Ключ Соломона

Тот, кто не доверяется случаю,

не многое сделает плохо,

но и не многое сделает.

Молодой мужчина в очках уже минут десять стоял в центре небольшой квартиры явно советской постройки и, судя по его виду, был занят напряженным мыслительным процессом. Ну или спал стоя. С момента этой странной встречи в бургерной посреди ничего, называемого невадской пустыней, прошло всего шесть часов, а количество вопросов без ответа успело к этому времени уйти за горизонт и прислать оттуда пару открыток с местными видами. Ничего из того, что случилось, не могло произойти так, как оно произошло: не мог Абаддон, бессмертный, по местным меркам практически всесильный и уж точно всегда предсказуемый во всех своих действиях, как кусок базальта, – от похода в туалет до рутинного геноцида жителей какого-нибудь континента – назначить встречу с представителем его ведомства. Не мог и заявиться на нее, краснея и истеря, как пьяная институтка перед ВДВэшником. И уж точно не мог добровольно попросить помощи в защите какого-то падшего, которых в здешних краях с недавних пор сыпалось больше, чем по осени желудей с дуба. Даром что этот был известен поболее всех прочих.

А значит, либо этот короткий и бедный на информацию разговор ему приснился, либо еще не известный кто-то затеял еще не известную, но уже осязаемую в воздухе мерзость. Лунатиком мужчина себя не ощущал, следовательно ситуация просто-таки напрашивалась, чтобы ее усугубили романтическими поворотами сюжета и беспорядочным героизмом действующих лиц.

Сосредоточенность мужчины прервала внезапно начавшаяся возня на расположенной неподалеку двуспальной кровати: один из двух парней, лежащих на ней, попытался, не приходя в сознание, отвоевать одеяло в свою полную безраздельную собственность. Второй очевидно сопротивлялся.

Мужчина коротко вздохнул и поправил очки. Найти это место оказалось на удивление несложно. Добраться до цели – и того проще. Целью оказалась однокомнатная – очевидно съемная – квартира на третьем этаже в доме постройки времен позднего социализма в типовом спальном районе не менее типового провинциального города. Внутреннее убранство включало в себя микроскопическую кухню, коричневую плиту с засаленной духовкой, сервант с хрусталем, явно оставшимся от владельцев квартиры. Еще в наличии имелись выцветшие обои с неподдающимся идентификации цветочным рисунком, отдельный туалет типа «зашел и сел», такая же ванная с синим кафелем на полу и прихожая с антресолью. Очевидно, чтобы жить в подобных условиях, требовалось невероятное жизнелюбие. Блондин, окончательно к этому моменту отвоевавший одеяло и соорудивший из него странное подобие кокона в основном в районе головы, несомненно этим жизнелюбием обладал в достатке. По крайней мере, острых лезвий, пеньковой веревки и других подходящий для немедленного сведения счетов с жизнью предметов на обозримой территории не наблюдалось. Мужчина вновь переключил свое внимание на затухающую баталию: брюнет, потерпевший разгромное поражение в битве за одеяло, ограничился лишь тем, что накрыл ладонью оставшуюся за пределами «кокона» задницу блондина. Такой расклад, судя по всему, устраивал обоих, так что возня в скором времени окончательно стихла. Несмотря на откровенно интимный характер развернувшейся перед ним сцены, мужчина себя нарушителем частной жизни не ощущал. Его вообще мало что могло смутить, а здесь он – ко всему прочему – был все же по делу. Неспешно пройдя в дальний угол комнаты, он обратил внимание на вторую по значимости деталь квартиры – местную библиотеку. Книг было много: часть из них была заботливо отсортирована и разложена по стеллажам, большая же часть оказалась сложена в стоящих тут же коробках, а то и вовсе валялась небрежными стопками на полу. Мужчина пробежал глазами по корешкам уже отсортированных книг – медицина, биохимия, классическая литература и целый набор наукообразных справочников по детской психологии и психиатрии.

