- -
- 100%
- +
Нис согласно кивнул головой.
– А кроме Тланы, нескольких лесных эльфов и двух восточных гномов, я имею в виду короля Браина и Двара, никто даже не знает, как он выглядит! Ведь так? – продолжил Вэон.
– По идее это всё конечно так, но я не понимаю к чему ты ведёшь? – Удивился эльф.
– Да он просто спятил после применения своей эльфийской магии, – констатировал Двар, глядя на Вэона, – Предлагаю вернуться в Фелек-Дум и отсидеться там. Братья гномы шумно поддержали Двара.
Но Вэон даже не слушал гномов, он подошёл к Тлане и взяв девушку за плечи, посмотрел ей в глаза.
– Поверь, что лучше будет раз и навсегда убедить всех, что нужного им артефакта у нас нет. Чтобы никто даже и не подумал его искать. Если ты веришь мне, то дай мне этот амулет, я всё улажу.
– Правильно, пусть решает Тлана, – согласился Двар и остальные гномы поддержали его.
– Что? Вэон не возьмёт "Лафик"! Я доверяю только Тлане. Тем более что Вэон не таурумиец, он лавадиец. И вряд ли он станет поддерживать интересы Таурума, – с чувством возмутился Нис.
– Так у Таурума всё-таки есть свой интерес в амулете? – ехидно поинтересовался эльф.
– Не такой, как ты думаешь, – отмахнулся Нис от эльфа.
Вэон снова расхохотался.
– Успокойся Нис. Что бы ты знал, я не совсем лавадиец, я вообще даже не человек, я полукровка. Моя мать была знатной эльфийкой из Дома Закатных Теней, поэтому в первую очередь я поддержу интересы не Таурума или Лавадии, а интересы эльфов, которым и должен принадлежать этот амулет.
Ниэллон тихо присвистнул.
– Я не знал про Дом Закатных Теней. Теперь мне многое становится ясным и в том числе расположение к тебе королевы Таурэтари, ведь твой Дом является близким к королевскому Дому. Но я согласен с гномами в том, что решать должна Тлана. Сейчас только она является хранительницей амулета и принимать решение придётся именно ей.
Все дружно посмотрели на Тлану, а она переводила взгляд с Ниса на Вэона. Наконец она остановила взгляд на Вэоне.
– Я верю тебе, – спокойно сказала девушка, расстегнула рубашку, сняла с шеи амулет и протянула его Вэону.
– Спасибо за доверие, – серьёзно сказал Вэон, – Теперь ты, – обратился Вэон к Нису, – Дай мне свой поисковый артефакт и усилитель боевой магии, с твоего посоха.
– А ты, – сказал он, повернувшись к эльфу, – Давай свои временные цепочки или как там ты называл то, что может скрыть артефакт?
– Это "Цепь Времени", но объясни, зачем тебе всё это? – Возмутился, было эльф, но Вэон перебил его.
– Некогда спорить и объяснять, просто дай мне эту цепь, ты сам всё увидишь через несколько минут.
– А ты, найди длинную палку и сделай мне белый флаг, – обратился Вэон к Нису.
Нис отправился на поиски палки. А Двар принялся ворчать что-то о помутнении рассудка и об эльфийской магии, которая делает из людей непонятно каких сумасшедших. Оба брата гнома кивали головами, соглашаясь с Дваром.
Собрав у друзей все вышеперечисленные предметы, Вэон снял с пальца своё кольцо и немного подумал, прикидывая что-то про себя. Затем, присев прямо на землю, он высыпал содержимое из мешка, в который он сложил взятую из гнезда дракона добычу.
– Где-то тут у меня была парочка интересных вещичек, – бормотал Вэон, разгребая руками россыпи золотых украшений, драгоценных камней и монет, – Ага, – воскликнул он, найдя какой-то мутный кристалл и красивый амулет с несколькими изумрудами по краям и ромбовидной золотой пластинкой посередине. При виде этого амулета, вернувшийся с палкой Нис, удивлённо вскинул брови.
