Помощь предков
- -
- 100%
- +
Войдя во двор старого дома, я начала искать глазами волчицу. Не смотря на то, что я с ней уже знакома, предосторожность не помешает. Эта серая хулиганка, может укусить только сзади, в лицо она ни когда не бросается. Ну, если только поиграть. Зита раньше показывала шрамы на ногах от зубов Шеркшны и говорила, что такие есть у многих. Волк, всегда остаётся волком, независимым, и не предсказуемым. Только за это, их уже можно уважать.
Зиту я обнаружила лёжа с чашкой чая, на диване. Две молодые девушки внимательно разглядывали меня, с противоположной стороны комнаты.
– Ты что ещё не собралась? – спросила я.
– Знаешь, я сегодня не пойду. Мы завтра с девочками стирать будем, потом в баню пойдём. А ты иди с подружками, я вам мёд приготовила, намажетесь после пара. – Зита смущённо посмотрела на меня.
– Ну, ты редиска, могла бы составить нам компанию. Если надумаешь, приходи, мы будем рады.
В принципе, ни чего другого, я и не ожидала. Как ни крути, а городские люди очень отличаются от провинциальных жителей. Я попрощалась, взяла мёд и пошла к ожидающим меня городским дамам.
Леся с Ленкой сидели на крыльце амбара и любовались закатом. Я присела к ним, и мы на троих разделили эти минуты наслаждения.
В старой, деревенской бане было тепло и пахло дубовыми вениками. В предбаннике стояли две скамейки и вешалки, прибитые к стене. В углу вместо столика притаилась стиральная машина «Riga».
– Ой, смотрите, – обрадовалась Ленка – у меня тоже когда-то такая была.
– У нас у всех, когда-то такие были, – пробурчала Леся, брезгливо разглядывая помещение – потому что других не было.
– Интересно, она работает – вертелась Ленка.
– Она единственная и работает – пояснила я. – Если не этот агрегат, стирали бы вообще руками. Хватит корчить из себя гламурных леди, давайте раздеваться.
Следующие три часа, я посветила обучению своих подруг, банному искусству. Сначала по чуть-чуть, потом всё больше и больше поддавая пар, мы хлестали друг друга ароматными вениками, поливали холодной водой и снова растирались в парилке. Время от времени мы выходили из бани, ступая босыми ногами на мягкую траву, покрытую расой. Прохладный, свежий воздух, остужал наши разгорячённые тела. Луна и звёзды отражались в маленьком пруду как в волшебном зеркале. Их свет заполнял наши души искрящейся чистотой и безграничной свежестью.
Я рассказывала и показывала подругам всё, чему научилась за годы посещения городских бань. «Это что-то вроде хобби, с пользой для здоровья – объясняла я им». Маска из мёда была завершающим этапом нашего релакса, после которого девочки пришли в полный восторг.
Вернувшись в наш дом, мы обнаружили, что кто-то заботливо растопил нам печь и оставил на столе свежий хлеб и молоко. Подруги многозначительно переглянулись, а я пошла, развешивать мокрое бельё.
– Знаешь Соф, – продолжила начатую до бани тему Леська – здесь очень даже не плохо, только женской руки не хватает. Я уверенна, что если бы ты захотела, этот леший для тебя бы все условия создал.
– Могу тебя разочаровать, – сказала я – с другой стороны дома уже вырыта яма для пристройки туалета и ванной комнаты. Так что моё присутствие здесь, совсем не причём.
– Я же сказала, если ты захочешь – поучительно добавила Леся. – Смотри, и печку растопил.
– И молочка принёс – вставила Ленка – с хлебушком.
– Я что-то не поняла девочки – вскипела я. – У меня вообще-то муж есть, которого я ещё и люблю. Мне что, его на металлолом сдать?
– В утильсырьё – хихикнула Ленка, разбавляя новые коктейли.
Леся уже открыла рот, чтобы мне ответить, как запищал мой телефон. Я вышла на улицу в поисках связи и увидела пять не принятых вызовов от Насти.
