- -
- 100%
- +
Чувство страшной, смертельной тревоги. И к зданию приближаются колонны каких-то таких же черных как эти муравьев. Таких же, да не совсем таких. Чем-то они отличаются от этих. Не пойму чем, но чем-то явно отличаются. Снова чувство страха. И картинка какого-то крылатого муравья. И еще одного.
– Уффф! – выдохнула в панике я. – Ничего не понимаю! Тилька! Хватит дрожать! Утри сопли и поясняй, что ТЫ видишь!
– Они нам не враги. – сообщает полоумная соплячка.
– А то я не догадалась? Что еще скажешь? Что это за крылатые муравьи? И что за херня к нам сейчас приближается?
– Это… враги. Они… угрожают Союзникам. Про нас… пока не знают. – шепчет эта дура.
Три секунды. Картинки в голове крутятся, крутятся… И встают в стройную схему окружающего мира. И схема эта мне жуть как не нравится. Получается, что и они и мы сейчас окружены. Врагами.
– Так… – выдыхаю я. – Спокойно! Слышь… ты… Союзник… с дороги! Я должна пройти к окну!
Двадцать секунд. Я на втором этаже, у окна. И там и вправду колонна Черных Врагов. Она втекает в скверик между помойкой, детской площадкой и соседними домами. Колонна гораздо менее плотная, чем в картинках, что я только что увидала. Но… Очень, очень многочисленная, прямо бесконечная, как река из голов, ног и тел.
Сердце сжимается от ужаса. Три магазина на нос. И эти шестилапые лохи… Союзнички. По две мудилы на этаж. И не понятно сколько врагов, которым что-то тут надо. Точнее, понятно. Жрать хотят. А здесь дохрена крыталых муравьев. Самцы и самки. Пища для врагов. И кто-то подавлял наши способности ВИДЕТЬ как псайкеры. Скрывая их наличие.
– Тилька! – говорю я серьезно. – Ты где, падаль узколицая?!
– Я тута. – изрекает она, оказывается, тоже уже стоя здесь, в комнате, слева от меня, и тоже зыря в окно. – Нам конец? Врагов в сотни раз больше?
– Не спеши умирать, дура! – отвечаю я ей с растущей уверенностью. – То, что у нас маловато патронов – еще не конец! Я ж сейчас вызову подмогу! Но… Мне совсем не в кайф быть Большим Боссом безнадежной обороны! Или может быть вполне Победной Обороны. Но на много дней кровавой бойни.
– Мне тоже! – отвечает Зи, поднимаясь к нам по лестнице и держа свой коротенький болтер весьма вальяжно, у живота. Но в любой момент готовая сжать его и начать метко палить. Хоть одиночными, хоть очередями. Мы же Взвод Зачистки, почти-почти рейнджеры. – Тилька! Хватит ссаться! Ничего страшного не будет! Продержимся часа три… и в шоколаде. Свалим обратно в катакомбы как Герои! Если поймем, как продержаться.
И смотрит своими влажными темными глазами прямо на меня.
– Есть ли у меня план? – отвечаю. – Конечно есть! Тааак… Ыыи! Передвигай свои мины наружу!!
– Есть!
– Котелок! Прикрывай ее!
– Да!
– Зи! Уйауйа! Баррикадируем входы!
– Есть!
– А ты, Тилька… На крышу! И каждые две минуты сообщай обстановку! Если что важное – и чаще! Ты точно псайкер?
– Я? Конечно да! Прошла все тренировки и тесты! И если вы думаете, что это легко…
– Мы ничего не думаем! – послышался насмешливый голос Уйауйа, с первого этажа. И тихие смешки остальных оркнесс.
– Только… – продолжает Тилька. – Я псайкер нижнего уровня, Т1. В перспективе – Т2. А ты, Клозетта, вообще еще не псайкер. Ты еще не активирована. То есть не прошла инициацию. После нее обратной дороги не будет!
