Арбайтен, Ольга Викторовна! Избранные страницы сайта olga.co.il

Медпункт любви

Текст обращён к женщинам, но сказанное справедливо и для мужчин.

В медпункт обращаются пострадавшие трёх видов: от любви, от нелюбви и тяжёлый случай (сочетанная патология). Любовные страдания бывают следующими:

Свезённая коленка (он вам очень нравится и вы хотите быть с ним, а он оказывает знаки внимания другой). Это любовь, которая сильно болит и подкравливает, когда рана свежа. Свезённая коленка заживает несколько дней (лет, если это тяжёлый случай). Иногда доставляет беспокойство тем, кому нечем занять руки, но в целом жизни и здоровью не грозит.

Синяк на груди (он вам очень понравился, а вы очень понравились ему. Вы объяснились, и теперь он прижимает вас к своей груди, а вы открываете ему свою. Потом он бросает вас, не утруждая себя объяснениями). Это любовь, как сильный удар в грудь кулаком. Больно зверски, потому что неожиданно. Рана не кровоточит, кровоподтёк отцветает несколько недель и отзывается глухой болью при мысли о том, что с люди с людьми могут поступать вероломно. Синяк спрятан под одеждой и виден только тому, кому больно. Осложнение – желание держать мужчин на расстоянии вытянутой руки и не приближать к себе, чтобы не получить снова удара по сердцу.

Грипп (вы понравились друг другу, начали встречаться чаще и проводить вместе больше времени. Окружающим очевидно, что вы влюбились в то, что о нём напридумывали, а вы не знаете, чему верить, его словам или его делам). Это любовь, которая лихорадит. В теле слабость, есть не хочется, голова отказывается соображать. Если у вас сохранный иммунитет, леченный окружающими грипп пройдёт за неделю, а не леченный за семь дней. Если ваша честность с самой собой ослаблена страхами, вирус иллюзорной любви будет рецидивировать бесконечно. Не передаётся воздушно-капельным путём, однако доставляет беспокойство окружающим: вы не умолкая говорите о своём предмете и заливаете окружающих слезами, когда его заверения в любви в очередной раз расходятся с его реальным поведением. Лечится восстановлением сил в вашей иммунной системе – прямодушии.

Выкидыш (вы понравились друг другу, объяснились, проводите вместе много времени. Это мужчина, с которым вы хотите быть парой всю жизнь, с кем хотите общий дом и общий быт, а его устраивает формат «только встречи»). Между вами зародилась любовь и вы готовы вынашивать её, как новую жизнь. Отношениям нужно место, где двое могут быть «внутри», свой маленький мир, матка. У вас не получилось. Выкидыш это утрата и сожаления, это горькие слёзы и ожесточение. Это страх крови и любого обострения отношений, страх пробовать новое в любой сфере жизни и другие осложнения. Лечится горькой правдой: на самом деле он хотел иметь с вами общие досуги, а не общую жизнь, – и поездкой в отпуск на море.

Самострел (вы понравились друг другу, объяснились / проводите вместе много времени / вы ведёте общее хозяйство / вы растите общих детей / вы счастливы, когда он прижимает вас к своей груди, и открываете ему свою. Однажды в минуту счастья, случайно оказавшись глазами к зеркалу, вы замечаете, что он держит фигу за спиной). Это любовь, в которой вам приходится выбирать, простить или не простить ему обман. Если бы вам отшибло память, всё решилось бы само собой. Увы, отстреливать часть памяти на события и заверения вам придётся самой, – если вы выбрали жить вместе именно с ним. Стрелявших в самих себя отличает взгляд, в их глазах никогда не тает донный ледок.

Паралич (вы понравились друг друг, объяснились, проводите вместе много времени. Вы хотите помогать друг другу, поддерживать друг друга, делать жизнь друг друга лучше, вы съехались жить вместе и наладили общий быт. Вам хочется детей и семью, а его всё и так устраивает. Брать обязательства вместе с вами решать жизненные задачи, такие как общие дети, общий бизнес, общая недвижимость или заботы о родителях, он «пока не готов»). Это любовь, которую разбил паралич. Она дышит, видит и сорадуется, по дому делает минимум и не с двигается с места, потому что парализована. Осложнения любви-паралича это пролежни, отмирание части тканей в отношениях, и изъязвление души. Неслучившееся гложет вас изнутри. Причины паралича описывает идиома «женилка не выросла», исцеляется сравнением женилки любимого мужчины с женилкой других мужчин.

