Остров погибших кораблей. Последний человек из Атлантиды. Небесный гость (сборник)

IV. Исчезнувший остров

Еще с вечера «Вызывающий» вступил в полосу, свободную от саргасс. А рано утром, когда супруги Гатлинги вышли на палубу, то увидели, что вокруг расстилается синяя гладь океана, поверх которой только кое-где мелькают небольшие пятна саргасс.

– Странно, неужели мы так уклонились к югу? – спросил Гатлинг профессора Томсона, который рассматривал какую-то небольшую рыбу, попавшуюся в сеть.

– Мы идем самым краем теплого течения, где оно борется с холодным. Эти холодные течения и отнесли в сторону часть водорослей. Завтра мы повернем на север, в самую гущу саргасс.

– Какая странная рыба! – воскликнула Вивиана. – Посмотри, Реджи.

Голова рыбы была снабжена широким, овальной формы щитком, составленным из черепицевидных пластинок; нижняя часть тела у нее была окрашена в более темный цвет, чем верхняя.

Томсон бережно опустил рыбу в большой таз с водой. Рыба тотчас повернулась на спину и плотно приложила щиток ко дну таза.

– А ну-ка, возьмите рыбу, – предложил Томсон.

Гатлинг взял рыбу за хвост и попробовал поднять, но напрасно: рыба будто приросла ко дну таза. Томсон смеялся.

– Видите, какая диковинная рыба! Это эхенеида, или рыба-прилипало. Про эту рыбу в древности ходили целые легенды, будто она, прилипая к подводной части корабля, может задержать его ход. Вот смотрите, – и Томсон, хотя не без труда, оторвал прилипало от таза.

– Профессор, в море плавает целое стадо черепах, – доложил ассистент Томсона Мюллер. – Не разрешите ли вы мне поохотиться на них вот с этой маленькой рыбкой? Я видел, как это делают туземцы в Африке.

Получив разрешение, Мюллер надел на хвост рыбы кольцо с крепким шнуром и бросил ее в воду. В прозрачной воде видны были все движения рыбы. Сделав несколько безуспешных попыток вырваться, она стала подплывать к большой черепахе, которая, видимо, мирно спала на поверхности океана; эхенеида присосалась к брюшному щиту черепахи. Мюллер дернул бечевку. Черепаха заметалась, но не могла отделаться от прилипала и через минуту была вытащена вместе с рыбой на палубу судна.

– Браво! – Вивиана захлопала в ладоши.

На палубе появился Симпкинс. Он только что встал и щурился от яркого солнца. Попыхивая трубочкой, Симпкинс равнодушно посмотрел на черепаху и процедил углом рта:

– Суп из черепахи – это будет недурно. А это что за пиявка?

– Это не пиявка, а рыба-прилипало. Черепаха, Симпкинс, предназначена не для супа, а для научной коллекции.

– Смотрите, какая прелесть! – воскликнула вновь Вивиана, указывая на море.

Над поверхностью океана летели рыбы. Целые стаи их поднимались над водой и пролетали значительное пространство в несколько десятков метров, поддерживаемые передними плавниками, которые у них превращены как бы в крылья.

Все залюбовались этим зрелищем.

– Dactylopteres, – «летучки», – пояснил профессор Томсон.

– Неужели и все птицы вышли из моря? – спросила Вивиана.

– Океан – колыбель всей органической жизни на земле. Вы видите летающих рыб, но есть и такие рыбы, которые прогуливаются по суше и даже взлетают на корни деревьев. Все это предки земноводных и птиц.

– Очень интересно, – сказал равнодушно Симпкинс, – но как будто мы собирались на поиски не только черепах и прилипал, а и Острова погибших кораблей. Мы же забираемся все южнее и уже вышли из пояса саргасс. Скоро наступит дождливое время – и так уж часто дождит, – когда же мы займемся Островом?

– Терпение, Симпкинс; сегодня мы поворачиваем на север, и с каждым часом вы будете ближе к цели.

Симпкинс пожал плечами с таким видом, как бы хотел сказать: «Ох, уж эти ученые!» – и, заложив руки в карманы, стал смотреть на море, сплевывая через борт.

– А вот и акула! – крикнул он, оживившись. Очевидно, и в море его интересовал только преступный элемент. – Ого, какая большая! Только почему она белая?

– Да, это интересный экземпляр, – сказал Томсон, – типичная представительница Саргассова моря. Саргассы задерживают солнечный свет, и здешние акулы, очевидно, не «загорают» так, как их братья, живущие в открытых местах; кожа здешних акул остается лишенной пигмента (окраски).

Акула плыла рядом с кораблем. Ее движения были быстры, сильны и красивы.

Матросы уже приготовили веревку и намазывали салом железный крюк.

– А почему акула не ест этих маленьких рыбок, что вертятся около нее? – спросила Вивиана.

– Это рыба-лоцман, неразлучный спутник акулы.

В это время крюк с приманкой был брошен. Первою заметила приманку рыба-лоцман. Она обнюхала приманку и быстро подплыла к акуле, стараясь обратить ее внимание на добычу.

– Ишь ты, наводчица! – переводил Симпкинс события на язык уголовной практики.

Акула повернулась, заметила добычу и жадно схватила в пасть крюк.

– Черт возьми, это уж вышла провокация со стороны рыбы-лоцмана! – воскликнул Симпкинс.

Акула метнулась и так дернула веревку, что два матроса упали на палубу, и корабль дал легкий крен. Началась борьба. Матросы то отпускали веревку, то подбирали, подтягивая все обессилевающее животное. Прошло не менее часа, прежде чем удалось вытащить акулу на палубу. Утомленная, она лежала, как мертвая.

– Ага, попалась, голубушка! – с торжеством сказал Симпкинс, подходя к акуле.

– Бьюсь об заклад, – сказал Гатлинг, – что вы сожалеете, Симпкинс, об отсутствии у акулы рук.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

1

Бэдэкер – издатель путеводителей по странам мира.

2

Бизетт – цветные шнуры, которыми украшалось платье.

3

Блонды – кружева из шелка. Название свое эти кружева получили за желтоватый отлив своих ниток (по-французски blond – «соломенный цвет»).

4

Гранд – титул испанского высшего дворянства.