Что с тобой? Почему ты тут лежишь?

Губы ее с трудом дрогнули:

– Вика, ты? А я думала, что не могу летать. Мне так сейчас хорошо. Все само собой решилось. Мне не надо бояться… Это ложь, что все болезни от нервов – все они от любви, – это последнее, что Полина успела сказать. Из ее груди вырвался хрип, и она замолчала навсегда.

– Виктория Викторовна, – официант взял меня за руку. Кажется, его звали Владимиром. – Мы «скорую» вызвали, но, наверное, уже поздно.

– Наверное, – кивнула я, отступая назад.

Тошнота подкатила к горлу, в глазах потемнело… «Не хватало только мне рядом с Полиной упасть в обморок», – промелькнуло в голове.

Я прислонилась к Владимиру.

– Вам плохо, Виктория Викторовна?

– Лучше. Уже лучше, – прошептала я. – Надо сообщить об этом начальству. Директор на месте?

Ресторан «Три самурая» – заведение молодое. Со дня открытия не прошло и года. И директор у нас молодой. Громову Аркадию Алексеевичу всего тридцать два. Раньше он работал в кафе «Сакура» администратором, проявил себя с лучшей стороны. Как только открылись «Три самурая», его перевели сюда директором. Уже можно сказать, что он оправдал доверие. «Три самурая» на сегодняшний день – один из самых модных в городе ресторанов. Да и вообще наши хозяева стараются продвигать молодых работников. Судя по всему, это правильная политика.

– Аркадий Алексеевич? – переспросил Владимир, как будто у нас не один директор, а несколько. – Да, минут двадцать назад приехал.

– Надо ему сказать. Потому что вслед за «скорой помощью» приедет полиция.

– А… – видимо, он хотел спросить, откуда мне это известно. – Разве это не несчастный случай?

К сожалению, я уже сталкивалась с подобными «несчастными» случаями. В ресторане, из которого я пришла, за год три таких «несчастных» случая произошло – и только один из них действительно был несчастным. Все остальные – самые настоящие убийства.

В случае с Полиной, скорей всего, нужно говорить о самоубийстве, а не о несчастном случае. Я даже догадывалась, почему Полина могла такое сотворить, вернее из-за кого – не зря же перед смертью она заговорила о любви? – однако торопить события не стала.

– Следствие разберется, – тихо сказала я, вырываясь из толпы.

Пока шла к входу в ресторан, я терзалась вопросом: надо ли говорить следователю о случившейся накануне ссоре между Полиной и Артемом, а также о том, что ссора произошла по вине Влады.

Влада, конечно, еще та штучка, но вряд ли она хотела такой развязки. Даже если я расскажу об этом следователю, органам предъявить ей нечего. Когда Полина была на крыше, Влада и Даша находились в кабинете. Напрашивается вопрос: надо ли волновать коллектив ресторана? Понятное дело, что кто-то во всем обвинит Владу, а кто-то станет ее защищать. Не нужно все это: разговоры, разборки… Раньше говорили: «Совесть лучший контролер» – вот пусть теперь Влада и разбирается со своей совестью.

И все же, чтобы снять с себя ответственность, я решила обратиться за советом к Вере Ивановне.

– Володя, ты иди, доложи Аркадию Алексеевичу, – велела я официанту. – А я сообщу о трагедии главному бухгалтеру. Кстати, по-моему, это она.

На стоянку перед рестораном въехала иномарка Веры Ивановны. Дама вышла из машины, щелкнула брелком и хотела уже зайти в ресторан, но ее взгляд привлекла толпа, собравшаяся на углу здания.

С того момента, как я без пальто выскочила на улицу, людей собралось вдвое больше. Прохожие из любопытства останавливались, протискивались посмотреть на Полину, начинали расспрашивать тех, кто подошел раньше. При этом никто расходиться не собирался.

– Вера Ивановна! – кинулась я к начальнице.