Болезни, незаметные стороннему наблюдателю:

Худоба (вы ничего толком не едите из-за страха стать жирной, вы не общаетесь с противоположным полом и ни с кем не встречаетесь, потому что боитесь влюбиться) В основе анорексии любви лежит страх оказаться неидеальной. При этой болезни вам либо рассказывают о том, какими должны быть идеальные отношения, либо о том, по какому идеалу должен быть скроен мужчина, чтобы начать с ним реальные отношения, а в реальной жизни ходят полуголодными.

Рвоты (вы едите и, ощутив еду в желудке, вызываете рвоту из-за страха стать жирной, вы начинаете отношения и рвёте их первой, из страха, что влюбитесь слишком сильно). В основе булимии любви лежит бредовое убеждение, что пострадавшую любят незаслуженно. Согласно её болезненной логике, когда она первой отказывается от любви, она избегает наказания за то, что влюбилась и вы получала удовольствие от еды, от любви.

Всеядность (вы не хотите наедаться, а всё равно, как только видите еду, берёте в рот всё подряд, ложитесь в постель с каждым). В основе зажора, так на сленге называется компульсивное переедание, лежит желание быть заполненной, чтобы обнимал кто-то живой и тёплый, неважно кто, важно чтобы рядом. И заполнял заодно то, что природа предназначила заполнять. Приступы зажора обычно чередутся с приступами раскаяния, а периоды промискуитетного сексуального поведения с периодами полного воздержания.

Истощение (он вам симпатичен, не более того. А с его стороны сильное чувство. И ещё он хорошо зарабатывает и материально на порядки обеспеченнее вас. Он мечтает назвать вас своей женой и хочет растить с вами общих детей, вы не против). В основе дистрофии любви лежит невзаимность. Он её любит, а она его терпит: лучше так, чем никак. Жизнь в дистрофичной любви поддерживается искусственно, питание подаётся извне, через зонд. На неестественный приём пищи и чувств добровольно соглашаются не от хорошей жизни, а с горя горького: морили голодом безлюбья родители, надругались насильники, изнурили многолетние рецидивы гриппа. Или всё сказанное вместе.

Худоба, рвоты, всеядность и истощение это болезни, у которых общий корень: нелюбовь. Лечатся разговорами о болезнях любви в отношениях с пациентки со своими родителями, залечиванием ссадин и синяков и общим закаливанием организма: солнце, воздух и вода доброжелательного отношения других людей способны сотворить чудо.

На смерть безоценочного отношения

Безоценочность – отношение без оценки, восприятие другого человека «как есть», пришло в отечественную культуру в 1986 году, на волне грандиозного успеха семинаров Карла Роджерса, биография которого переходами из агрономии в теологию и психологию напоминает биографию Л. С. Выготского (филология, театр, психология), А. Р. Лурия (доктор педагогических наук 1937, доктор медицинских наук 1943, выдающийся психолог) и других тройственных по своему устройству натур, которые поочерёдно проживают каждую из них в профессиональном выборе.

Идея была подхвачена, пошла в народ, тридцать лет обкатывалась в потоке жизни, как речная галька водами реки, и скрипит на зубах, как песок. Выяснилось, что этап называния предметов, действий и того, что «между» людьми, отношений, – необходим для формирования межличностного интеллекта. Что без называния (приписывания оценок) социальных феноменов своими именами не получится очертить круг понятий и классифицировать их по разным уровням обобщения, от ситуативных к абстрактным. Оказалось, что на безоценочном отношении к ним вырастают дети, не способные помыслить об отношении к самому себе, потому что им НЕЧЕМ помыслить, родители не дали им слов-паролей для обозначения данной стороны жизни. Нет в отношениях ребёнка с родителями, во внешнем мире, – неоткуда взяться понятиям и во внутреннем, сложенном из интериоризаций, мире.

