Сны Великого Моря. Хорро

Гай мысленно представил себе налаженное производство виски в Алаутаре и не сдержал улыбки.

– Мне кажется, я сам однажды займусь производством этой прелести, если, конечно, пойму как это делается и смогу воспроизвести.

– Ты же учишься в Крамбле! Конечно, ты поймешь, как что-то можно сделать! У тебя теперь есть цель – изобрести способ сделать это самому.

– Отличная цель! – засмеялся Гай, опустошив свой стакан, а про себя подумал, что безумная идея совсем не так уж безумна и вполне осуществима на практике. От этой мысли стало тепло и приятно. Ну, еще, конечно, от выпитого.

Став смертным, Гай вновь получил возможность ощущать приятную расслабленность под воздействием алкоголя. И головную боль на утро, к сожалению, тоже теперь он ощущал в полной мере.

Мальшард сладко спал, когда утром в их шатер зашел Дамард, чтобы забрать Гая с собой.

– Вот ты спать! – хмыкнул Дамард, когда тряхнув друга в третий раз, наконец заставил того открыть глаза.

Гай смачно выругался, соскребая себя с раскладушки, одновременно пытаясь протереть глаза и восстановить картину событий. Дамард дотронулся до его макушки, щелкнув пальцами, дурнота моментально ушла, а головная боль слегка притупилась.

– Спасибо, – облегченно вздохнул Гай, надевая плащ.

В походных условиях все спали одетыми и даже в обуви, что тоже изрядно досаждало, но против негласных правил никто идти не желал.

– Я думал, ты не станешь все сразу пить, – усмехнулся Дамард, поднося к носу пустую бутылку, поморщился, тут же поставил обратно на низкий стол, – Крепкое, я бы не смог осилить за раз точно.

– Мне помогли, – хмыкнул Гай, кивнув на похрапывающего в другом углу шатра мальчишку ведьмака, – Я и выпил то столько, потому что боялся, что он прикончит все без меня. Ведьмакам нельзя показывать выпивку крепче 35 градусов, они ее пьют как воду и радуются, а я страдай.

– Ладно, не страдай, – Дамард протянул ему большую черную пилюлю, – запей это водой и все пройдет, это средство от похмелья. Яд змеи шиму и синий мох.

– Какая прелесть, – вздохнул Гай, безропотно проглотив лекарство, запив его целым кувшином воды.

Удивительно, но спустя пять минут все симптомы похмелья сошли на нет. Они как раз успели дойти до шатра Дамарда и Светланы.

– Я договорился с Брашардом и Кондэлем, у нас есть время до вечера, если мы не вернемся и не сообщим, как у нас дела, будет считаться, что нам угрожает опасность. На следующий день нас пойдут искать и сообщат в Катр. Конечно, такой вариант исключен по умолчанию, но правила, есть правила, – пояснил Дамард для Светы.

– Гай с нами для красоты? – улыбнулась она.

– Гай с нами как официальный представитель школы Крамбль, свободный от обязанности нести официальную ответственность за судьбы студентов и способный при этом в полной мере защитить себя, – хитро ухмыльнулся Дамард, – Эта экспедиция территория ответственности Крамбль, нам нужен представитель школы, если мы действуем под эгидой экспедиции.

– Как все сложно, – вздохнул Гай, – давайте уже, тащите меня в ванную и завтракать.

В следующее мгновение он стоял посреди просторной светлой комнаты с окнами во все стороны.

На второй этаж вела винтовая лестница, каменный пол был отделан пестрой мозаикой. Некоторые окна занавешивали белые плотные шторы, некоторые были широко распахнуты, отчего в комнате гулял свежий морской бриз. Большую часть комнаты занимал кухонный остров, умещавший в себе мангал-плиту, широкую раковину для мытья посуды, тумбочки для хранения кухонной утвари и широкий стол для шести человек. Стол являлся продолжением «кухонного острова». В другой стороне комнаты располагался небольшой ступенчатый бассейн, который можно было бы принять за традиционную для Алаутара ванну, если бы не расположение с видом на кухню.

