- -
- 100%
- +
– Твое месиво даже собаки жрать не станут. Жри его сама.
Хлопнув дверью, вышел на осенний воздух, набрав чистого кислорода в легкие. Холодный ветер просачивался сквозь не плотную толстовку, протыкая кожу маленькими иголочками. Вокруг меня кипела жизнь, а я, смотря на все это, бежал в супермаркет за дозой алкоголя. Сегодня моим планом было написаться и уснуть одному в своем доме и в своей кровати, где подушка справа от меня еще пахла той, с которой быть больше не смогу.
Купив упаковку пива, достал одну бутылку, сделав глоток. Я не пойду домой. И спустя полчаса, ноги сами привели меня, к лавочки около колеса обозрения. Из всех кабинок, я с закрытыми глазами узнаю ту, в которой был счастлив, в которой мы мечтали и строили планы на будущее. Не стыдился слез, которые потекли по щекам. Я еще загадаю желание, как в тот летний день, когда не знал, что оно действительно сбудется, но не сейчас. В данный момент мне хотелось только одного, чтобы мы поговорили, как раньше и чтобы она поняла меня. Больше ничего не хочу и не прошу.
Допив бутылку, я все – таки залез в ту кабинку, оплачивая десять минут обзорной экскурсии. Закрыв глаза, я представил ее сидящую рядом со мной.
– Я так люблю тебя, Лиора. – сказал вслух, ожидая хоть какого-нибудь ответа. Но кроме скрипа кабинки больше ничего не услышал.
Вытащив телефон, набрал ее номер, но, как и предполагал, она не ответила и вряд ли сегодня еще ответит.
– Я так сильно хотел быть с тобой, прожить с тобой всю жизнь. – замотал головой, пытаясь прогнать боль. Мне хотелось кричать, орать на разрыв. Выкинуться нахрен с этой кабинки. Полететь, как птица.
– Я безумно хотел от тебя дочь. Такую красивую, как ты. Умную, как ты. Заботливую. Только ты одна меня понимала и по – настоящему любила. ТЫ. – ударил по сиденью рядом. А мозг пронзили воспоминания, когда в тот злополучный вечер, мой кулак ломал кости. Я видел кровь, много крови. Ударяя и ударяя по лицу ублюдка, которого едва не убил. С каждой вмятиной в его теле, в моей голове, словно слайдами перелистывались те моменты, когда я был безумно счастлив, здоров, и у меня было все, о чем так долго мечтал.
Лиора, входящая в мою комнату в белом платье. Этот настолько интимный момент, до конца моих дней, высечен в моем разуме и на сердце. Как она стонала мое имя, лежащая подо мной. Я столько раз был в ней, но тогда, эта ночь стала для меня особенней всех остальных. Впервые, мне захотелось отдать кому-то свою фамилию, и она бы ее взяла, потому что любила, безоговорочно и бесповоротно. Всю мою гнилую душу, не смотря на зверя живущего внутри. Я помню, как пытался ее переделать, превратить этот алмаз в бриллиант. Но зачем?
– Сука. – кабинка остановилась, а я почти допил вторую бутылку из упаковки. Забрав ее с собой, чуть не упал, цепляясь за выступ, выбираясь из тесного пространства. Махнув рукой пареньку, который согласился меня прокатить, неспешно побрел в сторону дома. Но, ноги снова, сами привели меня туда, где я должен был быть.
Ее дом выглядел так же, как я его запомнил. Давно здесь не ходил, опасаясь худшего. Увидеть ее заплаканное лицо в окне, это как тысяча ударов в сердце. В окнах не горел свет, ведь сейчас день. Никто не выглядывал, и никто не выходил. Казалось, что он опустел, как и моя душа. Достав телефон, попытал судьбу, набрав номер любимой еще раз, но она снова не ответила. Тогда я, не придумав ничего лучше, написал сообщение, сфотографировав входную дверь и подписав.
Ник: Если постучу, ты откроешь?
