- -
- 100%
- +
Выйдя из салона с французским каре и ярко-красными губами, я даже не сразу узнала себя в витрине ближайшего магазина. Да, надо признать, что Нина была права. Новый образ мне очень понравился.
– Посидим в кафешке, поболтаем?
Я, конечно, согласилась. Наверное, она хотела обсудить ландшафтный дизайн, о котором мы, вообще, еще с заказчиками не говорили. Теперь, когда ее проект воплотился в жизнь, можно было заняться и моим.
Мы удобно устроились на мягких голубых подушках, которые были белыми ленточками привязаны к плетеным стульям уличного кафе, и Нина начала говорить. Сразу. Без предисловий.
– Лика, то, что я скажу, может показаться тебе странным, более того, неуместным и даже бестактным. Но я, все-таки, скажу. Знаешь, я уже не молода. Нет-нет, не возражай, – сказала она, заметив мое движение, – я в том смысле, что многое в жизни видела. Мы не всегда жили так, как сейчас и…ну, в общем, это не важно. Главное – ты мне очень нравишься, я вижу, какой ты замечательный человек, и я не хочу, чтобы ты страдала.
Нина сдвинула брови, вокруг губ пролегла жесткая складка, глаза стали холодными. Я впервые видела ее такой. Пожалуй, сейчас она вполне выглядела на свой возраст. Но что она имеет в виду? Неужели Корякин решил отказаться от моих услуг и поручил жене довести свое решение до сведения подрядчика, то есть, меня? Я напряженно ждала продолжения.
– Максим – человек сложный, – Нина на секунду замолчала, а я подумала, что, не решаясь сообщить мне об увольнении напрямую, она зачем-то приплела сюда прораба, – очень даже сложный. Я еще не знакома с твоим мужем, но Макс тебе точно не подходит. Это абсолютно точно. Даже не думай. Не справишься. Не сможешь. И не обижайся на меня, пожалуйста.
– Что вы имеете в виду? – я была в шоке и просто не могла поверить, что поняла Нину правильно.
– Опять на «вы»? Все-таки, обиделась. Но повторяю еще раз: и не думай!
Я и не думала, но слова Нины меня задели. Стало быть, она справилась, а я не смогу. Где уж мне! Даже с французским каре. Не сдержавшись, я выпалила:
– То есть вы или ты, как тебе больше нравится, значит, ты справилась и теперь со знанием дела предостерегаешь меня неразумную! Или, может, ты просто ревнуешь? Да не нужен мне ваш, твой, ваш Максим. Не нужен!
Видимо, я кричала достаточно громко, чтобы меня услышали за соседними столиками, потому что на нас стали обращать внимание.
Моя истерика, кажется, не произвела на нее никакого впечатления, потому что, как только я замолчала, Нина спокойно сказала:
– Хочешь, я расскажу тебе, как именно я справилась? Никому не рассказывала, а тебе расскажу.
Я чувствовала себя ужасно – не знала, ни что сказать, ни, как себя вести. Мне было совершенно непонятно, почему эта женщина решила выбрать для своих откровений меня, человека, которого она видит третий раз в жизни. Единственное объяснение, которое могло прийти в голову – ревность. Но разве я могла быть соперницей Нине, такой красивой и уверенной в себе? Впрочем, какая разница? «Главное, – думала я, – чтобы все это поскорее закончилось».
Нина тем временем продолжала:
– Я понимаю, ты считаешь, что у нас с ним что-то было. Но, хочешь верь, хочешь не верь – не было. Ничего не было. Или почти ничего. А знаешь, почему? Потому что я умею говорить «нет». Не в том смысле, в каком ты подумала. В смысле я легко могу сказать, что меня что-то не устраивает, умею защищать свои границы. Никто и никогда не посмеет играть со мной по своим правилам. А тот, кто попытается, – глаза Нины стали злыми, в голосе появился металл. Она на секунду замолчала, а потом быстро продолжила уже своим обычным голосом, – тому я не завидую.
Я молча разглядывала узор на лежащей на столе салфетке, и Нина изящно перевела разговор на другую тему:
– Вообще, человек – странное существо. Готов поверить любой, самой чудовищной лжи, если она соответствует его представлениям «о прекрасном», – Нина невесело усмехнулась, – но не верит правде, если она ему не нравится. Не замечала?
К чему это она? Я не ответила.
Вечером Вадим сообщил, что, наконец, взял билет и будет у меня ровно через неделю.
ГЛАВА 3
Это случилось на участке.