– Ну вот и хорошо! Я пока рейнджер! Потом мало-помалу дорасту до Большого Босса! И не собираюсь двигать носом коробки! Взглядом – тоже не собираюсь! – крикнула я ей и подняла ко рту саму массивную рацию, с пояса.
– Так… Где тут частота Штаба? Ага… Итак… Клозетта вызывает Марту!
– Марта слушает! Что там у вас?
– Здание на пересечении проспекта Южного Ветра и улицы Набережного Прибоя! Мы – внутри! И мы тут совсем не одни! С нами черные мураши Карины, их тут десятки! И со всех сторон к нам движутся сотни каких-то других, черных, враждебных нам мурашей! Нужна срочная подмога! Хотя бы сперва дронами! А далее… думаю, потребуется и техника!
– Что у вас там за фигня?! Зачем вы понадобились каким-то «еще другим мурашам»?
– Наше здание буквально набито крылатыми муравьями! Возможно, они собираются взлетать! Возможно, еще не умеют! В любом случае… мы баррикадируем входы и ждем вызволения из ловушки! У нас всего по 3 магазина на болтер!
– Это не так плохо. – задумчиво произнесла Марта. – По сегодняшним временам.
– Не в этом случае! Врагов больше 1000, если суммарно! Мы сможем только замедлить штурм, но не завалить их всех нафиг!
– Понятно. Ждите.
Трах!!! – взрыв у дальней двери внес коррективы в мои планы «еще немного повозиться, еще немного потаскать что-то всем вместе». Штурм здания начался. События закрутились со все возрастающей быстротой.
– Тилька! На крышу! Бегом!
– Уже! – и ее легкая задница унеслась вверх по лестнице.
– Ыыи! Следующая мина!
– Есть!
Уйауйа – выдернул из чехла за спиной большой пожарный топор.
– Что ж… Ближний бой – так ближний бой… – процедил он.
Нда… В этот миг я поняла, что мы уже совсем не дети. Да. И это – будущий орк, готовый как хорошо сражаться, так и отлично работать. Круто!
А находящийся рядом с этим входом муравей как-то благодарно дернулся, присел, словно начал делать поклон, да не сумел… шесть ног это же не две… в общем, не знаю. Ощущение такое. Может, я и впрямь псайкер? А может, просто начала воспринимать этих муравьев как друзей? Этаких домашних собак, но в 2—3 раза больше нас размером?
Собака… Собака… Собака… Стоп! А нельзя ли это как-то использовать? Пускай и они сделают что-то для защиты своего нового дома!
– Так! Зи, Уйауйа! Слушаем сюда! Никакие мины двигать больше не нужно! Пускай свой дом защищают сами мураши!
– Как? – быстро спросила Зи.
– Что будет после того как сработает мина?
– Ну… несколько мурашей врага погибнут, может быть, от одного до пяти. – начал отвечать за нее Уйауйа. – Потом на их место придут следующие…
– Они сцепятся жвалами с местными муравьями. – продолжила мысль я. – И те затянут их внутрь. И там мы их пристрелим.
– И завалим их трупами все входы? – позеленел от неожиданной догадки орк.
– Да!
– Гениально, Клозетта! Просто гениально! – послышался в наушниках голос Тильки. – Сверху, с крыши, это будет выглядеть просто великолепно!
– Тем более, что голова муравья сверху тоньше, чем сбоку. – добавила я. – И оттуда расстреливать их вообще пара пустяков. Как заткнем трупами врагов входы, и окна – отступаем на крышу! Ыыи! Котелок! Вы тоже расслышали план?
– Разумеется! И нам он дико понравился!
– Ну да… – прошептала я. – Дело за малым. Объяснить мурашу, что он должен не толкать врага наружу, а тянуть внутрь.
Я обернулась на стоящего рядом шестинога. Как пояснить ему что мы на одной стороне? И должны действовать теперь совместно. А!
– Хей! Ты! Большая шестиногая самка! Смотри! Я повязываю себе на руку красный платок! А еще один, такой же – тебе на ногу! Символ понятен? Мы теперь пахнем похоже! Нормально?
