- -
- 100%
- +
–Ну, расскажи нам, мил человек, чей ты будешь, откуда родом, – накладывая в розетку варенье, спросила Андрея бабушка Дарья.
– Я сам из Озерков буду, – поставив чашку с готовностью заговорил Андрей, – Отец у меня ветеринаром работает, а мама товаровед в магазине. Брат есть старший, на флоте служит, и сестра младшая, первый год, как в институт поступила в городе. Вот, и я отучился на энергетика в городе, вернулся в родные места. А в Семёновке мне нравится, у меня здесь друзья живут, вместе в футбол играли и в речке купались. А вот внучку вашу я никогда раньше здесь и не встречал…
– Так уж и не встречал, – усмехнулась Дарья Ивановна, – Может быть просто не примечал раньше-то, до того, как брюки подшить занадобилось!
– Может и так! – смело глянул на неё Андрей, – Судьба и свела, так бывает.
Натка устала. И от бабушкиного загадочного поведения, и от смешливого Андрея, и от напряжения, которое не покидало её в ожидании того, что же задумала бабушка. Уж она то прекрасно понимала, что ни в какой клуб она с Андреем не пойдет, и ни на какое кино её бабушка не отпустит.
Да, честно сказать, ей и не хотелось. Она хотела, чтобы поскорее это всё закончилось! Чтобы ушёл этот непонятный человек, чтобы бабушка уже отходила её за это как следует… Уже протопилась маленькая банька позади дома, и Натка натаскала туда много воды сегодня, так что можно будет поблаженствовать. А после улечься на свою кровать, вытянуть ноги и почитать книжку, пусть уже она прочитана дважды, ну и что! Натке всё равно было интересно, она умела воображать, что в этот раз окончание может каким-то чудом оказаться совершенно другим…
– Наталья! Уснула что ли? – из дум её вернул голос бабушки, – Убирай, говорю, со стола.
Натка начала убирать чашки, ожидая, что вот сейчас бабушка прогонит уже Андрея и всё это закончится. Но когда она вернулась из кухни, бабушка жестом приказала ей сесть на стул возле неё.
– Ну что, Андрей, гость наш дорогой, не передумал приглашать девушку в кино? – голос Дарьи напрягся и прозвучал резко.
– А почему… почему я должен был передумать? – удивленно спросил гость, – Я хотел вас убедить, что ничего плохого по отношению к вашей внучке у меня и в мыслях нет, чтобы вы не волновались, что с незнакомым человеком её отпускаете… Вот и зашёл познакомиться…
– Не передумал, говоришь?! А ты что, не заметил разве, что она калека?! Инвалид она!
– Ка… что? Что вы такое говорите? – ошарашенно спросил Андрей и поглядел на вспыхнувшее лицо Натки.
– Да! Или ты слепой совсем?! Хромая она, от рождения! Ноги у неё разные! Что, поведешь в кино такую? – бабушка поднялась со стула, – Всё, иди восвояси, жених! Не в тот дом ты женихаться заглянул! Иди, сказала, пока валёк не взяла, да не поучила тебя по бокам!
– Я… Дарья Ивановна, я же… и что… – Андрей в изумлении смотрел на хозяйку дома, чьи глаза метали молнии, и на сжавшуюся на стуле Натку.
– Ну! Что застыл?! Там у нас дверь! И не приходи больше сюда, в другой раз тебя не чаем встречу!
Вытолкав за дверь гостя, бабушка сунула ему в руки его куртку и шапку, сама вышла в сени и проследила, чтобы Андрей, испуганно оглядываясь, ушёл со двора за калитку.
– Что к стулу прикипела?! – закричала Дарья на внучку, – Ты его попросила о том, чтобы пришёл? Ты? Отвечай прямо, за враньё получишь сполна!