Мужчина негромко хмыкнул. По его ощущениям, жильцы квартиры проснутся где-то через полчаса, а значит стоило поторопиться и лишить себя сомнительного удовольствия объяснять всем и каждому, как именно он тут оказался. Подойдя к двустворчатому окну, он сделал глубокий вдох, после чего выдохнул на стекло, добившись того, что оно в достаточной степени запотело. Проделав эту процедуру еще несколько раз, он принялся сосредоточенно чертить пальцем на окне ряд ветвистых загогулин. Спустя несколько минут довольный собой мужчина отошел от окна и протер очки краем пиджака. Этого должно было хватить на какое-то время. Вот только – пришла ему в голову запоздалая мысль – покинуть квартиру тем же способом, каким он в нее попал, – сквозь граничащую с лестничной клеткой стену – не получится, не повредив при этом охранные плетения. Мужчина негромко выругался. Всегда с этой магией больше заморочек, чем толку. Несколько секунд повздыхав о несовершенстве мира, он подхватил саквояж и, распахнув окно, начал спускаться по карнизам вниз, негромко чертыхаясь и цепляясь за все попадающиеся под руку выступы. Зато стало понятно, почему владельцы жилплощади должны проснуться через полчаса – снаружи он окно не закроет, даже если очень захочет, а нежный весенний сквознячок посреди ночи в состоянии проморозить до костей кого угодно.

***

Уриил проснулся. Это был уже седьмой раз за ночь. В горле по ощущениям поселился недовольный размером жилплощади хорек, нос отказывался дышать, глаза – воспринимать окружающую действительность. Издав невнятный хрип и пнув ногой лежащее рядом туловище, ангел с трудом приподнялся на локтях и предпринял попытку встать с кровати. Комнату ощутимо штормило.

Ури, сгорбившись и злобно посматривая на сопящего демона, нога за ногу поплелся в сторону ванной, лелея надежды добраться до умывальника и прочистить хотя бы одно воздухопроводящее отверстие. До сих пор ни одна попытка успехом не увенчалась.

Ангел с грустью подумал, насколько иронично смерть от удушья соплями будет смотреться в конце длинного списка его героических подвигов. Впрочем, и подвигов в последнее время поубавилось. С момента потери крыльев, о которой ангел хоть и не жалел, но предпочитал особо не думать, прошло уже восемь месяцев, а заняться все это время было решительно нечем. Из приюта, в который он последние пару лет повадился ходить на занятия с трудными подростками, пришлось свалить до тех пор, пока Уриил не перестанет представлять опасность для себя и окружающих, то есть в перспективе навсегда. Так что воспитание подрастающего с замашками грабителей и насильников поколения теперь откладывалось на неопределенный срок; вместо этого по указу нового «босса» пришлось спешно собирать вещи и отваливать в близлежащий поселок городского типа, гордо именующий себя региональным центром. Не делало это чести ни региону, ни его центру, справедливо рассудил ангел. К слову, даже новая работа на сверхъестественный аналог ФСБ оказалась на удивление рутинной: пяток слежек, один выезд на задержание какого-то мелкого инкуба – вот и все достижения, где уж тут разгуляться с новыми способностями? Его хоть официально никто до дела не допускал, но захоти он, что бы его остановило? Уриил догадывался, что – или кто – именно бы его остановил, но мысль эту упорно игнорировал.

Ах, да, еще эти способности, черт бы их побрал! Мысли Ури резко скакнули в сторону второго больного вопроса: ангельских трюков в его арсенале после союза с демоном резко поубавилось, зато добавились какие-то новые, не все из которых ангелу были по душе: к примеру, читать чужие эмоции, как он это не раз проделывал раньше, практически не получалось, доносились только какие-то отголоски, похожие на эхо. Зато Уриэль легко мог услышать сердцебиение каждого жильца во всем чертовом доме, а потом и понять, как эффективнее всего это самое сердцебиение прекратить. Вот за два лестничных пролета от него лежит дряхлый старик с атеросклерозом, жить которому при самом оптимистичном подсчете осталось не больше недели, а вот на седьмом этаже вздрогнула девочка лет семи. Обычный мононуклеоз уже начал переходить в анемию, которая ничем хорошим не закончится, если спящая в соседней комнате мамаша не догадается отвезти ребенка в больницу. Ангел поморщился: нет, эти свои новые «таланты» он пока развивать не готов, несмотря на настойчивые увещевания Андраса, пусть утрется!

