Кто здесь? Эффект ощущаемого присутствия с точки зрения науки
- -
- 100%
- +
Однако отсюда не следует, что эта информация устарела. Ранние наблюдения такого рода крайне важны для формирования современного подхода к теме присутствия. Подобные примеры подчеркивают возможность того, что это может быть просто ощущением; это может быть тем, что скорее похоже на чувственный опыт, чем на убеждение, несмотря на то что отличается от обычного восприятия.
Я ЧУВСТВУЮ, КАК ОНИ ПРИБЛИЖАЮТСЯЕсли галлюцинации могут возникать за пределами восприятия, то где они находятся? Если некое присутствие ощущается здесь, что означает это здесь? Какое-то точное местоположение в пространстве? Место, где невозможно находиться, как у мышей на стене из примера Блейлера? Или какое-то положение относительно нас самих?
Если мы вернемся к Алексу, то увидим, что он очень четко представлял, где находятся его голоса. Они были привязаны к нему и занимали определенное пространство. Возможно, это выглядит логичным – если учесть, что это были голоса в его сознании, а не в чьем-то еще, однако нет причин, по которым это должно быть именно так. Одни голоса находятся у стен, дверей или порогов – иными словами, на границах нашего непосредственного пространства. Другие могут быть тесно связаны с конкретными помещениями или ситуациями. Голоса Алекса, звучащие или нет, занимали постоянное положение относительно самого Алекса.
К этому добавлялось ощущение, что голоса расположены прямо над его плечом, как будто кто-то смотрит поверх плеча, обращая внимание на те же вещи, что и Алекс. Когда мы сталкиваемся с таким поведением со стороны другого человека, то нас это нередко раздражает, нервирует или даже вгоняет в панику; при этом мы можем, например, поинтересоваться, давно ли он там стоит, и попросить его отойти или объяснить, почему он так себя ведет. Когда люди располагаются так близко без разрешения, это воспринимается как бесцеремонность – не только с физической, но и с психологической точки зрения, – словно они едут без билета в поезде нашего внимания или ведут себя как надоедливые советчики-пассажиры в автомобиле нашего сознания.
Обычно такая зона вокруг нас называется личным пространством; эту область мы защищаем и открываем только для тех, кого хорошо знаем. Люди, которые не уважают наше личное пространство, воспринимаются нами как бесцеремонные, неуклюжие или даже агрессивные. В психофизиологических исследованиях используется также термин периперсональное пространство – иными словами, область непосредственно вокруг нас, в пределах которой мы можем двигать конечностями, дотягиваться до предметов и в целом проявлять активность в окружающем мире. Представьте это пространство как место, занимаемое большим вращающимся на талии хулахупом, но при этом бо́льшая его часть находится перед вами. Мы не можем видеть, что находится позади, а наши руки и ноги устроены так, что вытягиваются назад с определенными ограничениями, поэтому зона наших возможных действий простирается перед нами.
Если в этом пространстве кто-то находится, наши возможности ограничиваются. Я могу захотеть идти прямо, но приходится изменять траекторию движения; возможно, вам хочется взять это яблоко, но я могу схватить его раньше; вы можете сделать шаг вперед, и я буду вынужден отступить. Внезапный шепот у уха или неожиданное ощущение чьего-то присутствия позади сразу побуждает меня обернуться и выяснить, кто или что там находится. Тем самым я снова изменяю эту зону, что позволяет мне более эффективно действовать и реагировать. Ощущение периперсонального пространства трансформируется, когда в нем присутствует кто-то другой; и дело не только в тревожном ощущении, что это человек находится слишком близко, но и в том, что эта близость меняет варианты, возможности, даже желания, имеющиеся у меня как у личности в этом мире. Если вы находитесь в моем пространстве, то вы меняете то, что я могу сделать; в результате вы меняете мой возможный мир.
Голоса, которые не говорят, тоже не нейтральны. Может показаться невыносимым, когда они угрожают навредить или терзают нас, используя наши худшие страхи, но, даже когда они молчат, подобное навязчивое присутствие тоже оказывает определенное воздействие. Занимая пространство – называем ли мы его личным или периперсональным, – они влияют на то, как Алекс, Дэниел и Кира видят мир и думают о нем. Голоса могут быть буквально бесплотными, но, отнимая пространство, они влияют на тела людей, которые их слышат; пространство искажается, напоминая вам, что, хотя вы думали, что голоса исчезли, они все еще здесь и, возможно, будут всегда. Каждый раз, когда они появляются, остающееся пространство немного уменьшается. Я вспоминаю слова, которые как-то произнес Саймон, еще один человек, слышащий голоса: «Наиболее подходящее описание этого – ощущение, как будто кто-то только что прошелся по вашей могиле. От этого просто дрожь пробирает».