– Иди поплавай и сразу можешь позавтракать. – хихикнула Света.

– Издеваетесь? – полюбопытствовал Гай, – Что прямо тут?

– Это Катр, тут никого не удивишь наготой, – засмеялся Дамард.

– Это эксгибиоционизм, господа, – постановил Гай, немедленно стянув с себя одежду, оставшись в одних трусах, – придется сделать вид, что я в общественном бассейне… – и прыгнув в воду, заорал не своим голосом, – Мать вашу! Она ледяная!

Дамард и Света покатились со смеху.

С лестницы спустилась Арикарда в белой короткой, но непрозрачной тунике с вертикальными разрезами на рукавах и босоножках на высокой пробковой подошве.

– Привет, вы уже тут? Дарк одевается, сейчас спустится, – сообщила она и, взглянув на Гая, выбирающегося из ванны, тоже рассмеялась, – Прости, у нас тут не принято, как выяснилось, нежится в теплой воде, тебя, наверняка, не предупредили.

– Как ее нагреть? – поинтересовался он, усевшись на бортик бассейна.

– Попробуй «быстрый суп» – кулинарное заклинание, чтобы вода нагрелась до нужной температуры, только сразу реши, какая тебе температура нужна, – посоветовала Арикарда, – Дарк пользуется заклинанием «чудрир», кидает в воду огонь и она нагревается, но не слишком. Когда это пытаюсь сделать я, сразу половина воды выкипает, а та, что остается – крутой кипяток.

– Тогда мне тоже нужен «быстрый суп», – хохотнул Гай, – в собственном «чудрире» я сварюсь.

«Быстрый суп» приготовил ванну за минуту. Гай, наконец-то, получил долгожданное удовольствие, окунувшись в приятно теплую воду.

Дарк спустился в штанах и майке-сетке, явно стащенных из Внутреннего Поля, и босиком. Дамард и Света нашли в одном из шкафчиков хлеб, овощи и колбасу, вовсю хозяйничали, готовя бутерброды и салат.

– А ты что в трусах? – засмеялся Дарк вместо приветствия, – Тут самый шик нагишом по дому гонять.

– Я типа в гостях, я типа скромный, – заржал Гай.

– Не выйдет из тебя истинного катрца, – покачал головой Дарк.

– Слушайте, а уборные тут тоже посредине комнат? – поинтересовался Дамард.

– Нет, – Арикарда засмеялась, – тут, спасибо им большое, не додумались до такого. Уборная тут одна на весь трехэтажный дом и она во дворе!

Гай от смеха глотнул воды и долго откашливался. Дамард застыл с открытым ртом, а Света невозмутимо уточнила:

– Чтобы соседям досталось аромата или есть какой-то иной смысл?

– Ой, не знаю, какой смысл. Может, они экономят так, чтобы не использовать белый огонь самим, вынуждают соседей и прохожих, не желающих нюхать их выгребные ямы, запускать внутрь белый огонь, чтобы все сжечь. Тут нет централизованной системы очистки, как у нас. Тут реально канализация существует в виде глубокой дыры у забора с желобом для запускания внутрь белого огня. Учитывая, что тут способных на «белый огонь» даже с использованием цесмарилов на весь 30 тысячный Катр меньше десяти магов, на сжигании чужого мусора и дерьма они сделали себе состояние, – пояснила Арикарда, – Я бы тут не хотела жить слишком долго.

– Поэтому надо найти хорро, как можно быстрее, – поддержал жену Дарк.

– А вода из ванн куда сливается? – спросил Гай, облотившись на бортик.