Настёна, тоже наша однокурсница и боевая подруга, в нашем отряде психологов. Когда-то, ещё учась в институте, мы строили с ней грандиозные планы по созданию клуба, писали статьи, снимали ролики, и подготовили отличную выездную программу. Позже, мы отложили нашу идею в дальний ящик, но отнюдь не закрыли его навсегда. Наша работа продолжается и сейчас, только пока не с таким рвением, как в начале. Все техники, которые мы собирались предлагать людям, конечно же, испытывались на себе лично.
Настя, уже имея до нашего знакомства психологическое образование с эзотерическим уклоном, превосходно посвящала меня в тонкости данного мастерства. Она научила меня входить в состояние транса, водила меня по снам и закоулкам подсознания, проводила медитации и помогала, потом расшифровать увиденное. Мы часто приезжали вместе с ней к Ромасу на отдых, увозя с собой целый багаж новых впечатлений и знаний. С ней мне всегда хорошо и интересно. Иногда мы можем болтать часами или всю ночь напролёт, а иногда наоборот. Это тот человек, с которым комфортно и помолчать. Родная душа короче.
Стоя на камне возле дома и крутясь как юла, я пыталась дозвониться до Насти. Наконец, с третьей попытки, мне удалось услышать гудки, и я замерла на месте.
– Ало, Софка, ты в Литве? – услышала я быструю речь Насти.
– Да, – удивлённо ответила я – а ты откуда знаешь?
– Я тебе весь день звоню, уже волноваться начала, и позвонила Гоше. Он сказал, что вы уехали к волкам, и меня это очень обрадовало. Мы с Андреем второй день в Литве, приехали к его родителям. У тебя всё в порядке?
– Я даже не знаю, что тебе ответить. Одно могу сказать точно, очень хорошо, что вы рядом, ты нам очень сейчас нужна. Поговори с Андрюхой, может, вы сможете завтра приехать сюда.
– Когда я узнала, что вы у Ромаса, я сразу с ним поговорила. Ему завтра надо быть в Риге, но он меня привезёт к тебе и оставит на два дня. Вы когда домой собираетесь?
– Ты, похоже, не в курсе, что произошло. В любом случае, это не по телефону. Девочки завтра уезжают, а я пока остаюсь, буду ждать тебя.
– Договорились, завтра к обеду буду – и связь оборвалась.
Замёрзшая я вбежала в дом.
– Что значит тепло и чисто – воодушевлённо сказала я – значит уютно. Где мой коктейль? У меня хорошие новости.
Подруги в ожидании смотрели на меня. Я выдержала паузу, разглядывая их порозовевшие от бани щёки.
– Гоша звонил? – не выдержала Ленка.
– Нет, Настя. Она завтра приедет.
– Вот так всегда. – Леська тихонько хлопнула по столу. – В коем веке можно собраться всем вчетвером, а мне в Белоруссию надо.
– А может ещё один день обойдётся, твой Борис без тебя – протянула Ленка.
– Очень хотелось бы, но сами понимаете, не от меня зависит. Пойду, попробую до него дозвониться.
– Мало шансов, – скорбно сказала я. – Здесь очень плохая связь, надо идти к амбару, на большой камень.
Прекрасно понимая, что их обоих отсюда ни каким калачом не выманить, я спокойно сидела на своём подоконнике, неспеша пережевывая куриную ножку.
– Да? – Растерянно заморгала Леська и выглянула в окно. Там абсолютно ни чего не было видно. Луна ещё не успела подняться высоко, чтобы осветить дорогу к амбару. Её загораживал густой тёмный лес, разделявший наш маленький домик от заветного камня-связи.
– Ну ладно, – не подавая виду о страхе, сказала она – я завтра утром позвоню. Утро вечера мудрее.
Лена тихонько улыбнулась, чтобы не скомпрометировать подругу, и вслух заметила:
– У нас это «Утро вечера мудрее», скоро будет вместо «Спокойной ночи».
