Кто убил скорпиона? Два детектива под одной обложкой
- -
- 100%
- +
– Так, значит у нас свидание? – передразнивая Михаила, Ольга состроила брови домиком.
– Да! – решительно рубанул Михаил.
– Тогда, где цветы, Мцыри? На первое свидание и без цветов?
Михаил рванулся с места, едва не перевернув стул. Ольга отчаянно замахала руками:
– Я шучу, шучу…
Было поздно – Исайчев скрылся за входной дверью. Через минуту он уже стоял у столика и протягивал Ольге букет роз.
– Четыре розы?
– Да! – победно воскликнул Михаил.
– Что «да»? Четыре розы приносят только на похороны? Вы что, никогда не дарили девушке букетов, Мцыри?
– Ешь твою медь! – прокричал Михаил, и опять бросился на выход.
Пятая роза прибыла в кафе также быстро, как и предыдущие четыре.
– Вот теперь свидание… – удовлетворённо отметила Ольга и жестом пригласила, вытянувшегося по «стойке смирно»Михаила, сесть.
В тот вечер шоколад оказался слишком горьким и отдавал костром, но это было неважно. Главное, Ольга рядом. Покинув кафе, они пошли гулять. Ходили по старинным ещё купеческим улицам Сартова, пока не спустилась ночь. Говорили о чем-то хорошем и нужном и, наверное, интересном, потому что любопытное солнце не выдержало и стало вылезать из-за горизонта. Утро погожее и тихое застало их на набережной, а гудок теплохода напомнил о начале нового дня.
– До работы осталось три часа, – заметила Ольга, подглядывая за чайкой, беззастенчиво ворующей рыбу из ведра задремавшего на стульчике рыболова.
– Ты устала? Хочешь спать?
– Я замёрзла, Мцыри, пойдём к машинам. Пора разъезжаться…
Михаил мигом снял пиджак, накинул его Ольге на плечи, притянув за лацканы к себе, поцеловал в губы:
– Они у тебя пахнут вишней, – прошептал Исайчев на ухо девушке.
– Это помада, Мцыри…
– Вку-у-у-сная, – блаженно улыбнулся Михаил. – Можно ещё?
Ольга, ожидая поцелуя, зажмурилась.
– Боже мой, – со страхом подумал Исайчев. – Не случись беды с подполковником Сперанским, я бы никогда её не встретил… – он услышал, как шелестит бумагами в своём кабинете Ольга и улыбнулся. – какой же я эгоист! Эгоист! Ну и что? Жизнь продолжается. И пусть она такая, как есть, я не ропщу…
Ольга закончила работу с документами, переместилась в кухню готовить ужин. Уже оттуда крикнула:
– Мцыри, что там с «делом» дяди? Продвигается?
– Трудно… почти никак… насолил он многим, но за это не убивают – пробубнил Исайчев в расчёте на то, что Ольга не услышит. Но она услышала и появилась в проёме открытой кухонной двери.
– Мцыри, ты у Сибукова был?
Михаил отрицательно покачал головой.
– Завтра собираюсь… У меня помимо «Дела Сперанского» в портфеле больше двадцати «жутей» разного калибра. Не успеваю, хоть ночуй в конторе…
– Это ты брось, – отозвалась Ольга. – Ночевать нужно под боком у любимой женщины. У тебя, Мцыри, есть любимая женщина?
– Есть, ещё какая любимая…
– Ну? – Ольга вышла в гостиную, где на диване, вытянувшись, возлегал Исайчев:
– Что, ну? Отстаньте, любимая женщина, я отдыхаю…
– Возьми с собой к Сибукову, а? У меня завтра окно с утра… – умоляюще попросила Ольга.
– Я ещё не созванивался…
– Так, давай сейчас договоримся. Хочешь, позвоню?
– Давай! Мне неудобно – поздно уже. А вы, сударыня, на правах старой знакомой можете…
– Ну, ты и лодырь, Мцыри! Я твою работу последний раз делаю, понял?
– Да понял я, понял… – прикрывая глаза, лениво ответил Михаил.
Ольга ушла в кабинет и вновь появилась через несколько минут.
– Не спать! – гаркнула она Исайчеву в ухо. – Завтра в двенадцать он нас ждёт.