– Она очищается вот этим, – Дарк извлек из ящика одной из кухонных тумбочек банку с белыми шариками, подошел ближе, протянув Гаю, – бросаешь в воду этот шарик, он собирает всю грязь, налет и все, что ты наплевал тоже, становится большим, ты его вылавливаешь из воды и выкидываешь. И все. Вода чистейшая, плюй дальше. Тут ванны сливают пару-тройку раз в год и, то, как я понял, в порядке очередности потратится на полив общественных огородов за городом, для этих целей используют насосы и шланги, то есть вообще без магии обходятся.

– Хитрая система, – Гай выбрался из бассейна и, взяв банку, посмотрел на свет. Шарики слегка светились на солнце.

– Это, кстати, изобретение Крамбль, чтоб ты знал, – сообщила Арикарда, – несколько тысяч лет назад был у них магистр Берун, в честь него назвали эти шарики берунами. Идем завтракать.

Все уже расселись за столом, когда Гай закончил упражняться с очищением воды в ванне, оделся и присоединился к трапезе. Овощной салат, бутерброды с вяленым мясом и колбасой, похожий на брынзу сыр и кофе исчезли со стола за 10 минут.

– Как мы будем искать в подземелье этого хорро? – поинтересовался Гай, после того как уничтожил пятый по счету бутерброд.

– Я с утра был дома, посмотрел в зеркале Волрклара, куда ведут следы. Там темно, но все же есть несколько ориентиров – разметка на стенах, для тех, кто ищет воду под землей. Она подсвечивается заклинаниями, что создают световые сферы. В общем, мы перенесемся туда, где, по мнению нашего домашнего зеркала, может быть раненный хорро. Маме нужно видеть это место и тем самым определить его, а мне вполне достаточно того, что зеркало знает, что там есть несколько светящихся точек определенной конфигурации. Магия Тумана в этом смысле имеет преимущество перед магией Истинной Воды.

– Вы переоденьтесь, в пещерах холодно, наверняка, – посоветовала Светлана друзьям.

– Я даже обуюсь, – усмехнулся Дарк, – В этом расслабленном полуголом существовании есть определенная прелесть, но из города в таком виде лучше все же не выходить.

– Ты сейчас более расслаблен, чем я привык, – заметил Дамард.

Дарк неопределенно пожал плечами.

– Я теплолюбивое существо, а тут тепла во всех смыслах перебор, у меня включился, видимо, режим медузы и я подтаял на солнце.

Арикарда приобняла его, боднув головой в плечо.

– На материке Извир есть город Лаукар. Там тепло и удобно во всех смыслах, я покажу тебе это чудное место. Если хочешь, зимой можем пожить там. Ты грустишь зимой.

– Правда? Я как-то не замечал, – удивился Дарк.

– Да, – хором ответили ему сидящие за столом.

– Во Внутреннем Поле это называется сезонной депрессией, – добавил Гай, – Она у тебя точно есть.

Дарк задумчиво почесал кончик брови.

– Мне все равно хорошо, грусть не грусть, зима не зима, я не могу сказать, что мне бывает плохо так, чтобы я по-настоящему остро это ощущал.

– Просто твое «по-настоящему остро плохо» запредельно в понимании среднестатистического алаутарца, – вздохнула Света, – а то, что для тебя «как-то не слишком хорошо» на самом деле ощущается как печаль всеми, кто способен читать эмоции. Даже я вижу твою печаль, а я так себе эмпат.

Дарк кивнул, прекрасно понимая о чем речь.

– Солнце, тепло и море лечит сезонную печаль, так что зимой отправимся на Извир, в Лаукар, – подумав, заявил он, поцеловав жену в висок.

– Это решено, – постановила та, доедая салат, – Я не дам тебе грустить еще одну зиму, не дождешься.

Пока Арикарда и Дарк переодевались в «приличную одежду», Гай уничтожал их запас продуктов, а Света кофе.