– Может, пойдём наверх, поваляемся? – Предложила я. – А то сегодня день уж очень насыщенный.
– Чтоб они все были такие насыщенные, по сравнению с вчерашним. – Со вздохом продолжила Лена. Было видно как ей тяжело, и как она старается держать этот груз в себе. Но банная релаксация, плюс алкоголь, начали стирать границы самообладания.
Вся жизнь висела на волоске, и не у неё одной. По причине общего взаимопонимания, приобретённого с годами, мы весь день, старались не касаться больной темы. Бесполезно толочь воду в ступе, пока мы находимся в режиме ожидания. Главное сильно не расслабляться и не впадать в панику.
Я взяла ароматизированную свечу (постоянный атрибут моей дорожной сумки), и мы поднялись наверх. Пока мы разбирались, кто, с какой стороны будет спать, Леся обратила внимание, что на окнах нет ни каких занавесок.
– Как то жутковато – поёжилась она.
– А от кого тут прятаться, – потягиваясь, сказала Лена – лес же кругом.
– Я вам сейчас что-то покажу. – Таинственным голосом сказала я —для этого нужно погасить весь свет.
Я задула свечу, и легла на живот, опираясь на локти. В такой позе, мой нос оказывался чуть выше подоконника просторного окна. Вокруг дома стояли великолепные ели. Их зелёные, пушистые лапы, можно было потрогать, не вставая с так называемой кровати. Луна уже добралась до той высоты, когда её сияние отражается в каждой капельке россы, играя на их иголках всеми цветами радуги, показывая нам, силу волшебства природы.
– Это поистине божественно, – с тихим восторгом сказала Лена, разглядывая брильянтовую пыль за окном.
– Там кто-то двигается – взвизгнула Леська и подскочила как ужаленная.
Я зевнула и перевернулась на спину, продолжая любоваться елями. – Там же вольер с волками. Надеюсь, они нам сегодня споют свою колыбельную песню.
– Ты хочешь сказать, они воют по ночам? – Уставилась на меня Леська.
– Расслабься и получай удовольствия, – ответила я – они за забором.
Леська скрутилась калачиком и замолчала. Через пару минут, она уже мирно сопела мне в ухо. Я всегда удивлялась, как быстро она засыпает, и дрыхнет как сурок до утра.
С другой стороны от меня крутилась Ленка, не находя себе места на огромной кровати.
– Пойдём, покурим – тихо предложила она.
Мы замотались в пледы, и вышли на улицу. Звёзды отражались в озере так ярко, будто небо начиналось прямо возле нашего порога.
– Я бы всё отдала, чтобы изменить вчерашний день. – Сказала Лена. – Как подумаю, что он там лежит, сразу ком в горле становится.
– Подожди всё отдавать, может сами заберут. – Я поплевала через левое плечо. – Не знаю почему, я сама себе удивляюсь, но у меня нет, ни какого угрызения совести. Может я прирождённый убийца, только раньше этого не знала? Представляешь, меня этот вопрос больше пугает, чем само происшествие.
Ленка внимательно посмотрела мне в лицо, а потом так заразительно расхохоталась, что я тоже не выдержала и рассмеялась.
Глоток свежего воздуха подействовали на нас не хуже снотворного, и мы уснули как младенцы в считанные минуты.
Глава 7
Утром меня разбудил ещё хриплый ото сна голос Лены.
– Софа, вставай, уже восемь часов. Пойдём, звонить Гоше – почти умоляла она.
Не могу сказать, что это было лучшее пробуждение в моей жизни, но я послушно встала, натянула джинсы и вышла на улицу.
Обрывки тумана ещё плавали над гладью озера. Капельки росы на траве, приятно напоминали о ночной сказке леса. Кусты и растущие рядом деревья, трепетали от проснувшихся птиц. Их разнообразное пение сливалось в один неповторимый хор, дирижёром которому, была сама природа.