– Вика, почему ты без пальто? Мороз на дворе!

Я действительно дрожала, но почему-то думала, что это со мной не от холода, а на нервной почве.

– Я не замерзла. У нас такое случилось! – процокала я зубами.

– Давай зайдем.

– Нет.

Я упиралась и тянула ее к толпе, но она силком затащила меня внутрь, сняла свою шубу и набросила ее мне на плечи.

– Теперь говори! – велела она.

– Там Полина с крыши упала, – тяжело дыша, доложила я.

– Полина? Наша Полина? Зачем? Глупость какая-то! Чушь! – Она не верила мне.

Я бы и сама не поверила, если бы Полина не умерла у меня на глазах.

– Да, Вера Ивановна, произошла трагедия.

– А что она делала на крыше? Там же идет стройка!

Не совсем так: ремонтно-строительные работы еще не закончены, но наши строители взяли тайм-аут и всей бригадой укатили на свадьбу бригадира.

– Там не было никого. Строители придут только в следующий вторник.

– А Полина, зачем туда пошла?

– Трудно объяснить. Она встала из-за стола, вышла из кабинета. Больше мы ее живой не видели. А до этого она поссорилась с Владой, – немного смутившись, прошептала я.

Наверное, со стороны это выглядело так, будто я доношу на Владу, но Вера Ивановна имела право быть в курсе.

– Ничего не понимаю! – мотнула головой Вера Ивановна. – Пожалуйста, объясни еще раз.

– Давайте не здесь, – попросила я, заметив, что некоторые официанты, прибежавшие с улицы, прислушиваются к нашему разговору.

– Пошли в мой кабинет.

По большому счету рассказывать было нечего. Вера Ивановна выслушала меня и отпустила, порекомендовав о ссоре никому не говорить и предупредить об этом девчонок. Кстати, они до сих пор не знали, что случилось с Полиной.

Окна нашего кабинета выходят во двор. Шумы с улицы не доносятся. И по коридору мало кто ходит – только сотрудники офиса. Сотрудники это мы, бухгалтеры. Еще есть снабженец Петр Матвеевич Медведев, но он практически никогда не сидит в своем кабинете, и в это утро я его еще не видела. Что касается директора ресторана, то его кабинет находится на первом этаже.

Глава 2

Я вернулась на свое рабочее место. Даша листала модный журнал. Влада как ни в чем не бывало красила лаком свои остро отточенные коготки. Казалось, обеим нет никакого дела до Полины.

– Все нормально? Нашла Полю? – спросила Даша, оторвав взгляд от глянцевых страниц.

– Нашла, – выдохнула я и в изнеможении упала на стул.

– Ха! – хмыкнула Влада. – Вижу, что и тебе не удалось до нее достучаться. Все еще слезы льет? Упивается своим горем? Было бы из-за кого! Нет, ну что за человек эта Полина?! Всем настроение испортила! Всем!

– Влада, ты попридержи язык за зубами, – сдерживая гнев, тихо проговорила я.

– Ух-ты! Неужели эта небесная канарейка успела тебя настроить против меня? Да, я ей урок преподнесла! Глупая она! И неухоженная! Разве такая должна стоять рядом с таким красавцем? Почему она не допускает мысли о том, что кто-то всерьез может положить глаз на ее Артема? А он не дурак – возьмет и прозреет! И тогда ни слезами, ни соплями ей парня не вернуть. Вы ж посмотрите на нее! Косметикой не пользуется. Одевается с рынка. И при этом она, видите ли, себя подарком считает. Откуда такая самоуверенность? Прежде чем взглянуть на подарок, надо снять с него обвертку. Вот ты, Даша, станешь смотреть на подарок, завернутый в пожелтевшую от времени газету?

– Прекрати! – одернула Владу Даша. – Да, Полина не такая, как ты! Она скромная девушка. Чистая. Искренняя. И чуткая!

– Ангел, да и только! И где твоего ангела черти носят? Работать твой ангел собирается?