– Никого я не просила, – вдруг произнесла Натка без страха совершенно, и даже немного будто заскучавшим голосом, – Очень мне надо его кино. Бабуль, я в баню пошла, и так еле дождалась, пока он уйдёт.
Дарья, набравшая уже было полную грудь воздуха, чтобы накричаться вдоволь на внучку, объяснить ей, как опасен этот улыбчивый парень, и подкрепить свою науку парой оплеух, вдруг осеклась и удивлённо посмотрела на Натку:
– А… а чего же он тогда пришёл? – выпалила она совсем не то, что думала сказать.
– А я откуда знаю! Сколько всяких клиентов еще в пошивочную придёт, я что, должна знать, что у каждого в голове?!
Натка взяла с полки старенького шкафа чистое бельё и неровным своим спокойным шагом отправилась запаривать можжевеловый веник в старой лохани, сама удивляясь, как вдруг всё ей стало безразлично.
Глава 10.
Но Андрей, по всей видимости, вовсе и не собирался исчезать из Наткиной жизни, даже несмотря на такой «радушный» приём её бабушки. Конечно, приходить в гости он пока больше не осмеливался. Но в пошивочную явился на следующий же понедельник и снова укараулил Натку в конце её рабочего дня.
– Наталья, здравствуйте! – его высокая фигура неожиданно показалась из-за угла, и вышедшая из Дома Быта Натка невольно вздрогнула, – Простите, если я вас напугал, не намеренно.
– А, это вы…здравствуйте, – Натка закуталась поплотнее в шаль и направилась в сторону своего дома, теперь уже не скрывая своей хромоты.
– Наталья…можно я вас хоть немного провожу? – негромко попросил Андрей, – Не до дома, раз уж у вас бабушка такая строгая, хотя бы до улицы вашей.
– А зачем? – спросила Натка.
– Что? – не понял её вопроса Андрей и остановился перед девушкой.
– Ну, зачем вам меня провожать? Вообще, зачем вы сюда ходите? И домой к нам зачем приходили? – Натка смотрела прямо в глаза Андрею своими большими синими глазами, кажущимися сейчас чёрными.
– Ты думаешь, меня испугал твой…недуг? – как-то резко ответил Андрей, вдруг перейдя на «ты», – Я лично ничего особенного и страшного в этом не вижу! Ты – обычная девушка! Только… очень красивая и добрая…
Голос его смягчился, он хотел было взять Натку за руку, но не посмел. Вечерняя темнота хорошо скрыла его запылавшее от смущения лицо, и он с большим усилием вернул своему голосу непринуждённый тон:
– Ну что, недолгая дружеская прогулка ведь не повредит вам?
Натка молча пошла вперед по расчищенной трактором дороге, осторожно обходя крупные комья снега, Андрей шёл с ней рядом, рассказывая, что сегодня как раз был его первый рабочий день на новом месте, и что ему было немного боязно, но он со всем справился…
Натка слушала его внимательно, иногда поглядывая на лицо парня, такое красивое в свете поднимающегося над лесом тоненького месяца. Она чувствовала себя немного не в своей тарелке, потому что размахивающий руками в пылу эмоций парень разговаривал с ней так, будто она… была обычной, абсолютно нормальной девушкой, каких в Семёновке полная деревня! Это было ей удивительно и непривычно…но ей это нравилось!
– Вы так слушаете, будто я что-то интересное рассказываю, – вдруг смутился Андрей, – А вы ведь здесь всю жизнь живёте и всё это сами знаете – что и где у вас здесь находится…
– Вы и вправду интересно рассказываете, – ответила Натка, – Ну, дальше вам не стоит идти, здесь и разминемся. Вам и ближе будет до своего дома отсюда, да и я бабушку волновать не хочу.
– Уже пришли? – разочарованно протянул Андрей и с сожалением оглядел пустынную заснеженную улицу, – Наталья, а можно, я спрошу вас…
– Спрашивайте, почему же нельзя.