Муравей – качнулся и быстро ощупал мне плечи и голову усиками. И позволил повязать себе на ногу красный носовой платок.
Такие платки – обычное дело среди орков. Слишком уж любим мы красный цвет. Некоторые даже болтеры в него красят.
– Все поняли идею? – спрашиваю я в микрофон.
– Не совсем. – отвечает Ыыи.
– Для них платок это запах. Для них я пометила себя и ее одним дружественным запахом. А для нас платок это образ, что мы видим. Если два муравья сцепятся и покатятся по полу…
– Хрен разберешь, где кто? – спрашивает Котелок.
– Ну да! – отвечаю.
Тилька – аж вибрирует там у себя на крыше от восхищения:
– Клозетта! Ты – супер!
– Ладно-ладно! Пошли к дверям! Один зеленый нос на дверь! И один болтер! Главное – отвести дружественного муравья подальше от места взрыва. Ну и чтоб побольше врагов в помещение втянулось. Чтоб там и остаться, баррикадой.
– Умно! – подтверждает Уйауйа.
– И про второй этаж стоит подумать! – замечает Зи. – Может, враги полезут через окна?
– Смотрим по обстановке! И обсуждаем это в эфире! – говорю я и кладу ладонь на холку ноги муравья. – Пошли, милая! Чуть-чуть назад! Вот так! К лестнице! Сейчас тут кааак бабахнет…
Трах!!! Еблысь!!!
Шандарахнуло так шандарахнуло. Хорошо мы были относительно далеко. И через пять секунд в здание ввалилась новая волна выживших врагов. С хрустом ножек и шевелением усиков.
Я вскинула свой короткий орк-шторм-болтер на уровень плеч.
Разумные МЫ
против СИЛЫ без разума,
и кто победит – не понятно пока.
Но выбора нет,
и немножечко боязно.
Куда? И зачем?
Такова уж Судьба.
Из дневника оркнессы Тильки Пергюнт, 18 лет от роду, бывшей студентки 2го курса колледжа Общих Пси-сил.
12 декагона 3026 года.
Когда я подписывалась на этот выход, думала, что он будет просто небольшой экскурсией в боевые подразделения, так сказать непосредственно на фронт этой Бескрайней Войны. Да и начальство особо не крутило носом, и пальцами у виска. Типа: ну сбегай, на сутки, ну прогуляйся, выясни: что это за Клозетта там такая? какой потенциал псайкера?
А поскольку там иногда и стреляют… купи пистолет. Естественно за свои, кровные, патроны, к болтеру. Как иначе? Он мне обошелся в 660 патронов. Ужас как дорого! И это простейший, стандартный вариант?! И еще один магазин расстреляла в мишень, для какой-никакой тренировки. Чтобы местные лохушки, лоханки и чувихи надо мной слишком громко не смеялись. Правда, в нем патроны укороченные, те самые, под Орел, стоят дешевле. Но все равно. Пиздеццц.
Все вышло наизворот. Вот именно мой новенький Орел Пустыни мне сейчас больше всего и пригодился. И размер патронов вышел удачный: как у всех в этом Взводе Зачистки. Но у них-то Орк-Шторм-Болтеры, оружие совсем иного класса. А у меня короткоствольное ЭТО. Просто для личной самозащиты, так получается.
Первый час Штурма я просто бегала по крыше, сообщая в микрофон обстановку. Так что лично вроде и не рисковала. Но даже так, вдалеке от Боя, было до коликов в животе страшно. Когда лава черных и враждебных муравьев-гигантов валит кучей-малой до окна, лезет, лезет, лезет по головам и телам друг друга… и умирает один за другим, под громкие ба-бах, проникнув в окно. Фильм ужасов, да и только!
Но затем они резко поумнели. Поняли, что так только зря теряют своих, и время. Они начали накапливать силы перед каждой атакой, концентрировать их в единый кулак и поднимать пирамиду тел все выше: к окнам третьего и четвертого этажа. В принципе, тактика гораздо более опасная, для нас: ведь по крыше нарезала круги я одна. А противник, вся масса этих членистых тел, передавал друг другу приказ, где сейчас пойдет атака, за секунды, десятки секунд, как единый сверх-организм. И вот эта волна туда-сюда… туда-сюда… маневрирует, клубится, накапливается здесь и там… утоньшается в другом… принимает коллективное решение, где и когда ударить.
