Гунгнир. Тайна трёх печатей

15. Порт Кале

Генри разбудил шум. Прямо у него над головой по палубе бегали и суетились матросы. Корабль вошёл в бухту порта Кале. Мальчик протёр глаза и почувствовал, что к нему вернулись силы. Он не мог сказать, сколько времени проспал, но чувствовал себя свежим и отдохнувшим. Вдруг раздался голос капитана: «Опустить якорь!» Спустя мгновение послышался уже знакомый скрежет железной цепи опускаемого якоря, за ним последовал небольшой толчок, и корабль замер на месте, слегка покачиваясь на волнах.

Генри осторожно спустился вниз и, снова притаившись между бочками, стал ждать. Вскоре на лестнице послышались шаги матросов. Они принесли фонари и повесили их на балки под потолком. Затем один за другим стали спускаться рабочие. В мгновение трюм наполнился людьми.

Генри улучил момент и осторожно выскользнул из своего убежища. Вынырнув из темноты, он как ни в чём не бывало подошёл к ящику, тому самому, что внёс на корабль в Дувре, и, взяв его в руки, стал подниматься на палубу.

Лучи яркого полуденного солнца на миг ослепили Генри. Он зажмурился, но останавливаться было нельзя. Мальчик шёл вместе с другими рабочими к деревянным мосткам, уже перекинутым с корабля на пристань. Вдруг до его слуха донеслось:

– Девятнадцать! Двадцать! Осторожней!!! Э-эх, разиня! Двадцать один! Двадцать два!

У Генри перехватило дыхание. Тот же самый матрос стоял на пристани: он считал выносимые рабочими с корабля ящики.

Однажды уже Генри прошёл мимо него и всё закончилось благополучно. Пройти мимо во второй раз казалось Генри чем-то непостижимым. Но выбора у него не было. Мальчик пошёл вперёд. Он опустил голову, пряча лицо, слишком юное для рабочего. С каждым шагом Генри приближался к матросу всё ближе.

– Двадцать три! Двадцать четыре! – раздалось всего в нескольких шагах от него.

Генри охватила паника.

– Двадцать пять! Двадцать шесть!

Совсем близко, почти в шаге от себя, Генри услышал:

– Двадцать семь!

Он почувствовал, как кровь отхлынула от его лица.

– Двадцать восемь! – раздалось уже позади. – Двадцать девять! Тридцать! Тридцать один!

Генри не верил в свою удачу. Ему снова удалось остаться незамеченным.

Он так сильно сжимал ящик, что костяшки пальцев побелели, но продолжал идти, опустив голову и не смотря по сторонам. К счастью, никто не обращал внимания на юного носильщика. Генри шёл вперёд, боясь остановиться даже на мгновение. Ноги сами несли его прочь от корабля. Он боялся обернуться, боялся поднять голову. Быстро миновав цепочку портовых складов, пересёк площадь, пройдя мимо вереницы автомобилей, и, наконец, покинул порт Кале так же незаметно, как и прибыл в него.

Только оставив позади сутолоку порта, Генри почувствовал себя в безопасности. Он огляделся по сторонам и увидел, что оказался на небольшой городской площади, окружённой старинными домами. Крохотные балкончики, украшающие их, были сплошь уставлены цветочными горшками, а деревянные ставни покрывали чудесные вьющиеся растения.

Узкие улочки разбегались во все стороны, будто лучи невидимого солнца. В конце одной из них яркой точкой показался автомобиль. Он быстро приближался. Вдруг раздался громкий звук клаксона. Водитель раздражённо сигналил. Оказалось, Генри стоял прямо на дороге. Спохватившись, он тут же поспешил на тротуар. Автомобиль с рёвом промчался мимо. Глядя ему вслед, Генри вдруг почувствовал невероятную тяжесть и только сейчас заметил, что до сих пор держит в руках деревянный ящик.

Генри огляделся, подыскивая место, чтобы отдохнуть и собраться с мыслями. В нескольких шагах он увидел узкий переулок, в конце которого виднелись старые ступени, вившиеся змейкой куда-то вверх и скрывающиеся за поворотом.