– Это же…
– Да, да, – поднял на него взгляд Вэон, – Его я прихватил специально для тебя, он стихийный и вполне пригодится для такого мага как ты. Это твоя часть добычи от драконьего золота.
– Уффф, – только и смог произнести Нис и уселся рядом с Вэоном на землю, не отрывая взгляда от стихийного амулета.
Вэон достал из кармана огненную руду. Немного посидел, подумал морща брови, что-то неслышно бормоча и перебирая предметы, разложенные вокруг него на земле. Выбрав несколько и отложив их в сторону, он удовлетворённо хмыкнул. Подняв голову, он с улыбкой оглядел стоявших вокруг него друзей.
Потом он решительно плеснул на руку немного воды из своей фляги и принялся усиленно разминать руду. Друзья, собравшиеся вокруг и уставившись на него, молчали, ничего не понимая. Вэон возился минут пять. Затем он применил магию, от которой Ниэллон удивлённо присвистнул, а Нис восторженно прищёлкнул языком и посмотрел на эльфа, но тот лишь в недоумении покачал головой и развёл руками.
– Похоже на ритуальную магию зачарования, совмещённую с древней, светлой эльфийской магией, – шепнул Ниэллон Нису, – Но я могу и ошибаться. Я никогда такого не видел.
– Готово, – воскликнул, радостный Вэон и надел на голову странное подобие диадемы, – Всего лишь несколько артефактов, огненная руда гномов и немного магии от ранних перворождённых эльфов, которую я немного переделал и вот вы видите совсем другой артефакт.
Все смотрели на него, открыв рты. Довольный Вэон поднялся с земли и взял из рук Двара палку, принесённую Нисом, к которой гном успел привязать белый носовой платок Тланы.
Посмотрев на друзей, он снова засмеялся, и под недоумёнными взглядами товарищей, стал спускаться с горы, размахивая над головой своим самодельным белым флагом.
Через какое-то время он достиг середины равнины и остановился, а от противостоящих армий отделились парламентёры. От гномов шли два старейшины Родов, два короля подземного мира со своими советниками. От остальных шли по пять магов.
Больше часа они стояли посреди равнины. Наконец все стали расходиться к своим армиям. А Вэон пошёл обратно к друзьям.
Пока он шёл к своим друзьям, армия сумеречных эльфов свернула свои боевые порядки, выстроилась в походные ряды и стала покидать равнину. То же самое происходило и с армиями людей и легионами гномов. Только лесные эльфы и небольшой отряд легиона гномов Рода Крепкий Кулак, остались стоять на месте.
Наконец Вэон поднялся на холм. Он тяжело дышал и отдуваясь вытирал текущий со лба пот, но счастливо улыбался, как ребёнок, получивший долгожданную сладость.
– Ну? – Почти хором воскликнули друзья.
Вэон немного отдышался, ещё раз вытер рукавом со лба пот и опустился на траву.
– Ну?! – снова почти хором повторили все присутствующие.
– Кто угадает, как я назвал новый, абсолютно не боевой, но очень полезный артефакт, доставшийся мне в наследство от моей матери эльфийки, которая родом из королевского благородного Дома Закатные Тени? И который у меня захотели купить за очень большую сумму, сумеречные эльфы, таурумийцы, гномы и даже, – Вэон поднял вверх палец, – Даже лесные эльфы! – Улыбаясь, спросил Вэон, убирая диадему в принесённую с собой каменную шкатулку. Друзья удивлённо открыли рты и молчали.
– Ты обманул даже эльфов? – нарушил молчание Ниэллон.
– Кстати говоря, даже почти не торгуясь, мне предлагали за него неприлично большие деньги, но я всем отказал, сославшись на то, что это единственная оставшаяся память о моей матушке эльфийке. Но я пообещал подумать над всеми сделанными мне предложениями.
Последние его слова утонули в общем смехе.