Является ли чувство присутствия галлюцинацией или бредом, ощущением или знанием – в какой-то степени чисто теоретический вопрос; проблема наименования, и не более того. Когда речь заходит о психозе, всегда может возникнуть какая-нибудь проблема, с которой придется разбираться, ведь некоторые люди распознают жутковатого гостя в комнате с помощью сложной комбинации знания, ожидания и внутреннего чутья.
Что не вызывает сомнений, так это то, что такое переживание настолько ярко и реалистично, что его невозможно игнорировать. Алекс, Дэниел, Кира и Саймон пытались описать мне это чувство, но все они при этом испытывали сложности. То, что явно находится здесь, но ему нет названия; ощущение, которое можно осознать, но при этом невозможно описать другому; история, все попытки рассказать которую тщетны.
После нашей последней встречи с Алексом я понял, что должен попытаться понять это ощущение. То, что он описывал, возможно, и не было новым явлением – некоторые люди знали об этом уже давно. Однако, возможно, это был первый раз, когда кто-то попробовал описать его, не говоря уже о том, чтобы объяснить. Насколько я мог судить, мы находились ничуть не ближе к пониманию этого ощущения, чем сто лет назад.
Мне нужно было узнать больше, и я понимал, что для этого потребуется поискать и иные источники информации. Мне хотелось услышать больше историй о присутствиях, услышать, как другие пытались – и, возможно, не смогли в этом преуспеть – найти слова, уловить суть данного явления. Мне нужно было понять, как найти имя для призрака.
2
Вещи, о которых никогда не следует говорить
Если вы ищете тех, кто когда-либо ощущал чужое присутствие, то первые же истории, которые вы услышите, будут почти всегда связаны с местами, где лежит снег. Много-много снега. Пустынные просторы, экстремальные условия, грандиозность природы – кажется, что все это объединяется, чтобы явить молчаливые фигуры, как будто некоторые пространства созданы специально, чтобы порождать чувство присутствия.
Вокруг таких мест часто образуются целые сообщества людей. Возможно, ощущение присутствия не совсем обычное явление здесь, но оно не кажется неожиданным. Одно из таких сообществ – это альпинисты и скалолазы, которые хорошо знают подобные истории и часто их рассказывают. Ощущаемое присутствие в них обычно носит другое название – «третий человек».
Источником этого названия послужила поэма Томаса Элиота «Бесплодная земля» (1922).
Кто он, третий, вечно идущий рядом с тобой?Когда я считаю, нас двое, лишь ты да я,Но, когда я гляжу вперед на белеющую дорогу,Знаю, всегда кто-то третий рядом с тобой,Неслышный, в плаще, и лицо закутал,И я не знаю, мужчина то или женщина,– Но кто он, шагающий рядом с тобой?[22]В своих примечаниях к этой поэме Элиот писал, что читал об «одной из антарктических экспедиций (забыл какой, но, кажется, одной из экспедиций Эрнеста Шеклтона)», во время которой «у группы исследователей было постоянное наваждение, что в ней на одного человека больше, чем на самом деле»[23].
Элиот имел в виду злополучную экспедицию на судне «Эндьюранс» в 1914 г., в ходе которой Шеклтон и его команда пытались пересечь Антарктиду, начав с побережья моря Уэдделла. На самом деле они так и не высадились в Антарктиде: потеряли судно и несколько месяцев дрейфовали на льдине. Кульминацией этого путешествия стал 36-часовой переход Шеклтона с двумя спутниками через остров Южная Георгия: этого никто не делал раньше и мало кому удавалось осуществить позже. Все трое мужчин утверждали, что во время перехода ощущали присутствие четвертого человека: кто-то шел рядом с ними на протяжении всего пути, пока они не достигли безопасного места.
Они почти ничего не рассказывали об этом ни тогда, ни позже, и тем не менее этот случай вызвал бурю эмоций в последующие годы. Отголоски истории о призрачном путешественнике породили слухи, которые, однажды возникнув, уже не исчезали. Когда другие люди слышали об этом, они делились своими историями о молчаливых спутниках, сопровождавших их – на ледниках, на дне пропасти, высоко в горах под облаками. «Четвертый» из команды Шеклтона, увековеченный в стихах Элиота, стал «третьим»: неизвестная закутанная фигура, появляющаяся в трудные времена, – это «…он, шагающий рядом с тобой».
Может показаться, что это далековато от психиатрической клиники, но именно на подобные рассказы я наткнулся прежде всего, когда задался целью выяснить, что такое феномен присутствия. Сразу же бросается в глаза, что в экстремальных ситуациях подобный опыт обычно не пугает и не тревожит людей – скорее, наоборот. В некоторых случаях присутствие такого «попутчика» ободряет, придает мужества и сил, столь необходимых на последнем этапе путешествия. Южноафриканский врач Пол Фёрт, описывая спуск с горы Аконкагуа в Аргентине, говорил: «Я испытывал ощущение, что меня кто-то сопровождает… Я продолжал спускаться, чувствуя себя несколько странно: словно парил над своим телом, а мой невидимый спутник следовал за мной, побуждая продолжать путь. Спустившись с горы, я почувствовал себя сильнее, а мой попутчик исчез так же таинственно, как и появился»[24].