Мальчик повернул в переулок и направился прямо к ступеням. Поставив наконец свою ношу на одну из них и присев рядом, он задумался. Что же делать дальше? Куда теперь идти? И что, в конце концов, делать с этой тяжеленной коробкой? Может, оставить её здесь? Генри перевёл взгляд на ящик, и вдруг ему попалась на глаза надпись. Он не сразу понял, что именно привлекло его внимание, но смутно почувствовал, будто увидел что-то знакомое. Мальчик наклонился над ящиком и прочёл: «Кале. Королевская улица. Дом №8. Филиппу Дюрану».

«Филипп Дюран… Дюран… где-то я уже слышал это имя! Но где?» Мальчик напряжённо перебирал в уме события прошедших суток, и вдруг перед его мысленным взором предстала картина: тёмный трюм корабля, шум волн, ударяющихся о борт… Он услышал голос, доносящийся откуда-то сверху: «Скорость четыре узла, мсье Дюран, к полудню будем на месте!»

Генри присвистнул:

– Вон оно что! Человек, которому принадлежит этот ящик, тоже плыл на этом судне! Филипп Дюран, вот его имя! Но теперь-то ящик у меня, я взял его без разрешения, и это настоящее воровство! Нечего сказать, хорошее начало поисков!

Генри удручённо смотрел на посылку. Нести её с собой дальше было бы глупо, но и оставить её он не решался.

«А что, если доставить посылку по адресу? Если спросят, откуда она у меня, скажу, что нашёл её вблизи порта на одной из улиц. Это, конечно, может показаться подозрительным, но всё лучше, чем бросать её здесь! Вдруг в ней что-то важное!»

Генри улыбнулся довольной улыбкой: решение было принято. Мальчик достал из своего узелка маленький огрызок тряпки, протёр им башмаки как смог, отряхнул свой костюм, взял ящик и отправился на поиски Филиппа Дюрана.

16. Дом номер восемь

Найти нужную улицу оказалось совсем не трудно. Королевская улица, под стать своему названию, была главной в городе. Длинная и широкая, с роскошными домами по обеим сторонам, она была одной из самых старых и красивых улиц и брала своё начало от главной городской площади.

В восхищении Генри взирал на причудливые фасады богатых домов, на аккуратно подстриженные газоны и яркие пятна цветочных клумб. Дом номер восемь. Так гласила табличка, перед которой он остановился.

Широкая аллея, ведущая к дому, была густо обсажена душистой жимолостью и множеством других, неизвестных мальчику, диковинных кустов, источавших чудесный аромат. В конце аллеи стоял огромный двухэтажный дом. Такой красивый и изысканный, что Генри замер в нерешительности.

– Тебе чего, мальчик?

Генри вздрогнул от неожиданности. Рядом с ним стояла небольшого роста, опрятная пожилая женщина в строгом и простом сером платье, с тщательно убранными в пучок на затылке седыми волосами и открытым, приветливым лицом. В руках она держала корзину, доверху наполненную свежими листьями зелени.

– Я… а-а… э-э-э… мне нужен мсье Дюран! – запинаясь проговорил Генри. – У меня для него посылка.

– Так ты новый посыльный! Франсуа говорил, что собирается нанять помощника! Давно пора, в его-то возрасте!

Генри хотел было возразить и объяснить, что не знает никакого Франсуа, но вовремя спохватился. Если его примут за помощника посыльного, то не станут расспрашивать, кто он и откуда!

– Как тебя зовут? – ласково спросила женщина.

– Я Генри, мэм.

– А я Марта, экономка мсье Дюрана. Идём за мной, – ласково проговорила женщина. – Отдашь посылку дворецкому, а он передаст её мсье Филиппу.

Женщина уверенно двинулась по аллее, жестом пригласив Генри идти за ней. Мальчик послушно пошёл следом. Ещё издали он заметил небольшой изящный фонтан на лужайке перед домом, нарядное крыльцо с пышной аркой высоких дверей, новенький блестящий автомобиль… Генри пригляделся: он показался ему знакомым. Это же тот самый автомобиль, что, сердито сигналя, промчался мимо несколько часов назад!

