Записки атеиста. Рассказы и повести

– Деда, вот ты у нас учёный, тогда объясни мне, почему в науке мы видим единство всех образованных людей, а в идеолгии нет? – спросил Александр. – Ведь никто не станет отрицать закон Ома, законы Ньютона, Эйнштейна. Я хочу сказать, что в науке едины и буддист, и христианин, и мусульманин, и иудей. Неужели и в идеологии нельзя выработать единую общечеловеческую мораль, философию, мировоззрение?

– Как тебе это объяснить, внучек?.. Дело в том, что наука, техника – это сферы материального, а идеология – сфера духовного. Но духовное не подчиняется законам физики, математики. Это сугубо личное, индивидуальное. Это продукт мышления, то есть не материальная субстанция. Каждый человек сам себе философ. Его сознание, мозг работают в определённой конкретной идеологической среде, и в то же время с определённой долей независимости. Вот эта независимость и порождает расхождение во взглядах, в мировоззрении. Это как две щепки, брошенные в реку, не могут долго плыть вместе, если их ничто не связывает. Они обязательно разойдутся, и чем дальше, тем больше. Тоже и в идеологии. Это как Броуновское движение молекул. Это кипение мысли, информационный пар, стремящийся заполнить весь идеологический вакуум. Всё, что можно выдумать в области идеологии, религии, философии – обязательно будет выдумано! Все более-менее логичные теории и концепции имеют место и имеют своих сторонников.

– Выходит, что единство в области идеологии в принципе невозможно?

– Да, внучек. В науке всё требует строгих доказательств и экспериментальной проверки. Поэтому идеализм в науке не проходит. В духовной сфере законы природы не действуют. Это иллюзорный мир, мнимое отражение реального. И оно может быть весьма размытым, расплывчатым. Можно договориться о нормах человеческого общежития, то есть о законах совместного проживания людей. Это нормы морали и нравственности. Но остальная сфера духовной жизни человека, его религия, его философия никому не подвластны. Это его личное дело, так же как и его интимная жизнь. И нет необходимости вмешиваться в эту сферу. Только индивидуальность каждого делает людей интересными и разными. Только она позволяет человеку выразить себя в искусстве, в поэзии, в живописи, музыке, литературе.

– Всё это хорошо и, наверное, правильно, но ведь и отрицательные последствия идеологических расхождений. Ты же сам говорил о религиозных, национальных, расовых конфликтах, – заметил Георгий Евгеньевич.

– Вот потому и нельзя давать идеологии развиваться бесконтрольно, неуправляемо, расползаться по всему идеологическому вакууму. Хоть две щепки в реке и разойдутся, но в конечном итоге они приплывут в одно и то же море, по одному и тому же руслу. Идеология, как и река должна иметь свои берега и своё русло. Это поможет удержать всех в рамках приличия, пресечь все вредные, антигуманные идеологические течения.

– А почему возникают такие течения? Неужели их идеологам не понятно, что они вредные?

– Видишь ли, это не всегда видно сразу. И потом, в отношении отдельной группы людей – сторонников этой идеологии, она может быть и полезна. Но она вредна для других! Несмотря на высокий уровень развития цивилизации, в человеке ещё сохраняется эгоизм, стремление добиться благ для себя за счёт других. Это заложено у животных, это было свойственно и первобытному человеку. Ещё каких-нибудь 10 – 15 тысяч лет тому назад люди жили стаями, племенами. Кормились за счёт охоты и сбора диких плодов, корений. Племя помогало человеку выжить и этим привязывало его. Он воспринимал его как свою стаю. Зато другие племена были ему чужды. Это были враги, конкуренты! Чем их было больше на данной территории, тем меньше пищи доставалось каждому из них. Поэтому племена постоянно враждовали, уничтожали друг друга. Одновременно они расползались по континенту в поисках более благоприятных условий, более богатых регионов. Члены племени всегда чётко отличали своих от чужих. В них с детства воспитывалась неприязнь и враждебность к чужакам. Их другой внешний вид, другой язык, другая религия, обряды – всё отталкивало, отпугивало.

– Так значит, корни национальной и религиозной розни кроются в стайном инстинкте первобытного человека? – заметил Саша.

– Совершенно верно. Стайный инстинкт живуч. Он вырабатывался миллионы лет. Но его можно подавить сознанием, волей, воспитанием. Конечно, не у всех людей это получается, но главное, чтобы этот инстинкт не приводил к вражде между людьми, не принимал крайние экстремистские формы. Пусть люди обособляются по национальному и религиозному принципу. Это не страшно. Им так лучше, удобнее жить. Они чувствуют себя своими среди своих. Они развивают свою национальную культуру и тем самым вносят вклад в культуру общечеловеческую. И это хорошо. Но нельзя допускать правового неравенства по национальному или религиозному принципу. Нельзя натравливать один народ на другой. Пусть они живут раздельно, но будут добрыми соседями, друзьями.

– Но дед! Ведь внутри племени, стаи, как ты говоришь, тоже часто не было согласия. Люди ссорились, дрались, убивали друг друга.

– Да, верно. Единство в стае всегда было относительным. Оно держалось на силе и страхе, на авторитете вождя. И всегда находились недовольные, которые были не согласны с вожаком.

– Так почему же в таком случае не срабатывал стайный инстинкт?

– Стайный инстинкт срабатывал, но проявлялся и другой, не менее мощный инстинкт – эгоизм, желание выделиться, стать независимым, самоутвердиться. Потому и возникала вражда внутри племени. Большие племена дробились, делились на более мелкие, расходились в разные стороны, и это было полезно для выживания человечества. Так автоматически регулировалась плотность населения в регионе. Она снижалась там, где пищи не хватало на всех, и увеличивалась там, где её было много.

– Значит, стремление выделиться, подняться над другими, унизить других людей, тоже заложено в человеке генетически в виде инстинкта самоутверждения?

– Верно. Но чтобы подняться над другими не всегда требуется унижать других людей и расталкивать их локтями. На грубость обычно отвечают грубостью, на силу – силой. Умный человек никогда не станет идти таким путём. Другое дело дети. Он глупы и непосредственны. Они часто не могут сдержать свои чувства, эмоции и используют для самоутверждения любые средства. Если у них нет очевидных достоинств перед сверстниками, то они возмещают их достоинствами мнимыми. Например: «Я белый, а ты негр. Белый цвет лучше чёрного. Значит ты хуже меня». Или: «Я русский, а ты еврей. Евреи плохие. Они предали Христа. Значит и ты плохой». «Я сильный, а ты слабый. Ты должен бояться меня и во всём уступать, иначе я могу тебя побить».