Слова отправились, но прыгающие точки, которые оповещали, что она пишет ответ, и которых я с замиранием сердца ждал, спустя пятнадцать минут, так и не появились. Я жутко замерз, сам не понимая, чего жду стоя на одном месте.
– Привет, Ник. – услышал за спиной знакомый голос. Обернувшись, увидел девчонку в синей шапке, из – под которой торчали кудряшки.
– Викки. – обрадовался ей, как никому за этот день. – Привет. Лиора дома? – указал рукой на входную дверь.
Девчонка с сумкой на плече, помотала головой, кутаясь в вязаный шарф.
– Она здесь больше не живет.
Ее слова, как молотком стукнули по ушам, все внутри меня упало вниз.
– Как не живет? – сощурился, подходя к ней ближе. Викки поморщилась, от запаха перегара исходящего от меня, но мне было все равно, мне нужно знать, где мой любимый человек.
– Она уехала.
– Куда? – у меня онемели губы, я еле ими шевелил.
– Ты ничего не знаешь? Хотя это, и не удивительно.
– Блядь. – вырвалось из меня. Голова кружилась от выпитого, и я уже еле стоял на ногах. – Без денег, Викки?
– Ей, нечего было есть, Ник. Она кое-как продержалась неделю, не принимая помощи ни от кого.
Что она несет? Да быть того не может. Кудрявая, меня разыгрывает. Но, глаза Викки наполнились слезами.
– Я ненавижу тебя за это, зато что ты сделал с моей подругой, и врагу не пожелаешь. – смахнув слезу, она продолжила. – Ее избил Прайз. После этого она сбежала.
– Куда? – спросил еще раз.
– Я не скажу тебе, если примешься меня пытать, все равно не отвечу.
Я кивнул, стыдясь посмотреть ей в глаза.
– Спасибо тебе.
– Забудь ее и дай ей жить дальше, Ник. Пожалуйста.
Больно кольнуло слева. Настолько сильно, что приложил руку, растирая место, где зашкаливала тахикардия.
– Пока. – бросил ей, ступая нетвердыми ногами по дорожке.
Ком в горле перекрыл доступ к кислороду почти полностью.
«Ей нечего было есть.»
Я не позаботился о ней. Я же знал, что мать не отправляет ей деньги.
– Блядь. – выругался, переходя дорогу.
Как же ей было больно.
– Сука.
Я не защитил ее. Любовь всей моей жизни, пинали ногами, а я пил не просыхая, пытаясь забыться.
Стер рукавом толстовки влагу со щек, открывая дверь дома. Божественный запах маминой еды, защекотал ноздри. Почти такой же, когда я после работы бежал к Лиоре и она готовила для меня еду, а потом я любил ее на столе, благодарил, глубоко и жестко, нежно и ласково. Входя и выходя, дразня своим членом.
– Лиора.
– Лиора.
– Лиора. – прошептал вслух.
– Ее здесь нет. – отвлекла мама, выходя в коридор.
Перевел фокус со стены, на которой залип, на мамино лицо. Грустное и тусклое.
– Привет, мам. – подошел, обняв крепко. Она погладила меня по спине, нежно, одаривая теплом и лаской. – Спасибо.
– За что, сынок?
Прекратив обнимать, сделал шаг по направлению к комнате.
– За то, что не бросаешь меня.
Бросив упаковку с остатками пива в шкаф, чтобы не так сильно злить маму. Отправился в душ, бросая всю одежду в корзину для белья. Она не только пропахла перегаром, но и дымом сигарет, а особенно сохранялся запах девчонки, которую я видеть не хотел. Под огненными струями воды натирал кожу мочалкой до бордового оттенка, пытаясь стереть прикосновения рук той, которая мне противна.
Я до сих пор никого не трахнул. Моим последним разом стал тот, когда я даже и не мог подумать, что он последний. С ней, с любимой, родной и полностью моей. Единственной, ради которой я встану на колени. Приклонюсь, чтобы вымолить прощение, чтобы простила и наконец-то назвала меня по имени.