Генри с удивлением принялся рассматривать красный, гладкий, будто покрытый лаком, корпус, чёрную, откинутую назад крышу. Между тем он со своей спутницей подходил всё ближе к дому и, наконец, приблизился к самому крыльцу. Женщина взошла по ступеням и, привычным движением открыв нарядные двери, пригласила его войти.

Переступив порог, Генри оказался в просторном светлом вестибюле, полы которого были устланы бордово-красным ковром. Никогда прежде ему не приходилось бывать внутри такого богатого дома. Он с интересом оглядывался по сторонам.

– Подожди здесь, Генри, сейчас я пришлю к тебе дворецкого Луи.

С этими словами экономка повернулась и уже было хотела идти, как вдруг чей-то голос прогремел из глубины комнат и разлетелся эхом под высокими сводами потолка:

– Марта-а! – В тот же миг раздался стук и звон бьющегося стекла. – Ма-арта! – снова кто-то нетерпеливо и гневно позвал.

– Ох, что там ещё стряслось? Иду! – Марта торопливо засеменила в комнаты. – Что за переполох устроили! На минуту отлучиться нельзя!

Генри остался один в роскошном вестибюле. Но не успел он опомниться, как одна из дверей распахнулась и из неё выбежал небольшого роста старичок в ослепительно-белой рубашке и нарядном сером фраке. Вид у него был крайне растерянный, даже нелепый. Короткая седая бородка была взъерошена и торчала щёткой, а волосы, видимо ещё недавно причёсанные и напомаженные, развевались, как перья павлина. Он вихрем пронёсся по вестибюлю и скрылся в дверях, в которых минуту назад исчезла Марта. Старичок так торопился, что забыл закрыть двери, и Генри невольно стал свидетелем разыгравшейся сцены.

– Это просто возмутительно! Это переходит всяческие границы! Я три года работал над этим, Марта, слышишь, три года! – гневно выкрикивал кто-то.

– Но, мсье Филипп, вам не нужно так убиваться раньше времени! Ведь начальник порта не сказал ничего определённого…

– Э-эх, то-то и оно! Ничего определённого, это потому, что никто не станет ничего искать! Так, только для видимости! Как иголку в стоге сена, так он выразился?! Старый болван!

– Но, может, ещё не всё потеряно, мсье!

– Не всё потеряно? Всё пропало, Марта! Всё пропало! Труд всей моей жизни коту под хвост! Всё кончено! О-о-о! – человек застонал.

– Мсье Филипп! Я уверен, что всё ещё образуется! Всё ещё будет хорошо! – прозвучал чей-то робкий голос. Генри готов был поклясться, что он принадлежал тому нелепому старичку в нарядном фраке.

– О Луи! Если бы ты видел лицо этого старого осла начальника! Ну просто сама невинность! О горе мне! Горе! Это невыносимо! Сейчас же снова поеду туда и душу вытрясу из этого лентяя! В конце концов, я не последний человек! Меня знают в научных кругах всего мира!

Снова послышался шум и чьи-то торопливые шаги.

– Мсье Дюран, постойте! Куда же вы! Мсье Дюран!

Секунду спустя из распахнутой двери комнат выбежал человек, вид у него был явно взбешённый. Он на ходу вдевал руку в рукав пальто из дорогого серого сукна от лучшего парижского портного. Его превосходный костюм, застёгнутый на все пуговицы, сидел безукоризненно, а ослепительного блеска ботинки были просты и изящны. Каждая вещь в облике мсье Дюрана выдавала человека с безупречным вкусом. Он решительно шагал в сторону Генри, казалось не видя его.

Мсье Филипп Дюран был ещё молод, на вид ему было не больше тридцати. Высокий и стройный, с тонкими чертами лица истинного аристократа, он был быстр и энергичен. Светлые волосы его растрепались, и непослушная прядь небрежно спадала на высокий лоб. Он был бледен от волнения. Глубокого синего цвета глаза в эту минуту отливали металлом и, казалось, метали молнии. Губы его, тонкие, красивой правильной формы, будто нарисованные искусным художником, были плотно сжаты. Все черты его лица выдавали крайнее внутреннее напряжение. Он явно был чем-то раздосадован и, казалось, едва сдерживался, чтобы не обрушить небо на головы домочадцев. Следом за ним в дверях показалась Марта. С растерянным лицом, она прижимала руки к груди. Быстрыми шагами мужчина приближался к Генри. Наконец заметив мальчика, он остановился и раздражённо бросил:

– Это ещё кто? Марта, почему в доме посторонние?