Ангел вздохнул, снова предпринял попытку высморкаться и, так ничего и не добившись, пошел обратно с твердым намерением отвесить демону еще один пинок. Вот тоже новость: хваленая демоническая регенерация в нем явно не прижилась – Уриил заболевал от каждого чиха в его сторону, а этот храпящий придурок два дня назад к тому же забыл закрыть окно в комнате, отморозив ангелу все имеющиеся части тела. Сам Андрас, конечно, утверждал, что ничего он не открывал и все два дня бегал за ангелом с чаем и аспирином наперевес, но на прощение пока не заработал. Пусть побегает, раз на нем все как на кобеле заживает!

Дойдя до кровати, ангел с тоской подумал, что и заснуть теперь тоже не удастся: времени было только пять утра, а на улице неторопливо занимался рассвет. Поэтому, плюхнувшись на кровать и ткнув под ребра спящего демона, Уриил провозгласил: – Хочу кофе!

– Мать твою в дышло! – немедленно сообщили ему в ответ.

Проснувшийся демон резко подскочил, частично приняв боевую форму, и принялся ошалело таращиться по сторонам: – Ури, какого хрена происходит?

– Вселенная расширяется, Земля имеет форму шара, на дворе утро, а я хочу кофе! А еще у тебя лицо сползло… – пожимая плечами, прогнусавил ангел, – Поэтому метнись и обеспечь!

– А через пару часов не судьба? – раздраженно поинтересовался демон, наблюдая, как постепенно втягиваются когти на руке. – И я из-за тебя одеяло порвал!

– Ничего не знаю, не за чем было так нервничать… – ангел дернул плечами. – Так кофе будет?

Обреченно рыкнув на несовершенство мироздания, насоздававшего на его голову некоторых крылатых придурков, Андрас нацепил штаны и потащился на кухню заваривать воду, а десять минут спустя, отнеся чашку ангелу, был вновь отправлен туда же с наказом порубить салат, на ходу размышляя, насколько смертельна для ангелов человеческая простуда и не стоит ли уже сейчас озаботиться изготовлением надгробия? Возможно, даже привезти его сюда и установить прямо на голову Уриила, не дожидаясь естественного хода событий. Впрочем, идя на кухню в третий раз (на сей раз за пирожками), демон решил, что какой бы короткой не оказалась жизнь ангела, его, Андраса, существование все равно будет еще короче. Пернатая скотина успеет его со свету сжить!

Набрав на тарелку всевозможной сдобы, конфет и вафель (чтобы в четвертый раз не тащиться!), Андрас как раз собирался идти обратно, как вдруг пол под его ногами ощутимо тряхнуло. Из комнаты донесся низкий рокот, резко оборвавшийся спустя всего полсекунды. В наступившей за этим тишине раздался одинокий звон упавшей на пол чашки. Побросав все из рук, демон одним прыжком оказался у порога кухни и замер, увидев очумело застывшего на кровати ангела, не мигая смотрящего на книжные полки в дальнем конце комнаты. А посмотреть там было на что: весь стеллаж, который Андрас по указанию все того же ангела пару месяцев назад крепил на стену, был разворочен, большую часть книг снесло с полок и разметало по всей комнате. Вопреки всяким законам физики книги и фанерные обломки не упали на пол, а будто бы зависли в пространстве спустя всего несколько мгновений после взрыва, который тоже не спешил продолжиться. Стене за полками досталось на порядок больше: бетонная плита раскололась на несколько кусков, повисших в воздухе, по всему потолку поползли трещины в руку толщиной. Но самое странное виднелось за бетонным крошевом – сквозь прорехи в стене и зависшую в воздухе серую пыль проглядывало багрово-красное марево, постепенно усиливающееся и по миллиметру наползающее вглубь комнаты.

