Лесниковы байки. «Старое Рыбалье»
- -
- 100%
- +
Мишкой дед звал Малышова брата, жил он у деда во дворе и в Алексее души не чаял. Сперва, по приезде городского гостя, Мишка к нему отнёсся крайне недоброжелательно, и пару дней Алексей ходил по двору с опаской. Но после Мишка захромал. Дед Матвей ушёл тогда на обход, недалеко, проверить лесные свои борта, пса с собой не взял – недалече идти то, быстро обернётся, а Мишка чего-то невесёлый ходит, как бы не занемог.
Вот Алексей и приметил, что Мишка сначала хромал, шастая по двору, а потом и вовсе перестал на переднюю лапу наступать. Жалко животину, думал Алексей, видно, что страдает, но и подойти к такой махине, весьма недружелюбно смотревшей на него… страшновато.
Но и ничего не делать, смотреть как лежит Мишка в тени забора и поскуливает Алексей тоже не смог. Взял кусочек мяса, в собачью плошку воды налил и осторожно подкрался к смотревшему на него весьма пристальным взглядом Мишке. Положив подношения, Алексей чуть отошёл. С сомнением глянув на Алексея, потом на угощение, Мишка снизошел и мясо съел. Алексей принёс ещё, на этот раз смелее подошёл к собаке и протянул мясо на открытой ладони. Мишка аккуратно взял кусок, и пока жевал, Алексею удалось осмотреть псу лапу. В мягкой подушечке торчала огромная заноза, Алексей не растерялся и выдернул её. Мишка взвизгнул, огромные зубы лязгнули где-то рядом с Лёшиной рукой, сам он упал на спину, крича и тыкая занозой в воздух:
– Мишка, фу! Вот, вот, я её вытащил!
Позже Мишка лежал у крыльца и зализывал рану, Алексей сидел рядом и уговаривал его не обижаться и позволить обработать рану йодом. Такую картину и застал тогда вернувшийся из леса дед Матвей. После этой истории Мишка к Алексею проникся, и даже однажды принёс ему выкопанную откуда-то кость. Дружба была скреплена таким подарком, чему Алексей был очень рад.
Вот и теперь дед Матвей велел Алексею Мишку с собой взять, до порогов идти прилично, пусть хоть разомнётся.
– Ты только вдоль берега ступай, – наставлял Алексея старый лесник, – Там по отмели как раз доберётесь, чтоб по верху не лезть. До утёсов и дойдёте, там твои пороги. Да гляди, до ночи чтоб обернуться время рассчитай.
Человек и собака шли по каменистой отмели, протянувшейся далеко вверх по течению реки. Противоположный берег был высоким и крутым утёсом, по верху поросшим кустарником и подлеском, переходящим дальше от реки в вековой бор.
Алексей нёс рюкзак с аппаратурой и скромным запасом провизии, маленькая кружка, прикреплённая к рюкзаку, мерно позвякивала на ходу. Денёк выдался на славу, и Алексей предвкушал получить отличный материал и к вечеру вернуться обратно! Мишка шастал туда и сюда, обследуя берег и иногда подбегая к воде, чтобы попить.
Вскоре показались и пороги, они были недалеко от заимки лесника и это их говор слышал ночами Алексей. Давно хотел сюда дойти, да всё времени было жаль тратить на это целый день. Ну вот, выдалась половинка – как раз ему хватит.
Птицы гомонили во всю, присутствие человека и собаки их ничуть не беспокоило, Алексей укрепил свою аппаратуру на плоском камне, а сам вместе с Мишкой расположился дальше от воды. Берег, по которому они пришли, здесь чуть поднимался над руслом, образую неглубокий грот, вот там, в тенёчке, они с Мишкой и разлеглись. Скинув обувь, Алексей вытянул ноги, утренняя поездка на катере была не из приятных, их почему-то сильно болтало и ветер вместе с брызгами воды резко бил по лицу.
Мишка задремал, и Алексей, положив на собаку голову, тоже прикрыл глаза. Вода шумела на перекатах, убаюкивая и принося прохладу… вздремнуть полчасика, не больше… иначе вся запись насмарку…
Проснулся Алексей от того, что Мишка рядом вздрогнул и глухо зарычал. Алексей подскочил и огляделся кругом, может кто из рыбаков местных или охотников идёт? Мишка чужих не жалует! Он положил руку на вздрагивающий и ходивший буграми собачий загривок. Пуст был берег, никого не было видно, и… слышно.
