Тёмных дел мастера. Книга вторая
- -
- 100%
- +
Задумывался ли ты когда-нибудь своим куцым умом, что каждая потраченная тобой минута этого труда за деньги не приносила тебе в сущности ничего, кроме израсходованной энергии и усилий, вместо причитающегося тебе по праву результатаот выполненного действия? А?!
– Как так… Погоди, а сами деньги? Это что – не результат? – не понял его последнего вопроса Альфред, привыкший считать деньги единственным адекватным способом оплатить производимые человеком товары и услуги.
– В том-то и дело, крысёныш! Деньги – это пыль! Они не дают тебе заслуженного результата за твой труд! Вместо этого они дают тебе только железки и бумажки. Вот представь: ты вкалываешь на складе целый день, таскаешь мешки, надрываешь жилы и изнашиваешь мышцы, а в результате получаешь не мясо убитого тобой за эту цену кабана, например – а только горсточку железок и туманные намеки, на что их можно потратить, чтобы получить за них нечто другое, то, чего ты, скорее всего, и не заслужил. Вот она – ваша экономика! Одни люди используют других, а в результате никто из них не получает того, чего на самом деле заслужил! Ну и, конечно, никогда не стоит забывать, что в это время какой-нибудь жирный чиновник в своём удобном кресле получает куда больше твоего, просто сидя на своём месте и почти ничего не делая, пока его рабы горбатятся на него по всему городу за минимальную зарплату! И какой же бог скажет, что этот чинуша поступает справедливо, или что перед ним открыты все возможности, благодаря деньгам? Ах, ну как же – Дар! Тот самый бог, который поддерживает его передутое от жира брюхо, пока остальные дохнут на гроссиумных полях за бесценок!
Махнув кулаком в подтверждение своих слов, Джаргул быстро и рассерженно зашагал дальше, не сказав больше ни слова, но Альфред уже давно перестал следить за ним, продолжая мусолить своим пустым взглядом дальние холмы и придорожные леса. Чёрный колдун оказался прав во всём.
Спустя ещё пару часов их дорога стала зарастать мелкой травой, а поля по правую руку превратились в заросшие пустыри, лежащие на границе с лесом и главным королевским трактом, уводившим от Вант-Сартоса в другие города и населённые пункты области. За это время Альфред ни разу не подал своего голоса, продолжая настороженно думать о тайном смысле всего, что он когда-либо видел или слышал в своей жизни, но, в конце концов, его разум не выдержал и начал спекаться от таких глубоких мыслей, и паренёк решил просто наслаждаться своим путешествием, дыша свежим воздухом открытых полей.
И всё же кое-что из сказанного Джаргулом продолжало беспокоить его, отдаваясь в ушах парня как жужжание надоедливого комара.
– Здесь нас должна подобрать одна телега-а…– протянул между тем чёрный колдун, когда они вышли к широкому повороту, у которого стояли опознавательные столбы и указатели. – Но, видимо, придётся ждать, *х-м-пфф*.
– …Почему люди не могут тогда жить совсем без законов, как вы? Скажи мне! – потребовал вдруг во весь голос Альфред, крикнув ему в спину.
– А? Что я слышу?! – притворно выговорил его собеседник, обернувшись в сторону парня и прислонив к уху свою ладонь. – Ты в кои-то веки соизволил задать мне стоящий вопрос? Ну что ж, тогда позволь заметить, что ваше величество могло бы и само найти на него ответ, если бы не продолжало так бездарно растрачивать своё время, скрипя своими мозгами направо и налево, вместо того чтобы смотреть в суть вещей!
Услышав такие обидные слова, Альфред насупился, но продолжил стоять на своём, сложив руки на груди в упрямой позе.