За то время, что я здесь не была, в природе произошли изменения – все вокруг теперь выглядело не зеленым, а разноцветным: высокие растения с мясистыми стеблями и длинными сиреневыми головками, похожие, то ли на лилии, то ли на гладиолусы; низенькие апельсиновые деревья, усеянные маленькими бело-розовыми цветками и невероятный запах, как будто, сумасшедший стилист разбрызгал по всему холму духи фирмы Кристиан Диор.
– Фантастика! – от сладкого влажного воздуха у меня слегка закружилась голова.
– Да, красивое место, – равнодушно сказал Максим и, видимо, желая напомнить мне, зачем мы сюда приехали, без паузы продолжил:
– Все-таки, я думаю, что для декора ограждения лучше подойдет кирпич. Дерево, конечно, смотрится эффектно, но в этом климате его почти не используют.
– Да-да, конечно, – холодность этого по сути чужого человека меня, почему-то, задела. Мог бы сказать что-нибудь более романтичное, хотя бы из вежливости! Хотя, в сущности, мне нет до него никакого дела. Скоро приедет Вадик, и мы будем здесь гулять, и наслаждаться всем этим, и он-то, конечно, разделит мой восторг.
– Если вы считаете, что кирпич лучше, путь будет кирпич.
– Мы опять на «вы»? – он подошел ко мне близко, слишком близко для постороннего человека, который к тому же только что буквально обдал меня ледяным душем.
Мне бы надо было сделать, хотя бы один шаг назад, но в его серо-голубых с легким прищуром глазах было что-то такое притягательное, что я осталась на месте. Пока я пыталась понять, что это со мной такое происходит, Максим подошел еще ближе, обнял меня за плечи и поцеловал. Как-то буднично, словно, поцелуи были для нас обычным делом. Потом отстранился на секунду, внимательно посмотрел мне в глаза и опять поцеловал. Но на этот раз долго и страстно.
С трудом восстановив дыхание, я резко спросила:
– Что ты делаешь? Зачем это все?
– Мне показалось, тебе этого хочется. Я не прав?
Беда заключалась в том, что он был прав.
Пока я, собирая остатки самолюбия, подбирала более-менее достойный ответ, на площадке появился новый персонаж. Это был крепкий мужичок средних лет в строительной спецовке. Едва кивнув в мою сторону, мужичок заговорил с Максимом на местном языке, и тот, к моему удивлению, отвечал на том же языке довольно бегло. Они размахивали руками, делали какие-то измерения рулеткой, и было ясно, что мужчины отлично друг друга понимают. Наконец, сложив рулетку, строитель, судя по интонации, задал Максиму какой-то вопрос. Максим же с чувством полной уверенности в своих словах стал ему что-то долго и обстоятельно объяснять.
На меня он не обращал никакого внимания, как будто забыв о моем присутствии, я же смотрела на него, не отрываясь. Кажется, у меня даже выступили слезы. Внутри медленно поднималась горячая волна – этот полный чувства собственного достоинства человек был великолепен в своем профессионализме, уверенности в своих силах, режущий глаза мужественности.
Интересно, что, когда я рассказывала об этом эпизоде Алле на нашей первой сессии, мне казалось, что ничего сверхъестественного тогда не произошло – просто поцеловал симпатичный мужчина. С взрослыми людьми такое бывает. И я не вчера родилась.
Сейчас-то я понимаю, что именно в тот самый день со мной случилось нечто ужасное.
Наконец, мужичок уехал на маленьком горбатом автомобильчике – как я не заметила, когда он подкатил к участку? – и Максим, аккуратно взяв меня под руку, предложил:
– Ты уже бывала в соседнем городе? Может, вечером покатаемся по окрестностям? Покажу тебе наши места.
– По вечерам я обычно разговариваю с мужем, – ответила я чересчур быстро, чтобы не успеть согласиться.
«Видимо, – пришла в голову естественная в такой ситуации мысль, – он сейчас скажет, что с мужем можно поговорить завтра или, в конце концов, ему можно написать».
Но он отреагировал совсем не так, как я ожидала:
– Да-да, конечно. Как-нибудь в другой раз. Извини за навязчивость.
Опять холодный душ. Кажется, в психологии это называется «незакрытый гештальт»: ты только начинаешь игру, а она раз – и прерывается. И ты остаешься в ужасном состоянии незавершенности, потери контроля и полной беспомощности. При этом, если ты не хочешь, чтобы кто-нибудь заметил твое состояние, тебе приходится быстро перестраиваться и говорить вовсе не то, что чувствуешь. Именно так я и сказала:
– Спасибо за понимание! – и с благодарностью дотронулась до его руки.
