Легенды древней Эдины. Нита

Идет к нему милая дама…

Ее он за руку берет

И крепко целует. Но прямо

Не видит лица… Не поймет.

За дамою – маленький мальчик…

И сердце стучит от любви.

Кирилл тут очнулся. И пальчик

К губам прикоснулся. В крови,

В висках словно птица стучится,

Лететь хочет к солнцу теперь.

"Однажды все это случится.

Кирюша, ты только поверь!

Сегодня пути наших судеб

Расходятся. Значит, прощай.

Бояться, грустить мы не будем.

Прошу я тебя, обещай,

Вдруг если тебе попадется

Однажды мужчина такой…

К поделкам моим прикоснется

И вспомнит… Я тут, за рекой!

Ведь может случайно мой папа

Уузнать по работам меня…" -

"Скажи мне, – он чуть не заплакал, -

Там, в будущем ты, рядом я?" -

"Кирюша, дружочек, потише!

Я дам тебе в путь оберег.

Носи не снимая, ты слышишь?

Тогда ни один человек

Не сделает зла тебе, худа.

Не будет с тобой не в ладу.

И сердцем, распахнутым чуду,

Узришь в незнакомке мечту.

Прощай, и беги поскорее,

Рассвет скоро выгонит ночь.

Все будет. Ты станешь взрослее…

А я отыщу, чья я дочь…"

В глазах ее золото тает,

С плеча опустилась коса.

Над лесом сова пролетает,

И ноги смочила роса.

Кирилл, задыхаясь от боли,

К губам наклоняясь, шептал:

"Клянусь я и речкой, и полем…

Ни в чем никому не солгал…

Тебе обещаю я, Нита…

Пусть будет далеким мой путь,

Мы клятвою вечною слиты:

Я помню, и ты не забудь!

Прощай… Я уверен, однажды

К тебе непременно вернусь.

Пойми, для меня это важно:

Всего, пусть с трудом, но добьюсь!" –

"Иди! Да пребудет с тобою

Защита полей и лесов.

Тебя буду ждать, я не скрою.

Не ведать сейчас адресов

Домов, чьи преступим пороги…

Уж солнце проснулось, беги!"

И сонною пылью дорога

Легла на его сапоги.

…

Листву быстро временем кружит.

За ночью приходит рассвет.

Мороз растекается лужей.

Минуло с тех пор десять лет.

Вновь осень окрасила синим

Свод неба и горный зубец.

На ветках – сиреневый иней.

Летит сквозь туманы гонец.

Устала под ним его лошадь.

Дорога средь елей лежит.

Гвардеец со срочной ношей

К монарху в столицу спешит.

Стол круглый стоит. Там бумаги.

На свечках воск тает, как снег.

На кресле, обняв свою шпагу,

Спит крепко седой человек.

Тут дверь осторожно открылась,

Вошел в нее юный слуга:

"Проснитесь, Сир, сделайте милость,

Гонец к Вам… Похоже, беда!"

Король тут проснулся. Глубоко

Вздохнул, приподнялся с руки:

"Случилось что? В чем же тревога?"

Спокойными были шаги.

"Король мой, гонец появился!

И к Вам я тотчас поспешил:

Наместник восточных провинций

О сдаче границ сообщил.

Пакет он прислал". – Паж с поклоном

Хотел уже выйти за дверь.

Король, с продолжительным стоном,

Прикрикнул: "Найдите теперь

Мне герцога. Да повсеместно

Ищите скорее его!"

Слуга произнес: "Вот же, в кресле,

Наш герцог заснул!" – "Ничего…

Спасибо, свободен". Ладонью

Король потирает глаза.

"Лиенский, вставай, челн наш тонет!

С предгорий спустилась гроза!"

Глядят они в лица друг другу:

"Дождались. Уже началось!"

В сердцах лишь печаль без испуга:

Им выспаться не довелось.

Два брата: Король – старший, Ивар.

Сметливый и грозный боец.

Волос перепутанных гриву

Прижал изумрудный венец.

