Новогоднее чудо

И тут я понял ее, почему она решилась на письмо. Недавно и я сам испытывал подобные чувства к нашей новенькой сотруднице, невзирая на скромный вид и консервативный стиль, она меня манила к себе. Своими серыми глазами, своим запахом, своими волосами, в которые хотелось зарыться и вдыхать этот аромат женственности и сексуальности. Другие почему–то этого не замечали, а оно и к лучшему, а то уже бы давно совратили. И еще эта скромность в ее манерах, хотелось обнять навсегда и целовать, целовать, целовать.

Но она не обращала на меня внимания и, чтобы не получить отказ в лоб, я хотел написать письмо. Но потом с этой подготовкой к новогоднему корпоративу просто забыл, и решил, что не стоит оно того.

«Одно только воспоминание о тебе волнует меня, и по телу растекается приятное наслаждение, хочется быть с тобой, ощущать твои руки на моих плечах, талии и ягодицах. Хочу, чтобы ты меня целовал: от макушки до кончиков пальцев всю ночь, а потом еще и еще. Хочу, чтобы ты дразнил меня своими пальчиками, а твои губы с горячим языком ласкали набухшую от возбуждения грудь и опускались ниже и ниже…»

Вот урод! Такую женщину упустить! Это преступление, что где–то томится жаждущая и скорее всего безумно красивая женщина!

Внутри бушевала энергия, я готов был сиюсекундно оказаться рядом с ней, в ее объятиях, но мне нужно было разрешение. Нельзя же просто так прийти и взять женщину, даже если она этого очень хочет.

В конце письма был написан номер телефона, и я дрожащий рукой стал забивать цифры. Записал: Аля Славная. Это женщина и вправду славная, что написала столь возбуждающее письмо, а я идиот. Ну не мне же она его писала, не мне.

Что я ей напишу, а если позвоню? Она же поймет по голосу, что я не Мирослав. Дурак, ну дурак!

Джек давно заснул у меня в ногах и пришлось изрядно потрудиться, чтобы вылезти из- под него. Еще и ноги онемели под его тяжестью. Я рассмеялся от картины: герой–любовник с онемевшими ногами звонит незнакомой женщине и предлагает ей встречу. Идиот.

Зазвонил телефон.

– Сань, помнишь нашу новенькую? Как думаешь, у меня есть шансы? Хочу на корпоративе ее склеить, – Мишка вернул меня в реальность.

– Михаил Сергеевич, ну вы взрослый женатый мужчина, в самом деле, оно вам надо? – как можно более осуждающе ответил я другу. Значит, не один я почувствовал ее, вот и Мишка–дурень хочет теперь ее соблазнить.

Потрепавшись еще немного, я все же решил – напишу смс Але, а там, будь что будет.

«Приезжай. Напиши адрес, вызову такси. Мирослав».

Сердце колотилось так, аж в ушах стоял гул. И когда я так паниковал перед встречей с женщиной? Нет, паника скорее от ожидания отказа. Надо переключиться.

Холодный душ вернул меня к адекватности, проверил телефон – входящая смс. Она! Написала!

Кровь ударила в голову, я присел. Я не был так счастлив со школьных времен, когда девчонка, что мне нравится согласилась, чтоб ее портфель нес я.

Она приедет!

Написала адрес, это совсем недалеко, надо же!

– Пашка, ты на машине? Выручай, – я вкратце рассказал своему другу, кого и где забрать и куда доставить.

– Ты извращенец! – с задором усмехнулся Паша. – Заказ докатаю и за твоей поеду, 20 минут.

Я написал Але номер машины и чтоб через полчаса выходила. Идиот! Приедет она, а я ее даже угостить не могу ничем. Я еще раз ощутил себя неудавшимся героем–любовником, который бежит сломя голову в ларек за фруктами, соком и шоколадом, а сам рассчитывает на безудержный ночной секс.

Вернувшись домой, еще раз сходил в душ, затем закрыл на всякий случай Джека в маленькой комнате и стал ждать. Так медленно время еще никогда для меня не тянулось.

Открыв дверь, чтобы Аля вошла без звука, я потушил свет, оставив маленький ночник в дальнем углу комнаты.