Я уже не в состоянии была слушать несправедливые нападки Влады на Полину. Я затряслась от негодования.

– Полина сбросилась с крыши. Она там… – жестом я показала на дверь, – лежит мертвая на асфальте. Можешь сходить и посмотреть, до чего ты довела свою подругу.

– Да ладно! – фыркнула она, но потом, заметив, как у меня трясутся руки, переспросила: – Что ты сказала?

– Ты пошутила? – вклинилась в разговор Даша.

Ее вопрос прозвучал глупо. Разве можно таким шутить? Я даже не стала на него отвечать, достала носовой платок и вытерла набежавшие на глаза слезы.

Влада побледнела, сглотнула ком в горле и поднялась из-за стола.

– Девочки, я… – она не смогла договорить, молча встала и пошла к двери.

– Влада, постой, – остановила я ее. – Если следователь тебя станет расспрашивать о Полине, ты не говори, что накануне с ней поссорилась.

– Ага, – кивнула она и выбежала за дверь.

– Вика, а как нашли Полину? – после минутной паузы спросила Даша.

Я немного могла рассказать:

– Сначала прохожие крик подняли, потом наши прибежали. Не надо туда ходить, Даша. Там кровь, лужа крови и… Полина еще теплая.

– Вика, а нам обязательно надо о ссоре молчать?

– Да, нам ничего не стоит говорить, – кивнула я. – Это просьба Веры Ивановны.

– Почему? Это же Владка довела Полину до самоубийства! – возмутилась Дарья. – Она должна ответить!

– Это еще надо доказать.

– Что доказывать? Полина сегодня сама не своя! Нервная, бледная, на телефон смотрит, как будто звонка ждет. Понятное дело, от Артема.

– А если нет? А если у Полины были другие проблемы? Зачем Владу подставлять?

– Ну знаешь! Это нечестно по отношению к Полине.

– Ты права, нечестно оставлять всё как есть. Надо во всем разобраться, – подумала я вслух, но тихо, практически беззвучно.

– Вика, что ты там бормочешь? – спросила Даша, прислушиваясь к моему шепоту.

– Надо Артему сообщить и предупредить, чтобы и он о вчерашней ссоре молчал.

– А я думаю, что он сам не захочет себя подставлять, – фыркнула Даша. – Тут Влада права: парень себе на уме. Не нравятся мне такие. Я бы про него следователю рассказала.

– Молчи! – велела я. – Вера Ивановна просила не выносить ссор из избы. Полину не вернешь, а нам еще вместе работать.

Честно говоря, я мало знала о Полинином женихе. С виду он был парнем весьма симпатичным, высоким и стройным. Полина называла его Тёмой. Если он звонил, всегда выходила из кабинета, видимо, нас стесняясь. О своих с ним отношениях не особо распространялась. А недавно она пришла радостная такая, счастливая, сказала, что они с Артемом решили пожениться.

– А что значит «себе на уме»? – поинтересовалась я у Даши.

– Мне кажется, он с ней роман закрутил только из-за квартиры, которая ей от бабушки досталась.

– Надо же, – сделала я удивленное лицо.

– Да, со слов Полины, Артем приехал из районного центра. Жизни городской ему захотелось. Образование среднее, умишком тоже не вышел, но хитрый… Устроился охранником в ресторане «Фудзияма-холл». Там он с Полиной и познакомился. Поля-то наша раньше в «Фудзияме» работала, – напомнила мне Даша. – Потом его повысили до зама начальника охраны. Так вот, Катя, администратор «Фудзиямы», рассказывала, что Артем Полине прохода не давал. Цветы охапками носил, а как у нее поселился, стал разные слухи о ней распускать. Мол, со странностями она и все такое: в него влюбилась как кошка, шагу без нее сделать не дает. Полина к тому времени уже здесь работала и о том, что о ней Артем болтает, даже не подозревала.