Наконец, все были готовы к путешествию. Вопреки обыкновению, прежде чем перенести всех в нужное место, Дамард окружил их группу плотным прохладным туманом. Света непроизвольно вцепилась в руку Гая и самого Дамарда. Во вторую руку Гая неожиданно резко вцепился Дарк.

– Извини, тут просто очень темно, я чуть не упал, – пояснил он.

Гай после этого сообразил, что туман рассеивается, но видимости не прибавляется. Они стояли посреди сплошного мрака, пока вверх не взмыли четыре световые сферы, вытянув из темноты освещенный круг диаметром около десяти метров, дальше стеной стояла тьма.

Арикарда создала еще два световых шарика и запустила их далеко вперед, обнаружив тем самым два разветвляющихся коридора от того места, где они стояли. Еще один коридор обнаружился с другой стороны.

– Так, все интереснее и интереснее, – хмыкнул Гай, – Куда сначала пойдем?

– Может разделимся? – предложил Дарк.

– Нет, потом друг друга искать будем, а не хорро, – возразил Дамард, – отсюда легко и быстро могу выбраться только я. Вам придется долго плутать, прежде чем найдете путь наверх.

– Если не перестраховываться, как ты любишь, то ничего страшного. Вернешься домой, зеркало покажет наши следы от этого места, придешь по ним за нами и заберешь, – усмехнулась Арикарда, – Мы можем осветить тут все так ярко, что даже мама сможет визуализировать в полной мере карту местности.

Дамард поморщился.

– Не хочу я разделяться.

– Так и скажи, – буркнула его сестра.

– Я так и сказал, – пожал он плечами.

Света пропала на минуту из вида и все вокруг залил яркий солнечный свет. Сразу стало понятно, что они находятся в длинном и довольно узком тоннеле. На серых стенах рос неприглядного вида зеленовато-бурый мох. Один из разветвляющихся коридоров был явным тупиком, в котором происходило какое-то движение, что-то метнулось в глубину, пытаясь спрятаться от неуместного в данных условиях дневного солнечного света.

Не сговариваясь, все ринулись туда.

– Не подходите, я убью вас, – раздался хриплый голос, стоило им приблизиться на несколько шагов.

– Не стреляй, – выкрикнул Гай по-английски, – мы не охотники на хорро, мы пришли тебе помочь.

– Кто вы? Не подходите, – снова предупредил голос, громко хлопнул затвор.

Дарк и Гай одновременно загородили собой Дамарда и Арикарду, которые в свою очередь, просто опустили энергощиты и на себя и перед друзьями. Свет померк и рядом с Дамардом материализовалась Светлана, также оказавшаяся под его щитом. Световые сферы засияли ярче прежнего, подлетев ближе к выходу из коридора-тупика.

– Оружие Внутреннего Поля не причинит нам вреда, не поранься сам, – предупредила Арикарда, – Мы ищем хорро, чтобы сказать им, что Верховный Совет Алаутара признает их право быть частью этого мира. Вам не нужно прятаться, охотники на хорро ныне вне закона. Вы имеете все права и обязанности существ с высоким сознанием, живущих в Алаутаре.

Воцарилась тишина. Гай краем глаза заметил, что из коридора-тупика сверкнул свет, как от фонарика, будто кто-то что-то искал в темноте с помощью мобильного телефона.

– Вы уйдете, если я вас попрошу? – устало спросил голос.

– Да, уйдем, – быстро ответил Гай, – но подумай, много ли у тебя шансов, что ты выберешься из этих катакомб сам и сможешь объяснить на английском, удобном тебе языке, кто ты, зачем ты тут и почему…

– Мне удобен вовсе не английский, – вздохнул закутанный в рваное одеяло аркельд, пошатываясь, выходя из своего укрытия, – мне бы лучше на французском…

Выглядел он кошмарно. Бледное осунувшееся лицо, на котором жили только кажущиеся очень большими ярко-синие глаза, светло-русые волосы торчали во все стороны и на виске склеились от запекшейся крови. Аркельд хромал и хоть был явно высок, шел ссутулившись, будто не мог разогнуться.

