Лесниковы байки. «Пышонькина куколка»

Глава 13.

Савелий млел от парного духа, сидя на деревянном полке́ бани. Наксай запаривал душистый можжевеловый веник, по своему обыкновению что-то напевая на непонятном для Савелия языке.

Завтра должен был приехать Евлампий, а сегодня устроили банный день… Неделя, проведённая им здесь, на безымянном выселке, показалась Савелию вечностью. Руки, ноги и спина уже не болели, а бессонница, которой он частенько страдал до приезда сюда, чем вызывал у Евдокии слёзы и панику, теперь чудесным образом прошла. Засыпал Савелий ещё до того, как голова его касалась подушки, без всякой микстуры, выписанной лучшим в Петровке лекарем.

– Что же, вот и прожил я у вас неделю, как и уговаривались, – пыхтя от удовольствия, спрашивал Савелий, – А что же, про серебро-то когда мне всё поведаете? Ты, Наксай, чего смеёшься? Сами обещались, а всё тянете!

– Так ты только про серебро и хотел узнать? – с насмешкой в зелёных глазах, в которых играли отблески огня, сказал Наксай. – Так бы сразу и говорил, что окромя серебра тебе ничего и не надобно! Я-то думал, ты жизнь свою хочешь наладить…

– Того и хочу! А для этого мне и надобно знать, где серебро, про которое старый Федотов говорил, и самородок мне показывал, небольшой, но думается мне, у него их много было, только опасался он про это говорить, чтобы не отобрали! Да в околоток не упекли, и держали бы там до того, пока не скажет, где взял!

– Так за Сайдагаркой серебро то, меж двух сопок копи есть, неглубоко вовсе. Видать про них твой старатель говорил. Ну, после ужина нарисую тебе путь, но только ты гляди – серебро да золото нынче могут невесть куда человека завести. Неужто окромя них и не хочешь ничего?

– Сестру твою в жёны хочу! – выпалил вдруг Савелий и сам своих слов испугался, глядя, как потемнели глаза Наксая, засветились белыми и жёлтыми бликами.

– А на что тебе жена? Да ещё такая, как Акчиён? Она в твой дом не пойдёт жить, а тебе здесь не захочется оставаться. Не терзай себя, и забудь. Не для вашего племени она…

Савелий со страхом покосился на крепкого, мускулистого парня, и решил, что больше о таком с ним не заговорит… боязно! Да и прав Наксай, не для его мира Акчиён, в Петровке, в отцовском доме она жить не захочет… а он сам уедет и постарается позабыть то, что ему тут пришлось пережить! Кому расскажи – засмеют! И Евдокия, кабы ей узнать, что тут Савелию пришлось на навоз в конюшне чистить, и дерева в лесу пилить, да много чего ещё… тут бы Евдокию кондратий хватил вовсе!

После обеда Савелий сидел на лавке у стола в большом доме. На нём снова были его сапоги, начищенные до блеска, чистая белая рубаха и его новёшенький камзол с пуговицами. Акчиён сидела напротив, перед нею лежал вышитый рушник, а на нём – куколка. Простенькая, в голубом сарафане и волосами из пшеничного цвета нитей, собранными синим венком. Тонкий узорчик по сарафану, словно ниточка серебряная…

– Что тебе обещали – всё дадим, – сказала Акчиён, – Но теперь слушай меня, запомни хорошенько, что скажу. На перепутье ты стоишь, как меж двух дорог. И мне неведомо, что ты выберешь, как в тумане твоя жизнь! Про серебро тебе всю правду Наксай сказал – вот и старай, как отец твой старал камни – механизмы привёз, чтоб людям было легче работать, тут и дело скорее пошло. Люди возле дела того и дома строили, детей растили, жизнь сытую видели, потому и шло дело. Ты на это погляди, и старай серебро так же, во благо людям чтобы служило,и тебе будет от того счастье во много крат! Коли так будет, то и судьба тебя не обойдёт, наградит бо́льшим! А коли свернёшь не туда… мука тебя ждёт, и многие люди около тебя станут мучаться, и смерть страшная тебя ожидает, запомни это! Вот тебе подарок от меня – куколка заговорённая, ты её береги. В рушник оберни и положи так, чтоб никто не касался чужой, не для других она рук. Плохого от этого не сделается, но лучше так – от глаз чужих спрячь. И если надо будет тебе совета спросить, на перепутье окажешься, ты как спать будешь укладываться, куколку мою разверни да спроси, о чём душа просит. После спать спокойно ложись, а утром ответ будешь знать – придёт к тебе правильная дума. Благодарствуй, Савелий Елизарович, что погостил у нас, помощь оказал! Ещё одна просьба у меня к тебе будет, но про это завтра скажу. А теперь уж и спать пора. Завтра по утру прощаться станем!

Акчиён встала, поклонилась гостю в пол и ушла в светёлку, притворив за собой дверь. Наксай сидел на скамье напротив Савелия, улыбался загадочной своей улыбкой и блестел глазами. Всё же как ни крути, в этих сумерках Наксай на волка похож, волосы, словно шерсть с проседью, а ведь молодой он совсем! Наксай протянул ему свиток из желтоватой бумаги, твёрдой, словно береста. На ней был начертан путь – большая река с обозначениями, после равнина заливная, лог, а там и Сайдагарка, на ней броды удобные обозначены, дальше две сопки и место, где копи.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.