Октаверум. Сборник хоррор рассказов

Я резко обернулась. Ничего. Руки сжались на кожаном руле до скрипа так, что костяшки на них побелели. Голова загудела, и я начала панически задыхаться. Вновь посмотрела в зеркало.

– Черт! Возьми себя в руки!

Сделав несколько глубоких вдохов, я наклонилась и уткнулась лбом в руль, пытаясь успокоить скачущее сердце. «Наверно, я не выспалась. Или, быть может, стоило выпить успокоительного?!» – подумала я и потянулась к бардачку.

Пошарилась рукой и с досадой поняла, что пропила последний курс буквально на днях и решила, что этого было достаточно. Как же я ошибалась. Смирившись с тем, что не могу ничего предпринять, нажала на педаль, и машина тронулась с места.

Звук мотора и капель, ударяющихся о лобовое стекло, успокаивал, но гадкое, едкое чувство никак не хотело оставлять сердце. Покинув черту города, мир будто стал совершенно другим. Контраст мегаполиса и лесной степи вдоль дороги, что густым слоем растительности укрывала огромную территорию, заставлял завороженно наблюдать за переливами осенней палитры. Очередной порыв ветра подбирал опавшие листья и, как назло, норовил отправить их на лобовое стекло, будто мешал и говорил: «Разворачивайся, там не ждут тебя, глупая». Отбросив мысли прочь, я вдавила педаль в пол и поспешила позабыть обо всем, отдав все свое внимание только дороге перед собой и шуму усиливающегося дождя, который неустанно сопровождал меня.

Подъезжая к витиеватым воротам, остановилась для того, чтобы выйти и открыть их, но тут они сами распахнулись, и от неожиданности я подпрыгнула на месте. С осторожностью тронулась с места и проехала во внутренний двор. Я боялась смотреть на дом. С усердием оттягивала тот момент, когда увижу его опустевшее сердце, но краем глаза заметила возле главной двери высокую фигуру. Оказалось, на входе меня ждал Айзек, дворецкий бабушки и дедушки, что служил им верой и правдой долгие годы. Его печальная улыбка тронула губы, а глаза казались потухшими и безжизненными.

Наплевав на дождь, я поспешила выйти из машины. Я думала, что больше не увижу его и он покинет поместье и вернется на родину.

– Рад видеть вас в здравии, – глубокий, приятный мужской голос грел сердце, открывая старые воспоминания.

– Перестань, Айзек. Почему ты до сих пор здесь?

Едва сдерживая подступающие слезы, потому что, глядя на Айзека, я видела рядом с ним их. Мотнула головой. На крыльцо вбежал взъерошенный черный кот. Мокрый от проливного дождя, он стряхнул шерсть и сел прямо, уставившись на меня. Его взгляд был таким осознанным, что я на мгновение потеряла дар речи.

Айзек тепло улыбнулся, видимо, этот кот был постоянным гостем, после чего согнул руку в локте, намекая на то, чтобы я взялась за него.

– Я ждал вас.

Айзек обвел взглядом двор, а затем вернул его ко мне, после чего я приняла приглашение и он проводил меня в дом. Все вычищено, как и всегда, ни одной пылинки, ни одной лишней вещицы, которые так не любила бабушка, старый паркет едва ли не скрипел от чистоты.

– Это было необязательным, – грустно прошептала я, оглядывая дом.

– Я всю жизнь был верен вашей семье, мисс.

Он выпрямил спину и поспешил провести меня на кухню, пока я не сморозила очередную глупость. Но как только мы сделали пару шагов, позади меня будто потянуло холодом и раздался протяжный вой. Я вздрогнула и резко развернулась. По коже пробежались мурашки, накаляя и без того натянутые нервы.

– Что это было?!

– О чем вы?

– Только что… Ты ничего не слышал?

Айзек задумался.

– В последние годы дом часто издает странные звуки, особенно в такую неприятную погоду. Не стоит переживать.

Чувство дежавю неприятно кольнуло. Стандартная отговорка бабушки и дедушки, стоило мне рассказать о подобном.

Айзек повел к столу, а я все еще пыталась украдкой взглянуть туда, откуда раздавался странный звук.

Сев за стол, я старалась не смотреть в сторону коридора, решив сосредоточиться на том, как Айзек занимался приготовлением напитка. Кухню наполнил аромат молочного шоколада, и у меня невольно наполнился рот слюной. Ощущения тут же прогнали всю тревогу и я с замиранием ждала, когда же наконец-то получу любимое лакомство.

– Мисс, – Айзек поставил кружку с горячим шоколадом, с которой тянулся пар прямо передо мной.

– Спасибо, – произнесла я дрогнувшим голосом.

Отпив напиток, я на секунду прикрыла глаза, погружаясь в приятные воспоминания.

Затем посмотрела на Айзека.

– Неужели ты все это время жил здесь? Ведь прошло больше двух недель…

– Я повторю: ждал вас.

– Зачем? – спросила я, нахмурившись.

– Чтобы вы не наделать глупостей, уж простите меня за дерзость. – Он виновато улыбнулся, после чего придвинул ко мне поднос с угощениями в виде шоколада, печений и свежеиспеченных круассанов. – В последние годы жизни, покойный Мистер Торнфилд только и грезил тем, чтобы вы после его кончины продолжали и дальше давать этому месту жизнь.

Я застыла, так и не донеся кружку до рта. В глазах помутнело и мне стало так обидно и больно, за то, что дедушка так рано покинул меня. Да, он был немолод, но ему еще столько предстояло всего пережить, а теперь…

– Я не знаю, Айзек… Это слишком для меня. Ты же знаешь. Я хочу спокойной жизни. – Я замолчала, отставив кружку в сторону, и сложила руки в замок. – Меня сожрет весь его круг и попытается завладеть всем, что я имею.

– Ваш дедушка гораздо умнее, чем вы думаете. И он был уверен в вас. Не спешите, подумайте как следует. В этом доме хранится много тайн, и он явно не оставил бы Вас, мисс Кая, без подсказки. Правда лишь в том, сдадитесь вы или нет.

Он знал меня как облупленную, и это жутко злило, хотя я его в этом не винила. Я росла на его глазах, и многое он лично вложил в мое воспитание. – Я подумаю. – запоздало ответила я. – Но, я хочу побыть один на один с тем… что осталось. Поезжай к семье, Айзек. Отдохни немного. Ты это заслужил.

– Вы уверены, мисс?

– Уверена. Поезжай сегодня же.

Мужчина очень долго всматривался в меня, будто искал там ответы на множество вопросов, которые не успел задать, но тут его плечи расслабились и он тихо выдохнул.

– Хорошо. Еды хватит на несколько дней с запасом, вода и электричество в полном порядке. Я заплатил за последние счета, которые поступили после кончины мистера Торнфилда.

Он склонил голову, развернулся на пятках и медленно пошел прочь, будто гонимая собака из собственной будки. Груз совести надавил теперь уже на мои плечи, заставив до крови прикусить губу.

– Айзек.

– Да? – обернулся он.

Примечания