– Можно и по-французски, – усмехнулся Гай, с легкостью переходя на другой язык, – кидай сюда ствол, в Алаутаре не будет этой гадости, пока я тут.

– Это зажигалка, – с трудом проговорил Дарибаль, безропотно бросив к его ногам черный пистолет.

Гай поднял, проверил и убедился, что оружие бутафорское, одна форма, а по сути зажигалка, пришедшая в негодность. Не раздумывая, он спалил ее белым огнем.

– Я Дарибаль, – представился аркельд, – Если вы хотите убить меня, то пожалуйста, побыстрее. Я не хочу долго размышлять о том, насколько я доверчивый идиот и трус, оттягивающий неизбежное.

Дамард и Арикарда сняли щиты, подошли к нему с двух сторон.

– Не трогайте его, – предупредил Дарк, морщась, как от боли, – у него ребра сломаны, кости рук, нога и ключица, с ним надо аккуратнее.

Дамард и Арикарда отдернули руки как по команде.

– Это тебя охотники на хорро так уделали? – сочувственно спросили Светлана, также подходя ближе.

Дарибаль покачал головой.

– Я упал с довольно большой высоты, не рассчитав траекторию полета. Меня преследует нечто более злобное, чем недоумки из Катра. Нечто нематериальное. Моей магии не хватает, чтобы уничтожить это, оно горит, но всегда возвращается, стоит только мне заснуть.

– Идем отсюда, поговорим в более приятной обстановке, – постановил Дамард, протянув ему руку.

– Сожгите мой рюкзак, там много всякой дряни из другого мира, ни к чему, чтобы оно было тут…

Гай выбросил струю огня, которая проползла через весь коридор и яростно разлилась по стенам и полу тупика, из которого вышел раненный хорро. Тот смотрел на это необычное зрелище со смешанным чувством восхищения и ужаса.

Вокруг стало очень светло и жарко. Подземный стылый мрак покорно отступил в тоннели. В недрах бесконечного лабиринта что-то дрогнуло. Гай поспешил погасить огонь. С потолка посыпались камешки, внезапно пол заходил ходуном. Дамард схватил Свету за руку и выставив другую руку вперед крикнул:

– Все зацепились за меня! Живо!

Гай одной рукой ухватил Дарибаля за шею, второй крепко сжал локоть Дамарда, Дарк и Арикарда одновременно сжали его ладонь и запястье, вцепившись еще и друг в друга. Через пару минут, на место, где они стояли обрушился потолок, но их уже не было в подземелье.

Дамард перенес всех прямиком в гостиную первого этажа родительского дома. Дарибаль со стоном съехал вниз, едва Гай ослабил хватку.

– Прости, я знаю, что ты весь переломанный, но мне было не до деликатности, – виновато пробормотал он и, обернувшись к Дамарду, спросил, – Что это было? Это из-за меня?

– Нет, не думаю, – покачал головой тот, – Похоже, на землетрясение, скорее всего, там проходил разлом, или не там, но просто тряхнуло.

– Надеюсь, с нашими студентами все в порядке…

– В порядке, не беспокойся, – кивнула Света, – Брашард и Кондэль организовали лагерь вдалеке от разломов и очагов дымных землетрясений. Они не меняются, каждый год все происходит по единовозможному сценарию.

– Теперь в окрестностях Катра сумрак и нет запахов, – улыбнулась Арикарда, – Мы непременно должны вернуться и на личном опыте убедиться, что вкус и запах имеют значение.

В гостиной материализовалась Кайлин, с лестницы спешно спускался Ордъёраин, а откуда-то со стороны столовой появились Барт и Халиф.

Пес тявкнул всего пару раз, словно почувствовав неладное, быстро замолчал.

– Мам, он весь переломан, – предупредил Дамард, когда Кайлин, едва поздоровавшись, склонилась над потерявшим сознание Дарибалем.

