Опальная жена. Пекарня на краю севера
- -
- 100%
- +
– Подожди, – похлопала коня по холке.
Шторм нервно всхрапнул и остановился.
Время позднее, так что нужно было слезать и искать дом, которым наградил меня отец.
Глубоко вздохнув, осторожно соскользнула со спины коня. Ноги, успевшие немного согреться, снова коснулись холодной земли.
Я огляделась. Найти коттедж самостоятельно казалось невыполнимой задачей, так что пришлось искать помощи. Выцепив из снующей вокруг толпы усатого мужчину, чья форма выдавала в нём местного служителя порядка, направилась к нему.
– Простите, – голос предательски дрогнул.
Весь мой пыл и решительность остались где-то на перевале. Я едва волочила ноги, а единственное, о чём могла мечтать – тепло и возможность наконец-то поспать.
– Слушаю вас, – мужчина приосанился и одёрнул края форменной одежды, придавая себе более внушительный вид.
– Мне нужно найти вот этот дом, – я достала из внутреннего кармана документы на коттедж и протянула ему.
– Вейр? – брови мужчины удивлённо поползли вверх. – Лет пять не слышал этой фамилии. Так вы…
– Наследница, – объяснила я, не вдаваясь в подробности.
Мужчина окинул меня придирчивым взглядом, после чего перевёл его на коня.
– Нильс Оддер, – представился он с официальным кивком. – Капитан городской стражи.
– Анна Артейр, – я протянула капитану руку.
Тот хмыкнул, отчего его пышные усы слегка всколыхнулись, но руку всё же протянул навстречу – сухую и неожиданно тёплую.
– Пройдёмте, мисс Артейр, – в глазах капитана промелькнуло что-то похожее на любопытство.
Я медленно выдохнула. Хотелось верить, что все ужасы остались позади, что худшее уже случилось и теперь можно немного расслабиться. Но! Я ведь ещё не видела дома…
– Так вы преодолели перевал верхом? – поинтересовался Нильс Оддер, обернувшись ко мне через плечо.
– Можно сказать и так, – буркнула я.
"Если когда-нибудь встречу Хорста, самолично наваляю ему!" – мысленно пообещала себе.
Вот потренируюсь в магии как следует, и тогда посмотрим, кто кого.
– Вам повезло, что вообще остались в живых, – в который раз хмыкнул в пышные усы капитан. – Перевал в это время года крайне опасен. Слишком много скрытых расселин, в которые легко угодить. Не говоря уже о внезапных лавинах. Зимой местные жители предпочитают оставаться в городе и носа не высовывать. Была такая острая необходимость приехать именно сейчас?
Капитан остановился, и я едва не врезалась в его широкую, обтянутую плотной тканью мундира спину.
– Выбора не было.
– Бежите от кого-то? – глаза мужчины прищурились, взгляд стал пронзительным, и я поняла, что он прощупывает меня.
Что ж, это объяснимо. Нильс Оддер – капитан городской стражи. Он обязан выяснить, что я не представляю угрозы для вверенного ему города. Это его территория, и он отвечает за безопасность жителей.
– Я не преступница, – мягко ответила я, встретив его взгляд. – И ни от кого не бегу. Отец оставил мне этот дом по наследству, и я решила здесь поселиться. Только и всего.
– Ваш отец – граф Вейр? Так вы благородных кровей?
– Я такой же человек, как и все, – пожала плечами. – Лучше расскажите мне о городе. Пожалуйста.
– Город… хм-м-м… небольшой. Примерно пять тысяч душ, – задумчиво произнёс капитан, поглаживая усы. – Мужчины занимаются рыболовством. В здешних водах водятся особо ценные сорта красной рыбы, которые поставляются к королевским столам по всему миру. Женщины плетут сети, изготавливают украшения из…
– Из костей утопленников? – выпалила я, не сдержавшись.
– Что-о-о-о? – глаза мужчины расширились от изумления.
Я мгновенно прикусила язык, ощущая, как краска заливает щёки. Какая же я идиотка!
– Простите, – пробормотала я. – Мне просто рассказывали, что здесь молятся морским демонам и делают амулеты из костей утопленников.
Повисла неловкая пауза. Нильс Оддер смотрел на меня так, словно у меня внезапно выросла вторая голова. Вдруг его грудь начала мелко подрагивать, плечи затряслись, и он, не выдержав, разразился громким, раскатистым хохотом.