Любопытно, что обет молчания последних двадцати лет о том, какими бывают отношения людей с другими людьми и с самими собой, не распространяется на телесность. То, какими бывают груди, спины, бока, попы, губы, как правильно «лепить тело» и что с ним делать, – всё то, что называется «миром фитнеса» и предписывает менять себя, «выстраивая тело», заполнило мир переживаний. Здесь и очерченный круг понятий, и типы фигур, и описания ситуаций и наглядно-конкретных мыслительных операций (бери, жми, ешь, не ешь). А тридцать лет назад как верили, что безоценочное принятие изменит мир!

В некрологе принято выражать соболезнования родным и близким усопшего. Родня у роджерианской гуманистической психологии христианская, теологический бэкграунд основателя создал психологию «люди, любите друг друга» безусловно и не оценивая, без всякого воцерковления. Час безоценочного подхода пробил в конце двадцатого века, в перестроечную эпоху, когда моральный кодекс строителя коммунизма уже выкинули, а тысячелетие крещения Руси ещё не прочувствовали. Жизненный путь безоценочного подхода будет долго отзываться в наших сердцах.

Показать, что мы как общество потеряли, запретив себе учить детей и подростков оценочному отношению к своим поступкам и переживаниям, к оценке того, насколько соответствует поведение моральным нормам и нравственным стандартам, о праве других людей давать обратную связь человеку и о праве самого человека давать другим обратную связь, проще на литературном примере.

Вариации на тему притчи «Путник» по книге Н. Пезешкиана «Торговец и попугай».

Тысячи лет назад, где-то в Иране

В одной персидской истории рассказывается о путнике, который с великим трудом брел, казалось, по бесконечной дороге. Он весь был обвешан всякими предметами. Тяжелый мешок с песком висел у него за спиной, туловище обвивал толстый бурдюк с водой, а в каждой руке он нес по камню. Вокруг шеи на старой истрепанной веревке болтался старый мельничный жернов. Ржавые цепи, за которые он волок по пыльной дороге тяжелые гири, обвивались вокруг его ног. На голове, балансируя, он удерживал наполовину гнилую тыкву. Со стонами он продвигался шаг за шагом вперед, звеня цепями, оплакивая свою горькую судьбу и жалуясь на смертельную усталость.

В палящую полуденную жару ему повстречался крестьянин. «О, усталый путник, зачем ты нагрузил себя этими обломками скал?» – спросил он. «Действительно, глупо, – ответил путник, – но я до сих пор их не замечал». Сказав это, он далеко отшвырнул камни и сразу почувствовал облегчение.

Вскоре ему повстречался другой крестьянин. «Скажи, усталый путник, зачем ты мучаешься с гнилой тыквой на голове и тащишь за собой на цепи такие тяжелые железные гири?» – поинтересовался он. «Я очень рад, что ты обратил на это мое внимание. Я и не знал, что утруждаю себя этим». Сбросив с себя цепи, он швырнул тыкву в придорожную канаву так, что она развалилась на части. И вновь почувствовал облегчение.

Но чем дальше он шел, тем сильнее страдал. Крестьянин, возвращавшийся с поля, с удивлением посмотрел на путника: «О, усталый путник, почему ты несешь за спиной песок в мешке, когда, посмотри, там вдали так много песка. И зачем тебе такой большой бурдюк с водой – можно подумать, что ты задумал пройти всю пустыню Кавир! А ведь рядом с тобой течет чистая река, которая и дальше будет сопровождать тебя в пути!» – «Спасибо, добрый человек, только теперь я заметил, что тащу с собой». С этими словами путник открыл бурдюк, и тухлая вода вылилась на песок.

Задумавшись, он стоял и смотрел на заходящее солнце. Последние солнечные лучи послали ему просветление: он вдруг увидел тяжелый мельничный жернов у себя на шее и понял, что из-за него шел сгорбившись. Путник отвязал жернов и швырнул его в реку так далеко, как только смог. Свободный от обременявших его тяжестей он продолжал свой путь в вечерней прохладе, надеясь найти постоялый двор.