Потер покрасневшие уши,

Промолвил с тревогой в глазах:

"Братишка, внимательно слушай,

Желаю тебе что сказать:

На север идешь и к востоку,

За воинством нашим вослед.

Пусть будет победа жестокой.

Но будет. Тебе равных нет.

Сегодня с тобой мы готовы

Спасти этот мир от врагов.

Лесов бесконечных, суровых,

Холодных речных берегов

Я верю, ты их не страшишься.

И верю я в нашу звезду.

К победе всем сердцем стремишься!". –

"С победой я в двери войду!

Побьем негодяя любого,

Желавшего нашей земли…" -

"Услышал я воина слово…" –

Тут братья ладони сплели.

И пальцы их накрепко сжаты,

В глазах – бесконечная ночь.

"Возьмешь для себя провожатых –

Гвардейцев взвод клялся помочь". -

"До встречи, Симон!" – "Братец Ивар!" –

Король вверх приподнял кулак.

На личном штандарте дружины

Плескал на ветру алый стяг.

…

Гвардейский отряд был готовым

К отъезду. Построился в ряд.

Оседланы лучшие кони,

С боков – заводные стоят.

Поклажа привязана крепко.

Поднялся рассветный туман.

Лиенский спустился и цепко

Всех взглядом обвел. – "Капитан!

В порядке гвардейцы и кони?

Готовы отправиться в путь?

Как скоро мы войско догоним?"

Гвардеец прищурился чуть.

"Дня три. Ожидаем приказа".

Лиенский взлетает в седло.

"Марш, марш…" – Вышли конные разом

В ворота, где солнце взошло.

Дорогой лесной ветер стылый

Крылом заметает следы.

Стряхнет с веток дождик унылый

Последний оплот красоты:

Нарядной листвы золотинки

Шуршат и слетают с небес.

На ветках – из инея льдинки:

Не любят предгорья чудес.

Чем дальше, тем небо темнее.

И холод ползет по спине:

К зиме норды сделались злее.

И в этой проклятой войне

Решили землей поживиться,

Что нашей исконно была.

Бои расползлись по границе:

Спалили три панских села.

Лиенский позвал капитана:

"Скажи-ка, поместье твое

Здесь где-то? Наверное, странно

Сюда возвращаться с ружьем?" -

"Возможно, отцова усадьба

Цела, да храни ее Бог!". -

"Родные?" – "С сестрициной свадьбы

В столице живут. За порог

Уютного нашего дома

Не ездили очень давно.

А мне до травинки знакомы

Пригорки, где детство одно

Когда-то навек затерялось". –

Рукою мгновенно к груди

Прижал что-то самую малость.

"А что там у нас впереди?"

Луч солнца блеснул из-за тучи…

Над лесом, в еловой дали,

Вдруг рявкнули пушки могуче,

И дым потянулся с земли.

"Вперед! Нам не стоит копаться.

Стоят рядом наши войска.

Хотят норды вброд перебраться,

Да их не пускает река!"

И вот замелькали палатки,

И сбор трубачи уж трубят.

В предчувствии будущей схватки

Солдаты шеренгой стоят.

К Лиенскому маршала срочно

Посыльный при штабе зовет.

"Разведка нужна мне. И точки,

Откуда нас пушками бьет.

Есть брод через реку, я знаю:

Приехал со мной местный пан.

И это нам в руку сыграет.

Ну где же Вы, пан капитан?"

Гвардеец, и маршал, и герцог

Склонились над картой большой.

"Вот здесь собрались иноверцы!

Их лагерь прикрыт хорошо

От пушек сгоревшей деревней

За речкой на том берегу". -

"Крестьяне там живы?" – "Наверно.

А может, убиты…в долгу

Огромном нам норды. За это

Расплатятся жизнью сполна.

Набросим мы план до рассвета.

А дальше – победа нужна". -

"Вот здесь, на холмах, ставим пушки.

Туда мы зарядим картечь.

Получится нордам речушку

По броду сюда пересечь,

В реке их накроем. И берег

Тот будет под нашим огнем.

Наводчиков глаз очень верен:

Все видит и ночью, и днем.