– Ты что натворил! – переведя взгляд на появившегося в дверном проеме Андраса, взвизгнул ошалевший ангел.

Поняв, что мозги ангела безнадежно закоротило несостоявшимся катаклизмом, Андрас молча двинулся вглубь комнаты, на ходу просчитывая, что, собственно, могло произойти и как теперь с этим жить. Из квартиры, безусловно, надо валить, взять любую подходящую машину и рвануть в сторону области. А там можно и до схрона добраться и временно сменить континентальную прописку на островную – он к такому варианту готовился. Его лихорадочные размышления прервал чудовищно громкий в создавшейся тишине стук в дверь. Андрас взглянул на Ури и, поменяв траекторию, двинулся в сторону прихожей. Следы разрушения были и здесь: по всей стене протянулись извилистые трещины, старую деревянную дверь с темно-коричневой дерматиновой обивкой перекосило в раме и явно заклинило. Видимо поняв тщетность ожидания реакции со стороны владельцев квартиры, стоявший снаружи решил пробираться своими силами. Раздался удар и громкий треск отламываемой фанеры. Затем еще раз и еще. Андрас стоял в коридоре и с каким-то отупением наблюдал процесс раскурочивания входной двери их жилплощади. Все происходящее отказывалось умещаться у него в голове. Вот в частично разобранном дверном проеме показалась рука, выламывающая очередные доски, а вслед за этим в получившуюся щель протиснулось и остальное туловище настырного гостя, который лишь мельком глянул на оцепеневшего демона, тряхнул головой, подняв вокруг себя небольшое облачко штукатурки, и принялся остервенело протирать стекла очков полой пиджака.

Закончив с этими манипуляциями, он язвительно осклабился в сторону демона и рявкнул:

– Вольно, боец! Разрешаю ожить и предпринять меры к тактическому отступлению на заранее подготовленные позиции. Хлеб-соль в честь дорогого гостя, так и быть, оставь врагам.

– Чего? – мозг Андраса окончательно капитулировал перед напором незнакомца.

– Я говорю, взял в охапку второго и стройными рядами двинул на выход! Шевелись давай, страж такими темпами долго не протянет! – Четкие команды возымели свое действие, и так ничего и не понявший демон рванул к сидящему на кровати ангелу: – Ури, пойдем, нам надо уходить!

– А? – ангел перевел осоловевший взгляд со стены на тормошащего его демона.

– Вставай, пошли! – Демон, неуверенно приобняв Ури за плечи, потащил его к выходу, где нетерпеливо стоял их непрошенный гость, приготовившийся выталкивать ошалевших жильцов через щель между стеной и останками двери. Разрушения на лестничном пролете, на который выходила дверь квартиры, были еще более впечатляющими и такими же застывшими во времени, но благодаря постоянным окрикам и пинкам со стороны незнакомца, налюбоваться на них Андрас и Уриил не успели. Зато в кратчайшие сроки оказались на первом этаже, где их спутник вырвался вперед и, взмахом руки призывая следовать за собой, спешно рванул к выходу. Вывалившиеся следом за ним ангел и демон старались не отставать, и скоро все трое были рядом с вырвиглазно-оранжевого цвета детской горкой, крайне необходимой, как считали муниципальные чиновники, для гармоничного развития подрастающего поколения.

– Значит так… – снова принялся командовать деятельный незнакомец. – Сейчас быстро и молча суетим копытами в сторону соседних домов! По моим расчетам, стазис протянет еще минуты две, так что все вопросы зададите потом, если будет чем и кому! – рявкнув все это скороговоркой, человек развернулся и побежал через внутренний двор в сторону от дома. Уриил с Андрасом, вяло переглянувшись, рванули за ним. Они почти успели добежать до дома напротив, но дальше продвинуться им не дали. За несколько метров до выхода из «колодца» домов, призванного, по гениальному решению советский архитекторов, в случае вторжения врага выполнять роль естественной линии обороны, бегунов осветила яркая красная вспышка, жар от которой ощущался спиной и на таком расстоянии, а секунду спустя рявкнул взрыв, швырнув всех троих на тротуар и через несколько секунд забросав сверху мелким строительным мусором.