– На «Новогодний огонёк» в клуб вас бабушка отпустит? Я бы хотел…сопровождать вас, если вы согласитесь.
– Я не хожу на такие мероприятия, – ответила Натка, которой не хотелось признаваться, что бабушка скорее убьёт её, чем отпустит в клуб, ну, или в холодном сарае запрёт, в науку, – Скажите, что мне там делать? Танцевать?! Так из меня танцор… не очень, так скажем.
– Но ведь сначала будет праздничный концерт, а уж потом танцы! Концерт ведь интересно посмотреть…
– Мне не интересно, – отрезала Натка, – Простите, мне пора. Бабушка будет волноваться, да и дела домашние меня ждут.
– А можно, я как-нибудь еще вас приду проводить? По-дружески!
Натка неопределённо пожала плечами, не зная, что ответить, но взгляд Андрея был таким просящим, что она негромко всё же прошептала:
– Как хотите. До свидания, и спасибо за прогулку.
– До свидания, Наташа! – ответил Андрей и зашагал дальше по дороге, махнув ей рукой на прощание.
Натка пошла к своему дому и думала, что не так уж и неприятно ей было поговорить с Андреем, а даже интересно… И она почти его не боялась, как некоторых местных парней. И самое главное – его будто ничуть не смутили те слова бабушки, что Натка – хромая…Его взгляд, который Натка иногда ловила на себе, был нисколько не насмешливым, а скорее даже… заинтересованным что ли. Это было для Натки очень непривычно, она никогда не думала о себе так – что она может кому-то вообще понравиться. Тем более такому видному парню, как Андрей.
Вернувшись домой, Натка поскорее переоделась и отправилась выполнять то, что наказала бабушка, чему была весьма рада – это давало ей возможность побыть одной. Не считая, конечно, ласковой Голубки и полусонных кур.
С того дня Андрей приходил к пошивочной почти каждый день. Дожидался, пока Натка закончит прибирать своё рабочее место и выйдет из здания Дома Быта, потом они вместе неторопливо шли до развилки, которая разделяла их.
Натке казалось иногда, что бабушка что-то подозревает о её вечерних прогулках, но та не заводила больше разговора про Андрея. Только раз, перед самым новым годом, спросила внучку:
– Что, ухажёр твой не объявлялся больше? Напугала его твоя хромота? Вот видишь, а я тебе говорила – как только узнал, что ты калека – тут же сбежал.
Натка не стала ничего отвечать, потому что испугалась – вдруг кто-то из соседей, видевших её с Андреем, уже доложил бабушке о том, кто провожает Натку домой… И тогда несдобровать ей – попадёт и за враньё, и за сами прогулки.
– Бабуль, а тридцать первого в клубе будет концерт, днём. Можно, я схожу? Там с района артисты приедут, интересно посмотреть. А то, пойдём вместе?
– Ещё чего! Что, дома мало работы?! Так я найду тебе занятие! Скажи-ка мне, чего хромым на танцах да концертах делать!
Натка, не ожидавшая другого ответа, даже и не расстроилась. Пожала плечами в ответ на сердитый окрик бабушки и подумала, что у неё есть замечательный подарок – упаковка бенгальских огней, так что новогоднее настроение она создаст и бабушке. Да и вообще, в чём-то бабушка права – что ей там делать, в клубе, смешить всю Семёновку…
Глава 11
.
После новогоднего праздника Наткина практика закончилась, и она снова вернулась к учёбе. Уезжая каждое утро в Озерки, она ловила на себе какие-то недобрые и завистливые взгляды некоторых семёновских девушек. Оглядывая её с ног до головы, стайка девчат надменно поджимали губы и начинали громко шептаться друг с другом, что ничего особенного в этой хроменькой не видят…
Натка понимала, что причиной такого пристального внимания является Андрей, который упорно не желал оставлять девушку в покое и часто являлся к вечернему автобусу, чтобы встретить вернувшуюся с учёбы Натку и проводить её до дома. Вся девичья компания, увидевшая это в первый раз, была не просто удивлена – девчата были прямо-таки потрясены таким событием.