А конница слева и справа:

Пехота заманит врага

Своим отступлением плавным:

Им бой завязать лишь слегка,

В котел заманить жадных нордов!

Тут место подходит как раз.

Сработает мысль: мы не горды –

Победа и люди для нас

Живые все ж мертвых важнее.

Вот вам предварительный план". -

"Мой герцог, внесу предложенье…" –

"Давай, говори, капитан!" -

"Я вырос тут, знаю все тропы,

Могу из гвардейцев отряд

В тыл нордам вести, это чтобы,

Когда пушки враз загремят,

И враг вдруг назад обратится –

Из тыла мы бить их начнем.

Надеюсь, так может случиться,

Кого-то из местных спасем". -

"Врагов отпускать нам не должно:

Им надо понять навсегда -

Граница стоит непреложно.

Полезут – случится беда".

…

Рассветный подул в кронах ветер.

Войска на позициях ждут.

Кирилл бы отдал все на свете

За весть, что любимая тут.

Пока потаенной тропою

Гвардейцы за ним шли к врагу,

Молился он Богу спокойно.

И скоро на том берегу

Увидел огромную иву,

Чьи ветви качала вода.

Там клялся он девочке милой

Взрослеть, дожидаясь, когда

Поднимется на ноги крепко,

Вернется за Нитой в село.

Ах, ивы печальные ветви…

Как времени много прошло!

Домишки сгоревшие мокнут.

В забытых полях – лишь бурьян.

Как видеть все это жестоко!

Дороги прошла колея

Где вороги пушки тащили…

Кирилл обернулся: "За мной!

Враг станет без пушек бессилен.

Зайдем к ним лесной стороной".

Идет капитан без сомнений.

Жива в его сердце любовь.

И жив оберег. Провиденье,

Уверен, даст свидеться вновь.

"Где ты, кареглазая Нита?"

Ее он отыщет. Тогда

Ей руку предложит в защиту

И сердце свое навсегда.

Уверен теперь в своих силах

Мужчина и воин Кирилл.

Болотце затянуто илом.

Идет по трясине настил.

Немного осталось: березы,

Валежник и ветхие пни.

Ко вражеским вышли обозам,

В кустах притаились они.

Тем временем начали пушки

Отсюда-туда разговор.

Пехота команде послушна:

Из ружей лупила в упор.

Из штаба летают курьеры:

В атаку пошел нордов клин.

Тут конницей приняли меры:

Ряд вражеский лег не один.

Гвардейцы взорвали обозы

С оружьем на том берегу.

И пушки рокочут угрозой,

Стреляя в тыл злому врагу.

И скоро враги очутились

В котле, но вдруг страх позабыв,

Фронтальные главные силы

Рванули вперед, на прорыв.

Смешались гвардейцы с пехотой:

Искру высекают клинки,

Творя свою злую работу.

Краснеют лишь воды реки.

По коням и маршал, и герцог.

"Теперь лишь начнется игра…" -

"Бойцы, мы врагам свое сердце

Не выдадим. К бою – ура!

Ура! Побежала лавина,

Чужих повалив под себя.

Уж с флангов, с горушек недлинных

Фанфары победу трубят.

Враги задыхаются в сече

И падают в ноги коням.

Уж битвы конец недалече…

"А ну, поднимите меня" -

Сказал воин-норд. – "За собою,

В край смерти, где реки во льду,

Противника, пусть одного я,

Но все же за грань уведу".

Он поднял мушкет, ствол прочистил.

Пред смертью не дрогнет рука.

Нажал на курок, грохнул выстрел…

И пуля снесла седока.

Горнисты победу трубили.

Убитых сложили в курган.

Сквозь лагерь, последним усильем,

С докладом идет капитан.

Он к герцогу входит с весельем…

Навстречу с врачом адъютант:

"Лиенский… Он ранен смертельно.

Нельзя к нему, пан капитан!"

Кирилл вышел, шапку снимая…

К нему тут подходит боец:

"Ужель герцог наш умирает?