Поднявшись с земли, их попутчик застыл, словно бы в нерешительности глядя на взвившиеся в небо клубы пыли и дыма и пытаясь прийти к какому-то одному ему известному решению. – Все живы?

Его попутчики медленно поднялись, поддерживая один другого, и утвердительно кивнули.

– Прекрасно. А теперь аттракцион невиданного идиотизма. Возвращаемся обратно!

Две пары глаз уставились на мужчину. Андрас тишком потащил ангела в сторону, начиная подозревать, что не у него одного тут с мозгами не все в порядке. Ничем иным желание вернуться на место только что рухнувшей и продолжающей осыпаться хрущевки он объяснить не мог.

– Стоять! – рявкнул человек и, пресекая их побег, ухватил ангела за волосы. Андрас, будто проснувшись, зарычал и начал заносить руку для удара, но наглый человечек предпочел его проигнорировать, подтащив лицо Ури к своему и вперившись в него взглядом – Значит так, ограниченно пернатый, мне сейчас взять и поделить на то, в каком ты состоянии, где находится твой низкокалорийный мозг и что он обо всем этом думает, усек? В данный момент мне от тебя требуются твои невидимые невооруженным глазом таланты, о которых ты сам еще не догадываешься. И ты мне их выдашь, даже если мне для этого придется отжать тебя на соковыжималке! Поэтому сейчас мы с тобой и твоей нервной наседкой идем обратно, и ты делаешь все, что я тебе скажу и так, как я скажу это делать! Иначе я не поленюсь и сам зарою вас обоих под ближайшей уцелевшей клумбой, благо противопоставить мне сейчас вы не можете ничего вообще. Кивни, если понял! – Ури, неожиданно для Андраса, сдавленно кивнул под утвердительный хмык ослабившего хватку человека.

Демон действительно не был уверен, что смог бы сейчас хоть кому-то противостоять: голова была как будто обложена ватой и убрана на антресоль до нового года. Сил хватало только на то, чтобы идти вперед и кое-как смотреть по сторонам. В силу этого обратная дорога заняла больше времени раз эдак в десять. Масштабы разрушений, с трудом различимые сквозь пыльное облако, демона впечатлили до дрожи: все подступы к теперь уже бывшему жилому дому были завалены обломками стен, рухнувшими перекрытиями и фрагментами быта жильцов пятиэтажки. Весь правый пролет здания, где на третьем этаже полчаса назад располагалась их с Уриилом квартира, обвалился полностью. В центральном пролете на уровне второго и третьего этажа разрушилось несколько перекрытий, и теперь в проемах можно было различить куски шведской стенки, диван и невесть как уцелевший ковер на стене. Общая угнетающая картина дополнялась чьими-то криками и воем сигнализаций, которые до этого Андрас почему-то не слышал, а может, не обратил внимания. Подведя своих спутников максимально близко к выщербленной пасти кое-где еще дымящихся руин, мужчина опять развернулся к ангелу: – Хорошо, дальше втроем не полезем. Теперь вот что: мне нужно, чтобы ты закрыл глаза и сосредоточился на моем голосе. Делай пять вдохов носом, пять выдохов ртом… – дождавшись от ангела завершения описанных действий, незнакомец продолжил:

– Хорошо. Мне нужно, чтобы ты полностью абстрагировался. Мы не на руинах, а на курорте. Вокруг орут не люди, а кричат чайки, слышишь? Прекрасно! – Уриэль на какой-то момент действительно сумел отрешиться и почувствовал себя до странного спокойным. Что-то в этом состоянии пугало своей нереальностью, но он решил пока об этом не думать – так было проще.

– Едем дальше. Потянись к остаткам аур всех людей, каких сумеешь почувствовать. Когда-то ты это умел, сейчас справишься тем более!

– Но… – ангел все же попытался что-то возразить.