Мне стало невозможно вовремя заметить, где сейчас начинается атака, если бегать одной. Да, я могла бы на некоторое время активировать свои скрытые способности псайкера. Но на сколько? 10 минут? 15? 20? 30? Я не знаю точно, никогда еще не активировала их на столь продолжительный интервал времени. И даже если бы у меня получилось по максимуму… все равно, 30 минут – это не 1 час, а 1 час – это не 2. И так далее. Конец (резкий нервный срыв) все равно наступит, причем раньше, чем кажется. Пришлось снова обратиться к этой… короче, к командиру этого подразделения. Она, кстати, очень не плохо там внутри справлялась: руководя действиями не только оркнесс, но и 1 орка, и даже муравьев, союзных нам муравьев.
– Клозетта! Ты сильно занята там?
– В некотором роде! – отозвалась она. – Гоняю мурашей взад-вперед по четвертому этажу! Все благодаря твоим указаниям!
– А остальные сильно заняты?
– Вообще-то нет. На отражение атаки теперь хватает и одного болтера. Не важно чьего.
– Пришли мне сюда четверых! По углам крыши!
– Зачем?!
– Надо! Срочно! Я одна уже не справляюсь! Меня не хватает на все стороны здания! Мы фактически окружены… и эта ТЬМА начинает сама выбирать, где и когда УДАРИТЬ!
– Думаю… это… не надо пока паниковать! – отвечает мне Клозетта. – Я сама иду к тебе! Посмотрю как это выглядит: то, что ты описала!
Минут через 5 она и впрямь поднялась ко мне на крышу. И сама увидала, что мы имеем дело уже не с отдельными отрядами, даже не с щупальцами спрута, а с единым РОЕМ.
Зрелище было жуткое и завораживающее.
– Блин!!! Да где ж эта ПОДМОГА?! – прошептала растерянно взъерошенная орка, со шторм-болтером на ремне через все тело.
И тут я снова бросила взгляд вдаль. И замерла от ужаса: там были тоже черные муравьи, целое колышущееся море. Но не это главное. Главное то, что они чего-то сюда тянут. Какие-то то-ли вышки, то-ли вертикальные трубы. Без бинокля не разглядеть. Но сознание мгновенно подсказало, что это что-то очень, очень плохое, для нас.
– Клозетта! Смотри! – ткнула туда пальцем я. – Что такое, разглядеть можешь?
– Хрен его знает! Какие-то… что-то…
– Если это штурмовые башни, фигово! – выдавила я. – Они смогут достать откидным мостиком и до 5-го этажа! И до 6-го! Если муравьи умеют строить, и считать.
– Я думаю… умеют… – прошептала в ужасе Клозетта, быстро бледнея.
– Но это еще не самое страшное! Если это… если это… Зооорки… нам – КОНЕЦ. И первой сожгут мозг мне. Правда, и остальные не надолго переживут мою смерть. – начала отрешенно цедить я, сама не до конца осознавая ужас того, что говорила. Погибнуть?! Мне?! Я?! Да ни за что!
Но факты упрямая вещь. Если то, что они тянут сюда из тыла – не осадные башни, из всякого мусора, а вертикальные трубы тел зооорков…
– Тилька! – растерянно пискнула рейнджер Клозетта и испуганно шмыгнула носом. – Все так плохо? От зооорка нет никакой защиты? Никакой-никакой?
– Совсем никакой. Это псайкер-мутант, невероятно мощного уровня! Причем в данном случае – на основе муравья. Он весьма условно по традиции зовется «зооорк», потому что разумный примерно как орк. Ну почти как любой из нас. Его на мякине не проведешь, он хитрый и изворотливый мозгом. Но его психосилы превосходят любой мыслимый для нас уровень. У него уровень полноценного Шамана, причем легендарного. А в мире энергии Пси… есть лишь механическое сравнение Сил, когда начинается сам Поединок Воли. Никакой тактики. И никаких резонов проигравшему. Разве только…
– Что?