Вернувшись в отель, я первым делом набрала Вадиму. Обычно он, закончив работу, звонил сам, но сегодня я не могла дождаться его звонка – мне необходимо было увидеть его родное лицо, услышать знакомый голос. Вероятно, я надеялась таким способом спастись от того страшного и ненужного мне, что неумолимо надвигалось, грозя разрушить мою спокойную комфортную жизнь.
«Возможно, это просто неприятный эпизод, наваждение, которое завтра рассеется», – я цеплялась за последнюю надежду, отлично понимая, что моего прежнего уютного мира больше нет.
– Привет, классно выглядишь! Как ты там? – Вадик улыбался, и мне стало немного легче.
– Работаю. Знаешь, этот прораб, Максим – очень интересный человек, такой необычный! С виду, вроде бы, высокомерный, неразговорчивый, но это совсем не так – когда говорит о своей работе сразу преображается, становится таким страстным, эмоциональным! У меня, кажется, начинает налаживаться с ним контакт. Тебе тоже понравится, я тебя обязательно с ним познакомлю.
Муж отреагировал вовсе не так, как мне представлялось, я даже немного обиделась:
– Контакт с прорабом – это, конечно, круто. А как у тебя отношения с заказчиком? С ним-то есть взаимопонимание?
Но мне, почему-то, было совсем неинтересно говорить о Корякине, и я быстро закончила разговор:
– Ладно, при встрече все расскажу. Пока.
«Какой он, оказывается, нечуткий», – подумала я, положив трубку.
Познакомились мы в клубе, на вечеринке по случаю какой-то там годовщины нашего университета.
Было весело. Мы с подругой Сонькой прыгали под ухающую и гремящую музыку, пока не упали на мягкий кожаный диван, чтобы немного отдышаться.
В таком шуме разговаривать было нереально, и мы, развалившись на диване, молча обмахивались зелеными бумажными салфетками с эмблемой клуба.
– Ой, смотри, мой брат, – вдруг прокричала мне в ухо Соня.
Симпатичный светловолосый парень шел к нам с двумя стаканами коктейля в руке:
– Меня зовут Вадим, – за грохотом музыки я едва расслышала имя, и в ответ крикнула:
– Анжелика. Только называйте меня Лика, хорошо?
– Попробуйте коктейль, Лика, он очень вкусный, – его открытая улыбка сразу вызвала у меня доверие, и я взяла протянутый мне стакан. Коктейль, действительно, оказался вкусным.
Уже на следующий день мы встретились снова. Влюбилась ли я в него с первого взгляда? Не знаю. Я как-то об этом не задумывалась. Но с этим парнем было так хорошо, так легко, что, когда через два месяца нашего знакомства он предложил пожениться, я согласилась, почти не раздумывая. И, если правда то, что в этом мире не каждому удается встретить свою «половинку», то мне фантастически повезло.
Вадик никогда не говорил мне о любви, ну, разве что, в тот день, когда мы веселые и счастливые выходили из ЗАГСа, но я всегда знала, что он меня любит. Знала и все. А еще – он был мне настоящим другом, преданным и надежным.
После университета Никитин пристроил меня в архитектурное бюро к своему другу Арсению Петровскому, тоже известному архитектору. Это было крупной удачей: кроме весьма значительных гонораров, у меня появилась возможность заявить о себе – иметь в своем портфолио заказы от клиентов Петровского было гарантией принятия в круг самых модных и востребованных архитекторов.
Но Арсений, в отличие от моего учителя, болел звездной болезнью, и работать с ним было невыносимо. Почти каждый день мне приходилось доказывать «мэтру», что я что-то могу – его раздражала малейшая инициатива такой мелкой сошки, какой в его глазах была я. Много раз я принимала решение ни о чем не спорить и просто выполнять задания шефа. Но тогда мне приходилось заниматься работой, которая была мне неинтересна, а иногда даже входила в противоречие с моей профессиональной этикой. Я тогда была идеалисткой: меня очень волновали вопросы качества материалов, экология и тому подобные глупости. Петровский же такими мелочами не заморачивался – он хотел денег и славы. И того, и другого у него, по моему мнению, было в достатке, но, видимо, человеку всегда мало того, что у него есть. В общем, работа с Арсением не заладилась.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.