Самая большая кошка на свете

Папа задумал перестроить прачечную комнату. До того, как пойти в инженеры, он мечтал стать архитектором, поэтому любой домашний строительный проект приводил его в восторг. При перестройке собирались отхватить кусок чулана из комнаты Алекса. Он из дома уехать не успел, а родители ведут себя так, будто он уже никогда не вернётся! Неужели с новой прачечной нельзя подождать? Зои не хотела больше никаких перемен!

Внезапно на неё нахлынуло то же ужасное ощущение, что и вчера вечером. Сами по себе, по отдельности, все перемены этого лета были не так уж плохи. Например, мама теперь разрабатывала новые принципы охраны окружающей среды. Но всё вместе… Зои казалось, на неё надвигается огромная волна, а она увязла в песке. Она ничего не могла подделать ни с Алексом и Парижем, ни с мамой и её завалом на работе, ни с ремонтом прачечной, ни с тем, что она сама всё растёт и растёт… «Зато я могу помочь маленькому котёнку!» – решила она. И громко сказала:

– Вчера вечером я нашла у помойки брошенного котёнка и хочу оставить его себе.

Стук по клавишам ноутбука прекратился.

Папа с Алексом удивлённо переглянулись.

– Что-что? – переспросил папа.

– Клёво! – сказал Алекс.

– Зои, ты серьёзно? – предостерегающе начала мама. – Я думала, ты уже взрослая для таких глупостей. Пожалуйста, скажи, что у тебя в комнате не сидит очередной скунс!

– Мам, на этот раз это правда котёнок! – Зои поняла, что ей стоило подготовиться к этому разговору. Выписать на бумажку аргументы за или даже сделать плакат. – Подождите, я сейчас его покажу!

С бешено бьющимся сердцем она взбежала по лестнице к себе в спальню, сгребла котёнка из коробки, прижала к груди и уже медленнее понесла обратно на кухню.

«Мяу», – пискнула малышка, глядя на девочку, и положила мягкую лапку ей на горло, словно в знак сочувствия.

– Они тебя сразу полюбят, как только увидят, – прошептала Зои. По крайней мере, она на это надеялась.

Родители и брат молча смотрели, как она ставит котёнка на стол. Зои налила в миску молока, и он радостно хлопнул по нему лапкой. По столу разлетелись брызги, и мама нахмурилась.

Затем котёнок опустил мордочку в миску и принялся лакать молоко.

– А ты уверена, что это не гусеница-переросток? – спросил Алекс.

Зои смерила его сердитым взглядом.

– Очень милый малыш, – признал папа, – но мы же договорились, что ты больше не приносишь домой никаких животных. Мы установили правило.

Вообще-то папа не любил устанавливать правила, ему нравилось быть «клёвым» родителем, но в вопросе домашней живности они с мамой были единодушны.

– Правила могут меняться, правда? – с надеждой посмотрела на него Зои. – Ты же сам вчера говорил: бывают и хорошие перемены.

Она затаила дыхание, надеясь, что аргумент сработает.

Алекс засмеялся:

– Получи, пап! Кстати, завтра у Зои день рождения. По священной традиции, накануне этого дня вы должны исполнять её желания. Она ведь не просит завести льва или скунса.

Зои благодарно улыбнулась брату. Алекс всегда стоял за неё горой. Однажды, когда ей было лет пять-шесть, они перекидывались в гостиной её плюшевым мишкой, и Зои разбила лампу. Когда в комнату примчались родители, Алекс взял вину на себя.

– У вас у всех есть что-то, что вас радует, – взмолилась она. – У Алекса – стипендия, у мамы – новая работа, у папы – перестройка прачечной. Так пусть у меня будет котёнок!

– Отличный довод, – одобрил Алекс. – Я еду в Европу. Почему бы Зои тоже не получить что-то особенное? Она уже достаточно большая, чтобы заботиться о котёнке. Вы же понимаете, что брать на себя ответственность – это важный этап взросления?

Зои яростно закивала, и Алекс подмигнул ей.

Мама открыла рот, но потом снова закрыла.

Папа расхохотался:

– Мы воспитали умных детей.

– Не в меру умных, – проворчала мама, но хмурилась уже меньше. – Если мы оставим кошку – погоди радоваться, я говорю «если», – то тебе придётся самой о ней заботиться.

– Кормить, поливать, выгуливать… – закивал папа.

– Поливают цветы, а выгуливают собак, – возразила Зои, отлично понимая, что её дразнят, но не в силах удержаться и не поправить. – Но да, я обещаю. Я буду сама о ней заботиться. Пожалуйста, разрешите мне её оставить!

Ей была совершенно необходима эта кошечка!

– Ты будешь чистить её лоток, – добавила мама. – Водить к ветеринару. Платить за всё, что ей понадобится, из своих карманных денег. И из тех, которые тебе подарили на день рождения.

– Конечно-конечно! – пообещала Зои. Снова затаив дыхание, она следила, как возмущение на лицах родителей сменяется весёлым удивлением, а потом согласием.

– Ну, раз уж у тебя завтра день рождения… – начал папа.

– Уррра-а-а-а-а! – завопила Зои и склонилась над котёнком: – Я всегда буду заботиться о тебе!

Родители хором вздохнули, и она поняла, что победила.

– Хорошо, – сжалилась мама. – Держи её пока у себя в комнате. А как подрастёт, будет гулять на улице. Мне кошачья шерсть по всему дому не нужна. Поняла, Зои? Мы верим, что ты достаточно взрослая. Но если не справишься, то придётся искать для кошки нового хозяина.

– Да! – Зои не верилось, что родители согласились. Может, это потому, что они хотят поддержать её во время отъезда Алекса? Или им просто понравился милый котёнок? Впрочем, какая разница! Главное, что сработало! Зои хотелось петь и плясать. Но она просто обняла всех по очереди.