Я почти сварился, под горячей водой и едва не потерял сознание. А лучше бы потерял, потому что снова вспомнил, и представил в голове, как хреново было ей. Без еды, без помощи, а родной брат, который должен был поддержать сестру, добил окончательно.
Мы с ним два ублюдка, которым не место рядом с нормальными людьми. Я убил Лиору морально, а он физически. Кто мы после этого?
Порывшись еще в памяти, вспомнил, как она прогоняла меня, говоря, что справится сама. Настолько сильная, что и теперь, несмотря на всю боль, которую я, ее семья и окружающие люди ей нанесли, она по-прежнему справляется и идет дальше.
Выключив воду и завернувшись в полотенце, вышел из душа, открывая новую бутылку. Осушил ее залпом, мой пьяный мозг уже практически ничего не соображал. Схватив телефон, проверил, не ответила ли она.
Пусто.
Даже не прочитала. Чем она так занята?
Меня озарило худшее из худших воспоминаний. Мать называла ее проституткой.
– Господи. – подумал, о самом страшном, отгоняя плохие мысли.
Лег на кровать, накрываясь одеялом. Под подушкой нащупал то, что снова под нее положил. Фотография, с которой я буду спать всю свою никчемную жизнь.
– Ник. – в дверь тихонько постучалась мама. – Ты сегодня, что-нибудь ел?
Не поворачиваясь к ней, ответил.
– Нет. Я катался на колесе, пил пиво и плакал.
Мама тяжело вздохнула.
– Я почти не соображаю, мои чувства притупляются. Не злись. Посплю немного, а потом обещаю, спущусь и поем.
– Ник.
– Да, мам. Я ее люблю, и любить буду всегда. То, что мы не вместе, ничего не изменит. Теперь моя жизнь такая, никчемная и пустая дыра, больше чем вся вселенная, но у меня есть воспоминания о ней и алкоголь. Этим я латаю дыру. – закрыл глаза, стараясь, как можно скорее отключить мозг.
– Мне больно смотреть, как ты страдаешь. Похудел сильно, дома не ночуешь.
– Я работаю мам, и ночую у Хеллен. Ты привыкнешь, к моему виду, и я к нему привыкну. Все вокруг привыкнут и забудут, а я нет. Мне с этим жить, а ты об этом больше не думай.
Погладив меня по голове, мама ушла, предварительно зашторив шторы и закрыв дверь.
Перевернулся на спину, обхватив рукой член.
«– Я люблю тебя, Ник. Сильно люблю.
– Лиора моя.» – воскресил в голове наш диалог.
Сжал сильнее, накачивая себя медленно, а потом меняя темп.
– Такая тугая, малышка. – шепотом произнес, работая рукой вверх и вниз. – Такая, мокрая для меня.
«– Я твоя, Ник.» – этого воспоминания хватило, чтобы кончить, не сдерживаясь больше. Излился себе на живот, фантазируя, как кончаю в Лиору.
– Если бы я только знал, что целую тебя на прощание. Я бы остался тогда с тобой, и никуда не уходил. Я бы все отдал, чтобы вернуться назад и еще хотя бы пару минут побыть с тобой. – слезы бежали из уголков глаз, а я их не останавливал.
– Моя первая, единственная и последняя любовь!
Глава 5
Лиора
Медлить больше нельзя.
– Ты готова? – Кэтрин собирала сумку, швыряя в нее все, что попадалось под руку.
Кивнула ей, переминаясь с ноги на ногу около двери. Мелкая дрожь, бежала по телу свой олимпийский марафон. Тугой узел в животе затягивался с каждым вдохом и выдохом. Казалось, я делаю непоправимую ошибку, но продумав наперед весь план, я все-таки решила его осуществить.