Двадцать первый век, где-то в европейской части России

В одной дачной истории рассказывается о путнике, который шёл с электрички, приехав из города. Он весь был обвешан всякими предметами. Тяжелый мешок с цементом висел у него за спиной, туловище обвивали пакеты из супермаркета, а в каждой руке он нес по канистре с вином. Вокруг шеи на старой истрепанной веревке болтался старый мельничный жернов. Ржавые цепи, за которые он волок по пыльной дороге тяжелые гири, обвивались вокруг его ног. На голове, балансируя, он удерживал пачку памперсов. Со стонами он продвигался шаг за шагом вперед, звеня цепями, оплакивая свою горькую судьбу и жалуясь на смертельную усталость.

В палящую полуденную жару ему повстречался сосед по дачному посёлку. «О, привет! Зачем ты тащишь нагруженные пакеты из супермаркета, у нас в магазине за углом всё то же самое продают?» – спросил он. «Я не хочу, чтобы мне выставляли какой-либо диагноз и обсуждали его публично без моего ведома и согласия, – ответил дачник». Сказав это, он крепче прижал к себе пакеты и сразу почувствовал, что отстоял свои границы.

Вскоре ему повстречался другой сосед. «Скажи, усталый путник, зачем ты мучаешься с памперсами на голове и тащишь за собой на цепи такие тяжелые железные гири, разве не проще было загрузить это на машину, с которой приехали твои дети?» – поинтересовался он. «Ты сейчас лечишь меня без запроса». Подтянув цепи, он проверил, всё ли на месте и почувствовал, что защитил свой внутренний мир от посягательств.

Но чем дальше он шел, тем сильнее страдал. Дачник, идущий с электрички налегке, с удивлением посмотрел на соседа: «О, усталый путник, почему ты несешь за спиной цемент в мешке, когда, посмотри, вчерашний грузовик привёз тебе много мешков сразу на дачу. И зачем столько еды, – можно подумать, что магазины в округе все позакрываются!» – «Вы ставите диагноз или выявляете его признаки, и публично обсуждаете его. Это противоречит профессиональной этике». С этими словами путник вздохнул и крепче сжал канистру с вином, мысленно желая соседу просветления.

Задумавшись, он стоял и смотрел на заходящее солнце. Последние солнечные лучи послали ему знак: он вдруг увидел тяжелый мельничный жернов у себя на шее и понял, что объяснять соседям необходимость безоценочного отношения к ближним – это его судьба. «Вы не имеете никакого права думать о том, что видите, когда видите меня!» – распрямив плечи и ощутив всю тяжесть мельничного жёрнова, ответил он и продолжил свой путь в вечерней прохладе, надеясь когда-нибудь пойти в фитнесс-центр.

На каждую привычку бывает отвычка

Из разговора с человеком, которому очень плохо

В ситуации с высокой степенью неопределённости (например, что будет и как будет с вашей жизнью после того, как вы расстались с женой, или вас уволили, или у вас финансовые трудности и карманные невзгоды) любой человек переживает так называемое эмоциональное затопление: чувств много, сильных, разных и сразу. Поэтому нужно выполнять три простых правила:

1. Экзоскелет распорядка дня. Постановите себе, что вы соблюдаете в течение дня 1—2—3—4—5 в таком-то порядке и неукоснительно соблюдайте. Будь это проветривание комнаты после пробуждения, заправленная кровать, зарядка, ланч в определённом месте, выход в обеденный перерыв за свежим круассаном или ещё что-то из рутинных событий, – делайте это и хвалите себя каждый раз за то, что выполнили обязательный пункт распорядка дня.

2. Три новых действия ежедневно. Разрешите себе меняться. Выполняйте задание «три новых действия ежедневно» в течение 24 дней. Это должны быть микро-действия. Например, вы привыкли идти на работу по одной аллее – сегодня заставили себя попробовать пойти по другой. Вы говорите сотрудникам «Привет!» – скажите «Здравствуйте» или «Как дела». Вы несёте кружку с кофе правой рукой – попробуйте нести в левой. Становились в супермаркете в кассу посередине ряда – подойдите к крайней. Это необходимо, чтобы на телесном уровне разрешить себе «жить по-новому», а не зацикливаться на старом.