– Морские демоны?! Кости утопленников?! – выдавил он между приступами смеха. – Кто вам такое наговорил?
Я стояла, прижимая ладонь к пылающей щеке.
– Уверен, вы останавливались в Иттербю. Только там могли наговорить подобные небылицы! – продолжая хохотать, предположил Нильс Оддер.
– Возможно, – несмело отозвалась я, опустив взгляд.
Если честно, я даже не знала названия той деревеньки, где мы с Берном сделали последний привал.
– Будьте уверены, мы ничем подобным не занимаемся! Единственное наше отличие в том, что большинство местных жителей исповедуют веру Пятерых, – капитан перестал смеяться, взгляд посерьёзнел. – Впрочем, в Дала-Эрнэ есть и храм Триединого бога.
Я кивнула. Религиозные различия меня не беспокоили. Каждый вправе верить в то, что считал истинным. В конце концов, вера – это нечто глубоко личное. То, что помогает человеку найти смысл в этом жестоком мире.
– Дала-Эрнэ – Последний приют на стародраконьем, – с неприкрытой гордостью произнёс Нильс Оддер. – То, что вы видите сейчас, когда-то было лишь маленьким поселением, основанным кланом северных драконов. Они обосновались на этих землях после завершения последней великой войны. Привели с собой своих людей – верных слуг, воинов, мастеров, рабов. Мы все – их потомки, – он провёл широкой ладонью по воздуху, словно очерчивая невидимую линию наследования. – И вера у нас сохранилась от тех времён, исконная, нетронутая.
Капитан на мгновение умолк, взгляд его устремился вдаль.
– Сейчас-то в Эртании от старой веры, считай, ничего не осталось, – качнул головой Оддер. – Вот и плетут о нас небылицы. Проще демонами обозвать, чем попытаться понять. Да, что с них взять! – капитан махнул рукой.
Мы миновали ещё несколько улочек. Дома здесь были невысокими, но крепкими, построенными из морёного дерева и камня. На некоторых я заметила резные узоры – переплетающиеся линии, замысловатые символы. Должно быть, древние знаки защиты.
Интересно, каким будет мой дом? Мне было страшно и любопытно одновременно.
Шторм следовал за нами, не отставал ни на шаг. Лишь его присутствие вселяло в меня уверенность и надежду.
Когда мы с капитаном свернули с узкой улочки на ещё более узкую тропу, ведущую вверх по небольшому склону, я увидела его – мой дом. Он стоял как будто особняком ото всех, гордо возвышаясь на небольшом холме. С обеих сторон его подпирали старые, могучие сосны, чьи ветви, казалось, защищали жилище от северных ветров.
Это был двухэтажный каменный дом с крутой черепичной крышей, покрытой мхом и лишайниками. Стены из серого камня потемнели от времени и влажного морского воздуха, кое-где между камнями пробивались тонкие сухие стебли каких-то растений.
Я замерла. Несмотря на запущенность и явные следы долгого отсутствия хозяев, дом не выглядел заброшенным или мрачным. Скорее, он казался терпеливо ждущим, словно верный пёс, который знает, что его хозяин непременно вернётся.
– Драконий камень, – кивнул капитан, указывая на стены. – Такого уже не добывают.
Дом мне действительно понравился. Я боялась, что это будет какой-нибудь сарай с покосившейся крышей. А тут…
– И давно он стоит заброшенный?
– А вот этого я сказать не могу. Вам всё равно нужно будет сходить в администрацию, там и спросите документы. Знаю, что некоторое время дом арендовали. В Дала-Эрнэ приехал какой-то столичный хлыщ. Решил заняться производством ликёров из северных ягод, – хмыкнул Оддер. – Он даже стал утверждать, что арктический лёд и чистейшая вода придают напиткам особые свойства!
– И что же с ним случилось?
– Что с ним случилось? – мужчина помрачнел и как-то странно посмотрел на дом. – Не прижился он тут, говоря простым языком. Хотите верьте, хотите нет, но там стала происходить какая-то чертовщина. Дом его не принял. Поначалу всё было нормально – этот столичный господин, Рейвен, кажется, его фамилия, приехал со своими работниками, слугами. Нанял местных женщин собирать ягоды. Казалось, дело пошло.
Капитан замолчал, словно собираясь с мыслями. Ветер усилился, заставляя ветви старых сосен вокруг дома скрипеть и шелестеть, будто они что-то нашёптывали друг другу.