– Ах, оно ещё и упорствует! – съязвил Джаргул. – Ну что же, придётся мне, наверно, тогда снова ткнуть его носом в очевидное! Но вначале позволь заметить: с чего ты взял, что мы, настоящие повелители магии, живём без законов? Разве ты не видишь, как я пользуюсь ими каждый день? Нет, конечно! Ты же вообще не можешь ничего видеть дальше своего любопытства и дрожи в коленках!.. Б-а-а-ах! – и ты уже обделался!
Давай я лучше загадаю тебе загадку! – сменил внезапно свой тон чёрный колдун. – Ответишь правильно – и я расскажу тебе о сущности законов, нет – и будешь до конца жизни додумываться до таких вещей сам, не дёргая при этом меня, идёт?
– …Ну да, наверно, – приглушённо ответил ему после нескольких секунд раздумий Альфред. – Ладно.
– Хм, ну тогда слушай внимательно, потому что повторять я её не буду. Итак: что бы такое выбрать… – проронил несколько слов Джаргул и посмотрел вокруг себя, пройдя пару метров по дороге туда-сюда, после чего молча подманил к себе парня и указал ему на чёткие борозды под своими ногами, образовавшиеся там за десятилетия колесных поездок.
– Вот, смотри, видишь эти борозды? – сосредоточенно ткнул себе под ноги чёрный колдун и провёл до ног Альфреда две воздушные параллельные черты. – Это дорога, шкет. Тут в основном ездят кареты и телеги, поэтому их следы со временем и образовали такие углубления. А вот тебе и правила: я запрещаю тебе смотреть за пределы этой дороги, и говорить ты можешь только о том, что находится внутри этих пределов, понятно? Итак, скажи мне: по какой борозде из тех, что ты видишь здесь, ваше величество пойдёт дальше – по правой или по левой? Их всего две! Выбирай. О, и можешь сообщать мне любой свой ответ сколько угодно раз, но предупреждаю: за каждый неправильный ответ ты будешь получать от меня хорошего «леща!»
Подвигав бровями, Альфред попытался как следует запомнить все слова, произнесённые Джаргулом, но как всегда их смысл оказался для него слишком запутан, чтобы разобраться в нём с самого начала, и парень принялся старательно оценивать ситуацию, пытаясь как можно быстрее подобраться к самому неожиданному ответу, который только мог придумать.
– …По центру! Я пойду по центру! – снизошло на него первым довольно хитроумное озарение. Однако, не успев проблистать в его глазах и пары мгновений – оно тут же слетело вниз, расплющившись о крепкий удар ладони, попавший по его затылку с быстротой небесной искры, и Альфред понял, что ошибся.
– «Но как же так-то?!» – прошипел он про себя, зная о привычке своего собеседника читать его мысли. – «Это же очевидно!»
– Хочешь ещё один? – безразлично пригрозил ему Джаргул.
– Тогда по правой! – быстро поправил себя Альфред и снова схватил от него оплеуху.
– По левой?.. – неуверенно промямлил парень в третий раз, приложив руку к своей зазудевшей макушке, но тут же получил удар в грудь, после чего разжал руки и снова получил по макушке. Эти лёгкие, но обидные удары тут же напомнили ему о тех недавних временах, когда чёрный колдун не чурался ударить его и в полную силу, но за прошедшую неделю Альфред научился многому и теперь уже открыто противостоял ему, защищая свою жизнь так, как умел.
– Тогда я сломаю твои границы! – проревел он в конце концов, – и пойду вовсе не по дороге, а…
– Я тебе сломаю! – набросился на него Джаргул с гневным выражением лица и подставил парню подножку, после чего почти по-отцовски влепил ему и четвёртую оплеуху. – А ну, не ленись! Думай как следует!