Генри было открыл рот, чтобы ответить, но Марта опередила его:

– О мсье Филипп! Я прошу прощения! Совсем вылетело из головы! Это новый посыльный, помощник старика Франсуа! Он принёс для вас посылку!

Генри до сих пор стоял с ящиком в руках и робко смотрел на присутствующих.

– Посылку? – мужчина удивлённо уставился на Генри. – Но я не жду никаких посылок! Все недостающие детали для «Зевса» я получил ещё неделю назад! От кого она?

– Я… не знаю, сэр, то есть мсье, мне просто нужно передать её вам.

С этими словами Генри поставил ящик на пол и отошёл на несколько шагов.

– Занятно… – задумчиво проговорил Дюран.

Он подошёл ближе и наклонился над ящиком.

– Будь я проклят! – он отскочил как ошпаренный. – Я не верю своим глазам! Но… откуда она у тебя? Точнее… кто дал тебе её? – срывающимся от волнения голосом расспрашивал Дюран.

Он тут же воскликнул, не дожидаясь ответа:

– Марта, Луи, посмотрите! Вы только посмотрите на это! Случилось чудо! Это же он! Тот самый ящик! Воистину, есть справедливость на этом свете!

Марта с опаской подошла ближе, старик Луи последовал её примеру.

– Это судьба! Как же я счастлив! Но откуда он у тебя? Ведь он исчез! Рабочие в порту перевернули всё вверх дном, но он как в воду канул! Кто дал тебе его? – вопросы сыпались один за другим.

Все взгляды устремились на Генри.

– Я… я нашёл его на улице вблизи порта и решил доставить по адресу, – негромко произнёс Генри.

– Это чудо! – Филипп счастливо засмеялся. – Но как тебя зовут?

– Я Генри.

– Как мне отблагодарить тебя, Генри?!

– Мне ничего не нужно, мсье Дюран, я просто выполнил свой долг.

– Долг, говоришь? Марта, слышала, каково? – Филипп довольно присвистнул. – Вижу, ты хороший малый. Из тебя будет толк. Ну что ж, раз тебе ничего не нужно, могу я хотя бы пригласить тебя отобедать с нами?

Первой мыслью Генри было отказаться и поскорей покинуть дом, но ему понравился этот странный господин. В его движениях, манере говорить угадывались недюжинный ум, несгибаемая воля, железный характер. К тому же мальчик ничего не ел со вчерашнего дня и был невероятно голоден.

– С радостью приму ваше предложение, мсье Дюран, – робко проговорил Генри.

– Вот и чудесно! – подытожил Филипп, с сияющей улыбкой хлопнув в ладоши. – Накрывай на стол, Марта, у нас сегодня гости!

17. Генри в доме Дюрана

Убранство гостиной в доме Филиппа Дюрана, впрочем, как и всех остальных комнат, полностью соответствовало облику самого хозяина. Мебель, ковры и обои, картины на стенах – всё было дорогим и изысканным. Длинный стол посреди залы был убран чудесной белоснежной скатертью, старинный фарфор и хрусталь сверкали тысячами искр, а фамильное столовое серебро, тонкой, ювелирной работы, было начищено до невероятного блеска, что придавало застолью поистине королевский вид. А между тем стол был накрыт всего на две персоны.

– Устраивайся, Генри, не стесняйся! Обычно я обедаю один. Тысячи попыток усадить стариков Марту и Луи за стол оказались тщетны. Они очень трепетно относятся к традициям и считают, что их место на кухне. Что за вздор! Не правда ли?! – обратился к Генри мсье Дюран. – Своенравные упрямцы. Они служат в этом доме, сколько я себя помню. Сначала моим родителям, теперь мне…

Молодой хозяин дома, сияя от счастья, рассказывал о достоинствах старых слуг, восхищался кухней, которая была действительно отменной. Генри с интересом взирал на молодого человека и с каждой минутой всё больше проникался к нему симпатией. За непринуждённой беседой время летело незаметно.