Нельзя так, герой, молодец…

Послушайте, видел недавно,

Солдат исцеляла одна

Знахарка, от смерти избавить

Могла безнадежных она!" -

"Где бабка? Бежим же за нею!

Веди, да шустрей, черт возьми!"

Они побежали скорее

По лагерю, где в эти дни

Знахарка увечных смотрела,

Их раны лечила волшбой.

"Так вон она!" – Бабка сидела

У раненых. – "Боже ты мой…"-

Присел капитан на колени

Пред женщиной в темном шатре, -

"Скажу я солдат своих мненье:

Наш герцог, герой, на коне

Возглавил пехоту, дружину.

Та смелость победу дала.

Но пуля героя сразила.

Смерть к телу простерла крыла!"

С лица приподнялся платочек.

Кириллу взглянули в глаза

Огромные карие очи…

В них золото плавит слеза.

Она! Та, что в мыслях навечно!

Грудь жжет в красноту оберег.

Ведь так не бывает, конечно…

Сражен наповал человек.

"О Ниточка! Ты – мое сердце…

Частичка влюбленной души…"

"Кирилл! Вспомни: герцог Лиенский…

Давай мы туда поспешим!"

В палатке тепло, тают свечи.

Лиенский лежит в забытьи.

Нос острый и кровь на предплечье. –

"Прошу для меня принести

Ведро с кипяченой водою". –

Знахарка спокойно прошла. -

"Тяжелое дело, не скрою.

Прошу всех наружу. Дела

Творить я лечебные буду.

Кто нужен, потом позову.

Кирилл, выбрось тряпки отсюда,

Пойди, закопай под траву!"

Тяжелые свечи оплыли.

Знахарка у ложа не спит.

Глаза открывает Лиенский:

Кто в сумраке смутном сидит?

Там женщина? Вот улыбнулась,

На плечи упала коса.

"Вы, сир, с того света вернулись!

Творит наш Господь чудеса!"

Из памяти герцога смыло

Волной лишних двадцать пять лет:

Лицо, губы, волосы: милый,

Забытый давно силуэт!

"Сарина… Я сплю или брежу?!" –

Лиенский с постели привстал. -

"И голос я помню твой нежный…" –

"Наш барин кого-то узнал?" -

Знахарка легко улыбнулась. –

"Вам нужен трехдневный покой".

С улыбкой она обернулась. –

"Теперь вам поможет другой

Лесной врачеватель искусный.

Он – рядом. Лишь дайте мне срок.

Поспите. В надежде нет грусти

Тому, кто смотрел на восток". -

Махнула рукой и исчезла.

Палатки качнулась пола.

Вошел ординарец любезный.

"Скажи мне, мой друг, тут была

Девица с косой перевитой.

Быть может, горячечный криз…" -

"О, нет, господин, это – Нита.

Знахарка, спасла вашу жизнь.

Она нам сказала, что скоро

С постели поднимитесь Вы.

Во славу страны и короны

Служить, не щадя головы,

Опять вы продолжите верно". –

"А Нита… как быстро придет?" -

"Конечно, придет непременно

Проведать, как солнце взойдет".

…

Белесый луч позднего солнца

Сиял, где кипела земля.

С врагами пришлось тут бороться

Во славу страны, Короля.

Река потемнела от крови,

И красным блестела роса…

Сейчас все утихло. Спокойно

Шумели глухие леса.

Неспешно сбирались отряды.

Оружие чистят, коней.

Уйти по домам будут рады:

Рассветы все злей, холодней.

Пора им в казармы вернуться,

Да раненым взять отпуска.

Кто умер – уже не проснутся.

Дорога за грань им близка.

Добыча живым достается.

К границе вновь станет отряд.

Селенья отстроить придется.

Кто жив – очень этому рад.

Вновь станет тут тихо, спокойно…

Как было из века да в век.

Деревья поднимутся стройно.

Забудет печаль человек…

…

Лиенский на воздух осенний

Поднялся и вышел с трудом.

Чудное его настроенье –

Та девушка кажется сном.

Пусть ветер холодный истреплет

Серебряно – черных волос

Неровные пряди. Как пеплом

Присыпал их утром мороз.