Один раз к Натке подсела в автобусе соседка Иринка. Поглядев на книгу, которую Натка увлеченно читала во время дороги до Озерков, Иринка спросила:
– А что ты читаешь? Наташ, а ты же в училище учишься? Я тоже, только я на кондитера. Странно, почему мы с тобой там никогда не виделись…
Натка молча показала неожиданной собеседнице обложку книги, дав прочитать название, а насчет остального промолчала – она часто видела Иринку в коридорах училища, только вот та старательно делала вид, что не замечает свою соседку.
– А, это роман… Я не читала такой, наверное, новый, недавно вышел…
– Да нет, давно уже. Видишь, книжка уже зачитана немного, – ответила удивлённая Натка.
– Слушай, а скажи, инженер этот новенький… ты с ним где познакомилась? Вы встречаетесь, да? – глаза девушки горели любопытством, и еще Натка услышала, какая тишина повисла рядом с ними, подруги Иринки навострили уши и замолчали разом.
– Я не понимаю, о ком ты говоришь. Извини, – Натка снова уткнулась в книгу и сосредоточенно смотрела на страницы.
– Не хочешь, так и не говори! – к Иринке тут же вернулся её обычный надменный вид, – И так уже все про вас знают! Что ты с ним гуляешь! Бабка твоя узнает, так и вторую ногу тебе укоротит, обе одинаковые будут!
Девчонки дружно прыснули от такой шутки, сидевшая неподалёку от Натки тётка тоже было усмехнулась, но поймав Наткин взгляд осеклась и уставилась в окно.
Тем же вечером Натка снова увидела из окна подъезжающего к семёновской остановке автобуса маячившую неподалёку фигуру Андрея. Иринка с подружками оживленно зашептались на задней площадке салона, и Натка отвернулась от окна.
– Привет! Ну, как дела? Как отучилась? – Андрей тут же подошёл к девушке, как только пассажиры покинули автобус, – А у нас сегодня авария была, но уже всё починили.
– Привет! – негромко ответила Натка и пошла прочь настолько быстро, как только могла.
– Ой, молодой человек, здравствуйте! А это про вас говорят, что вы у нас тут освещение по улицам делать будете? – послышался позади Натки игривый голос одной из девушек, обратившихся к Андрею.
– Здравствуйте, – ответил парень, – Да, есть такие планы. Извините, я спешу.
– Да вы не спешите, далеко ваша зазноба не убежит, с её-то ногой! – рассмеялись девчата.
Что было дальше, Натка уже не слышала, свернув в ближайший переулок. Сбавив шаг, она чуть выдохнула и подумала, как же она всё-таки не любит быть на людях… Позади раздались торопливые шаги – это её догнал Андрей:
– Наташ, ты что убежала? Из-за этих сорок что ли? Не обращай внимания, у них мякина в голове, вот и болтают…
– Нет, не из-за них, – ответила тихо Натка, повернувшись к нему, – Из-за тебя. Не приходи больше. Ни к чему это всё!
– Почему? Мало ли кто что болтает! Ты так всю жизнь жить собираешься – с оглядкой на других, кто что скажет?! Своим умом надо думать! Давай-ка сюда свою сумку – я тебя до самого дома сегодня провожу! И с бабушкой твоей поговорю!
– Не надо…мне попадёт потом от неё!
– Не попадёт, я обещаю!
Андрей решительно взял с Наткиного плеча сумку с книгами, потом и саму её взял за руку и неторопливо зашагал в сторону дома бабушки Дарьи.
Натка шла, сгорая от стыда под пристальными взглядами девчонок, спешивших с автобуса домой, и попадавшихся навстречу им соседей. И в то же время ей было непривычно хорошо…
– Не устала? А то можем пойти потише, – улыбнулся ей парень и она только и смогла, что отрицательно покачать в ответ головой, голос куда-то подевался.