Мы вышли из кампуса на улицу, где ледяной ветер тот час подхватил локоны моих волос, размахивая ими словно веером. Пронзил иголками мои голые ноги, обутые в босоножки. Кроме рюкзака в руках, с собой я больше ничего не прихватила.
– Знакомься, этого хмурого парня зовут Брэд. – наклонившись ко мне, соседка указала рукой на машину, из которой вышел ее бойфренд.
– Привет, Брэд. – помахала высокому темноволосому пареньку, который ехал за нами из Блуа, два часа на машине и должен был отвезти нас обратно. Кэтрин домой, а меня в то место, из которого сбежала, впопыхах не взяв теплые вещи и обувь.
– Привет, девчонки. – поздоровался он, махнув рукой.
Деньги, которые мне подсунули, я берегла, как неземное сокровище, боясь даже притрагиваться к ним. Поэтому, старалась не тратить, слишком много и наконец рискнула вернуться и забрать то, что по праву принадлежало мне.
Брэд, поцеловав Кэт, открыл ей переднюю пассажирскую дверь, предлагая сесть. Я не ждала особого приглашения, поэтому дернув ручку, устроилась сзади. Салон машины, хоть и показался мне изрядно потрепанным в сумерках улицы, но я не придала этому особого значения. Кэт любила этого парня и он ее вроде тоже, на остальное мне было плевать.
Брюнет включил радио, параллельно рассказывая о своих трудовых буднях и расспрашивая соседку, куда бы она хотела сходить сегодня вечером. Я пялилась в окно, разглядывая улицы Парижа, а когда выехали из города и вовсе уснула. Слишком сильно напережевалась за целый день, что обессилено провалилась в сон. Разбудил меня звук телефона, который звонил не унимаясь. Резко открыв глаза, увидела между сиденьями лицо Кэтрин. Она внимательно на меня смотрела, пытаясь мысленно поддержать. Вытащив гаджет, я уже знала, что звонит Ник, но сегодня у меня не осталось, ни сил, ни хорошего настроения ему отвечать.
Мне надоели его вопросы, что я делаю, куда хожу? Куда уехала? Это не его дело. Он сам выбрал остаться стоять на месте, а потом и вовсе обернуться и сделать миллион шагов назад.
– Мы почти приехали. Здесь куда? – отозвался голос парня – водителя. Ошарашено покрутила головой, пытаясь разглядеть в темноте, знакомые улицы.
Господи. Мы, и правда почти на месте.
В горле пересохло, и сглотнув ком, ответила.
– Здесь прямо, на перекрестке поверни направо, а дальше опять прямо. Последний дом, вдоль по улице. Там и останови.
Что мне делать, если они не уехали? Что, если дома снова живет Прайз? Об этом я и думать не хотела.
Проехав супермаркет, дом Викки, в комнате, которой горел свет, мы проехали еще немного и остановились. Зажмурила глаза, не шелохнувшись с места.
– Лиора. – позвала Кэт, взяв меня за руку.
– В доме горит свет? – спросила, не открывая глаз.
– Нет. Вроде никого не видно.
Сделав большой вдох, медленно выдохнула.
– Хорошо.
– Если хочешь….
Не дала ей договорить. Дернула ручку двери, выходя из машины.
– Ты можешь поехать с нами. Мама и папа, будут не против. Ты же знаешь. – с грустью и переживанием смотрела на меня обеспокоенным взглядом.
– Все хорошо. – улыбнулась ей, пытаясь спрятать накатывающую нервозность. – Я позвоню тебе. Езжайте.
Стоя спиной к дому, ловила дежавю, когда точно так же пару месяцев назад уезжала, с этого же места, со Стефаном. Машина завелась, и тронулась взвизгнув колесами, а мне ничего не оставалось делать, как обернуться и посмотреть туда, где прошла половина моей жизни. Кэт, не соврала. Дом выглядел пустым. Время клонилось к девяти, значит родители, как и говорила по телефону мама, точно уехали за город к бабушке на выходные. С моих плеч упала тяжеленная глыба. Осмотревшись по сторонам, подошла к двери, проворачивая ключ. Вторым моим опасением было то, что мама могла сменить замок, но дверь с легкостью открылась, приглашая внутрь дома. Самое главное, что никто из соседей меня не видел. Толпы народа, обычно снующие мимо дома, казалось, ждали именно этого дня, чтобы спрятаться на диване под теплым пледом с кружкой горячего напитка.