Холодное солнце не греет

Иззябнувшей жизни закат.

О прошлом он думать не смеет.

Возможно, в том сам виноват:

Всегда интерес государства

Он ставил превыше всего.

Души одинокой мытарства

Терзают внутри. – "Ты?! Семен?!"

Он тихо назад обернулся.

Запела и смолкла струна.

"Семен… ты живой… ты вернулся…" –

Над лесом легла тишина.

Тянул он к видению руку…

Серебряный волос… глаза…

И голос родной… Сердца стуки

Он слышал внутри. И слеза

Из глаза скатилась невольно.

В смятеньи упала рука…

Сарина сказала: "Довольно,

Еще герцог слаб и пока

Его мы положим в палатку".

Гвардеец подставил плечо.

"Прошу, не исчезни обратно!

Побудь здесь немного еще!"

Сарина ладонь положила

На пулей пробитую грудь:

"Тебя ночью дочь сторожила,

Теперь надо маме взглянуть,

Совсем затянуть твою рану.

Не прячь от меня ты лица,

Мой бедный мужчина упрямый!

Все ж дочь отыскала отца!"

А он целовал ее руки,

Серебряный полог волос…

"Спустя бесконечность разлуки

Увидеть тебя довелось!

А ты все безумно красива!

Улыбка… как небо, глаза!

Скажи мне, я стану счастливым?

Ведь ты не исчезнешь назад

Туда, где года пролетели,

Красу твою нежно храня…

Мои же виски поседели…

Сарина, пойдешь за меня?" -

"Как только затянутся раны.

Коль жить пожелал ты со мной,

Поведаю все. Знаю, странно

Узнать, кого хочешь женой

Назвать перед Богом и с честью…" –

"Та лекарка, девушка – дочь

Твоя и живете вы вместе?

Могу ей хоть чем-то помочь?" -

"Ты стал обязательным, герцог!

Да если б не дочка твоя…

Потерян ты был в моем сердце.

Искала тебя для меня

Она с восьми лет. Побывала

В уделах и графствах вокруг

Лесничего Сеню искала.

Среди лесников нет… И вдруг

В бреду видит раненый герцог

В знахарке, девчонке лесной,

Отраду усталого сердца,

Сарину! Вернувшись домой,

Она ко мне кинулась: "Мама!

Я, кажется, папу нашла!

Да только смертельно он ранен…

Скорее к нему б ты пошла!"

И я отказать не посмела

Дочурке своей. Вот я тут.

Но пулей пробитое тело

Спасала она. Ее труд.

А звать тебя, значит, Симоном…" -

Он голову ей на плечо

Опять опустил с тихим стоном. –

"Все в прошлом. Скажи, я – прощен?

Хочу я с собой видеть рядом

Тебя и твою… нашу дочь.

Прощай, одиночество! Рад я!

Хочу увезти милых прочь!

С любимой зима станет летом…

Хочу мир делить на троих…" -

Тут Нита вошла, за ней следом

Вошел капитан. – "Я – жених.

Влюбился в девчонку мальчишкой.

Искус обходил стороной,

Любимую помнил. Так вышло,

Что мы повстречались войной.

Хотел, чтобы мною гордилась,

Ценила, всем сердцем любя.

Вот так это все получилось.

Ее не пущу от себя.

Возможно, у вас есть сомненья?

Неважно. О малом прошу:

На брак наш сейчас позволенье.

Со службой что делать, решу.

Я мир положу к ногам милой.

Мы любим друг друга давно.

Теперь я богат. И есть силы…" –

"И зятя нашел заодно!" –

Теперь рассмеялся Лиенский. –

"Смотри, распознаю я ложь!

Нам нужен тут пан деревенский?

Женой герцогиню берешь!"

Сарина спокойно привстала,

Прошлась, обняла свою дочь.

"О нас слишком знаете мало!

Вам надо понять и помочь

Друг другу во всем разобраться.

Вы – люди, ваш короток век.

Природы храним мы богатства,

Что портит всегда человек.

Мы – духи, мы многое можем.