Вскоре я услышал стук каблуков, он медленно приближался, а стук моего сердца зашкаливал. Я стоял в проходе и смотрел, как входит в квартиру женщина в длинном плаще, на высоких каблуках. Она закрыла дверь и повернувшись ко мне лицом скинула плащ. В полумраке она выглядела шикарно, волосы ниспадали на обнаженную вздернутую грудь, на теле оставалось только три предмета гардероба: тонкий шарф, темные трусики, слегка прикрывавшие низ живота и туфли. Чтобы она не поняла сразу, что я не Мирослав, я шагнул к ней, взял за руку и потянул за собой в комнату. Она послушно последовала без единого звука.

Меня распирало от желания обладать этой женщиной и объясниться, кто я такой. Я держал ее руку, такую нежную и горячую, представил, как она будет меня сейчас обнимать, и меня занесло.

Я снял с шеи шарфик и повязал ей на глаза. Аля немного дернулась, хотела остановить меня, но я прошептал ей на ухо как можно спокойнее:

– Доверься мне.

Аля расслабилась, я усадил ее на кровать, присел и пока снимал туфли, рассматривал. Очень красивая женщина, стройная, молодая, с мягкой кожей и приятным запахом, а еще с умопомрачительными лодыжками. Кажется, теперь это мой фетиш.

Поставил ее туфли рядом, Аля пока держала колени вместе, и я попытался их раздвинуть, но встретил сопротивление. Досада, смешанная с влечением бурей обрушилась на меня.

– Доверься мне, – я повторил и еще раз дотронулся до ее колен. Она медленно расставила ноги, охватила мою голову руками и потянула к себе с силой. Я слабо помню, что было дальше, меня опьянила эта страсть, исходящая от незнакомой женщины.

Аля легла на спину, запрокинув руки, в полумраке ее грудь обезоруживала. Сняв с себя остатки одежды, я ее обнял, приподнял и усадил к себе на колени. Она была такая легкая! Аля скрестила ноги у меня за спиной и я почувствовал, как ее набухшие от возбуждения соски упираются в мою грудь.

Она ждала от меня действий, но взять ее сейчас было бы слишком просто, я хотел подразнить Алю.

– Не открывай глаза, – попросил я и снял шарфик с головы, быстро завязал руки за ее спиной. По слабому стону я понял: ей понравилось. Приподнял ее за талию, посадил к себе поближе и ощутил, насколько ее трусики влажные, а под ними Аля вся горела от возбуждения.

Она стала сама приподниматься, теперь мои руки были на ее ягодицах, я отогнул пальцами левой руки трусики, а свободными пальцами начал спускаться к заветной щелке. Аля выгибалась словно просила войти в нее, я провел пальчиком по клитору и убрал руку. Попробовал на вкус, какая Аля, и голова пошла кругом – эта женщина самая сладкая…

Она дышала очень быстро, часто смачивая губы и прикусывая их, иногда тянулась ко мне для поцелуя, но я перехватывал ее за шею и держал. Тогда она снова начинала шевелить ягодицами, чтобы я вошел в нее. Я провел языком от шеи до груди и облизнув сосочек, прикуснул его. Аля снова застонала и выгнула спину. Я убрал руку с шеи и схватил за шарфик – руки по-прежнему крепко были связаны, и Аля немного отклонилась от меня.

Ноги она расставила как можно шире, и я провел правой рукой по ноге, от пальчиков до колена, потом по внутренней стороне бедра к манящему своей увлажненностью черному треугольнику. Забрался под трусики и стал ласкать клитор, неторопливо поглаживая его сверху вниз. Аля подмахивала в такт и так хотелось отогнуть сильней трусики и войти в нее с силой, скользя по сладкой смазке как можно глубже. Прижать ее к себе, услышать стон наслаждения и поцеловать.

Я освободил ее руки от шарфа и снова завязал глаза. Затем обнял и переложил на кровать, теперь она была ко мне спиной. Стал целовать ее спину, спускаясь к ягодицам, сжал их руками и раздвинул. Аля приподняла бедра и приспустила трусики. Я прижался к ней и теперь она почувствовала мой накал. Я хотел ее подразнить еще дольше, но у самого уже не хватало духу сдерживаться.

– Войди в меня, – слабо уловил спасительный шепот и не стал заставлять Алю ждать.

Раздвинув ягодицы и еще раз прильнув к клитору головкой, я медленно вошел в нее, и наши стоны смешались…

Всю ночь мы провели в постели, лаская друг друга, дразня и обладая. Повязки на глазах уже не было, и я не боялся, что она испугается тому факту, что я не Мирослав. Судя по тому, как она извивалась подо мной, как просила взять ее и как меня соблазняла – она хотела меня, не важно кем я был.