Усевшись в дорожную пыль, Альфред снова почесал свою ушибленную голову и, сложив руки на коленях, посмотрел вдаль. Из-за далёких ухабов по волнистой змейке её узорчатого полотна к ним приближалась крохотная фигурка деревянной повозки, крытая белой тканью, похожей на паруса далёкого корабля, запряжённая одной единственной лошадью, неспешно плетущейся вдоль последних обжитых земель предместий. «Чего же он хочет?..» – пронеслась в голове парня недобрая мысль и в очередной раз уткнулась в неприступную стену сознания Альфреда, которое пыталось изо всех сил вытянуться вверх, громоздя на себя всё новые кирпичики этого замысловатого испытания, а с другой стороны ей уже отвечали другие симметричные мысли, рождённые вырывавшимися из пустоты осколками свободной воли. – «А чего хочешь ты?..»
Глава 5
Система учит – о чем думать,
свободные люди учат – как думать.
(Дэвид Лейн)
Проплывая сквозь мерное вращение поскрипывающего колеса, лучезарное время послеполуденной неги тянулось ровно, отражаясь в ближайших лесах, словно в зеркале, и проступая навстречу глазам Альфреда лишь в те мгновения, когда он сбрасывал с себя оковы мыслей и снова посматривал вперёд, где сидевший на козлах лысый колдун то и дело посмеивался о чём-то своём с их новым спутником – бородатым возничим, державшим путь куда-то на восток. Представив его как Келуса из «Вант-Сартосских пассажирских перевозок», Джаргул всего за пару часов успел обсудить с ним буквально всё, что касалось современной политики, экономики и социального положения дел, после чего начал сыпать таким количеством неприличных анекдотов, что у парня появилось острое желание отодвинуться в заднюю часть телеги, а для самого Келоса такой весёлый попутчик стал на вес золота.
– «Странно, – удивлялся тогда про себя Альфред, ворочаясь на куче чужих посылок, укрытых брезентом с изображением государственной службы доставки. – Как же он умудряется находить общий язык даже с такими… незнакомцами? И это с его-то замашками! Хотя, возможно, если он и вправду прожил столько лет, сколько говорит, то подобные вещи просто происходят с ним сами собой. Интересно, сколько же времени он путешествовал по Сентусу? Может быть, когда он не стремится к одиночеству, то оно и не находит его… Вот же чёрт! И что же делать с этой проклятой загадкой? Плешивый козёл! Мне нужны ответы, а не напрасная трата времени!»
– Похоже, ты всё-таки предпочитаешь стоять на своём, а, шкет? – подал вдруг свой низкий голос чёрный колдун откуда-то спереди, и Альфред машинально оторвался от своих размышлений.
– И что с того? – раздражённо ответил парень, опасаясь, что возничий может вмешаться в их нетелепатический диалог, который как всегда начался для парня весьма неожиданно. – Я всё равно настаиваю на том варианте, который выбрал!
– Ну, давай-давай. Упирайся, сколько хочешь. Может, чё и получится…– махнул тот на него рукой и снова обратился к своему новому спутнику. – Так чего ты там говоришь? «Косые лоси заходят в таверну», значит…
Альфред снова повернул голову и глянул за край палатки. По серебристой пыли и свитым в узоры отпечаткам лошадиных копыт за ними тянулись две широкие колеи от колёс, которые просто выводили его из себя, стоило парню только вспомнить, из-за чего начался их недавний спор с Джаргулом, но поделать с этим он ничего не мог. Похоже, что упрямый колдун просто не хотел больше делиться с ним своей драгоценной информацией о происходящих в сознании Альфреда необычных вещах, в которые сам же его и втянул, что было ясно для парня как день. И всё же, вспоминая их недавний разговор, он пытался поймать ту скрытую нить, которая проходила сквозь все россказни Джаргула и могла пролить свет на его очередную коварную задумку.