Нащупав выключатель, клацнула по клавише. Свет в коридоре мгновенно загорелся, освещая пространство гостиной, в которой ничего не поменялось с моего ухода. Живот неприятно откликнулся, прося пощады. Бросив рюкзак и обувь около двери, вошла в кухню, открыв холодильник.
– Спасибо. – застонала, нараспев, когда увидела, что он весь наполнен едой.
Я достала почти все содержимое, разложив на столе, и начала уплетать еду холодной. Откусывая огромные жадные куски, быстро глотая и вспоминая те дни, когда голодала. Те несчастные помидорки и яйца. Черствый пирог, который пришлось растянуть на неделю. Насытившись вдоволь, я не стала убирать за собой беспорядок, а прямиком кинулась в свою комнату.
Неизменная. Только убранная пыль и чистый пол, оповещали о том, что сюда время от времени, кто-то заходил. Эта комната оказалось единственным, по ком я скучала.
Телефон снова зазвонил. Я смахнула кнопку ответить, но не проронила и слова.
– Привет. – устало поздоровался.
– Я устала. Говори быстрее. Что тебе нужно на этот раз? – мне невыносимо слышать его голос, из-за всего того, что произошло. И в тоже время, мне его мало.
– Ты мне не звонишь, хотя говорила, что будешь. – упрекал в неисполнении обещания.
Он откуда-то прознал, что я на мели и пытался перевести мне деньги, только не знал куда.
– А ты обещал, что бросишь пить и у тебя это почти получилось. У меня нет денег, чтобы тебе звонить. – уколола его за живое, но не я была виновата в том, что между нами сейчас огромная пропасть. Он хочет заново построить мост, а я его рушу.
– Я же вчера пополнил твой мобильный счет.
– А сегодня тех денег уже нет. – соврала, улыбаясь. Через секунду мой баланс снова пополнился, на два месяца вперед. Теперь я вдоволь могла играть в онлайн игры на телефоне и покупать кристаллики.
– Не надо было.
– Я хочу, чтобы ты мне звонила. Если с тобой, что-то случится, и ты не сможешь дозвониться…
– Значит все. – перебила его. – Не будет больше Лиоры, и никому не надо будет отправлять деньги. – рассмеялась, прикрыв рот ладонью.
– Перестань. Как у тебя дела?
– Замечательно.
– Я иду с работы домой, поэтому…
– Поэтому Хеллен не сможет тебе отсосать перед сном? Этим ты хотел поделиться? Как жаль. Только не рассказывай мне, какая она милая, хорошая и заботливая. Однажды, я это уже слышала. Могу дать совет, пригласи ее к себе. В свою комнату, в свою кровать, где мы трахались. А когда будешь кончать, положи на ее лицо мою фотографию, которую прячешь под подушкой. И громко заяви, Лиора, я люблю тебя.
– Лиора. – выкрикнул со злостью.
– Ты думал, что деньгами сможешь купить мое общение? Купить мое расположение? Я отдам тебе все до последнего евро. Не переживай. – выплюнула с ненавистью каждое слово, не заботясь о его душевной боли.
– Я же не это имел в виду.
– Мне все равно, что и кого ты имеешь.
– Я скучаю по тебе.
И я скучаю. По нашему прошлому, которое не вернуть. Как тогда он приехал и не оставил меня одну, а забрал с собой, баюкая на руках всю ночь. Невыносимо.
– Я знаю, что тебя не вернуть, но пожалуйста, мы же можем общаться. – просил, умолял. Стой он сейчас рядом, не раздумывая, опустился на колени.