Странная, звенящая тишина стояла над берегом, привычное ухо Алексея ничего не улавливало, ни птичьего гомона, ни шума ветра в высоких вершинах… ничего… Даже река гудела на перекатах по-иному, тревожно, глухо, словно бы угрожающе…
Алексей поёжился, мурашки пробежали по спине, и тут парень порадовался, что взял с собой Мишку, всё же не так страшно вдвоём-то. А между тем пёс вёл себя весьма странно! Он описал круг по небольшому каменистому пятачку, на котором они устроились, после встал рядом с Алексеем и с тревогой посмотрел ему в лицо.
«Нужно запись выключить, – подумал Алексей, пытаясь взять себя в руки, – Может гроза собирается, почему такой воздух странный…»
Потянуло какой-то промозглой затхлостью, а вовсе не свежестью реки и запахом хвои, Мишка глухо зарычал. Алексей пытался понять, может быть он сейчас спит и всё это ему попросту снится, и изо всех сил старался проснуться. Но понимал, это вовсе не сон…
Он медленно двинулся к тому месту, где установил записывающее устройство, воздух вдруг сделался каким-то густым, идти стало трудно, Мишка топтался рядом и тыкался в колено Алексей своей большой головой. Парень выключил запись и аккуратно убрал аппарат в футляр, здесь что-то не так, нужно уходить отсюда.
Чувство какого-то животного, беспричинного страха сковало всё тело так, что даже мышцы свело судорогой, камни, которыми был усыпан берег, больно впивались в босые ноги Алексея и ему казалось, что именно эта боль не даёт ему сейчас же упасть без чувств.
Перекинув ремень от сумки с аппаратом через плечо, Алексей поднял взгляд, пытаясь вздохнуть глубже, и остолбенел… Мишка рядом с ним ощерился и грозно зарычал.
Неподалёку от них, там, где с берега ссыпались мелкие камни, поросшие чем-то зелёным то ли мхом, то ли травой, стоял человек.
Алексей сжал ладонью Мишкин затылок, каким-то шестым чувством он угадал, что даже такому большому и сильному псу не справиться с тем, кто так пристально смотрит на них сейчас.
Плоское, чуть скуластое лицо, раскосые глаза и круглая меховая шапка, это в такую-то жару… Но не это было самым странным в этом человеке! Вся его одежда была странной, сделанной из какой-то плохо выделанной кожи… или может была испачкана чем? Кое где поглядывали этнические узоры, вышитые белой и красной грубой нитью, полуистлевшие перевязи были скреплены поржавевшими пряжками. Штаны человека были все измазаны чёрным, то ли грязью, то ли сажей, а может быть и тем и другим! Но то, что увидел Алексей ниже…
Одна нога этого человека была обута в полуистлевший сапог, а вторая… белые кости были явственно видны через висевшие обугленные ошмётки кожи и плоти, которые тошнотворно колыхались на ветру.
Алексей схватился за пояс, на котором висел небольшой охотничий нож, подаренный дедом Матвеем. Тот, кто стоял на склоне, засмеялся, в горле его забулькало, и Алексей увидел на его шее глубокие сквозные дыры, откуда сочилась чёрная кровь.
Глава 5.
Алексея мутило, он стоял на камнях и уже не ощущал боли от впивающихся в босые ступни каменей. Всё в нём напряглось, рука сжимала рукоять ножа, она стала такой горячей… Мишка переступил с лапы на лапу, прижал уши и снова зарычал, и то существо… человеком его трудно было назвать, двинулось на Алексея.
Мишка залаял, а Алексей, продолжая сжимать собачий ошейник, поднял руку с ножом:
– Стой на месте! – крикнул он, – Не подходи, или я спущу собаку!
Распялив чёрный рот, незнакомец оскалился, изо рта посыпались чёрные черви, челюсть неестественно отвисла. Пугать такое существо собакой? Смешно! Это пронеслось в голове у Алексея, и чем ближе подходил незнакомец, подтягивая за собой изорванную ногу, тем сильнее накатывалось на Алексея ощущение неминуемой смерти… с которой нужно смириться, и нет от этой погибели спасения, нет шанса, и не за чем жить.
Колени у Алексея подогнулись, судя по всему, и Мишка тоже ощущал нечто подобное, потому что он жалобно заскулил и присел на камни.
То, что надвигалось на них, заскрипело зубами и было уже совсем близко, в накатившейся на берег тишине было слышно, как скребёт его рваная нога по камням… Алексей попытался поднять было руку с ножом, но она словно стала свинцовой, он не смог ею даже пошевелить. Это всё, понял Алексей, сейчас он умрёт здесь, вместе с верным Мишкой…
– Чагат…, – голос разнёсся над берегом ниоткуда и ото всюду, тот, что шёл на Алексея вздрогнул и остановился, лицо его страшно перекосилось.