«Не дождётся! Я ему не уступлю!» – снова принялся размышлять про себя Альфред о выбранном им ответе, стараясь думать как можно отчётливее, чтобы чёрный колдун мог прочитать каждую его мысль с помощью своей особой до странного вездесущей «телепатии», так похожей на «телепатию» их бывшего руководителя курса, госпожи Ульт, и в то же время так разительно отличавшейся от всего, что можно было вообще считать «телепатией» в современном понимании этого слова. То, как Джаргул вылавливал мысли и образы из его головы, казалось, скорее, похожим на бессознательную интуицию, словно он не читал, а уже знал их, полагаясь больше на свой опыт, чем на складывающиеся в голове юноши фразы. Но даже несмотря на это, его способность проворачивать такую магию без особых зачарованных предметов, стоящих целое состояние, казалась Альфреду фантастической и необъяснимой, несмотря на то, что её обыденность уже твёрдо вошла в современный магический мир Сентуса, став его неотъемлемой частью для каждого, кто мог управляться с магией. «…Может быть, дело не в том, что я должен выбрать, а в том, как я это должен сделать?» – скептически перебирал в своей голове варианты Альфред, когда вдруг их телега стала замедлять ход, пока не остановилась у небольшого, но высокого столба с разлинованным указателем, под которым стояли два человека, гружёные большим количеством ручной клади.
– Эгей, спесивая! – окликнул свою лошадь возничий и обратился к стоящим на пути прохожим. – Желаю здравствовать! Куда направляетесь? Может быть, вас подкинуть? Пять беляков всего до Шетоля, а там договоримся, если дальше надо будет по Озёрной дороге.
– Проезжай, давай, дальше! – холодно ответил ему чей-то голос. – Мы здесь не тебя ждём.
– Да ладно ва-ам, – дружелюбно протянул Келос. – Пять беляков всего! Один даже могу скинуть на двоих.
– А ну пошёл отсюда, пока мы тебя не… Осген!!! Господин Осген! Скорее, посмотрите!
– Чего?.. – быстро отозвался ему другой голос, звучащий немного моложе первого.
– Да это он же! Это он, сэр Осген! «Инферно» – класс 5! Посмотрите на эти его штуки – наплечники: все приметы сходятся!
– Чего ты несёшь! Ты же нам всё загубишь, идиот… Мы же здесь… при исполнении! Я доложу о тебе, и тебя уволят…– вполголоса прошипел его собеседник, но для подслушивавшего их в тот момент Альфреда такая перебранка показалась уж слишком необычной, чтобы просто не обращать на неё внимания, и он решил подползти поближе к краю палатки, дабы самому взглянуть на то, что происходило снаружи.
– Нет! Это наша государственная обязанность задержать его! А ну, ты, руки вверх! – проорал взбудораженный голос, принадлежавший, как оказалось, невысокому парню со светлыми волосами.
– Кто, я? – саркастическим голосом пророкотал Джаргул, и Альфред в мгновение ока похолодел, осознав, что сейчас, скорее всего, случится что-то очень плохое. – Я только путник, как видите. Но если вам так уж охота, чтобы я поднял руки…
– Вот так и держи, – уже более спокойным и уверенным голосом проговорил молодой человек, выставив вперёд свою невесть откуда взявшуюся палочку. – Капитан, его нужно обыскать. Ну, быстрее!
Стоявший рядом с ним товарищ уже, как оказалось, был полностью захвачен гневным спокойствием. С одной стороны, он не мог не подчиниться своим прямым обязанностям и заставить своего напарника сомневаться в своей преданности короне, но, с другой стороны, его глаза просто вопили о глубинном страхе, вырывающемся сквозь них, подобно самому настоящему инстинкту. «Он знает, кто такой Джаргул!» – внезапно промелькнуло в голове у Альфреда.
– Капитан? В чём дело?! Обыщите его и отнимите у него все возможные предметы, связанные с магией! Я знаю, что у него должна быть скрытая палочка! Все наши это знают! – беспрекословно раздавал приказы первый, но его нерешительный товарищ только продолжал топтаться на месте, пока, наконец, не принялся шептать ему что-то на ухо.