– У тебя есть девушка, которой ты пытаешься заменить меня. Почему с ней не общаешься? Ответить за тебя? – я негодовала, и не понимала, к чему ведет наш разговор.
– Да.
– Я не знаю, какого хрена ты делаешь, что сидит в твоей больной голове, но ты реально не осознаешь что творишь.
– Я люблю тебя. Это все, в чем я уверен.
И я тебя люблю, Ник. Ты до сих пор сидишь в каждой клеточки меня…
– Мне больше нечего тебе сказать.
Сбросив звонок, откинула телефон на кровать. Собрать вещи именно сейчас стало моим смыслом жизни. Вытащив чемодан из шкафа, плюхнула его на пол, выкидывая с полок штаны и свитера, дальше полетели куртки. Осеннее пальто, я отложила, потому что именно в нем и собиралась вернуться в Париж. Аккуратно все сложила, не забыв и про обувь. Старая, потрепанная, на десятисантиметровых каблуках, но в ней мне будет тепло, чем в босоножках, в которых чуть не отмерзли ноги, когда мы ехали сюда. Одни ботинки на плоской подошве, я все – таки нашла в дальнем углу полки, совсем забыла про них. Обрадовавшись, надела теплые носки и эту осчастливившую меня пару обуви. Так я и бродила по дому около часа, обутая и одетая. Сон не шел, а мне стало скучно. Поэтому ничего бредовее в мою голову не пришло, как выйти, поздним вечером на улицу, и прогуляться.
Накинув пальто, шапку и шарф, вышла на осенний воздух, оглядывая улицу. Редкие прохожие встречались на пути, но кого-то из знакомых я не увидела. Прошла мимо дома Викки, заглянув в окно ее спальни. Милая, кудрявая, подруга сидела в наушниках за столом, клацая по клавишам ноутбука. На ее лице играла улыбка, и она подпевала слова песни, которая гремела в ее ушах. Разговаривать с кем-либо я не имела желания, с каждым днем апатия к людям преодолевала мои преграды, становясь со мной единым целым. Из моего рта шел пар, оседая конденсатом на окне. Бросив наблюдать, пошагала дальше, мимо супермаркета, прямиком через парк. На пути мне встретилась пожилая парочка. Старик бережно держал за руку свою спутницу. Они едва передвигали ноги, почти доживали свои жизни, но не смотря ни на что, он не отпускал ее руки, продолжая быть поддержкой и опорой.
Не была здесь столько времени, я надеялась, что хоть что-то изменится, но ничего не изменилось. Кроме одного, меня. Теперь я одна, гуляю по этим пешеходным улочкам в полном одиночестве, пытаясь найти знаки или подсказки, ответы на вопросы, которыми задаюсь каждую ночь. Пройдя мостик, через маленький прудик, оказалась у подножия колеса обозрения, поднимая голову вверх. С закрытыми глазами узнаю кабинку, в которой мы тогда катались. Я поежилась, сильнее запахивая ворот пальто и пряча лицо в шерстяной шарф. Ветер усилился, а по коже прошелся холодок, особенно по спине, оповещая о надвигающейся буре. Оглянувшись по сторонам, никого не заметила, но предчувствие меня еще никогда не подводило.
Я увидела его, когда он встал с лавочки. Из-за навеса, его фигура полностью скрывалась в темноте.
«Почему он здесь?» – промелькнуло в голове. Почему не с ней? Он же должен сейчас пить до одури и забываться между ног стройной, высокой брюнетки. Но, он шагал в мою сторону уверенной походкой, которую я узнаю из тысячи. В черных джинсах и тонкой толстовке, с капюшоном на голове. Без бутылки в руках, но после нашей встречи, он наверняка, сделает рейд по магазинам скупая весь алкоголь на своем пути.
– Это правда, ты? – его шепот заглушал ветер. Обветренные губы еле шевелились. Он похудел, высох, как осенний лист на ветру поздней осенью, прилипший к асфальту. Скоро его уберут коммунальные службы, и от него ничего не останется.