Алексей почувствовал, что та тяжесть и тоска, та чёрная безысходность и желание покориться страшной кончине отступила. Он ощутил, как его босые ноги залило холодной водой, и опустив глаза увидел, что река на перекатах вспенилась, запела звонко и весело, от этого захотелось жить! Вода заливала берег, ручейки струились меж камней, играли серебристо-голубыми искрами.
Алексей вместе с Мишкой стояли теперь в воде, она словно огородила их от того, кто щерился в зверином оскале, торопливо отступая назад, туда, подальше от заливающей каменистый берег воды.
Мишка залился лаем, словно тоже почуял, как отступило зло, навалившееся и на его храброе собачье сердце! Алексей покрепче ухватился за ошейник, нельзя пустить Мишку туда, к этому… иначе ему конец, парень это чувствовал.
А река бурлила всё сильнее, водяные искры взметались вверх, доставая чуть не до самых вершин елей на противоположном берегу. В этих искрах показался силуэт девушки в старинных одеждах, и Алексей потряс головой, он боялся, что сошёл с ума…
– Уходи, Чагат! – девушка повела рукой, и вода вскипела сильнее, тесня Чагата на камни, – Здесь тебе нет воли, и не будет! Люди не твои, уходи!
– Здесь всё моё! – проговорил Чагат, – Это моя земля! Всё моё, род мой велик, победил всех врагов! И ты не сможешь… не… сможешь…
Челюсть его неестественно вывернулась, черная слизь потекла на ржавый нагрудник, нога в лохмотьях гнилого мяса подогнулась, и он упал на одно колено, словно кланяясь стоявшей в искрящейся воде девушке.
– Нет на этой земле ничего твоего, отторгла она тебя, и твой род сгинул во мраке веков, – сурово сказала девушка и взмахнула рукой, от чего синие воды плеснули сильнее и Чагат закричал что-то на незнакомом Алексею языке.
Протяжно завыл Мишка, тоскливо и горестно, вспыхнуло на каменистом склоне и Чагат пропал в чёрном, пахнувшем гарью и смертью мареве. Девушка повернулась к Алексею, который стоял по щиколотку в воде, но она понемногу убывала, стихия, спасшая их с Мишкой, тихо отступала от людей.
– Скажите, кто вы? – справившись с собой и снова обретя дар речи, спросил Алексей, – Вы нас спасли… спасибо!
– Зло вернулось в эти края, – прошелестел голос, силуэт девушки таял на глазах, превращаясь в сиреневую дымку, – Остерегитесь, люди, не пускайте зло в свои сердца…
Сиреневое марево над порогами исчезло, Алексей стоял на мокрых камнях и вдруг понял, что звуки снова вернулись в этот мир. Снова шумел высокий бор на другом берегу, птичьи трели заливисто звенели на всю округу, а вода спокойно шумела на каменистых перекатах.
Мишка шумно вздохнул, и пошёл обходить небольшой каменистый бережок, где они расположились, обнюхивая всё и иногда поднимая нос по ветру. Алексей тоже очнулся и пошёл к воде, чтобы умыть лицо, но окунув руки в воду подумал, и сунул голову в свежие холодные струи.
То, что с ним сейчас случилось… он это всё действительно видел? Это было не наваждение, не дурной сон или бред, может он перегрелся? Или заснул так крепко, и теперь нужно просто проснуться?
Холодная вода с мокрых волос текла Алексею за шиворот, и он понимал – он не спит… и не спал! Всё это было на самом деле, и вот даже Мишка, хоть он и собака, а сидит у воды и трясёт ушастой своей головой, видать тоже пытается понять, не приснилось ли ему это всё в страшных собачьих кошмарах.
Алексей обулся, аккуратно положил сумку на камень и пошёл туда, на склон, где только что стоял тот, кого призрачная девушка называла Чагатом. Осторожно ступая по большим валунам, Алексей думал… не может такого быть, чтобы это был тот самый, про которого старый лесник рассказывал!