– Потом начались странности. Вещи перекладывались с места на место, двери открывались сами собой, в пустых комнатах слышались шаги. В общем, не выдержал наш столичный предприниматель. Уехал посреди ночи, даже вещи не все забрал. С тех пор дом пустует. Отец ваш, видимо, новых арендаторов так и не нашёл.
Всё моё хорошее настроение тут же улетучилось. Двери открывались сами собой, слышались шаги? В своём мире я бы лишь усмехнулась, решив, что меня пытаются напугать. Но здесь… Где магия – не сказка, а реальность, подобные явления приобретали совсем иной вес.
– Я верю, что в старых домах накапливается энергия тех, кто в них жил, – продолжил капитан. – Особенно в домах, построенных из драконьего камня.
– Что ж, посмотрим, примет ли он меня, – пробормотала я, скрывая беспокойство за напускной решимостью.
– Думаю, с этим проблем не будет, – лицо Нильса Оддера заметно смягчилось. – Вы ведь из рода Вейр.
Вот тут он, конечно, ошибался. Из рода Вейр была Анна, а я… Я незваная гостья, непонятно как оказавшаяся в чужом теле и чужом мире.
Подняв взгляд на тёмные окна, невольно поёжилась. Желание войти внутрь испарилось. Но тут я почувствовала лёгкое покалывание на кончиках пальцев. Сначала едва заметное, будто мимолётный электрический разряд. Через минуту оно усилилось, поднявшись тёплой волной по ладоням к запястьям.
“Хороший знак” – шепнуло что-то в глубине сознания.
Я вдохнула прохладный северный воздух и решительно ступила на каменную дорожку, ведущую к входной двери. Капитан Оддер следовал за мной, сохраняя уважительное молчание.
Дверь оказалась не заперта. Но это почему-то меня не удивило.
– Если решите всё же здесь остаться, советую заглянуть к ключнику, – негромко произнёс капитан у меня за спиной. – Он поменяет вам все замки.
Я осторожно толкнула дверь, которая отворилась с протяжным скрипом. В нос ударил сложный букет запахов: пыль, сырость и что-то ещё… странное, неуловимое, похожее на запах грозы перед ливнем.
– Вы не зайдёте? – спросила я капитана.
Нильс Оддер нервно перевалился с ноги на ногу. Переступать невидимую черту между улицей и домом мужчина явно не спешил.
– Прошу прощения, мисс Артейр, – учтиво отозвался он, – но я воздержусь. К тому же мне пора выполнять свои прямые обязанности.
– Благодарю вас, капитан Оддер, – искренне произнесла я. – За сопровождение и рассказ о городе.
– Если что-то случится, вы всегда можете найти меня в Отделении Безопасности. Это вон то здание, – мужчина указал рукой куда-то на север, где возвышалось массивное строение с голубоватой крышей и развевающимся на шпиле флагом.
Распрощавшись, капитан отдал что-то вроде воинского жеста, повернулся и зашагал вниз по склону.
Когда мужская фигура скрылась за поворотом, я снова обернулась к дому. Теперь, оставшись в одиночестве – если не считать Шторма, который с увлечением разыскивал под слоем снега корешки, я почувствовала, как к горлу подкатывает волна непонятной тревоги.
В голове всё ещё звучал голос капитана, рассказывающего о странностях дома.
Однако я не могла позволить себе отступить. Чертовщина или нет – выбора у меня не было. Дорога назад закрыта.
Тряхнув головой, я осторожно переступила порог.
Половицы под ногами тихо скрипнули, приветствуя новую хозяйку…
Глава 12
Внутри царил гнетущий полумрак – часть окон была наглухо закрыта массивными ставнями, на других висели тяжёлые занавески, пыльные и изъеденные молью или какими-то другими северными насекомыми, облюбовавшими это забытое место. В застывшем воздухе медленно кружились золотистые пылинки.
Чем глубже я продвигалась, тем сильнее сжималось сердце от необъяснимой тревоги.
Дом был безжизненно пуст. Очевидно, несмотря на всю чертовщину, как выразился капитан, отсюда вынесли всё ценное. Изредка взгляд натыкался на одинокий покосившийся стул или треногий табурет, годившиеся лишь на растопку.
На мгновение мне показалось, что дом вздохнул – старые балки чуть скрипнули, где-то наверху что-то шелестнуло, словно перевернулась страница книги.
Я замерла, вслушиваясь в тишину. И тут услышала их – чёткие, размеренные шаги. Они раздавались откуда-то сверху, с невидимого в полумраке второго этажа. Шаг. Ещё шаг. Пауза. И снова шаг.