– Что ж ты так кричишь? – Михаил, не открывая глаз, отвернулся от Ольги, уткнулся носом в спинку дивана и засопел. – Можно я чуть-чуть дреману, совсем чуть-чуть, всю ночь на происшествии торчал…
Ольга взяла с кресла плед, укрыла им гостя и едва слышно прошептала:
– Спи, дорогой, пока спится. Я давно уже не могу…
Глава11. Бой
Кабинет полковника Сибукова в военном училище выглядел аскетично: шкаф, стол, стул, сейф и два кресла, на стене гравюра «Воздушный бой». Картину нарисовал друг в память своего отца – лётчика, погибшего в небе над Киевом в первые дни Отечественной войны. Чеченская унесла друга-художника и оставила Владимиру Григорьевичу глухоту на одно ухо. Они воевали вместе.
Сибуков принял гостей радушно. Ольгу обнял и расцеловал, усадил в кресло. Кресло Михаила пододвинул поближе к себе, объяснив это без слов – просто постучал указательным пальцем по больному уху.
– Воевали? – спросил Михаил.
Сибуков кивнул и добавил:
– Контузия, но вспоминать не хочу. Давайте-ка лучше чайку организую, – и тут же вынул из сейфа электрический чайник, включил его в сеть.
– Я приготовил то, что ты просила, Олюшка. Вот альбом нашего выпуска… здесь все курсанты и вместе, и отдельно, и в групповых фотографиях.
Сибуков протянул Исайчеву альбом.
– Смотрите. Мы там молодые… Ты знаешь, Олюшка, я не очень дружил с твоим дядей. Больше с твоей мамой. Мила была старше нас, молодых салаг, на шесть лет. Мы всё, кто был вхож в ваш дом, относились к ней с трепетом. Я в то время иногда подумывал: будь хоть на годок старше её – женился бы, точно женился. Но Мила относилась к нам, как к братьям, причём младшим… – Сибуков отключил вскипевший чайник, вынул из ящика письменного стола одноразовые стаканчики и, сунув в них чайные пакетики, начал разливать кипяток. – Пусть немного остынет, а то пальцы обожжёте…
Исайчев в это время изучал фотоальбом. На одной из страниц Михаил увидел молодого Леонида Сперанского: чистое, открытое лицо с чуть тронувшей губы иронической улыбкой, копна русых вьющихся волос. Глаза? Глаза выразительные, примечательные, с едва заметным надменным выражением.
Михаил перевернул ещё несколько страниц, и вздрогнул, на него смотрел сын Леонида Сперанского – Олег Леонидович Сперанский—младший.
– А это у вас отку… – осёкся на полуслове Исайчев, посмотрев подпись под фотографией «Курсант Егор Елистратов». – Вот тебе, бабушка, и Юрьев день!
Ольга тоже глянула на фотографию, но её лицо не выказало удивления.
– Судя по всему, ты знала? – Михаил вновь выстроил домик из бровей. – Почему молчала?
– Мцыри, не хочу навязывать тебе своё видение, смотри собственными глазами, я могу только указать путь. Выводы делай сам…
И вдруг неожиданно с горькой ноткой в голосе повторила:
– … указать путь. Выводы делай сам. Сам!
– Владимир Григорьевич, – спросил Исайчев, рассматривая фотографию курса, – а где сейчас служит бывший курсант Егор Елистратов?
Сибуков, наконец, решился взять в руки горячий стаканчик с чаем и жестом пригласил гостей последовать за ним. Затем поставил оба локтя на стол и, обхватив стаканчик ладонями, сказал:
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Примечания
1
Следственное управление Следственного комитета Российской Федерации
2
КПП – контрольно пропускной пункт.
3
Аверс (фр. avers, лат. adversus – «обращённый лицом»_ – лицевая, главная сторона монет и медалей, противоположная реверсу.
4
ге-шефт – мелкая, выгодная торговая сделка или спекуляция.
5
Деменция – приобретённое слабоумие, стойкое снижение познавательной деятельности с утратой в той или иной степени ранее усвоенных знаний и практических навыков.
6
Супрематизм – направление абстракного в искусстве появилось благодаря художнику Каземиру Малевичу. В его работах сочетаются различные геометрические фигуры.