Под утро мы лежали все еще в полумраке, ночник я давно выключил, а плотные шторы не позволяли солнцу подсмотреть за нами. Аля лежала на моей груди и спокойно посапывала после ночных утех. Я тоже провалился в сон, довольный и уставший.

***

Меня разбудил Джек, он лаял мне в ухо и лизал нос – таким способом он меня будит, особенно по выходным.

– Джек, сидеть! Скоро пойдем, жди! – я потянулся, впервые за много дней я выспался. Пес послушно сел у кровати, а я еле встал. Все тело странно побаливало. Что я делал вчера вечером?

Умывшись, я приготовил чай, закинул пару печенек и стал одеваться – прогулку с Джеком никто не отменял. Я отчаянно пытался вспомнить прошлый вечер, но безрезультатно. Старею что ли…

После прогулки я стал просматривать исходящие звонки.

Пашка. Для чего я ему звонил?

– Да, Сань, здорово! И не спится тебе в выходной день, – ответил бодрый голос в трубке.

– Я тебе вчера звонил? – спросил я сухо.

– Ты че, совсем допился что ли? – усмехнулся на том конце провода мой друг и таксист в одном лице.

– Ниче не помню вообще, все как в тумане. Но выспался я отменно, – мы потрепались еще немного на тему новогоднего корпоратива, и что было бы неплохо все–таки решиться мне и пригласить нашу новенькую сотрудницу на свидание, да хотя бы познакомиться.

После разговора я решил прибраться наконец в комнате – сожительство со взрослой собакой не несет порядок и уют, и наткнулся на конверт за кроватью. От Али Славной…

У меня было такое чувство, как будто меня кипятком окатили, а потом еще льдом засыпали. Аля! Как я мог ее забыть! Значит, она была реальна и всю прошлую ночь…

Калейдоскопом замелькали жаркие воспоминания, а после мне стало дико стыдно и неуютно. Получается, я предал свои чувства к коллеге, ради низменных утех.

Идиот! Так использовать женщину, она же думала, что это Мирослав!

А и пусть! Пусть и дальше думает. Пусть хоть Апполоном или Васей меня называет, но я готов дать ей то, чего она жаждет!

И все же вновь писать ей, а тем более звонить я не стал, второй раз могло и не получиться такого эффекта.

Остаток дня провел в раздумьях и воспоминаниях, еще ни одна женщина мне не говорила, чего она хочет по–настоящему, стесняются, что ли. Аля неповторима в этом смысле, волнительна и желанна. Дурак просто тот Мирослав, что упустил ее.

– Сань, выходи, поедем за подарками для сотрудников. Ты не забыл, на неделе корпоратив? – позвонил Пашка.

– Какие подарки, вечер уже! – я было приготовился спать.

– Мы поедем в центр, там допоздна работают, одевайся и выходи, – отрезал Пашка и отключился.

Выбирая подарки в торговом центре, я невольно представил, что я бы подарил Але.

Нижнее белье? Зачем оно ей?

Парфюм? Изъезженно.

Этой женщине нужен другой формат подарка, абсолютно.

Латексное белье? Слишком вульгарно.

Плетку? Нет, она хочет, чтобы ей управляли, ею овладевали.

От таких мыслей я стал возбуждаться. Если бы она сейчас была рядом, меня не остановил бы тот факт, что мы в крупном торговом центре, и куча глаз может увидеть такое, что даже в самых откровенных снах не снилось.

Я прижал бы ее к стене, рукой закрыл рот, а второй рукой залез бы под ее юбку и резко сдернул трусики. Ногами заблокировал бы ее ноги, чтобы она их не сомкнула, смочил слюной пальцы и без промедления засунул их в теплую и слегка влажную промежность.

Потом развернул бы ее к стене лицом, задрал полностью юбку и, расстегнув ширинку, вонзился твердым членом в истосковавшуюся горячую щелочку…

– Тащись на кассу, извращенец! – громкой оплеухой меня вернул в реальность голос Пашки. Я стоял в отделе нижнего белья и таращился на женский манекен в подтяжках и чулках. Кажется, я схожу с ума…

Аля бы смотрелась в чулках бесподобно, а ее лодыжки…

Закончив с выбором и оплатой подарков, Пашка довез меня до дома, и поехал в офис разгружаться. Все эти приготовления к празднованию Нового года меня слегка утомляли, да и застолье предвещало быть не веселым, по крайней мере для меня. Вот если бы там была Аля, другое дело!

Поздно вечером я решился и написал ей смс:

«Приезжай, я жду тебя. Мирослав».