– …Что? Да как вы вообще можете утверждать такое?! Какая ещё «работа для специальных наемников», какой, к чёрту приказ? – взбеленился светловолосый парень. – Ну хорошо, тогда я сам это сделаю!
Услышав такие слова, Альфред замер у края палатки в зловещем ожидании.
Качнувшись вбок, их телега приняла ещё одного пассажира, который тут же принялся обшаривать поутихшего от такого внезапного поворота дел Келоса и похлопывать Джаргула по рукавам и пологим складкам его необычной робы, но, как оказалось, у чёрного колдуна почти не было при себе никаких вещей.
– Ну что, доволен? – нагло поинтересовался у него его новоявленный «арестант». – Уж я-то точно хотел бы, чтобы на твоём месте оказалась лучше сейчас какая-нибудь молодая девица…
– А ну заткнись! – пригрозил ему разгневанный парень. – Капитан, у него тут только кошель с деньгами был и пара каких-то самодельных амулетов на шее из имущества. Нужно вызывать срочную карету!
– О, а вот этого я, к сожалению, не могу себе позволить! Видите ли, мы спешим…– пробормотал Джаргул и тут же с размаху всадил своё колено прямо в живот молодому ротозею, отвлекшемуся на эти слова, но из-за своего роста парень оказался довольно ловок, и когда колено чёрного колдуна достигло своей цели, то удар пришёлся лишь по выставленным вперёд локтям парня.
– Ах ты!.. – только и выдохнул из себя светловолосый и в ответном движении быстро ткнул вперёд свою палочку, произнеся одно из известнейших охранных заклинаний добровольной стражи Сентуса: «Кагио серикус».
В мгновение ока с конца его палочки соскочило полупрозрачное свечение, похожее на цепь, и стало быстро оборачиваться вокруг Джаргула кругами, но, оставаясь стоять на своём месте, чёрный колдун лишь посмеивался над ним с издевательской улыбкой, пока не решил свести свои поднятые руки вместе, разнеся по округе такой оглушительный хлопок, что у Альфреда заложило уши… И уже находясь в полной звуковой изоляции из-за нарастающей глухоты, он мог лишь наблюдать за тем, как по телу стоявшего напротив Джаргула светловолосого парня вдруг от чего-то забегал такой жестокий колотун, что тот немедленно повалился на бок, выронив свою палочку и раскрыв от боли свой рот, пока чёрный колдун собственноручно выпихивал его из телеги, бросая на землю как побитую трясущуюся шавку.
Видя всё это, испуганный и наполовину оглушённый Келос тоже принялся выбираться из телеги, но Джаргулу не было до него дела. Сложив руки на груди, он продолжал смотреть в глаза оставшемуся стоять на земле Осгену, словно пытаясь предугадать, что же тот станет делать дальше, однако, как оказалось, нерадивый товарищ светловолосого парня попросту окаменел от его действий, застыв в глубоком смятении. Внезапно он выхватил из кармана какой-то предмет и бросил его себе под ноги, и хотя чёрный колдун был к этому готов, он ничего не стал делать с его жалкой магией. Между тем вокруг Осгена образовалось нечто похожее на кокон, заполненный серовато-белой дымкой, через которую ровным счётом ничего не было видно, кроме наполненных магией облачков перемещающегося газа, что тут же заставило Джаргула от всей души рассмеяться, подманив к себе ошарашенного Альфреда, который всё это время так и продолжал сидеть в дальнем углу повозки.
Заметив, как шевелятся его губы, Альфред понял, что чёрный колдун обращался теперь именно к нему, и, стремясь побороть свой страх, решил всё же ответить на его призыв, однако гудящий звук в ушах парня не давал ему как следует сосредоточиться, из-за чего движения Альфреда вперёд выглядели весьма шаткими.