3. Когда эмоции слишком сильны, фокусируйте себя в настоящем с помощью следующей техники самонаблюдения:

– Как я сейчас дышу? (даёте себе ответ на вопрос, какое у вас в данную минуту дыхание)

– Что я сейчас думаю? (даёте себе отчёт о потоке мыслей, которые в данную минуту проносятся в голове, перечисляете всё, что клубится в мыслях)

– Что я сейчас чувствую? (называете все переживания и чувства, которые в данную минуту есть на душе)

– Чего я хочу сейчас? (идёте и сразу делаете то, что душа попросила сделать для себя).

4. Если нахлынут сожаления (о том, что расстался с женой, о том, что не поладил с начальством на работе, или купил что-то и растранжирил деньги, которые сейчас пригодились бы), задавайте себе вопрос: «Ты хочешь, чтобы так было всегда?» и действуйте, исходя из ответа, который вы сами себе на него дали.

Любить – это делать жизнь друг друга лучше. Спрашивайте себя, делает ли жена вашу жизнь лучше, любит ли вас, и хотите ли вы жить полвека в нелюбви. Если хотите и брак это способ социально приемлемым образом получать мазохистическое удовольствие, это одно. Если не хотите, то другое.

Работа – это часть жизни, но не вся жизнь. Спрашивайте себя, готовы ли вы забыть обо всём на свете ради работы, зная, что, когда вы состаритесь и перестанете тянуть нагрузки, любая работа променяет вас-любимого на молодого и сильного нового работника.

Всё самое лучшее в жизни мы получаем бесплатно, а не за деньги. Нельзя купить любовь или дружбу, нельзя купить радость или удовлетворение жизнью. Деньги любят переходить из рук в руки, если у вас на руках мало денег, значит, ваши деньги мало двигались.

Первые десять вариантов новых микро-действий обычно на сессии вместе с психологом придумывают, – психолог предлагает варианты, клиент выбирает то, что ему кажется реальным попробовать. Записывают в блокнот, чтобы на первые несколько дней было «задание» и отговорка «не мог придумать нового микро-действия» не заблокировала процесс. И ещё просят клиента следить за своими ощущениями в процессе осуществления нового действия и записывать в блокнот переживания и мысли, которые проносятся в голове в этот миг. Довольно частo это обесценивающие (не получится, идиот, глупо выглядишь) интроекты, – которые разбирают на следующих встречах с психологом.

Помогите себе сейчас: откройте ежедневник, отсчитайте 24 дня. На каждую привычку бывает отвычка. В ситуации сломанного жизненного стереотипа действуйте по схеме экзоскелет распорядка дня плюс три новых микро-действия каждый день. Боритесь за сохранение плавучести судна, не тоните в эмоциях. Налаживание эмоциональной стабильности заново займёт у вас три недели.

Знания

Что само собой разумеется и его все и так знают

Диссертация

Часть первая, социологическая

В апреле 2015 года социологи Левада-центра опросили 1600 человек по всей России. Среди прочего граждане старше 18 лет из 134 населённых пунктов 46 регионов страны называли своего любимого писателя4.

Респонденты сами решали, кого назвать, от каждого принимался только один ответ, итоговый рейтинг писателя определялся процентом от всех содержательных ответов.

Вот как выглядит двадцатка писателей, сравнение 2015 года с 1994:

Примечание. Приводится 19 имен наиболее популярных писателей.

В июне 2008 года в сети Интернет были опубликованы результаты опроса, проведённого фондом «Общественное мнение». Исследователей интересовали исторические деятели России, оказавшие наибольшее влияние на судьбу страны. Из 500 предложенных заказчиком исторических личностей на первом этапе выбрали тех, о ком знает хотя бы половина населения России. На втором этапе исследования были отобраны 50 персонажей, который оставили, по мнению россиян, наиболее значительный (притом неважно, положительный или отрицательный) след в истории России.

Опросы репрезентировали взрослое (18 лет и старше) городское и сельское население России. Интервью проходили по месту жительства респондентов. Общий размер выборки составил 12 тысяч человек.