– Да? И много ты знаешь людей, которые вот на такой ноге по камням ходят? – ехидно спросил Алексей сам себя, – Ты же видел, там от ноги нет ничего… обычный человек вообще не выжил бы при таком! А его шея?! И… остальное…
Алексей внимательно рассматривал большие камни у себя под ногами, они были измазаны какой-то чёрной грязью, может, сажей. Сгустки слизи стекали с них кое-где, тошнотворно воняло гнилью, а на одном валуне Алексей увидел отчётливый угольно-чёрный след сапога…
«На нём и были сапоги кожаные, вроде бы…, – думал Алексей, озадаченно рассматривая отпечаток, – Чем раньше там сапоги-то подбивали с подошвы? Войлоком или кожей, типа такого… Надо деда Матвея спросить. А как? Не скажешь же ему, что видел призрака с ободранной до костей ногой… Да, дела!»
– Мишка, давай домой двигать, – негромко позвал пса Алексей, – Дело уже к вечеру, я бы не хотел здесь ночь застать! Да и дед нас заругает, он же говорил, что в сумерках тут можно запросто на камнях ноги переломать.
Пёс послушно подошёл к нему, продолжая тянуть носом воздух, Алексею тоже казалось, что откуда-то немного тянет гарью или дымом. Может, пожар где неподалёку? Нужно возвращаться! Человек и собака, беспокойно оглядываясь, зашагали прочь по каменистому берегу.
На душе у Алексея был сплошной сумбур. Он шёл и думал о том, что такого просто не может быть… то, что он увидел сегодня, противоречит всему, что он учил и в школе, и сейчас в институте. Одно дело – слушать под треск сверчка дедовы присказки, а другое… Но как же – а след? И этот запах гари?
Так вот в чём дело! Алексей даже обрадовался такой своей догадке! Наверное, где-то недалеко, в Тайге, начался пожар, дымом понесло по берегу реки, когда они с Мишкой задремали там, во сне они надышались и им такое приснилось, или привиделось! А потом ветер подул с реки, дым отнесло в другую сторону, они и пришли в себя! А след? Ну, неизвестно, кто и когда его оставил! Может быть Алексей видел его раньше, когда только пришёл к порогам, но не придал значения, а после, во сне, это и явилось ему!
Ну, теперь стало значительно, лучше, когда всему нашлось нормальное объяснение! Алексей тряхнул влажными ещё волосами, голова немного побаливала – ну точно надышался дымом! Нужно спешить на заимку, дед Матвей должен знать, если где пожар, с холма всё видно! Алексей глянул кругом, может подняться чуть выше с берега, там по верху должна идти тропа, он ей ходил… может быть оттуда что-то будет видно? Хотя, дед Матвей сказал по берегу идти лучше… Ладно, он человек опытный, нужно совета его послушать!
– Мишка, идём побыстрее, может помощь наша нужна! – Алексей поторопил скорее себя, чем идущего рядом пса.
Часа через полтора Алексей свернул на знакомую тропу, за кустами и невысоким ельником показалась изба деда Матвея. Сам хозяин стоял возле сарая приложив ко лбу ладонь. Увидев возвращающихся Алексея и Мишку, он махнул им рукой и принялся что-то там тесать топориком… Значит, никакого пожара нигде нет, подумал Алексей и нахмурился.
Глава 6.
– Ну, как оно? – спросил дед Матвей вернувшегося Алексея, – А ты никак купался? Дак и немудрено, жара-то стоит. Ну, поди в дом, отдохни маненько, скоро ужинать станем.
Мишка улёгся на своё любимое место под стеной сарая, в тенёк, и принялся грызть припасённую им ранее косточку. Алексей глянул на пса, жаль, что у него ведь не спросишь ничего… было оно на самом деле, или приснилось ему.
За небольшой банькой стояли бочки с водой, за день она нагрелась на жаре, и Алексей помылся, поливая на себя из ковша. У сарая постукивал топор, дед Матвей что-то там правил, солнце уже разлилось над горизонтом кроваво-красным закатом. Дед говорит, такой закат к вёдру, завтрашний день тоже будет знойным.
– Дедусь, а что, ничего сегодня не горело в округе? – вытирая голову полотенцем, спросил Алексей, подходя к сараю, – Мне показалось, будто дымом по берегу несло.
– Горело? – дед с удивлением поднял седые брови, – Да вроде нет, слава Богу! Селиванов Пётр вот только недавно вертался с Кривой сопки, а оттудова уж точно любой дым окрест видать было бы, так ничего, довольный шёл, с добычей. Может, кто костёр держал от тебя неподалёку? Не приметил никого?