Дворцы нам отнюдь не важны.

И нас ограничивать сложно:

Ведь жить на земле мы должны.

Дождем можем стать, можем речкой.

Для нас короли – не указ.

Мириться с таким бесконечно

Так сложно и тяжко подчас.

Еще мы живем очень долго.

Вы, люди, начнете стареть,

Завидовать глупо, без толку,

Желая нам вслед умереть.

Наверно теперь я сказала

Все то, что тогда не смогла.

Решенье оставим за вами.

А нас с тобой, дочь, ждут дела".

Мать с дочерью переглянулись,

Завязки поправив плащу.

"Куда собрались? Ну-ка, стойте,

Я вас никуда не пущу!" –

Сказал капитан. – "Дело ваше –

Пусть дух Нита, иль человек…

Когда-то расстались однажды –

Теперь ждет нас радости век!" -

Лиенский поднялся с кровати. –

"Свободен от воинов край!

Мир снова кругом. Это кстати.

Захочешь лететь – улетай!

Но только вернись на закате

Иль утром, как встанет рассвет.

Глаза твои видеть, внимать им…

Рук ласковых тихий привет

Мне нужен. Прости, но никак уж

Не скрыться сейчас, как тогда.

За нас, духи, выйдите замуж?

Так выйдите, девушки?" – "Да!"

…

И снова дорога в столицу:

То леса, реки поворот.

"Лиенский надумал жениться! " –

Судачит довольный народ.

Столица сияет огнями,

К дворцу люди валят толпой.

Веселье всем, праздник, гулянье…

Вошел в королевский покой,

Хромая чуть, герцог Лиенский.

"Ну, здравствуй, Король мой и брат!

Друг друга поздравим с победой

И с тем, что вернули назад

Мы землю. Теперь за границей

Подумают, прежде чем лезть.

Застроим мы снова станицы.

"Симон, тебе – слава и честь!" -

Король обнял младшего брата:

"Скажи, с кем вернулся сюда?

Ничто не скрывал ты когда-то…" –

"Прости, только в чем тут беда?"

Король улыбнулся: "Такую

Невесту себе отыскал!

Наверно, я тоже тоскую:

В заботах любви и не знал!"

За герцогом входит Сарина:

"Мой Сир, вы отчизне нужны.

И старшие нашей долины

Просили сказать, что важны

Для них ваши все начинанья…

Заботой довольны, трудом.

С меня взяли там обещанье:

Вас гостем просить в Духов дом.

Поверьте, Вам искренне рады.

Вас свет бережет и земля.

Жить в дружбе, согласии надо…

Вас ждет также дочь Короля –

Дитя Ветра знойного с Ночью,

Хозяйка зимы и снегов –

Орели, красивая очень…" –

"Когда? Хоть сейчас я готов!"

…

Синеют морские глубины,

И скалы терзает прибой.

Ныряют, играют дельфины

Веселой и дружной гурьбой.

Качаются синие сосны,

Песчаные дюны поют.

И солнечна поздняя осень,

Природе даря свой уют.

На круче, средь тисов, на скалах,

Изящные башни стоят.

Туда, утомившись немало,

Взбирается конный отряд.

Раскрылись пред ними ворота.

Охрана кричит со двора:

"Забудьте усталость похода!

С рождением сына! Ура!"

Кирилл из седла… По ступеням

Взлетел – и в покои бегом.

"Ах, Нита, душа в нетерпенье!

Мне счастье все кажется сном!

Ты помнишь, под ивой шепнула:

Кирюша, ты просто поверь…

С ладони перчатку стянула,

За руку взяла меня, в дверь

Ты вывела к нашему сыну.

Тебе обещал: сквозь года

Любовь ни за что не остынет…

Ты счастлива, милая?" – "Да!"

…

Они посмотрели в оконце,

Где в небе цвела бирюза.

"Гляди, наш ребенок смеется!"

Глаза заглянули в глаза,

И губы к губам. Солнца нити

Корону над ними сплели:

Родился желанный Хранитель

Чудесной, волшебной Земли!

2015