Стараясь долго не испытывать Ленкиного терпения, я быстро пошла на камень «связи». Сердце забилось быстрее в ожидании новостей. Лена стояла рядом со мной, затаив дыхание. Палочки в мобильном телефоне, говорившие о состоянии связи, были в полном составе. Я набрала Гошин номер и посмотрела на курившую вторую сигарету подряд Ленку.
– У него отключен телефон. – После третьей попытки растерянно констатировала я.
– Попробуй с другого телефона. С моего или Леськиного.
Мне больно было смотреть, как Ленчик теряет остатки самообладания, поэтому я ответила как можно спокойнее «Дело не в моём телефоне. Гошин номер отключен».
У меня снова закружилась голова, причём так сильно, что я чуть не упала с камня. Мне пришлось сесть на скамейку и постараться привести свои чувства в порядок. Раньше, я за собой не наблюдала подобного состояния, поэтому оно меня несколько насторожило.
Ленка ходила взад и вперёд, как разъяренный лев в клетке, не обращая на меня ни какого внимания.
– Может быть, он ещё спит, а аккумулятор разрядился – предположила я.
Она остановилась напротив меня, помолчала, а потом, прищурив один глаз, спросила:
– Ты меня успокаиваешь?
– Нет. Скорее себя. Ну и тебя тоже – добавила я. – У тебя есть другие соображения?
– Пока нет – процедила Лена сквозь зубы.
– Тогда пойдём пить кофе.
Конечно, я понимала, что ночью могло случиться всё что угодно, от попадания Гоши в лапы правосудия, до нелепой аварии на дороге. Но из всех роившихся в моей голове вариантов, идея с разряженной батареей, мне нравилась больше всего. По этому, во избежание нервного срыва, я предприняла попытку переключиться.
Войдя в дом, мы застали Леську в роли дежурной по кухне. Аромат поджаренных гренок, и сваренного кофе, приятно щекотали ноздри.
– Доброе утро. Какие новости? – Леся явно была в хорошем расположении духа, что несколько расслабило наше с Ленкой напряжение.
– Ни каких – ответила я, устраиваясь на подоконнике.
– Зря вы бегаете по камням, – игнорируя мой ответ, продолжила Леська – я здесь прямо у порога, только что дозвонилась до Бориса. К сожалению, придется уезжать сегодня, зато во второй половине дня. Здесь всего пару часов езды, а на границе он меня встретит. А у вас, что нового?
– Тебе же сказали, ни чего – раздражённо ответила Лена – у Гоши телефон отключен.
– Так может аккумулятор сел – невозмутимо продолжила Леся.
Мы, молча, переглянулись с Ленкой, и я пошла на улицу, чтобы возобновить попытку. Связь действительно была возле дома, но к моему великому сожалению, это мне, ни чем не помогло. Гошин телефон, по-прежнему был не в зоне.
Через озеро я увидела Ромаса, с какой-то миской в руках. Он явно двигался в нашем направлении и разговаривал по телефону. После приветствия, он сообщил мне, что принёс нам свежие яйца на завтрак и готов выслушать нашу проблему.
На какой-то момент, я остановилась в замешательстве. Стоит ли вообще посвящать его в такой деликатный вопрос, и как к этому отнесутся девчонки.
– Может, зайдём в дом, – не уверенно предложила я – там и поговорим.
У него снова зазвонил телефон, и я поспешила к подругам за советом.
– Смотри сама Софка, – сказала Леся – ты его лучше знаешь, тебе и решать.
Я вопросительно посмотрела на Лену.
– Мне уже всё равно, – подавленно ответила она – делай, что хочешь.
– Я только в одном уверенна, – сказала я – что он нас не сдаст. А какую помощь он может нам оказать, я даже не представляю.
В этот момент Ромас открыл дверь и, не заходя в дом, сказал, что зайдёт попозже, по тому, что к нему опять приехали люди, и он пару часов будет занят.
Я облегчённо вздохнула. Осталась одна надежда, что за это время я дозвонюсь до Гоши, и он скажет, что нам делать дальше.