Вдруг меня обдало затхлым воздухом, словно кто-то дыхнул прямо в лицо – спёртый, с примесью чего-то неопределимо тошнотворного. Запах старого подвала, могильного склепа, давно не открывавшегося чулана.
Желудок скрутило от липкого страха, поднимающегося откуда-то изнутри. Разум отчаянно пытался найти рациональное объяснение: сквозняк, акустический эффект старого дома, игра воображения, подстёгнутого рассказами капитана.
Но шаги становились все ближе. Теперь они звучали на лестнице – тяжёлые, уверенные.
Паника накрыла меня удушливой волной. Ноги, словно обретя собственную волю, понесли к выходу. Я не помнила, как преодолела путь через прихожую, как рванула на себя входную дверь.
Желудок скрутило ещё сильнее. Я выбежала наружу, глотая холодный зимний воздух, словно утопающий. Снег скрипел под ногами, ветер хлестал по лицу, возвращая ясность сознания. В нескольких метрах от крыльца Шторм настороженно смотрел на меня, прижав уши.
Дом – тихий, неподвижный, с тёмными провалами окон. Ничто не указывало на присутствие в нём кого-то кроме меня. И всё же я чувствовала – там кто-то был. Или есть до сих пор.
Слова капитана эхом отдавались в голове: "Если что-то случится, вы всегда можете найти меня в Отделении Безопасности". Искушение броситься следом за ним было почти непреодолимым. Объяснить, что я слышала, что чувствовала, попросить о помощи, о защите…
Но что я скажу? Что испугалась шагов в пустом доме? Что мне почудился странный запах? Что я, взрослая женщина, сбежала из собственного теперь жилища из-за игры теней?
Дыхание постепенно выровнялось. Сердцебиение пришло в норму. Я выпрямилась, пристально вглядевшись в фасад дома. Сейчас, при дневном свете, мой побег казался нелепым, почти постыдным.
Шторм подошёл ко мне и ткнулся мордой в плечо, словно спрашивая, всё ли в порядке.
– Всё хорошо, мальчик, – прошептала я, не совсем уверенная, кого пытаюсь убедить – его или себя. – Просто старый дом. Старые дома всегда полны странных звуков.
Конь всхрапнул и помотал головой.
– Верно, – улыбнулась я. – Мне могло показаться. Но всё же…
Я внимательно осмотрелась, подмечая неровные проплешины в пушистом снежном покрове. Взгляд зацепился за узкую каменную тропинку, которая извилистой лентой огибала дом и исчезала за его дальним углом.
– Давай-ка попробуем подойти с другой стороны.
Пройдя вдоль дома, свернула за угол. Шторм пошёл за мной.
В полутени деревьев обнаружились хозяйственные постройки, которые с улицы были совершенно незаметны. Старые, но крепкие. Небольшой сарай с покосившейся дверью, обветшалый курятник и, что особенно обрадовало – просторное стойло с навесом.
– Смотри-ка, Шторм, – я повернулась к коню, – у тебя тоже будет свой дом.
Я потянула скрипучую дверь на себя. Внутри было темно, но достаточно сухо. Маленькое окошко под потолком пропускало тусклый зимний свет, позволяя различить очертания предметов. В дальнем углу возвышались тюки сена, почти до потолка – серые, слежавшиеся, покрытые слоем пыли.
Подойдя ближе, дотронулась до одного из тюков и поморщилась. Сено запрело насквозь, от него исходил кислый затхлый запах.
– Это не годится, мой хороший, – вздохнула я, глядя на Шторма, который осторожно обнюхивал пол. – Такое сено тебе на еду никак не пойдёт.
Конь, словно понимая мои слова, фыркнул и отошёл от тюков.
Несмотря на негодность сена, стойло было достаточно крепким, чтобы укрыть Шторма от непогоды. Деревянные стены не имели трещин, крыша казалась надёжной – по крайней мере, я не заметила протечек, а это значило многое в этом сыром северном краю.
– Ну-ка, давай обустроим тебе жилище, – я подкатила рукава, разглядывая пространство.
В ход пошла старая деревянная лопата. Я расчистила пол от мусора, вынесла наружу особенно сырые куски сена. Затем отделила верхние сухие слои от тюков, которые можно было использовать если не для корма, то хотя бы для подстилки.
Шторм наблюдал за моими действиями с любопытством, периодически подходя и тыкаясь мордой мне в плечо, словно предлагая помощь.