В 1933 г. Фрэнк Смайт, поднимавшийся на Эверест без кислородных баллонов, испытал похожее ощущение: «Все время, пока я поднимался в одиночку, сохранялось четкое ощущение, что меня сопровождает другой человек. Это чувство было настолько сильным, что полностью избавило меня от чувства одиночества, которое я испытывал в других ситуациях»[25]. В какой-то момент Смайт даже обернулся, чтобы поделиться со своим спутником мятной плиткой Kendal.
У Райнхольда Месснера, как и у многих других альпинистов, был богатый опыт подобного рода. Ощущение присутствия «третьего человека» возникло, когда он искал своего брата на Нангапарбате в 1970 г.[26] (к сожалению, та экспедиция закончилась трагедией). Позже появлялись альпинисты-фантомы, державшие его веревки, когда в 1980 г. он шел на Эверест тем же путем, что и Смайт.
Вполне вероятно, что с таким опытом люди сталкивались на протяжении многих веков, когда призрачные спутники появлялись ниоткуда среди метелей, на склонах гор и ледников, а затем снова исчезали. Когда речь идет об альпинистах, возникновение галлюцинаций часто объясняют воздействием высоты. Гипоксия – недостаток кислорода в мозге – может быстро вызвать эффекты, похожие на последствия травмы мозга, наряду с паникой, дезориентацией и помутнением сознания. Исследование, проведенное среди альпинистов, показало, что те, кто поднимался на высоту более 6000 м, чаще других испытывали большое количество галлюцинаторных переживаний. У всех, кроме одного человека, они сопровождались искажениями восприятия собственного тела, как будто границы между ним и пространством вокруг растворялись. Например, один из альпинистов описывал, как чувствовал присутствие другого человека, который поднимается по склону вместе с ним, наряду с «ощущением пустоты» внутри его собственного тела[27]. Гипоксия, быстро действующая и смертельно опасная, может побудить человека остановиться, чтобы отдохнуть, когда это слишком рискованно, или явить картины, вызывающие безрассудное упрямство, или беспричинное ощущение комфорта, или даже желание отступить и отказаться от восхождения. Мозг при нехватке кислорода долго не выдерживает.
Раз гипоксия способна вызывать такие переживания, можно решить, что на этом история и заканчивается. В экстремальных условиях постоянно происходят необычные вещи – особенно с людьми, явно достигшими предела своих возможностей. Но если рассматривать объяснения только такого рода, мы упустим воздействие, которое, по-видимому, оказывают многие из этих переживаний на конкретного человека, и особенно это относится к ощущению присутствия.
Многие изменения в нашем восприятии происходят, не оказывая при этом никакого эмоционального воздействия, – эти переживания могут быть причудливыми, могут быть яркими, но при этом их содержание практически не имеет смысла для людей, их испытывающих, или никак не связано с ними. Мигрени, например, могут вызывать изменения зрения (такие как скотома – выпадение части поля зрения), но случайные вещи, которые видят люди, часто не имеют личной значимости. Точно так же самые простые виды галлюцинаций просто случаются – и о них, возможно, больше нечего сказать.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Notes
1
Джеймс У. Многообразие религиозного опыта. Здесь (за исключением последней фразы) и далее – перевод В. Г. Малахиевой-Мирович, М. В. Шик (1910). Курсив Джеймса. – Прим. пер.
2
William James, The Varieties of Religious Experience. (1904. Reprint Oxford: OUP, 2012.) 51–52.
3
Там же, 52.
4
Макем (mackem) – так называют жителей Сандерленда, города на северо-востоке Англии. Название происходит от фразы make'm and take'm («делайте их и забирайте их»), напоминающей о судостроительном прошлом Уирсайда.
5
Статистические показатели наличия слуховых галлюцинаций значительно варьируют. Например, в одном обзоре приводилось медианное значение 13 %, но при этом в данный обзор вошли исследования с оценками от менее 1 % до более 80 % (Vanessa Beavan, John Read, and Claire Cartwright. "The prevalence of voice-hearers in the general population: a literature review." Journal of Mental Health 20, no. 3 (2011): 281–292). Однако в большинстве исследований указывается диапазон от 5 до 15 % – см., например, недавнюю работу: M. M. J. Linszen, J. N. de Boer, M. J. L. Schutte, M. J. H. Begemann, J. de Vries et al. "Occurrence and Phenomenology of Hallucinations in the General Population: A large Online Survey." Schizophrenia 8, no. 1 (2022): 1–11.