– Говорят, Поединок начнется лишь в условиях прямой видимости. Если мы не видим друг друга…
– Спрячемся в здании?
– Не знаю, поможет ли. Я же ощущала муравьев и сквозь стены.
– И не смогла определить, что это друзья?
– Да, не смогла. Мозг муравья сильно отличается от нашего. А душа – тем более. Они мыслят и чувствуют в совсем других категориях и образах. В данном случае возникающие у них эмоции… я могу описать лишь как «вот идут еще какие-то дураки, двуногие, самки». А еще «пища», «вкусная», «но кусачая», «вооруженная».
– Понятно.
– Клозетта. Это… – прошептала я. – Повезет нам, или не повезет… Выживем мы или не выживем… Я хочу, чтоб ты знала. Ты – действительно псайкер. В смысле, если будешь развивать задатки, то им станешь. И я… меня… Зовут на самом деле не просто Тилька. Я Тилька Пергюнт.
– Это что-то меняет? Собралась умирать?
– Конечно нет! Но так… на всякий случай.
Тут с востока раздалось тарахтение. Тарахтение в воздухе. Оно быстро приближалось.
– Вертолет?! – спросила Клозетта, радостно зеленея.
– Дрон!!!
– Дрон!!!
– Дрон-дрон-дрон!!!
– Ура!!!
Из дневника оркнессы Зи, 14 лет от роду, бывшей ученицы 9-го класса А школы Верхних Чудовищ.
13 декагона 3026 года.
Ночь. Кромешный мрак. Мы все уже на крыше. У каждой остался лишь один магазин. Это вроде бы много… а на самом деле жутко мало. Всего 70 патронов, причем дешевых, картонных. С громким смачным щелчком я вставляю эту длинную прямую линейку снизу в свой шторм-болтер. Клац!
Все комнаты нижних этажей забиты трупами врагов. Эти уроды совались в каждое второе окно, пытались ворваться туда. Во придурки!!! Не обучаевые! Даже на своих ошибках!
А мы – валили их в лоб пулями, пока наши черные союзники – удерживали жвалами. Без нас они продержались бы на день меньше, а может и на сутки. Это было… вау! как было! Ощущение силы в руках и почти безграничных возможностей, твоего орк-шторм-болтера. И муравьи для меня больше не уродливые шестиногие монстры. Это наши друзья, большие черные друзья. Гладкие, ничем не болеющие, смоченные с головы до ног едкой муравьиной кислотой…
Клозетта может и псайкер. Будущий псайкер. Но я тоже научилась находить общий язык с муравьями, понимать их шевеления усиков, гладить их покровы и подбадривать их психику.
Но всему, даже очень хорошему, рано или поздно приходит конец. Я устала, я беспредельно устала. Нам на смену летят другие орки, со свежими запасами патронов, и бензина для огнеметов. И ракет для подствольников. И еще черт знает что еще у них с собой. Это уже обычные линейные части, с хорошо прокачанным вооружением. А может и Десант? И мы увидим Саму…
– Зи! Что стоишь столбом?! – кричит Тилька, засовывая в кобуру еще дымящийся пистолет. Волосы ее растрепаны, на голове потный клубок из сальной и чуть вьющейся гривы. Бывшая городская оркнесса, из интеллигентов, самый что ни наесть элитный район, Сити. Подумать только!
– Делай факелы! Что стоишь? – подмигивает мне Клозетта.
– Ыыи роняет на бетон пластиковые бутылки с жидкостью для розжига, найденные в каком-то шкафчике. Они катятся по крыше.
– Живем!! – орет она и корчит дикую и смешную гримассу.
– Спокойно, спокойно! – кричит Тилька. – Осталось минут десять мучиться! Обеспечим освещение посадочной площадки!