– Не переживай, – я погладила его по шее, – завтра же с утра отправлюсь в город и куплю тебе овса.
У меня осталось деньги, и я была готова потратить их на своего друга, который не бросил в трудный момент.
Когда Шторм был устроен, я решила осмотреть остальные постройки, надеясь найти что-нибудь полезное. В сарае обнаружились полуистлевшие мешки, ржавый садовый инвентарь и несколько бочек с обручами, держащимися каким-то чудом.
Вернувшись к дому, заметила ещё одну дверь с облупившейся краской.
“Должно быть черный ход” – подумала я и не ошиблась.
Узкий проход, пропахший сухими травами, вывел меня в просторную кухню. Массивная печь с закопченным нутром и паутиной трещин, занимала здесь почти всю стену. Вдоль тянулись деревянные полки, пустые, если не считать нескольких глиняных горшков и медного чайника с помятым боком.
В одном из ящиков обнаружились железные ложки и вилки, почерневшие от времени, но вполне пригодные к использованию. А в глубоком шкафу у стены нашлись пара сковородок и ножи.
"По крайней мере, готовить будет на чём," – подумала я, с каким-то странным облегчением.
Но что обрадовало меня больше всего – огромное окно, расположенное прямо напротив печи. Настоящий портал света.
За стеклом, покрытым по краям морозными узорами, раскинулись величественные горы. Хребты, подобно застывшим волнам древнего моря, уходили к горизонту, постепенно растворяясь в перламутровой дымке.
В отличие от мрачного, затхлого пространства, из которого я только что сбежала, здесь было по-настоящему спокойно. Ни тревожных шагов в коридоре, ни тяжёлого, спёртого дыхания – только умиротворяющая тишина, нарушаемая щебетом птиц вдали.
– С таким видом, я вполне смогу привыкнуть к этому месту! – твёрдо заявила я.
Вдруг моё внимание привлёк тёмный коридор, ведущий вглубь дома. Сердце снова сжалось.
Набрав в грудь побольше воздуха, шагнула в полумрак. Пройдя несколько метров, остановилась и прислушиваясь. Тишина звенела в ушах. Ни шагов, ни шорохов, ни дыхания. Но почему-то меня всё равно не покидало ощущение чужого присутствия. Словно сам дом следил за мной, изучал, решал, принять ли незваную гостью или избавиться от неё.
Я сделала ещё несколько шагов и вдруг отчётливо услышала, как за моей спиной что-то скрипнуло, но обернувшись, увидела лишь пустой коридор.
– Так, хватит… – прошептала я. – Хватит с меня на сегодня.
Вернувшись на кухню, почувствовала себя значительно лучше. Здесь было светло, просторно, а если растопить печь, то и тепло.
Подойдя к окну, положила ладони на подоконник.
– Ограничусь кухней, – тихо произнесла я.
Меня посетила странная мысль – что если дом действительно обладает сознанием? Что, если он проверяет меня, как я проверяю его? И сейчас между нами взаимное недоверие, которое нужно преодолеть.
Я решила продолжить осмотр кухни. Возле печи обнаружилась небольшая дверь, которую поначалу не заметила. Она была неприметная – того же цвета, что и стены, без ручки, лишь с небольшим железным кольцом вместо неё.
– Интересно, что там, – прошептала я наклонившись.
Лёгкий запах пыли и старого дерева защекотал ноздри. Сквозь узкое отверстие виднелась лишь непроглядная темнота.
Может, кладовая?
Я прижалась к двери и надавила. Старые петли протяжно скрипнули, дверь дрогнула и подалась на несколько сантиметров, но затем застыла, словно вросла в пол.
Пройдя к шкафу, взяла один из найденных ножей и попыталась просунуть его в щель между дверью и косяком. Клинок вошёл на несколько сантиметров, но упёрся во что-то твёрдое. Попробовала провести им вверх-вниз, нащупывая возможную задвижку или замок – безуспешно.
Меня охватило странное чувство – не просто досада от невозможности открыть дверь, но какая-то иррациональная необходимость узнать, что за ней. Словно мне бросили вызов, дали испытание, которое я должна пройти.
– Ну хорошо, – я отступила на несколько шагов, – попробуем иначе.
Разбежавшись, ударила в дверь плечом. Боль пронзила тело, я охнула, но не отступила. Снова разбег, снова удар. Дверь едва заметно подалась, но тут же вернулась в прежнее положение.