6
Это исследование впервые описано в работе: Angela Woods, Nev Jones, Ben Alderson-Day, Felicity Callard, and Charles Fernyhough, "Experiences of Hearing Voices: Analysis of a Novel Phenomenological Survey," The Lancet Psychiatry, 2, no. 4 (April 1, 2015): 323–31.
7
Ben Alderson-Day, Angela Woods, Peter Moseley, Stephanie Common, Felicity Deamer, Guy Dodgson, and Charles Fernyhough. "Voice-hearing and personification: characterizing social qualities of auditory verbal hallucinations in early psychosis." Schizophrenia Bulletin 47, no. 1 (2021): 228–236.
8
Аналогичным образом в соответствии с концепцией шизофрении, предложенной Блейлером, галлюцинации и бред считаются лишь вторичными признаками или дополнительными симптомами. Вместо этого ученый выделил четыре категории, лежащие в основе такого расстройства: нарушение ассоциаций и аффектов, амбивалентность и аутизм (понимаемый именно как отгораживание от внешнего мира, а не как предполагает его определение, признаваемое сегодня). Bleuler, Eugen. Dementia praecox or the group of schizophrenias, trans. J. Zinkin (New York, International Universities Press, 1950).
9
Karl Jaspers, General Psychopathology, trans. J. Hoenig and M. W. Hamilton (Chicago: University of Chicago Press, 1963), 577.
10
К ним относятся конкретные виды слуховых галлюцинаций, например голоса, разговаривающие друг с другом о субъекте; gedankenlautwerden, или слышание мыслей, произнесенных вслух; симптомы пассивности, или ощущение, что кто-то другой контролирует субъекта, его тело или мысли. Schneider, Kurt. Clinical Psychopathology (New York: Grune & Stratton, 1959).
11
Примером может служить терапия SloMo для лечения параноидального бреда; см.: P. Garety, T. Ward, R. Emsley, K. Greenwood, D. Freeman, D. Fowler, E. Kuipers et al. "Effects of SlowMo, a Blended Digital Therapy Targeting Reasoning, on Paranoia among People with Psychosis: A Randomized Clinical Trial." JAMA Psychiatry 78, no. 7 (2021): 714–725.
12
Bleuler, Dementia Praecox, 111.
13
S. Wilkinson and V. Bell. "The Representation of Agents in Auditory Verbal Hallucinations." Mind & Language 31, no. 1 (2016): 104–126.
14
По мнению Ясперса, это отличалось от gedankliche Bewusstheit, или мысленного осознания, – то есть мысли (а не ощущения), что кто-то, возможно, находится рядом.
15
Перевод из работы: K. Koehler and H. Sauer. "Jaspers' Sense of Presence in the Light of Huber's Basic Symptoms and DSM-III." Comprehensive Psychiatry 25, no. 2 (1984): 183–191, p. 186.
16
MacDonald Critchley, "The Idea of a Presence," Acta Psychiatrica Scandinavica 30, nos. 1–2 (1955): 155–68.
17
Блейлер образовал термин от латинских слов extra – «вне» и campus – «поле». – Прим. пер.
18
Работы Блейлера мало переводились на английский язык (при этом Dementia Praecox в переводе вышла только в 1950 г.), однако в английских журналах того времени печатали обзоры его работ.
19
C. Norman. "Extracampine Hallucinations [Extracampine Hallucinationen]. (Psychiat. Neurolog. Wochensch., Sept. 19th, 1903.) Bleuler." The Journal of Mental Science 50, no. 210 (1904): 557–557.
20
G. Fénelon, T. Soulas, L. C. De Langavant, I. Trinkler, and A.-C. Bachoud-Lévi. "Feeling of Presence in Parkinson's Disease." Journal of Neurology, Neurosurgery & Psychiatry 82, no. 11 (2011): 1219–1224.
21
Koehler and Sauer, "Jaspers' sense of presence", 186.
22
Перевод А. Я. Сергеева. – Прим. пер.
23
T. S. Eliot, The Wasteland and Other Poems (London: Faber & Faber, 1940), 45.
24
Paul Firth, "The man who wasn't there", The Guardian, May 29, 2003, https://www.theguardian.com/education/2003/may/29/research.highereducation3.
25
Shaun Barnett, "The Third Man," Wilderness, September 3, 2011, https://www.wildernessmag.co.nz/the-third-man/.
26
Alex Shoumatoff, "Brotherhood of the Mountain, Vanity Fair, October 10, 2006, https://www.vanityfair.com/news/2006/09/messner200609.
27
P. Brugger, M. Regard, T. Landis, and O. Oelz. "Hallucinatory experiences in extreme-altitude climbers." Neuropsychiatry, Neuropsychology and Behavioral Neurology 12 (1999): 67–71.