– Кстати, Генри, а ты знаешь, что в этом ящике? – спросил вдруг Филипп так неожиданно, что Генри чуть было не поперхнулся.

– Нет, мсье Филипп! Я не заглядывал в него! – поспешил ответить Генри.

– О Генри, вопрос был риторическим, – произнёс Дюран с улыбкой. – Ты бы не смог заглянуть в него. Ящик прочно заколочен! Его не открыть, не сломав крышки или не вытащив гвоздей, что, кстати, без специальных инструментов весьма затруднительно. Ты просто нашёл его на улице и принёс ко мне в дом. Так?

– Всё верно, мсье, так всё и было! – с опаской произнёс Генри, не понимая, к чему клонит Дюран.

– Ты всего-навсего принёс посылку адресату, даже не зная, что в ней. Ты даже не подозреваешь о важности совершённого тобой поступка, Генри! Сегодня ты вернул человечеству бесценное сокровище. Ибо в этом ящике то, что, возможно, перевернёт ход истории!

Крайнее изумление отразилось на лице Генри. Он смотрел на Филиппа, пытаясь понять, шутит тот или нет.

– Ты, верно, думаешь, что я шучу? – словно угадал его мысли Филипп. – Это не так, Генри. В этом ящике сокрыта великая тайна. Тайна, открывающая сотворение всего сущего! Во все времена люди пытались найти ответ на вопрос, кто же сотворил нашу планету, Солнечную систему и вообще Вселенную! Моря и реки, леса и горы, животных и птиц и, в конце концов, самого человека. И никогда ещё разгадка тайны не была так близка. Мы стоим на пороге великого открытия! Главная тайна всех времён вот-вот откроется перед нами. Но она могла быть потеряна навсегда, если бы не ты, Генри. Благодаря тебе человечество наконец узнает правду!

Последние слова Дюран произнёс торжественно. Он посмотрел на Генри, и в его взгляде читалась абсолютная уверенность. Мальчик не верил своим ушам. Было видно, что Филипп говорит серьёзно. Но что такого важного могло находиться в этом ящике? Генри с удивлением смотрел на Дюрана в ожидании объяснений.

– Ты, возможно, думаешь, что я спятил?

– Ну что вы, мсье! Я так не думаю! Просто боюсь, что я вас не понимаю.

– О, это немудрено, – снисходительно произнёс Филипп. – Мои слова кажутся тебе фантастическими, но, клянусь честью, это истинная правда. Позволь, я расскажу тебе одну историю. Ты слышал что-нибудь о скандинавском боге Одине?

– Нет, мсье Филипп. Не припомню, – озадаченно ответил Генри.

– Ну что ж! Тогда придётся рассказывать с самого начала. Знаешь ли ты, Генри, что у каждого народа есть своя легенда о сотворении мира? Свои предания, свои боги и богини? Так вот, в скандинавской мифологии Один – отец и царь всех богов. Он ведал всем миром, и все остальные боги подчинялись ему. Согласно скандинавским преданиям, мир, в котором жили люди, назывался Мидгард. А боги во главе с Одином населяли небесный город Асгард и именовались асами.

Один – бог войны и смерти, неба и мудрости, великий знаток магии. Его оружием было знаменитое копьё Гунгнир. Оно обладало столь сокрушительной силой, что пробивало самые толстые щиты и панцири, разбивало на куски самые закалённые мечи. Но кроме того, оно обладало волшебным свойством: будучи брошенным, никогда не давало промаха и всегда попадало в цель. Его удар невозможно было отразить, от него нельзя было защититься.

Однажды случилась великая битва добра со злом: враг богов, чудовищный волк Фенрир, пленённый волшебной цепью Глейпнир, освободился от своих оков. Его сын, волк по имени Сколь, преследующий солнце, догнал его и проглотил. Второй сын Фенрира, Хати – схватил месяц.