– Да нет, вроде бы никого… и потом обратно шли, не было видать никого, – задумчиво ответил Алексей, – Может дальше, в лесу туристы какие…
– Такая сушь стоит, какие сейчас костры, – ворчливо ответил лесник, – Запрещено это сейчас, может так, залётные кто… Пойду-ка с чердака гляну, покуда не стемнело, мало ли! Может где и дымит…
Алексей покачал головой, глядя, как дед ловко и шустро забирается по лестнице на чердак высокого сарая, оттуда, через широкое окно сеновала можно было оглядеть округу. Но сейчас парень думал… нет, не пожар это был, и не костёр незадачливых туристов. И всё, что было с ним сегодня – случилось на самом деле, никакой это не сон.
– Чего-то ты сегодня и не ешь ничего, никак прихворнул? – дед Матвей прищурился на парня, который задумчиво смотрел в окно, – Болит чего?
– Нет, дедусь, ничего не болит. Так, задумался. Скоро вот ребята приедут с Анютой, собираются вылазку тут сделать, составить карту ландшафта, и что-то там ещё они изучить хотели, на Старом Рыбалье. Вот я и думаю…
– Ох, вот егоза, егоза, эта наша Нютка, – вздохнул дед, – Уж сколь говорёно девке, рази это место для прогулки – гарь старая, поди знай, чего там… какой беды да откудова ждать! Чего там бродить, гарь и гарь, ничего там нету. Вот когда было… дак лет может с семь, али больше, ходили туда что ли археологи, раскопки делать собиралися, да чего-то не вышло у них. Все вернулись через три дня. Одного на носилках принесли, другой сам шёл, да только на костыле и нога вся деревяшками заложена – шины накладывали. У меня катер ждали, так всё молча, молча… чего случилось у их там, не сказывали. А только и так понятно, что ничего хорошего! А ты никак с ними собрался?
– Собрался, – кивнул Алексей, – Тоже охота посмотреть, да и… помочь им может чем.
Алексей слегка покраснел, не скажешь ведь деду Матвею, что единственная причина, по которой он собирается идти с группой историков – это Анюта. Но дед того не приметил, занялся своими делами, а Алексей решил переслушать то, что записал на перекатах, чтобы немного отвлечься и вернуться к технике, к обычной жизни, какой живут все люди.
А на записи река несла через пороги свои воды, шумел лес и пели птицы, Алексей закрыл глаза, слушая звуки в наушниках, в окна уже заглядывали сумерки, тени протягивались по дощатому полу избы. Вдруг всё стихло… нет, не в доме – со двора всё так же доносились звуки дедова топорика, всё стихло на записи. Гудела река, но как-то тревожно и страшно, но не было больше слышно ни пенья птах, ни шума ветра в еловых вершинах.
И тут Алексей расслышал его… глухой, хрипловатый и страшный голос негромко тянул какую-то то ли песню, то ли молитву на незнакомом языке. Парень прибавил звук и за мерным, только каким-то железным звоном падающей с камней воды в реке, он расслышал голос старухи, та мерно, словно ударяя в незримый бубен, повторяла какие-то слова. Постепенно слова становились отчётливее, но при этом их всё равно было не разобрать, они сливались в гудящий, сверлящий мозг, давящий звук.
Голова у Алексей заболела, мозг словно закипал внутри, в ушах тонко и противно зазвенело. Он поспешно снял наушники и огляделся по сторонам. Тишина, благостная и свежая, даже дедов топор смолк, слышалось, как дед Матвей напевает что-то под окном.
«Как-то надо дослушать до того места, где… где говорила девушка с…этим, – Алексей взялся за голову руками и пытался собраться с мыслями, – Она называла его Чагатом? Или я ослышался? Может на самом деле на меня так дедовы сказы подействовали, я задремал и всё привиделось! Но как же… на плёнке? Там ясно слышно, как кто-то говорит! Нужно потерпеть этот зудящий звук и постараться дослушать дальше!»
В избу вошёл дед Матвей, налил в собачью миску сваренную для Мишки похлёбку и пристально посмотрел на Алексея.
– Ты, паря, бледный какой-то! Чичас я тебе достану взвару, на меду! Кабы тебя на реке-то нонче не продуло! Воды вот принесу…
– Дедусь, да я нормально! – спохватился Алексей и взял с лавки два больших жестяных ведра, – Я сам по воду схожу, сейчас, я быстро!
Засиделся со своими звукозаписями, позабыл, что деду помогать надо, корил себя Алексей, подходя к колодцу. Вытащив ведро воды, он в задумчивости смотрел вдаль, голова гудела после прослушивания плёнки… всё же что-то там такое есть, только вот как дослушать? Алексей напился воды и умыл лицо, сразу полегчало, прояснились мысли, растаяла пелена перед глазами.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.