Нис кричал сквозь смех, что не видел ещё таких наглых обманщиков и лжецов. Ниэллон, смеясь, утверждал, что Вэон просто везунчик и ему никак было бы не справиться без магии перворождённых эльфов. Держась за животы давились смехом и гномы.
Хохочущий Двар, через слёзы, только и смог выдавить:
– Мудрость эльфов, твердолобость и упрямство гномов, знания человеческих магов и учёных, всё это ничто перед простой хитростью и смекалкой.
Все покатились от смеха на траву.
Эпилог.
Эльфы забрали "Лафик", Вэон остался погостить в Великом Лесу и был принят королевой Таурэтари с честью, на которую только были способны эльфы. Собранная Вэоном диадема, в которой он простоял больше часа, странным образом повлияла на самого Вэона и его магию. Эльфийские маги сказали ему, что стихийная магия, которой его обучали, это неправильный выбор. Теперь магия жизни ему гораздо ближе и ему стоит начать изучать именно её.
Отряд честно разделил добычу из гнезда драконов. Гномам и Тлане достались золотые монеты. Вэон пошутил, что теперь Тлана богатая невеста и за неё не стыдно посвататься даже принцу. На что Нис сразу ответил, что такую девушку невозможно оценивать никакими богатствами, ведь она и есть главное богатство этого мира, от его слов девушка смутилась и покраснела.
Ниэллону достался магический накопительный кристалл в золотой оправе и золотая флейта. Нису достался артефакт, сильный стихийный амулет. А Вэону кольцо усиляющее магию жизни и магическое эльфийское кольцо, созданное перворождёнными эльфами, назначение которого не смогли определить даже лесные эльфы. Остальные ювелирные украшения разделили поровну между всеми.
Ниэллон узнал, откуда его друг Вэон знает столько о светлой магии перворождённых эльфов и почему королева Таурэтари была всегда так благосклонна к Вэону, мать которого была главой Дома Закатных Теней и приходилась королеве двоюродной сестрой.
Вэон рассказал Ниэллону, что его мать эльфийка из древнего эльфийского рода, родственному роду самой Таурэтари. Но его мать предпочла любовь к человеку, жизни с эльфами. Вэон никогда не видел свою мать, она умерла при его родах, его воспитывал отец, убитый горем от потери любимой. Когда Вэон учился в магической академии Лавадии, его отец, который так и не смог пережить разлуку со своей любовью, умер и эльфы, связавшись с Вэоном, рассказали ему о его матери. Он бросил академию и долго жил у эльфов, королева Таурэтари сама занималась его обучением магии. А потом он покинул Великий Лес и стал жить отшельником в степях Таурума, лишь изредка посещая эльфов.
Эльфы послали магов в Фелек-Дум и те быстро поставили Азахала на ноги и вместе с ним оставшиеся гномы вернулись в Восточные горы. Старый Браин, король Восточных гор, совсем разболелся, он отказался от престола и доживал свой век во дворце, в котором теперь правил Двар.
Нис и Тлана вернулись в королевство Таурум. Нис, после магической дуэли с Охтароном, поднялся на более высокий уровень магии. Он был принят в совет академии магов и стал магистром и шестым высшим магом таурумского королевства.
Через месяц они с Тланой поженились, а через несколько месяцев после их свадьбы, из яйца вылупилась самка дракона. В память о событиях с амулетом из "Лунной пары", Тлана назвала её эльфийским именем Исилиэль – "дочь Луны". Нис и Тлана, а вслед за ними и все остальные, стали звать её просто – Ися.
Когда Тлана, вместе с маленьким драконом, гостила в Хирне, король Двар рассказал Тлане, что по гномьим легендам, драконы могут обращаться в людей, при условии, если единение между человеком и драконом будет абсолютным. Но в большей степени это зависит от чувств и желаний самого дракона. Тлана твёрдо верила, что у них с Исей будет именно так. Нис не верил в эту легенду, но не спорил с супругой.
2014 г.