Вызвал такси на ее адрес и стал ждать.

Меня заводила эта двойная жизнь, интересно, сколько мы так протянем?

Я решил, что не буду ее ждать дома и вышел к подъезду. Под уличными фонарями она меня все равно не узнает, а я очень хочу кое–что сделать. Думаю, ей понравится.

Одно такси проехало мимо, и я стал немного паниковать, приедет ли моя гостья? Неужели я становлюсь одержимым ею? В такие моменты я сомневаюсь в реальности происходящего. Может быть, это сон, и когда я проснусь, она будет рядом? Или она – сон, но тогда я не хочу просыпаться, хочу быть с ней, видеть ее, ощущать, вдыхать ее запах, целовать.

Я очнулся от звука хлопающей автомобильной двери. Это была она. Сегодня Аля была в пальто с капюшоном, закрывающее всю голову. Она быстро пробежала по скрипучему снегу к подъезду и вошла внутрь. Как здорово, что домофон у нас временно не работает.

Я вошел следом. Аля заметила, что кто–то идет за ней, и побежала по лестнице. На лестничной площадке между вторым и третьим этажом я ее настиг, схватил за руку и резко развернул. На ней была маска, скрывающая полностью лицо. Я ее не видел, но знал, что это Аля, моя сладкая Аля!

Я был готов к худшему. Под подъездным освещением было видно, что я другой, а не ее вожделенный мужчина, которому она писала письмо. Но она меня не оттолкнула, не закричала, ничего.

Я расстегнул пуговицы на пальто, она стояла не шелохнувшись. Аля хотела снять маску, но я не позволил, взял ее руки и стал целовать кисти и каждый пальчик. Она высвободила одну руку и раскрыла немного пальто. Меня накрыло теплом, от низа живота до самой макушки, ноги чуть не подкосились. На Але не было не единой тряпочки, а с шеи до лобка висели черные в одну нитку бусы, завязанные в узел в районе груди.

Я продолжал целовать ее руку, а после, облизнув ее указательный палец, положил руку ей на низ живота. Она медленно опустилась к клитору, раздвинула губки пальчиками, приглашая. Голова уже не кружилась, просто была в тумане, я слабо понимал, где мы находимся и кто кого соблазняет.

Я посадил Алю на подоконник, она протянула ко мне ножки. Сняв туфли, я целовал ее пальчики ног, посасывая и аккуратно покусывая, пробирался к лодыжкам. Нет, не лодыжки мой фетиш, вся эта страстная неугомонная женщина и есть мой фетиш!

Подъездная дверь хлопнула и скачок адреналина заставил меня собраться. Я подсадил Алю и на руках, пока она меня обнимала руками и ногами, понес ее в квартиру. Три пролета я преодолел за считанные секунды и переступил порог квартиры. Аля и не думала слезать с меня, и тогда я усадил ее уже на свой подоконник в большой комнате.

Было темно, но свет от уличных фонарей вполне достаточно освещал комнату.

Она спустила мои штаны, и ее пальцы стали гладить меня по животу и ниже, намеренно избегая дотрагиваться до самого главного. Глаза с азартом смотрели на меня из–под маски. Где–то я уже их видел…

Я схватил одной рукой ее волосы и крепко сжал. Волна одна за другой накатывали и не удержавшись, я притянул ее к себе с силой…

***

Мокрый нос уткнулся мне в ногу, и я очнулся. Джек понял, что разбудил меня и, громко гавкнул, запрыгнул на кровать и уселся рядом.

Сколько я уже валяюсь в кровати?

Будильник пропикал семь утра – значит пора вставать на работу. Странное ощущение уложило меня на лопатки, и я закричал так, что Джек решил на всякий случай ретироваться.

Что со мной происходит? Где Аля? И почему я опять не помню, как она ушла? Мы ведь снова были вместе, всю ночь! Что она со мной делает, что я забываю о ней? Зачем?

Ко мне ползучими тварями стали закрадываться сомнения, а реальна ли Аля? Возможно, это всего лишь наваждение от долгого желания женщины на фоне… Чего? На фоне работы без отпуска, или на фоне предновогоднего ажиотажа, или на фоне того, что я жажду нашу новую сотрудницу?

Черт бы меня побрал, я даже не знаю ее имени, а меня тянет к ней все время! И все эти встречи с Алей еще больше это подтверждают. Может быть я хочу, чтобы эти две женщины были одним человеком? Это было бы чудо…

После всех утренних процедур и прогулки с Джеком я пошел на работу пешком. Надо провериться.