– Ох, да, плохо дело, – вздохнула она, – у него болевой шок, мне нужна чистая магия Силы Жизни, – с этими словами она исчезла, прихватив бесчувственное тело хорро с собой.

– Вы сами в порядке? – с беспокойством спросил Ордъёраин, оглядывая всех по очереди.

– Мы едва не попали под обвал в тоннелях, в Катре началось очередное дымное землетрясение, – беспечно сообщила Арикарда и тут же добавила, – ты не переживай, мы удрали прежде, чем на нас упало что-то крупнее пыли.

Несколько секунд Ордъёраин размышлял, как отнестись к ее сообщению и, видимо, не нашел ответа.

– Матери лучше этого не говори, – посоветовал он, слегка улыбнувшись, но взгляд еще раз словно сканером, заскользил по всей честной компании. Убедившись, что никто действительно не пострадал, он ощутимо расслабился.

– Как у вас тут дела? – спросил Гай, падая в мягкое кресло у камина.

– Эвар и Даника где-то гуляют, Айра пока слаба и в постели, Кадъераин на службе, Орвира и Карин в парке собирают барику, оказывается, она у нас тут растет в большом количестве, – невозмутимо доложил лис, также запрыгивая на диван, – Малика и Агелар сейчас явятся сами.

Халиф облизал руки Дамарда и Арикарды, тявкнул и рванул вверх по лестнице, навстречу молодым магам.

Кайлин вернулась спустя полтора часа одна. Все уже успели обсудить новости, попить кофе, поговорить.

– Дарибаль остался у дари Тасимы, – вздохнула она, отвечая на посыпавшиеся со всех сторон вопросы, – он поправится, но это не быстрый процесс, на нем живого места нет, удивительно, что он не умер от болевого шока.

– У него было с собой много наркоты, – усмехнулся Гай, – это лекарства Внутреннего Поля, которые там далеко не всегда используются правильно и по необходимости. Я сжег все, он сам меня попросил.

– Да, он сказал, что был целителем во Внутреннем Поле, – подтвердила Кайлин, – В любом случае, он бы долго не протянул, вы спасли ему жизнь.

– Хорро – очень сильные маги, – заметила Орвира, к тому времени также присоединившаяся к разговору.

Карин и Халиф удрали играть на берег, но Барт остался.

– Судя по Эвару, они не понимают, насколько они сильны, – добавил Агелар, пристроившись на поручне кресла супруги. Та молча кивнула, соглашаясь.

– Тьма из него больше не вылетает? – поинтересовался Гай.

– Сейчас он как будто здоров, но следует помнить, что он в наших владениях, тут он под колпаком магии Истинного Огня, и макалит с огнем у него на шее нейтрализует любой намек на горечь, – пояснил Ордъёраин, – Во владениях дари Тасимы и Наримара, Волрклара и дари Йольрики мы с Агеларом добавили огненных защитных заклинаний.

– И что же им всю жизнь не вылезать из-под ваших заклинаний? – удивился Гай.

– Мы что-нибудь придумаем, пока им придется потерпеть, – усмехнулась Кайлин.

– Если я хоть что-то поняла об этой тьме, это то, что самое оптимальное для хорро вспомнить все, что они так тщательно стараются забыть, прожить, переосмыслить и отпустить, – осторожно добавила Малика, – сказать легко, сделать трудно. И больно. И пока они будут вспоминать это все и переосмысливать из них тьмы вывалится столько, что можно погрузить в печаль и траур весь Калантак. Нужно обязательно сжигать всю эту дрянь. У Эвара получилось сжечь большую ее часть, но этот способ опасен и для него и для всех вокруг.

– Волрклар считает, что после дымного землетрясения появятся еще хорро, – сказал Ордъёраин, – сейчас их в мире пятеро, то есть вы всех нашли.