– Что ты здесь делаешь? – думала, уже никогда его не увижу, но судьба беспощадна надо мной.
– Прихожу сюда каждый вечер. Мне здесь легче.
– Мучаешь себя воспоминаниями?
– А ты?
– Я просто гуляю. – развернулась, делая шаг, но его рука обвив мое запястье, потянула назад.
– Помоги мне. – кадык задергался. Он замерз, а еще он докатился до дна, даже ниже дна.
– Я не смогу тебя спасти.
– Погуляй со мной немного. Это все, что я прошу.
Я продолжила путь на выход. Ник, поравнялся со мной, подстраиваясь под медленные шаги. Никуда не спешила, он просил погулять, вот мы и гуляли. В полной тишине с громко ломающими ребра сердцами.
– Почему ты ни разу не ответил на звонок Стефана? – нарушила тишину, когда вышли из парка на тротуар, зашагав по дорожке, ведущей к высотке, где жил Стив.
– Мне не о чем с ним разговаривать.
Я рассмеялась.
– Тебе есть о чем с ним поговорить и этот разговор не на пару минут. Тебе просто стыдно, но ты не признаешь очевидного.
– Ты во всем права. Мне стыдно, и пожалуй, я никогда больше не смогу посмотреть другу в глаза.
– А в мои?
– Это другое, Лиора.
Пройдя до конца дорожки, свернули налево, продолжая длинный путь, в обход парка. Редкий свет тусклых фонарей едва освещал наши лица.
– Я не думал, что все так получится. – он в тупике, бьется об стену, как израненная птица.
Я не хотела его больше видеть. Мне больно ощущать его рядом, рана не затягивалась, наоборот расширялась с каждым шагом, с каждым его движением. Сердце пыталось выбраться наружу и обнять его. Пожалеть, погладить по волосам. Но руки…..им хотелось оторвать эту голову.
– Лиора.
Мимо нас проехала машина, из которой громко играла медленная песня.
– Подари мне последний танец.
Остановилась, замирая от его просьбы. Не ожидал, но я все-таки посмотрела в его глаза. Такие, когда-то любимые, искрящиеся счастьем, а сейчас едва живые, кипящие болью. Добив его и себя окончательно.
– Не могу. Моя душа больше не танцует с твоей. Я не хочу. Я ничего не хочу. Оставь меня. – замотала головой, увеличивая шаг.
Обойдя половину парка, мы вошли в ворота. Его компания меня убивала. Тот роковой вечер, как на повторе крутился в голове. Тошнота подкатила к горлу. Миновав половину пути, и пройдя мусорные баки, я резко остановилась. Не совсем понимая, что за объект двигается впереди нас. Страха не было, просто интерес, но жуткое зрелище напугало бы любого.
То ли человек, то ли животное, двигалось с бешеной скоростью, танцуя на ветру, а потом падая на землю.
– Беги. – услышала крик Ника и повернула голову в его сторону, увидев, как быстро он сбегает от жуткого монстра.
Скрестив руки на груди, я начала наблюдать. Бежал так, как будто за ним, кто-то гонится. Интересно, как быстро он поймет, что я осталась стоять на месте, что не бегу за ним. Тихий смешок вырвался из моего рта. Ник, почти скрылся из вида, когда меня снесли с ног. Свет в парке отключился, погружая в непроглядную темноту. Я ударилась спиной, о что-то твердое.
Страх почти начинал сковывать по рукам и ногам, но я не издала, ни звука, почувствовав, тот самый аромат роз от человека, который прижал меня к стволу дерева.
– Тебе не страшно? – его дыхание обдало мое ухо, и в тот же момент по телу прошелся немыслимый разряд тока, посылая его прямо в центр моего естества.
– Нисколько. – выдохнула ему в грудь.
Он выше меня, и без каблуков, я даже не достаю ему до плеча.
– Почему не убежала?