Бабушка уже стояла на привычном своём посту у калитки, встречая Натку. И удивлению её не было предела, когда она увидела, что её внучку ведет за руку тот, кого она не ожидала уже никогда видеть возле Натки.
– Здравствуйте, Дарья Ивановна! – смело и решительно проговорил Андрей, – Могу я с вами поговорить с глазу на глаз?
– Что ж, изволь! – недобро прищурилась Дарья, и Наткино сердце похолодело, – Только в дом не пущу, нечего тебе у нас делать! Сказывай тут, что хотел, и уходи. Наталья, ты в дом ступай, с тобой после поговорим!
Натка схватила из рук Андрея свою сумку и поскорее бросилась в дом, все поджилки у неё так и тряслись от страха. Она даже пуговицы на пальто не смогла сразу расстегнуть, руки не слушались и онемели.
О чем тогда говорили бабушка и этот странный парень, Натка никогда не узнала. Не было бабушки чуть меньше получаса, за которые Натка вся извелась. Но даже к окну подойти боялась, чтобы посмотреть там ли ещё Андрей.
Вернувшись в дом, Дарья и пальцем не тронула внучку. И голоса не повысила, не ругалась и не упрекала ни в чём. Села за стол, налила себе воды в чашку, и только отпив половину сказала:
– Ладно, пусть. Может и правильно это – я не вечная, помру, так хоть будет кому за тобой присмотреть. Но смотри у меня – себя блюсти, пусть женится сперва! А иначе и тебя и его – как курёнкам головы посверну!
Натка ушам не поверила, но с того дня у неё началась совершенно иная жизнь.
Глава 12.
Весной вся Семёновка уже знала – приезжий инженер встречается с хроменькой внучкой Дарьи Рыбаковой.
– И что только он в ней нашёл, – шептались бабы у колонки или у сельпо, – Ни роду, ни племени! Кто еще отец – неизвестно, да и мать была…. И сама девка – не от мира сего, всё больше одна, ни подружек, никого. А парень видный, собой хорош, да и говорят – в работе сноровист. Вот, Катерина Ермолаева знает мать его, и семью – семья добрая… Отец-то поди ж и не знает, какую невесту сын собирается в дом вести.
Благо, не слышала Дарья таких пересудов, иначе несдобровать было бы любой из сплетниц, но те и сами смолкали задолго до того, как появлялась сама Рыбакова.
А весна уже дышала, веяла теплом, топила остатки снегов и обдувала просыпающуюся после зимней спячки землю. Посинел и зарыхлился лёд на речке, взбух зимний панцирь под напором пробиравшихся к руслу талых вод.
Натка уже так привыкла к тому, что у неё есть Андрей… Приезжая после учёбы, она сама теперь выглядывала украдкой в окно – не маячит ли его фигура возле остановки. А вот деревенские девчонки теперь её и вовсе возненавидели. Если раньше они просто не замечали эту странноватую нелюдимую девушку, то теперь своих неприязненных взглядов вовсе не скрывали. Только Натке это было безразлично – она давно привыкла быть одна и не нуждалась ни в чьей компании.
Обучение её скоро заканчивалось, но после окончания училища она не собиралась идти работать в местную пошивочную. Пока она не делилась ни с кем своими планами, но тётя Аня Логинова предложила девушке заменить её в маленьком книжном магазинчике, когда они с мужем переедут в город, и уже обговорила это со своим начальством.
Натка была рада такой перспективе, хотя ей нравилось шить, но книги… их запах, строгие и наоборот весёлые и яркие переплёты, тоненькие брошюрки и основательно переплетённые тома… это ей нравилось, её спутники и друзья – книги- именно они окружали её всегда, скрашивали досуг и заменяли друзей.