– П-оч-ем-у л-ош-а-дь не в-з-б-ры-к-н-у-ла от т-а-ко-го шу-ма? – прошептал он вслух (и как ему показалось, очень тихо), когда дополз до Джаргула, но вместо ответа почувствовал в своей голове лишь его новую противную «телепатию».
– «А она у него глухая как пробка. Лучше посмотри сюда!» – молча указал рукой чёрный колдун, и Альфред увидел перед собой дымчатый кокон, находящийся рядом с тем местом, где должен был стоять второй из встреченных ими на дороге путников.
– «Как думаешь, что это?» – с любопытством поинтересовался у него Джаргул.
– «Похоже на защитную магию сокрытия…– произнёс про себя Альфред. – Но я такой никогда не видел. Наверное, новое заклинание какое-то. Или зачарование – он использовал предметы?»
– «Да, бросил чё-то себе под ноги, – небрежно заметил чёрный колдун. – А что, это так уж важно?»
– «Ну да, это же разная магия! – возмутился его неграмотности Альфред, так и не сумев распознать, что та была совершенно наигранная и напускная, призванная, скорее, задеть и смутить собой самого юношу. – Зачарованые предметы и заклинания различаются, как небо и земля!»
– «В самом деле?..» – без особого оттенка в интонации продолжал глумиться над ним Джаргул, и парень буквально почувствовал, как по его сознанию стала разливаться чья-то тщеславная улыбка. Вначале Альфред подумал, что она всецело принадлежала одному только Джаргулу, но её задор и властный полёт оказались настолько заразительны, что впервые за всё время своих скитаний он решил поддержать эти чувства, и когда его ноги окончательно обрели твердь, освободившееся сознание парня подсказало ему – кто же на самом деле был источником этого радостного клича, брошенного в безграничность его бытия.
– Ну что, слышишь уже? – прокричал вдруг стоявший над ним голос чёрного колдуна.
– Да! – радостно ответил ему Альфред с живым огоньком азарта в глазах, который тут же преобразился в злобу, стоило ему только заметить, как за спиной у Джаргула мелькнула чья-то быстрая рука, сжимающая в своей ладони дрожащую палочку.
– «Тесагосис крас!» «Тесагосис крас!» – изо всех сил кричал её оглушённый обладатель, но магическая энергия его заклинаний так и не могла воплотиться ни во что конкретное, рассеиваясь неясными вспышками на конце его палочки, пока, наконец, не предала своего создателя, пустив узенькую трещину по всей её поверхности.
– Теперь ты и сам видишь, чему их учат в этих королевских войсках, – обратился к Альфреду Джаргул. – Стрелять магией в спину! О да, всё ради победы!
– Но ты же смог остановить его так легко! – восхищённо отдал ему должное Альфред.
– Всего-то сбил немного с толку…– недовольно проговорил чёрный колдун. – Но, как видишь, даже в таком, слегка покорёженном состоянии он уже не может использовать свою всемогущую магию. Что, конечно же, сразу толкает его к бесчестным поступкам.
– Погоди, а что в этом такого? Он же просто пытается спасти свою жизнь любым возможным способом, – непонимающе обратился к нему паренёк, но тут же получил от Джаргула очередной нагоняй.
– Дурак! – рявкнул на него чёрный колдун, после того как отвесил парню оплеуху и упёрся руками в бока. – Неужели ты не понимаешь, что возможностей выбора у него в этой ситуации было гораздо больше! Он мог убежать или, например, залезть под телегу и затаиться, дабы выманить меня! Но, решив, что ему подходит лишь один – он попросту не стал искать другие, ведь на это требуется время.
– И как всё это связано с его бесчестностью или честью? – непонимающе пробормотал Альфред, хладнокровно наблюдая за тем, как глупо пялился на них этот напуганный человек, лихорадочно пытавшийся отыскать у себя в карманах хоть что-нибудь, что помогло бы ему защититься в такой безнадёжной ситуации.