После пятого или шестого удара я остановилась. Плечо пульсировало болью, пальцы были в мелких занозах.
Глубоко вздохнув, прислонилась спиной к двери и сползла на пол.
– Знаешь, день выдался не из лёгких. Я проделала долгий путь, чтобы оказаться здесь.
После всех метаний мой голос прозвучал неожиданно спокойно.
– Не знаю, что происходит, но я – законная наследница. Без меня… – я замолчала, подбирая слова. – Без меня тут всё точно придёт в запустение. Хочешь вечность коротать в одиночестве?
Я чувствовала себя совершенно нелепо. Разговаривала с дверью, с домом…
Повисло молчание. Я прикрыла глаза и прислушалась. Казалось, дом тоже вслушивается – старыми половицами, скрипучими ставнями, потрескавшейся штукатуркой.
– Сумасшествие какое-то! – пробормотала я, помотав головой.
Решительно поднявшись и отряхнув складки юбки, направилась к выходу.
Мне необходимо было освежиться, привести мысли в порядок и перестать воображать невесть что. Дом не живой. А шаги… Рассказ капитана, подкреплённый воображением – вот и всё объяснение. Мне просто показалось. В детстве, помнится, мне тоже всегда мерещилось что-то в тенях и скрипах. Это просто игра. Сам разум играет со мной.
В этот момент что-то внутри двери негромко щёлкнуло. Я замерла, задержав дыхание. Ещё один щелчок, затем скрип… и дверь медленно приоткрылась сама по себе.
Пересохший рот наполнился горьковатым привкусом страха…
Сердце рванулось вверх, застряв где-то между рёбрами и гортанью. По спине прокатилась холодная волна, а в желудке будто разом осела бетонная плита.
– Точно сумасшествие, – пробормотала я, сглатывая вязкую слюну.
Ещё пять минут назад я с каким-то детским, почти болезненным упрямством стремилась попасть внутрь.
А сейчас… Всё изменилось в то мгновение, когда дверь открылась сама собой. Качнулась, точно приглашая войти в свою тёмную утробу.
“Так, спокойно”, – мысленно приказала я себе.
Ты не должна бояться! Ничего страшного там нет.
Сделав очередной глубокий вдох, медленно подошла к двери. Протянула руку и осторожно толкнула. Дверь легко, без малейшего сопротивления распахнулась, открыв узкую каменную лестницу, уходящую вниз. Странно, но воздух не показался мне сырым или затхлым.
Я замерла на пороге и вгляделась в зияющую темноту лестницы. В тусклом свете, проникающем из комнаты, удалось различить лишь несколько верхних ступеней, которые стремительно исчезали в непроглядном мраке. Без света спускаться туда было безумием.
Осмотревшись, заметила на полке возле печи старый подсвечник с огарком свечи.
Спичек, как назло, нигде не обнаружилось. Перебрав всё, что лежало вокруг, я с облегчением наткнулась на кресало, завалявшееся среди трутницы и других печных принадлежностей. Пальцы, непривычные к такому инструменту, неловко сжимали холодный металл. Пришлось не меньше минуты высекать искры, прежде чем трут, наконец, затлел, а затем робкое пламя неуверенно лизнуло фитиль свечи…
Глава 13
Глубоко вздохнув, я сделала первый шаг вниз. Камень холодил ноги даже через подошвы сапог. Второй шаг, третий… с каждым спуском воздух становился всё холоднее. Я придерживалась свободной рукой за шершавую стену.
Спустившись примерно на дюжину ступеней, остановилась. Вокруг царила тишина, нарушаемая лишь звуком моего частого дыхания. Каменный свод нависал так низко, что я инстинктивно пригнула голову. Ещё несколько ступеней – и я оказалась в просторном подвале. Пламя свечи выхватывало из мрака лишь фрагменты пространства: ряды деревянных полок вдоль стен, бочки в углу, какие-то ящики, накрытые тканью.
Погреб оказался больше, чем можно было предположить. Он уходил вглубь, разветвляясь на несколько отсеков, разделённых арочными проёмами.
На полках обнаружились корзинки с ягодами, напрочь сгнившими и воняющими плесенью, какие-то банки с заготовками. Стекло с ними помутнело от времени, а содержимое превратилось в неопознаваемую массу.
Я взяла одну банку и протёрла пыль рукавом – внутри некогда красные ягоды теперь напоминали сморщенные коричневые шарики, плавающие в мутной жидкости.