Андрей же каким-то чудесным образом нашёл тропинку не только к сердцу Натки, но и добился того, что сама Дарья Ивановна частенько стала приглашать его зайти к ним на чай, или на ужин. А он с непринуждённым удовольствием принимал приглашение, а иногда сам напрямую напрашивался в гости:
– Дарья Ивановна, как ваше здоровье? А я вот с работы, еле ноги волочу – сегодня был трудный день. Ездили на ЛЭП, опоры осматривать, да ГАЗик колхозный сломался!
– Спасибо, Андрюша, ничего сегодня, ноги не так сильно тянет, – отвечала Дарья, чуть улыбаясь, – так ты проходи, поужинай с нами. Что же ты один там у себя, чем будешь ужинать! А у нас щи, и картошка с мясом. Давай, давай, без стеснения, проходи.
Андрей хитро поглядывал на удивлённую таким радушием бабушки Натку и шёл к умывальнику, подмигнув девушке.
– А бабка Дарья то, до чего хитра! Ведь прикормит этого инженера внучке своей хромоногой! – возмущённо рассказывала подружкам Иринка, чей дом стоял спиной к дому Рыбаковых, но через ещё чуть заснеженный малинник позади двора Ирине всё было видно, что твориться в соседнем дворе, чем она и пользовалась.
– Мне кажется, он и сам со странностями, этот Андрей, – надув красивые свои губки отвечала Иринкина подружка Аллочка, – Иначе зачем ему эта блаженная, не поймёшь что – ни рыба, ни мясо.
– Ну, она вообще-то хорошенькая на внешность, – пожимала плечами прямолинейная и резкая Вера, их одноклассница, – Если бы не нога, она была бы очень даже ничего! Мой-то Сенька когда-то за ней увивался! Я и сейчас иногда думаю – а не поглядывает ли он на эту Наташку украдкой, когда со мной гуляет! Узнаю – сразу его брошу!
– Да ты что, Сенька с тебя глаз не сводит! Мало ли что там в детстве было, кто на кого глядел! – ответила Иринка, – Мне вот раньше Юрка Коротков нравился, а сейчас самой смешно про это вспоминать!
– Да! Знаю я, что Сеньке мать тогда сказала, чтоб его возле хромой не видела, – недовольно поморщилась Вера, – Запретила к ней даже подходить, сказала – такая сноха им не нужна! А так…кто знает, как бы сложилось.
Сама Натка и не подозревала о подобном интересе к ней, да и сам Андрей тоже. Весна будоражила молодую кровь, и теперь, когда бабушка Дарья изредка отпускала Натку на прогулку, или в кино с Андреем, она просто наслаждалась его обществом и тем, что может теперь увидеть еще что-то, кроме своего двора.
Они двое даже не подозревали, сколько недобрых и завистливых глаз украдкой наблюдают за тем, как неспешно идут они по улице, среди распускающихся почек на молодых березках. И как Андрей иногда берёт Натку за руку, чтобы помочь ей перешагнуть через небольшую лужицу…
– Наташ, а давай в выходные у бабушки Дарьи отпросимся к нам, в Озерки, – сказал как-то Андрей.
– Зачем? Я там и так каждый день бываю.
– Нет, я хочу тебя пригласить к нам домой, познакомить тебя с родителями. А то маме уже кто-то доложил, что я с девушкой гуляю… А может, сама догадалась. Спрашивает меня, когда же я тебя с ними познакомлю.
Натка чуть не споткнулась на ровном месте, сердце её похолодело от страха. Что ответить, как правильно себя повести в такой ситуации? Куча вопросов, пугающих и безответных завертелась в её голове.
– Я и у Дарьи Ивановны сам этого попрошу, ты не беспокойся. Да, я думаю она не откажет, давно уже пора вас познакомить – тебя и моих родителей. Конечно, принято, что родители невесту приезжают смотреть…но ведь мы люди современные, и это просто знакомство…
– Невесту? Вот как? – Натка еле выговорила это, в горле у неё пересохло.