В числе избранных 50-ти оказались и писатели, числом более десятка (перечисляются в порядке убывания голосов, поданных посетителями сайта www.nameofrussia.ru): Есенин С. А., Пушкин А. С., Чехов А. П., Гоголь Н. В., Достоевский Ф. М., Булгаков М. А., Толстой Л. Н., Лермонтов М. Ю., Бунин И. А., Блок А. А., Тургенев И. С. Ответа на вопрос, почему именно они, социология не даёт.

Часть вторая, психологическая

Как узнать, почему одни тексты кристаллизуют в себе общественное, историческое, эпохальное, лично-смысловое и становятся избранным для национальной культуры на века, другие оказываются «модными» своей общественно-политической интонацией, взглядом на события прошлого, переживанием своего времени и современников, акцентом на внутриличностном конфликте героя на одно лишь десятилетие, а третьи вообще не получают широкого распространения?

Литературны критик Лев Аннинский в книге «Три еретика» высказывает мысль о том, что писатель пытается понять национальную духовную ситуацию, иногда опережая время. Природа таланта, по мнению Аннинского, работает в нём так, что он отбирает только то, что надо. Талант всегда мыслит, хотя не всегда рассуждает. Общество может быть созвучно своей эпохе, а может от неё отставать. Речь не о календарных сроках, а о готовности умов и душ понять или отвергнуть предложенный им текст.

Время меняет жизнь, новые жизненные пласты требуют нового истолкования, новых точек отсчёта, каковые и ищет литература. Литератор, по Аннинскому, за точку отсчёта берёт ценности, формулирует позицию. И только тогда, когда у него есть эта духовная позиция, он Писатель с большой буквы. Писатели первого ряда составляют духовную элиту страны. Но мало быть элитой, нужно ещё резонировать правильной частоте. Загадки жизни культура разрешает, выдвигая именно такого, резонирующего времени, художника.

Отсчёт не от духовных ценностей, а от «запросов публики», да и сами эти запросы, есть «дремучее любительство», которое никогда не поднимется до запредельного, пророческого, сверхлогического дальномыслия. Именно поэтому культовый, всенародно известный, популярный и канонический писатели в одной и той же культуре – разные люди.

Историческая психология – отрасль знания, которая исследует историю, культуру и психику, – предлагает методологию изучения вопросов на стыке разных областей и понятийный аппарат ментальности. Если у читателя есть желание погрузиться в предмет, обязательны для прочтения монографии профессора Владимира Александровича Шкуратова5,6.

Идеи Владимира Александровича Шкуратова легли в основу диссертации, выполненной на кафедре социальной психологии в аспирантуре Ростовского Государственного Университета (в настоящее время Южный Федеральный Университет) в 1995—1998 годах. Сказать по правде, диссертация это трёхсотстраничный том, написанный в иссушающей мозг академической манере.

Бермант Ольга Викторовна. Письменная ментальность в России 1917—1996 гг. по материалам художественного книгоиздания: Диссертация на соискание учёной степени кандидата психологических наук. Специальность: 19.00.05: Ростов н/Д., 1998 303 c. РГБ ОД, 61:99—19/118—0

Идея Владимира Александровича была проста: собрать фактический материал по советскому периоду, какие художественные издания каким тиражом издавали, и посмотреть закономерности. Как выяснилось, за 79 лет 20284 автора издали 101464 различные книги, т.е. «в среднем» один автор опубликовал пять книг. Фактически суммарное количество изданий, выпущенных в свет одним автором, варьирует от 1 до 1029 (за 79 лет). Количество экземпляров всех книг одного автора ещё более диспропорционально: оно изменяется от 130 до 166118782 экземпляров.

Диссертация анализирует таблицу в 79 столбцов и 20284 строк вдоль и поперёк. Живое изложение результатов размышлений над базой данных можно найти в статье, написанной в соавторстве7.

Скан статьи доступен любому желающему здесь: https://yadi.sk/i/fdvMssZZca3T9

Как показывает эмпирическое исследование, в составе ядра письменной ментальности 43 зарубежных автора (39%) и 67 отечественных (61%). Эти писатели играют роль преемников культуры, удерживая основные ценности системы.