Уйауйа – хватает одну из палок, наматывает на нее тряпку и ловит пинком ноги бутылку с парафином. Его рожа забрызгана кровью, причем совсем не зеленой. Но победная улыбка – до ушей.
– Скуси патрон! – рычит он кажущуюся ему жутко остроумной шутку и срывает зубами крышечку у бутылки. Струя парафина – вжих! – обоссала тряпку на палке.
Я тоже подбираю еще одну бутыль. И вдруг… Мне кажется? Или я это и вправду слышу? В воздухе что-то тонко звенит. Звенит в темноте. Рядом с нами летающие твари? Сердце ухает в пятки. Еще одно испытание наших нервов? Еще одна проблема?
– В воздухе осы? – крикнула я, открывая свою бутыль. – Или мне только кажется?
– Сейчас глянем! – отозвалась Котелок и включила на своем шторм-болтере фонарь, повела его лучом вокруг…
А там…
– Горка! Морка! – побледнела Тилька. – Может я и грешила в жизни… но не более других…
Мое сознание потухло от ужаса. Но через секунду снова включилось, резким толчком. Не время умирать! И крылатых тварей вокруг дома кружит от силы десяток, ну может два, или три… А это ничто, по сравнению с тем, что внизу, но без крыльев.
Огромный черный муравей, вышедший вслед за нами на крышу на подломанных в трех местах ногах, гневно и угрожающе растопырил свои жвалы, глядя на нового, уже летучего врага. Но это животное. При всей моей нынешней любви к этим гладким хитиновым тварям, с очень нежными и любопытными усиками, постоянно ощупывающими окружающий мир, они тупей любой лягушки. А мы – ОРКИ. Мы – УМНЫЕ. Древняя культура Ирчи, как-никак. А ей много, много тысяч лет. И я вскинула к плечу свой орк-шторм-болтер. Последний магазин. И первым кончится теперь именно у меня.
– Ну? Кто из вас хотел жить вечно? – громко заявила я остальным членам взвода.
Лицо Ыыи вытянулось, сжалось, раздулось, сплющилось… и сменило еще с десяток гримас, многие из которых я так и не поняла, что это. Глаза Клозетты – загадочно блеснули.
– Как бы… ну… вообще-то Я!
Тилька – судорожно выдернула свой Орел из кобуры. У нее тоже всего один последний магазин? Или все-таки два? В магазине Орла ведь всего 7 патронов. Так что…
Ближайшая ко мне крылатая тварь – как в кошмарном сне – начала быстро расти в размерах, разворачиваясь в воздухе вертикально: для удара жалом. Мой ствол – выплюнул пулю ей в глаз за секунду до этого, до ее смертельного удара. И оно, окончательно потеряв разум, начала заваливаться в бок, все еще зудя крыльями.
Шварк! Шварк! Еще раз шварк!
Этот бой протекал в кромешной тьме и в бледных отсветах лучей фонариков. Если в мире вправду существует ад, то он, видимо, выглядит именно так. Мрак, ужас, холод, пронизывающий до костей ветер, боль в плече, вспышки последних выстрелов по чуть заметным во тьме тварям, я в ужасе отсупаю, отступаю, отступаю… и упираюсь попой в какое-то небольшое одноэтажное строение на крыше, типа будка, 5 на 5 метров.
– Уффф! Хотя бы с тыла не ударят! – изрекаю я и включаю фонарик на болтере.
На видимой мне половине крыши творится настоящий кошмар, на грани общей паники и даже истерики. Нас атакуют одновременно от силы 5—6 насекомых. Но и нас всего шестеро. И не все их видят в темноте, откуда летят… Пришлось открыть огонь и мне, тратить свои бесценные патроны.
А сколько патронов у остальных? И у кого первого кончатся?
Я плюю на ладони и начинаю наматывать на палку носовой платок. Его – стянуть снаружи веревочкой, вот так, да… Затем – брызгаю на узел парафина из бутылки. Факел, вроде бы, готов. Достаю большую походную зажигалку, длиной с пол-предплечья. Вспышка огня. Теперь я тоже мишень для ос, или летучих муравьев, ясно видимая, не спрячешься. Демоны варпа их дери!!! Факел – в левую руку, за пистолетную рукоять болтера – правой… Ну и как теперь стрелять? Как попадать? Нну лладно, как-нибудь попробуем… Орк-шторм-болтер это же просто удлиненный и сильно улучшенный пистолет, со складным прикладом, SMG называется.