– Ну… да! Не просто так же это всё… я думал, ты понимаешь…
– Наверное, понимаю. Просто не могу… поверить.
А бабушка Дарья сегодня была грустна с самого утра – сегодня она отвела свою Голубку на новый двор…. Коровку она решилась продать, потому что сил ходить за ней уже не хватало. Натка почти отучилась, скоро пойдет работать, ей тоже будет некогда столько помогать бабушке по хозяйству… да и Голубка… сдала коровка, сдала кормилица… и Дарья понимала – сама она не сможет отдать корову на убой, уж лучше людям, сколь-то еще поживёт животинка родная.
Потому Дарья и встретила внучку и её кавалера со слегка заплаканными глазами, чего раньше не происходило никогда. Дарья Ивановна и сама будто готова была к такому вопросу, когда Андрей спросил у неё разрешения на прогулку в Озерки,
– Вы, молодёжь… всё у вас теперь по-другому. Поезжайте, что уж. А там уж и видно будет, что да как!
Натка подумала, что до субботы, когда они назначили эту поездку, спокойно спать она уже не сможет.
Глава 13.
Елизавета Александровна Жерехова, мать Андрея, была в хлопотах с самого утра. Недавно сын сообщил, что завтра приведет знакомиться девушку, из Семёновки. И теперь Елизавета старалась успеть прибрать в доме и приготовить небольшое угощение. Всё это она делала на автомате, находясь в раздумьях – в соседней Семёновке у неё жила дальняя родня, и было бы неплохо разузнать потом – что же за девушка у Андрея, из чьей семьи. Напрямую ведь расспрашивать у гостьи будет неловко, как-то несовременно…
– Что за мода пошла, девок приводить, – проворчала Елизаветина свекровь, Серафима Фёдоровна, которая по немощности жила в семье сына второй год и частенько изводила невестку придирками, – Это всё танцы ваши, да фильмы! Раньше вот, родители на кого укажут, ту в жёны и брали…
Старуха всплеснула узловатыми руками, опрокинув стоявшую перед ней чашку с чаем.
– Лизка, я тут разлила, утри! Руки не слушаются! – приказала она невестке, а сама поковыляла с кухни в комнату.
Елизавета бросила вслед свекрови недовольный взгляд, но ничего не сказала – вытерла разлитый по столу чай и пошла проверить пирог в духовке.
В семье Анатолия и Елизаветы Жереховых было трое детей – старший брат Андрея после срочной службы остался на сверхсрочную и служил теперь мичманом на балтийском флоте. Андрей был вторым, а еще была дочка – младшая сестра Андрея, Полина, которая заканчивала первый курс института.
И вот теперь, Андрей заявил, что приведёт девушку… не то, чтобы Елизавета не была к этому готова, но… Она никак не могла понять – рада она этому, или нет.
Анатолий Владимирович, отец Андрея, этому событию особенного значения не придавал и занимался своими делами во дворе дома. Ну девушка и девушка, подумаешь, что такого, давно пора уже и старшему сыну Витальке за ум взяться да не мотаться по морям, а жениться и осесть. Так хоть вот теперь Андрюшка… будет теперь у него сват, с кем можно и стопку в праздник выпить!
Ближе к обеду, когда всё было готово, Елизавета ходила от окна к окну, и наконец увидела, как вдоль забора мелькнула темноволосая голова сына, сердце ёкнуло и она пошла на крыльцо встречать гостью.
Симпатичная девушка в скромной юбке и кофточке, чуть прихрамывая, подошла к крыльцу, заботливо поддерживаемая под руку рослым и красивым Елизаветиным сыном. Лицо её хоть и было бледным, но страха не выражало, Елизавета даже немного удивилась, как открыто девушка смотрела ей прямо в глаза.