– Значит, пока мы не съезжаем из Катра, – засмеялась Арикарда, – мы начали привыкать к ванне на кухне и уборной отдельно от дома.

– В Катре странные обычаи, – улыбнулась Кайлин, – дари Тасима долго объясняла охотникам на хорро, что не следует раздеваться до того, как ты зашел в ванную комнату, если приходится идти через гостиную.

Гай, Света и Дарк покатились со смеху, Арикарда и Дамард удивленно переглянулись.

– Как они кстати? – отсмеявшись, спросил Гай, – Усвоили, что зад способен гореть, если охотиться на хорро дальше.

– Ваш Фордкар их поразил нестандартностью оборонительной магии, – сквозь смех ответил Ордъёраин, – а уж меня как поразил…

– Не только тебя, – заверил его Гай, – Фордкар регулярно поражает всех.

– Мне все же интересно, они дальше намерены охотиться на хорро или этот парень их запугал? – хохотнул Дарк.

– Их запугал Наримар, ну, и я добавил немного, – усмехнулся Ордъёраин, – хорро – существа с высоким сознанием, имеющие все права жителей Алаутара. Любой, умышленно посягнувший на их жизнь, предстанет перед Верховным Советом и будет подвергнут «Аполидара» с памятью хорро. При этом им объяснили, что у хорро память долгая, а жизнь несладкая. В общем, переживать эмоции и боль хорро ни у кого желания нет. Так что охотников на хорро скоро не останется. Сейчас еще не все в курсе, что хорро признаны полноправными жителями этого мира.

– То есть этих простили на первый раз? – уточнила Света.

– Этим хватило кары от Фордкара, – засмеялась Кайлин, – Ожоги задниц не самое приятное и быстро проходящее ранение. Утром я отправила их в Катр, они полны сожалений и раскаяния.

Гай вновь засмеялся, а вслед за ним и все остальные. Даже лис Барт, притворявшийся дремлющим, хихикал, уткнувшись в собственный шикарный рыжий хвост.

Вскоре с прогулки вернулись Эвар и Даника, усталые, счастливые, вымокшие под проливным дождем и даже не пытавшиеся обсушиться до того, как зашли в дом и увидели собравшееся в гостиной высокое общество. Естественно, им немедленно сообщили все новости.

За разговорами прошел практически весь день. В Катр друзья вернулись только после ужина. Сначала Дамард перенес всех в дом сестры. На Утаире давно стемнело, в воздухе висела странная прохладная дымка, поглотившая абсолютно все запахи и вкусовые ощущения.

Арикарда в качестве эксперимента открыла банку с жгучим перцем и положила на язык щепотку.

– Ничего! Совсем ничего! Попробуйте! – обрадовано сообщила она.

– Я тебе верю, – фыркнул Дамард, – Если ты не чувствуешь вкус, это не значит, что свойства перца пропали, сунешь в глаза, будет плохо…

– Да знаю я, – отмахнулась от него его сестра.

– Ладно, ребятки, нам пора в лагерь, – постановил, зевая во весь рот, Гай.

– Завтра мы походим по городу, узнаем побольше о здешней жизни, может, услышим что-то про новых хорро, а вы отдохните, – предложил Дарк.

На том и распрощались.

В лагере экспедиции царило оживление, несмотря на поздний час. Студенты и преподаватели вовсю изучали особенности восприятия в условиях «дымного тумана», экспериментируя с заклинаниям очищения воздуха. Все тщетно. Дымка не исчезала. Появление в лагере Дамарда, Светланы и Гая отвлекло всех от трудов, пришлось им заново рассказывать о случившемся.

Фордкар, второй день переживавший о своем неудачном и несвоевременном заклинании щита против охотников на хорро, услышав, что маги Верховного Совета считают его поступок «неординарным и своевременным, полностью решившим вопрос о достаточности наказания для преступников, посягавших на жизнь существ с высоким сознанием», воспрянул духом.