Погода была хорошая, можно даже сказать по-летнему тёплая. После лёгкого завтрака мы решили пойти погулять по заповеднику. Через каждых пять минут я делала очередную попытку дозвониться до мужа, заканчивающуюся одним и тем же результатом. Напряжение росло с геометрической прогрессией. К часу дня у меня не на шутку разболелась голова, и я не могла думать не о чём конкретно. Руки сами набирали номер телефона, подчиняясь неизвестно, чьей команде.
После неоднократных, тщетных попыток разговорить нас, Леська резко двинулась вперёд. Ловко развернувшись на одной ноге, она встала перед нами с грозным видом посередине дороги.
– Хватит дёргать этот телефон, – зарычала она на меня – оставь его хоть на полчаса в покое. Я смотрю, тебя мало волнует то, что вы натворили сами, и во что это всё может вылиться. Зато ради Гоши ты готова потерять последние мозги и довести всех нас до сумасшествия.
Мы стояли с Леной и спокойно смотрели на неё. Нам хоть и не задумано, но все, же удалось вывести из равновесия нашу невозмутимую Леську.
– Тебя это удивляет? – Без всяких эмоций спросила Ленка.
Минуту мы стояли возле клетки с медведем и разглядывали друг друга, понимая всю нелепость сложившейся ситуации. Наверное, со стороны мы выглядели несколько не обычно, в своей застывшей позе. Но это ни кого особенно не волновало, потому что смех, накрывший нас троих одновременно, доказал, что мы всё ещё вместе, а значит мы сила.
В таком приподнятом настроении нас нашёл Ромас, появившийся перед нами, как из под земли. Он посмотрел на нас в надежде, на приглашение присоединиться к нашему веселью. Мы это прекрасно понимали, так же как и то, что это практически не возможно. Глупость происходящего ещё больше смешила нас, и нам уже трудно было остановиться. Ромас глядя на наш заразительный хохот, тоже начал улыбаться. Мы сгибались пополам от смеха, у нас текли слёзы и неизвестно, чем это могло закончиться, если бы не зазвонил мой телефон. Как по щелчку выключателя, мы замолчали в одно мгновение. Девчонки в ожидании смотрели на меня, вытирая выступившие слёзы. Я, путаясь в глубоком кармане кофты, ни как не могла достать телефон. В конечном итоге, я умудрилась его уронить, с вытекающими из этого последствиями. От удара о землю, крышка мобильника отскочила и аккумулятор, словно заколдованная лягушка выпрыгнул в траву.
Подруги смотрели на меня как на врага народа.
– Ты что издеваешься? – Довольно бодро спросила Леська. – Сначала чуть не довела всех до истерики со своим телефоном, а когда он наконец зазвонил, она его разбила. Ты хоть увидела, кто звонил?
Мы втроём ползали на четвереньках, прощупывая на ощупь не высокую траву.
– Нет, конечно, – оправдывалась я – не издеваюсь. И как я, по твоему могла что-то увидеть, если он выскользнул из рук.
Ромас, внимательно наблюдавший эту картину со стороны, спокойно нагнулся и поднял потерянную деталь.
– Спасибо – виновато процедила я.
Он опять как то странно на меня посмотрел и ни чего не ответил.
Пока девчонки рассыпались в словах благодарности, попутно упоминая о не ровности моих рук, я вставила аккумулятор в телефон и затихла в ожидании подключения. Слава Богу, серьёзных повреждений не было, и на экране телефона появились слова приветствия. Понадобилась целая вечность, пока мобильник полностью вернулся к жизни, и появилась связь. Однако ни каких непринятых вызовов, он не показывал. Я с замиранием в сердце, набрала Гошин номер.
Ленкины нервы, похожие на натянутые струны, уже не выдерживали напряжения, и она, изменив тактику ожидания, пошла в сторону скамейки. Леся вместе с Ромасом стояли рядом, и смотрели на меня, как два удава на одного кролика.
После короткой паузы, я отрицательно покачала головой, скорчив печальную гримасу.
– Может это Настя звонила? – Предположила Леся.