– Неужели не понимаешь?! – раздражённо кинул в его сторону Джаргул. – Бесчестие – это бич современного времени! Веками люди хранили свой собственный кодекс чести и от этого становились только сильнее, но последняя эпоха их существования была ознаменована крайней беспринципностью. Ведь по сути бесчестие и деньги имеют на человека одно и то же влияние, так как одно всегда влечёт за собой другое.
– Ну и что? – переспросил у него Альфред. – Ты же сам…
Произнеся эти слова, парень вдруг осёкся на полуслове и замолчал.
– Мда, – мрачно причмокнул чёрный колдун. – Вот именно. Для тебя бесчестие и беззаконие – это также одно и то же. Как, наверное, и для каждого современного человека.
В ту же секунду их нападавший заметно поутих, после чего вынул из своего кармана какой-то флакон и метнул его прямо в Джаргула. Пролетев в воздухе около двух метров, стеклянная колба флакона загорелась и рассыпалась, пробитая стремительно вырывавшейся из неё струёй едкого газа, который тут же оказался запечатан таким же быстрым броском, исходившим от самого Джаргула, выставившего вперёд свою объятую полупрозрачным пламенем руку, превратившуюся на глазах у изумлённого Альфреда в гигантскую когтистую лапу чудовища. Её форма и вид оказались для парня ужасно знакомыми, но, приняв безмятежный вид, он решил не подавать виду, наблюдая за тем, как Джаргул прокручивал внутри неё только что пойманный им трофей, рассматривая его со всех сторон, пока тот оставался словно заморожен во времени, не позволяя своему едкому содержимому разлетаться в пространстве.
– Ну вот! Узри же! – прорычал Джаргул, показывая Альфреду плоды своих трудов. – Этот человек решил проявить некое упорство. И как ты думаешь, придаст ли оно ему сил?
– Я н-не знаю. Думаю, это зависит от него, – немного заикаясь, пробормотал Альфред, в очередной раз поражённый необычной магией своего собеседника, на которую в этот раз он снова не потратил даже не единого звука.
– То-то! – похвалил его наблюдения чёрный колдун. – Вот видишь! Ты сам додумался, что добро и зло могут быть относительны. Однако их сущность, их настоящая сущность – неизменна. Одно – всегда сила, а другое – всегда слабость. Но вот тебе загвоздка: как же понять, что из них что? Ведь что хорошо одному, другому может принести один только вред. И всё же на самом деле такое деление не может быть единым для всего, потому как любой человек знает, в чём его сила и слабость. Да-а-а, щенок! Это так! Что бы тебе ни пыталось внушать по этому поводу современное общество! Бесчестие всегда будет оставаться бесчестием, во все времена!
– Это как-то запутанно звучит, – нахмурил свои брови Альфред. – Ведь даже в церковных писаниях сказано…
– Да забудь ты уже эти россказни! – рявкнул на него сердитый голос Джаргула, после чего лысый колдун размахнулся и зашвырнул замершую в его монструозной руке газовую колбу обратно в сторону светловолосого парня, который попытался скрыться от них сразу же после того, как своими глазами увидел его невозможную магию и лихо припустил куда-то на восток, в сторону ближайших полей, проронив по дороге пару неприличных слов. – В твоих церковных писаниях также сказано, что противостоять собственной смерти – значит выступать против Доброго Бога. Пойми ты, наконец! – продолжил между тем свои объяснения Джаргул, наблюдая за тем, как морщился лоб Альфреда, наблюдавшего за этой сценой с явным отвращением. – Этот недооценивший свои силы гнус, попавшийся нам на пути, погибает сейчас от собственного же яда, но если бы меня в данный момент тут не было, то он бы сделал то же самое с тобой – и плевать на его причины! А теперь спроси себя: где тут добро, а где зло? Кто из вас двоих больше прав? Он, потому что работает на организованное и узаконенное правительство? Или ты, который достойно защищает свою жизнь, независимо от мотивов напавшего?