Легкими хлопьями падал снег, месяц на небе немного улыбался и не собирался уходить со своего поста, а утренний воздух возвращал меня к жизни.

Добрался до работы, осталось продержаться день, а вечером… А что вечером? Снова писать Але смс и ждать ее, чтобы потом забыть? Надо это прекращать, невыносимо так себя изводить. Я не знаю эту женщину, надо это признать, но как же я ее хочу!

День прошел быстро, из–за приготовлений к корпоративу начальство дало добро уйти всем раньше с работы, дабы завтра быть бодрым и красивыми. Даже обещали премию выписать за выполнение этого задания, забавно.

Ночь я провел один, не считая пса. Очень хотелось снова позвать Алю, но чтобы не искушать себя, выключил телефон и отрубился.

Проснувшись ближе к обеду, растянулся в постели, посмотрел на Джека, который покорно давал выспаться хозяину и даже писка не издавал. После прогулки и легкого обеда, стал собираться на работу. Зачем вообще? Что там делать? Закрыться бы сейчас дома с Алей на все каникулы и никуда ее не отпускать…

***

Ресторан выбрали шикарный, и наша организация разместилась на двух этажах кирпичного строения. Высокие потолки, как атланты, на себе держали несколько колонн.

Коллеги уже начали празднование, кто–то выступал на небольшой сцене, кто–то сидел за столом, а кто–то…

Сердце заколотилось чаще, меня бросило в жар, когда я посмотрел на стоящую неподалеку женщину. Она стояла спиной ко мне, в синем длинном платье и смотрела в окно. Волосы были убраны в небольшой пучок на голове, серьги касались плеч. Взгляд скользнул по ее телу, и меня начало накрывать наваждением.

– Здорово! Саня, садись к нам! – Пашка крикнул с другого конца зала, тем самым вернув мне почву под ногами. Я присел за его столик, поздоровался с коллегами.

– Не узнать нашу новенькую, смотри, какая женщина! – Мишка показал головой в сторону женщины у окна.

– Кто? – у меня пересохло в горле. Я выпил залпом стакан воды и выжидающе посмотрел на Михаила Сергеевича.

– Кто, кто, наша новенькая. Ну та, что все время в каких–то непонятных костюмах ходит. Смотри, какую красоту она скрывала! – наш ловелас встал и направился к женщине в синем.

– Куда он пошел? – спросил я Пашку, голова не соображала, я слабо верил своим глазам.

– Понятное дело куда. После корпоратива наверно увезет в гостиницу, – Пашка подмигнул.

Взрыв ревности меня пригвоздил к стулу, но я надеялся, что Пашка шутит. Вот Мишка подошел к женщине и что–то спросил. Она повернулась к нему и мир остановился, замерла музыка и все куда–то исчезли. На лице женщины была черная маска, а поверх открытого платья висели черные бусы, завязанные в узелок в районе груди.

Дыхание перехватило, пульс бил в виски, я не знал, что делать.

Аля здесь! Она реальна! От этой мысли чуть не навернулись слезы, ведь я думал, что схожу с ума. Приятное наслаждение разлилось по телу, я кайфовал, что снова вижу ее.

Мишка вернулся с охоты ни с чем. А я продолжал сидеть как зачарованный и смотреть на нее. Аля, а также наша новая сотрудница в одном лице сняла маску и посмотрела на меня внимательно. Ах, эти серые глаза…

Бросив на пол маску, она начала двигаться в мою сторону, по дороге распуская волосы. Я не мог пошевелиться, меня это и заводило и в то же время я не мог поверить, что все это не сон.

Аля присела к нам за столик, а я все еще сидел и молчал. В голове я прокручивал все наши встречи, и сейчас мне хотелось одного: смахнуть все со стола и овладеть ею прямо при всех. Но я держался.

Когда парни ушли танцевать с женщинами с другого отдела, я молчал.

– Саша, письмо я написала для тебя, а имя намеренно изменила. Ты мне нравился, – сказала Аля.

– А сейчас? – я с вызовом посмотрел на нее. Эта женщина заставила меня чувствовать себя влюбленным мальчишкой, который и минуты не может прожить, чтобы не подумать о ней.

– А сейчас я хочу тебя, – она встала из–за стола и, шепнув на ухо:

«Доверься мне», – поманила меня за собой.

Я встал и с осознанием того, чем мы будем заниматься на новогодних каникулах, и уверенным шагом пошел за ней, за своей женщиной, за своей Алей