– Да, скорее всего. Сейчас я сама ей позвоню. Смотри – я взглядом указала Леське, на щебечущую по своему телефону Ленку.
– Амир звонит – без тени сомнений установила она.
Я набрала Настин номер и посмотрела на топтавшегося рядом Ромаса. Только сейчас я обратила внимание на то, что он как молчаливый наблюдатель, смотрит, и понятия не имеет, какие страсти кипят в его собственном доме. По его внешнему виду, трудно было определить, что он думает относительно нашей троицы, но судя по поведению, его явно мучило любопытство.
– Настя приедет часов в пять—шесть – громко сказала я, что бы Лена тоже услышала.
– Пойдёмте, выпьем чаю и обсудим план наших действий – предложил Ромас.
Мы как послушное стадо, пошли вслед за ним, недоумённо переглядываясь между собой.
– О каких планах, и каких действиях он говорит? – шёпотом спросила меня Леся.
Ленка тоже вытянула шею, что бы лучше расслышать ответ и косо посмотрела на меня.
– А я откуда знаю – так же тихо ответила я.
У меня, конечно, были свои предположения на этот счёт, которые очень быстро подтвердились. Как только мы вошли в амбар, я заметила висевший над горящей печкой, шаманский бубен. Ромас обычно вешает его туда перед ритуалом, что бы разогреть для лучшего звучания. Большой, сантиметров восемьдесят в диаметре, с не чётким рисунком на натянутой коже, он сразу привлёк внимание моих подруг. Они подошли поближе и стали разглядывать, не обычный инструмент. Пляшущие человечки, изображённые на рисунке, как будто застыли в ожидании знака, что бы начать свой таинственный танец. Леська спросила разрешение у Ромаса, потрогать шаманский атрибут и, получив положительный ответ, тихонько стукнула по нему пальцем. Гулкий звук, лёгкой волной растёкся по всему амбару.
– А можно будет послушать, как он звучит по-настоящему? – Спросила Леся.
– Я как раз хотел вам это предложить – ответил Ромас, разливая липовый чай в пиалы. – Мне интересно мнение психологов на этот счёт. Люди считают этот звук лечебным, успокаивающим, магическим, посмотрим, что скажете вы. Он хитро посмотрел на меня.
– Можно я потом скажу – ответила я. – Мне тоже интересно мнение независимых экспертов.
– Софья нам много рассказывала о Вас – продолжила Алеся. – Мне просто интересно, для чего всё это делается, какой смысл или цель Вы видите в проведении обрядов?
– Я несколько лет прожил на Алтае. Там это очень распространено. Много разных шаманов и шайтанов. Настоящих, конечно мало, но мне довелось с ними общаться. Один мой друг, настоящий шаман, сказал: «Возьми бубен и бей в него». Я так и сделал. Сам не знаю, откуда, но люди стали приезжать ко мне. Я не делаю ни какой рекламы, откуда они меня знают, я не знаю. Последнее время, это всё вообще вышло из под контроля. Сюда приезжают журналисты, корреспонденты, писатели, снимают какие-то фильмы, ролики. Я не успеваю со всем этим справляться. Ещё нужно ухаживать за животными, кормить их, возить, лечить. А я один, всё так сложно. Я так устал от войны. – Он прищурился и артистично подмигнул мне.
– Однако на замученного или уставшего ты не похож. – Заметила я. – Просто работает «сарафанное радио» и твоя популярность растёт как снежный ком. Это же здорово и очень интересно. Посмотри, сколько ты создал, разве ни к этому ты стремился?
– А сколько у меня ещё идей есть… – Начал хвастаться Ромас. – Только мне самому с этим не справиться. Мне нужен помощник. Я так устал от войны – повторил он, звучно прихлёбывая чай из пиалы.
Леська сверлила меня, своими огромными глазами, толкая мою ногу под столом. Лена всем своим видом показывала, что и она всё понимает, но ограничивается только улыбкой. Я же в свою очередь, была в жутком замешательстве. Всё о чём говорил сейчас Ромас, было просто моей мечтой. И животные, и лес, и общение с людьми без графика работы и строгих отчётов под подпись, всё это было, как будто считано с моей головы. Я давно перестала об этом даже мечтать, зная, что в городе, где я живу такое не возможно. Голова пошла кругом и мне пришлось облокотиться на столб за моей спиной.