Огромный змей, что опоясывал землю, Ёрмунганд, поднялся из Мирового океана, и море вышло из берегов. Чудовище выплыло на поверхность и отравило небо.

Боги Асгарда сразились с великанами и чудовищами. Воинственные крылатые девы-валькирии летали над полем битвы. Веками их обязанностью было собирать с поля брани души погибших воинов и провожать их в царство мёртвых, но в эту страшную битву их было так много, что загробный мир переполнился.

За всю историю существования миры не знали подобной битвы. Верховный бог Один сразился с Фенриром и был убит, но сын Одина, Видар, разорвал волку пасть и отомстил за отца.

Не только боги несли потери. Множество чудовищ были уничтожены, но всё-таки ни добро, ни зло не могли победить; казалось, битве не будет конца. Тогда великан Сурт собрал всю убийственную мощь подвластного ему огня и обрушил её на землю, уничтожив всё сущее. Так закончилась битва Тьмы и Света.

Генри слушал, затаив дыхание. Филипп замолчал на некоторое время, лицо его стало задумчивым.

– Но я не понимаю, мсье Дюран, – осмелился произнести Генри, – при чём здесь я? И эта посылка…

– О Генри, неудивительно, ведь это только часть истории, и у неё есть продолжение!

Генри уставился на Филиппа, готовый ловить каждое сказанное им слово.

– Мы познакомились всего несколько часов назад, Генри. Ты стал почётным гостем в моём доме, ибо оказал мне неоценимую услугу. Да что мне… всему человечеству! Но моё имя тебе ни о чём не говорит, Генри, а между тем его знают в научных кругах всего мира. Да-да, я вовсе не хвастаюсь. Я учёный. Много лет я изучаю мифологию, историю, археологию.

Какое-то время я был страстно увлечён легендами и мифами скандинавов, и вот что интересно: в древних скандинавских рукописях описывалось сотворение мира и последующие события, битва тьмы и света в том числе, но нигде и никогда не говорилось, что стало с копьём Одина после его смерти. Я искал ответ на этот вопрос долгое время, прочёл все найденные рукописи, все учёные труды моих коллег, но мои поиски зашли в тупик, и со временем я забросил это дело.

Я стал больше заниматься археологией и почти позабыл о своих поисках. Прошло несколько лет. И вот однажды Лондонскому музею археологии неким профессором Боуэлом была подарена древняя плита с неизвестными рунами, предположительно древнескандинавскими. На мою удачу, я как раз в то время находился в Лондоне на научной конференции и, услышав о новом приобретении музея, поспешил увидеть древний экспонат. Едва взглянув на плиту, я понял, что она гораздо старше, чем предполагается, и представляет собой огромную ценность. Только два человека в мире могли оценить её реальное значение: я, Филипп Дюран, и один американский профессор, который давно отошёл от дел.

Как заворожённый, я смотрел на древнюю плиту. Она была сплошь усеяна рунами, но не похожими на те, что мне приходилось видеть раньше. Они на первый взгляд казались бессмысленными, и тем не менее что-то знакомое было в них, но что – я не мог понять в первые минуты. Затем меня осенило: мне знаком этот язык. Это самый древний из известных языков на Земле. Даже в кругу учёных мало кто знал о его существовании. И я решил перевести надписи во что бы то ни стало. Три года я трудился над ними. Перевод никак не давался мне, руны оказались слишком древними.

Я дни и ночи напролёт бился над загадочными надписями, но безуспешно, пока однажды меня не осенила догадка: эти древние письмена зашифрованы. Особый порядок букв и слов не позволял прочесть написанное. И это могло значить только одно: что-то важное, возможно, какая-то тайна начертана на этой древней плите. И кто-то явно не желал, чтобы она попала в чужие руки. С той поры я почти не спал, не ел, я стал одержим! И, хвала небесам, мои усилия не пропали даром. Наступил день, когда древние знаки открылись мне. Я нашёл ключ к их прочтению.

И каково же было моё удивление, когда я обнаружил, что таинственные надписи на плите оказались древней скандинавской легендой о сотворении мира. На первый взгляд такой же, как и в ранее найденных рукописях, но было здесь нечто особенное, то, чего не было ни в одной из них.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.