А! Ну вот, и оно. Патроны начали кончаться, у тех кто палил слишком часто.
Ыыи с зажатой в руке толовой шашкой и горящим фитилем… Бежит мимо меня с выпученными от истерики глазами. Пинок ногой ей в руку… Шашка улетает к черту с крыши… Вспышка в воздухе…
– Зачем?! – орет мне Ыыи, гневно растопыривая свои зеленые уши.
– Еще не время умирать!!!
– Через минуту – будет время!
– Ну так подождем эту минуту!
Клозетта визжит как сирена:
– Ирчи!! Огонь по врагам Ыыи! У нее кончились патроны!
А вот и Тилька, бледная как мел, выбрасывает вниз из пистолета свой последний магазин. Он прозрачный, пластиковый, дешевый, падает на бетон и разбивается вдребезги…
– Ну все! А сейчас – время! – шепчут ее губы.
– Подожди! – кричит пробегающий мимо нее Уйауйа и прикрывает ее телом, от еще одной осы черного цвета. Удар жалом. Прямо в его болтер. Но тот – не смят и, развернувшись, выбрасывает пулю, прямо в морду мирмико-шершня. С такого расстояния промахнуться уже невозможно.
Трах!
Насекомое – падет, предсмертно жужжа, спиною на крышу. Тилька – улыбается, затем снова бледнеет, затем зеленеет, хмурит брови… и ошалело рассматривает свой пылающий факел, ну который у нее в руках. Нда. Проблема. Оружия теперь у нее – ноль, а факел – привлекает внимание всех тварей, каких только можно. Ну-ну… Если и она сейчас с катушек съедет…
Какая-то тень закрывает от меня луну. Я вскидываю в ту сторону болтер с включенным фонариком… Ну так и есть. Чудовищная блестяще-черная тварь с бледновато-воздушными зудящими ячеистыми крыльями по бокам от тела.
Шварк! – ей в голову пулей, практически не целясь.
Но что-то звенит в моем правом ухе.
– Пошло нафиг!!!
Трах! – пуля отравляет в полет с разорванной башкой еще одно мерзкое и опасное монструозное насекомое.
Даааа… Общая ситуация на крыше сейчас такая, что… Даже я, в остальном вполне бесстрашная оркнесса, да, совсем не из пугливых, дрожу от страха как осиновый лист. Патроны-то тоже счет любят. Сколько их я уже расстреляла? 10? 15? 20? 30? Половина магазина – вроде еще есть.
А она теперь как? Как Тилька вывернется из полного отсутствия патронов?
А вот так. Попеременно бледнея, хмуря брови и зеленея, худая и носатая оркнесса поднимает горящий факел, и начинает зачинять ножом другой, нижний конец палки. Делает копье? Неужели делает копье? Совсем одичала? Хотя… За отсутствием другого оружия, все-же что-то, пика последнего шанса. Во дает!! Во дает!!
Наполненная понтами, и распальцовкой во все стороны, горделивая оркнесса-мажор, из псайкеров, одним движением превратилась в испуганную, наверняка и обоссанную от ужаса, но все-же не согнувшуюся Личность.
А у меня – другие противники, и что-то явно летит в темноте прямо на меня, звенит слева крыльями, все ближе… А в моем магазине… патронов двадцать, пожалуй, еще будет. И я совсем не собираюсь пока умирать. Но и вот так выживать, дерзко спрятавшись в углу… уже не по мне. И я делаю свой первый шаг из относительно безопасного угла. Даже скорее прыжок. И несусь далее по крыше, с криком:
– Клозетта!! Клозетта!! Прикрываем с двух сторон Тильку!! Шанс спасти у нас есть!!! Хотя она уже и без патронов!!