Ромас сканировавший меня всё это время, уловил моё состояние и спросил:
– С тобой всё в порядке? Ты какая-то бледная.
– Честно говоря, я сама не понимаю – ответила я. – У меня странно кружится голова. Я бы даже сказала, не голова кружится, а меня качает. Как на волнах. И так сильно, что просто земля из под ног уходит. Даже не знаю, что это может быть, со мной такого раньше ни когда не было.
Лицо Ромаса расплылось в улыбке, и он произнёс «Это духи тебя качают».
Я не первый раз слышу от этого человека, что всё необычное, что здесь происходит, творят духи. Ладно, ещё моя машина в прошлый раз не завелась, когда я собралась уезжать. Он сказал, что это духи меня не отпускают. Ладно, когда зазвонил на втором этаже колокольчик, Ромас объяснил, что духи не хотят чтобы мы говорили на начатую тему. Но причём здесь моя голова и это странное покачивание как на волнах?
Девчонки переглянулись и с подозрением уставились на него. Не обращая ни какого внимания на косые взгляды моих подруг, он продолжил:
– У вас какие-то проблемы. Если хотите, можем пойти в юрту, я буду бить в бубен, а вы послушаете. Может быть вам это поможет.
Лена что-то шепнула Леське на ухо, и они не уверенно посмотрели на меня.
– Пойдем, конечно. Ни каких страхов здесь нет. – Обратилась я к подругам.
Меня забавлял их растерянный вид. Ромас любит напускать туман и придавать таинственность, даже при самых, казалось бы, банальных обстоятельствах, и люди, как правило, ведутся на его уловки.
Пока мы шли в юрту, я попробовала ещё раз дозвониться Гоше, и в очередной раз услышала противный голос, оповещающий меня об отсутствии абонента.
В юрте мы сели на лавку спиной к двери, перед нами на столе стояли три зажженные свечи. Ромас сказал смотреть на свечи, и сел за нами на стул. Я постаралась отбросить все мысли, насколько это было на тот момент возможно, и раствориться в звуке бубна. Сначала медленно и не громко, потом сильнее и чаще, удары колотушки о бубен, начали заполнять не большое пространство. Когда этот ритм слился с ритмом моего сердца, я сквозь туман увидела горы. Приближаясь к ним словно птица, я стала видеть более чёткую картинку. Вершины гор были в снегу, а чуть ниже простирались леса и луга, ярко зелёного цвета. С левой стороны повеяло теплом, и я направилась в том направлении. Передо мной был густой лес, напоминающий джунгли. Я приземлилась возле не большого водопада в густом лесу. Теперь я была человеком и чётко это понимала. Что-то манило меня вглубь леса. Миновав густые заросли, я вышла на поляну, лежащую у порога не высокой горы. На самом верху, стояла старая, ржавая клетка с тигрицей внутри. Клетка была грязная и настолько мала для этого большого зверя, что бедное животное не могло в ней даже развернуться. Тигрица смотрела на меня пронзительным взглядом, от которого замирало сердце. Это не был страх. Это было новое чувство, которое мне было не известно. Тигрица рвала своей огромной лапой решетку клетки, явно призывая меня ей помочь. Не смотря на то, что клетка была старая и маленькая, было очевидно, что без чьей либо помощи, самой ей не справиться с толстыми прутьями ловушки. Кроме меня там ни кого не было, и как мне показалось, быть не могло. Что-то в этой огромной кошке было родное и до боли знакомое. Я стояла напротив неё как заворожённая, не в силах даже пошевелиться. Тигрица не была агрессивной, она просто стояла и неуклюже рвала клетку, заглядывая мне прямо в душу. Звуки бубна замедлили свой темп и наконец, совсем стихли.