– Спасибо!

– Как ты её назовёшь? – поинтересовался Алекс. – Как насчёт Крошки? Или Креветки? Или как-нибудь иронично – Халк или Годзилла?

– Скунс? – предложила мама.

Зои поморщилась:

– Очень смешно, мам.

– Пушинка? – сказал папа.

Алекс фыркнул.

– Знаешь, сколько кошек в истории человечества получали имя Пушинка? Ты, пап, лишаешься почётного права придумывать имя. А как насчёт «Лили», сокращённо от Лилипуточки?

– Мяу! – подала голос киска, тихо и тоненько, как будто какое-то насекомое.

– Знаю! – улыбнулась Зои. – Её зовут Бусинка.

Прижимая котёнка к груди, Зои припустила через двор к забору, протиснулась в калитку (хотя это была просто закреплённая доска, которую собаке Харрисона не хватало ума отодвинуть) и, не стучась, вошла в соседский дом через заднюю дверь. Она сгорала от нетерпения рассказать новости лучшему другу!

Старшая кузина Харрисона Сурита не подняла глаз от тарелки с хлопьями. Ей было семнадцать, она красила отдельные пряди фиолетовым, а очки носила формы «кошачий глаз». Этим летом родители Зои и Харрисона платили ей за присмотр за детьми – когда она не работала в летнем лагере. Но по выходным она за детьми не следила.

– Не хлопай дверью.

Зои успела подставить под дверь ногу и закрыть аккуратно.

– Харрисон у себя или всё ещё во дворе? Я что-то не видела палатки.

То-то он поразится, что родители согласились! «Я сама в себя никак не приду!» – подумала Зои.

– Ага, – отозвалась Сурита. Она читала журнал, название которого, «Непостижимые тайны», сверкало яркими оранжевыми буквами на фоне расплывчатой фотографии йети. Они с Харрисоном оба страшно любили подобные журналы. Харрисон утверждал, ему нравится, что там пытаются объяснить необъяснимое, хотя всем отлично известно, что это, по большей части, ерунда. «Десять баллов за попытку найти ответы», – говорил он.

– Ага, он наверху? – уточнила Зои. – Или… – Не успела она договорить, как Бусинка стала вырываться. – Ой!

Зои рванулась вперёд, опуская руки, чтобы котёнок аккуратно плюхнулся на стол, а не свалился на пол. Котёнок немедленно принялся обследовать новое место.

– Осторожнее! – пристыдила её Зои.

– Чего? – Сурита наконец подняла взгляд и увидела Бусинку. – Это ещё кто?

– Мой новый котёнок.

– Это же бурундук.

– Она ни капельки не похожа на бурундука!

Зои оскорбилась за Бусинку. А та тем временем шатко ковыляла через стол – мимо солонки и перечницы в форме слоников, стопки невскрытых писем и ракетки для пинг-понга – прямо к миске Суриты. Вид у неё был такой целеустремлённый, что Зои даже не пыталась её остановить. Она заслужила награду.

– Хомячок? Песчанка? Садовый крот? – продолжала Сурита.

– Это не грызун! – возмутилась Зои. – Это моя кошка!

«Моя, – девочке понравилось, как это звучит. – У меня теперь есть свой собственный котёнок! Лучший в мире подарок на день рождения! Точнее, на день перед днём рождения».

– Грызунов часто держат дома. Говорят, крысы очень умные. – Сурита схватила миску, к которой как раз подбиралась Бусинка, и подняла над столом.

Бусинка возмущённо замяукала.

– Она любит молоко, – чуть виновато пояснила Зои.

– Ну, моё она не получит, – заявила Сурита. – У меня аллергия на крысят.

Она смотрела на Бусинку так, будто ожидала, что та вот-вот впадёт в бешенство, спрыгнет со стола и вопьётся своими крохотными зубками ей в сонную артерию.

– Ух ты, никогда не встречала людей, которые не любят котят. – Зои подошла к буфету и взяла мисочку. Она знала, где родители Харрисона хранят посуду. А ещё знала, что они не станут возражать. Зои проводила здесь столько времени, что чувствовала себя совершенно как дома. Налив молока в миску, она поставила её перед котёнком.

– Не огорчайся, Бусинка, – сказала она своему питомцу, – лично я считаю тебя потрясающей и изумительной. Что бы там ни думали всякие котятоненавистники.

Бусинка радостно хлопнула лапой по молоку, а потом сунула в него мордочку и принялась громко лакать. Она так быстро расправлялась со второй порцией молока за утро, что у Зои возникло чувство, будто она совершила очень важное дело. «И правда, – подумала она. – Я же спасла котёнка!»

Зои бережно погладила Бусинку между ушками. Та на миг перестала лакать, прижалась к руке девочки и потёрлась о её пальцы, а потом снова припала к молоку.

– Нелюбовь к котятам – признак того, что я злой гений, который в один прекрасный день завладеет миром, – сказала Сурита. – Ещё я терпеть не могу щенят, радуги и единорогов. Особенно розовых и пушистеньких.

Зои показала на журнал:

– А про пушистеньких йетей ты что думаешь?

– Йети, – поправила Сурита.

– Должно быть – йетей, – заметила Зои. – Дети – детей. Сети – сетей.

– Ладно, как скажешь, – отмахнулась Сурита. – Харрисон наверху и уже проснулся. Говорит, ночь провёл в палатке, но сейчас уже сидит за компьютером. По-моему, он вообще не спит. Может, наполовину робот. Ты ведь знаешь, что он регулярно расставляет книжки по алфавиту ради развлечения? Его родители время от времени передвигают их, когда он не видит, просто чтобы он снова порадовался, расставляя их по порядку.

Примечания