Айнон. Люди песка

– Ты сказал, что их было несколько тысяч? – перебил его ошарашенный таким рассказом Барлаг.

– Вождь, мы не считали их воинов, но прорвавшись, я оглянулся, их лавина ещё продолжала стекать с большого бархана. Мы убили не меньше шестисот их воинов.

– Всего лишь один к шести? Как они вообще могли убивать моих воинов? – Снова взревел Барлаг, – Эти хилые и ни на что не годные существа с костяными стрелами! Как ты смеешь называть этих червяков – воинами? Сотня орков должна была размазать по пескам целую армию этих слабаков, если у них, конечно, была бы армия! Но у них нет никакой армии! Откуда вдруг у них могло появиться так много воинов? Ты случайно не перепутал их с халдами?

Воин отрицательно махнул головой.

– Нет, вождь. Это были не халды, это были люди песков.

Барлаг недовольно замолчал и обвёл глазами свой совет. Все молчали, переваривая рассказ оставшегося в живых воина.

– Что скажете? – Наконец спросил вождь.

Старший сын Ширгат поднялся и заговорил:

– Никогда в пустыне не было много людей песков. Они слабы и немощны, это знает любой орк, но то, что мы тут услышали, повергает меня в недоумение. Может, в этом виновата какая-то неизвестная магическая аномалия, которые всё ещё встречаются в пустыне. Может попав в неё, их воины не погибли, а преумножились? Может нам стоит временно оставить крепость?

В зал вошёл воин и обратился к Барлагу:

– Вождь, прибыли разведчики.

– Зови их сюда немедленно! – Приказал Барлаг.

Доклад разведчиков был краток. К крепости Кхармунг приближается огромная армия воинов. Через пару часов они будут тут.

Сколько у нас воинов? – Ошарашено обратился Барлаг к Гостмогу.

– Ваш младший сын Сулгук повёл большой отряд в наём к шондерийцам. У них какой-то мелкий пограничный конфликт с тоскарцами. С ним около сотни воинов. Ещё пятьдесят воинов с Крапахом на добыче мяса. Сейчас в крепости не собрать больше трёхсот воинов.

– Послать самых быстрых гонцов за Сулгуком и Крапахом, немедленно послать за помощью в соседний клан. Всем остальным встать на защиту стен. Приготовить крепость к осаде. За такое короткое время мы не успеем собраться и покинуть крепость, а оставлять людям песков всё то, что есть в крепости, я не собираюсь. Посмотрим, к нам ли в гости вообще идут эти ничтожества.

Барлаг стоял на крепостной стене и вглядывался в приближающийся столб пыли. Через час, огромное войско всадников растеклось вокруг крепости.

– Да у них тысяч пятнадцать воинов, если не больше, – удивлённо таращил глаза Кархог.

А тем временем всадники людей песка продолжали прибывать и окружать крепость.

– Откуда они взялись? Как такое вообще может быть? – Барлаг скрежетал клыками от ярости и непонимания происходящего.

– Я не вижу ни лестниц, ни таранов, ни осадных машин, как они собираются брать крепость? Они даже не разбивают лагерь, как они собираются нас штурмовать? Наши стены в три роста орка, не перепрыгивать же стены они собираются, – недоумевал Гостмог.

Несколько тысяч всадников спешились и без всякой подготовки пошли на крепостные стены сразу с нескольких сторон. Лучники орков открыли огонь, но несмотря на большие потери, люди песков бежали к стенам даже не пытаясь прикрыться. Орки метали топоры, копья и дротики, но это не останавливало толпу нападавших воинов, их было слишком много. В воздух взвились сотни тонких цепей с крюками, каждый воин неприятеля нёс такую цепь. Орки принялись сталкивать со стен большие камни и лить на нападающих кипящую воду и смолу.

– Это же наши цепи, как же так? Но мы же продали им всего пару десятков таких цепей, откуда их могло взяться так много? – Проносились мысли в голове ошарашенного Барлага.

Лучники орков взяли бердыши и принялись рубить цепи, отчаянно колотя по краям стены и высекая из неё искры. Всадники людей песков приблизились к стенам на расстояние выстрела. И вот уже тысячи стрел, которые лучники врага не жалели, взвились в воздух. У орков появились первые потери. Орки, под градом стрел, прикрывали друг друга щитами и продолжали без устали рубить цепи с крюками. Одна из стрел вонзилась в плечо воина, стоящего рядом с Барлагом. Вскрикнув, воин вырвал её из плеча и хотел отбросить в сторону.

– Стой, – воскликнул Барлаг, – Дай мне эту стрелу.

Воин протянул ему стрелу. Кархог тоже подобрал стрелу, отскочившую от зубца стены, к его ногам и протянул её вождю.

Барлаг стоял и тупо смотрел на стрелы в своих руках. Не на корявые стрелы людей песков, с костяными наконечниками, а на их собственные, орочьи стрелы, только меньшего размера. Те самые стрелы, несколько сотен которых, они сами и делали по заказу людей песков.

Внезапная мысль поразила вождя орков.

– Срочно Ширгата ко мне! – Взревел Барлаг. Кархог со всех ног бросился за Ширгатом.

Бой затих. Люди песков отошли от стен. Под стенами Кхармунга остались лежать больше тысячи убитых воинов. Потери же орков были совсем незначительны.

Гостмог подошёл к Барлагу:

– Они перегруппировываются, сейчас снова пойдут на штурм. Посмотри туда вождь, – продолжил он, указывая рукой в сторону от крепости.

Вдалеке, насколько хватало глаз, к небу столбом поднималась большая туча пыли. Пыльное облако поднималось высоко и его хорошо было видно.

– Я не орк, если это не ещё одна такая же армия. Ну, или это какое-то пустынное наваждение, – Гостмог невесело усмехнулся, оскалив свои клыки и посмотрев на Барлага, – Вся наша надежда на стены, если они прорвутся внутрь, то нам не выстоять, их слишком много. Смотри вождь, они быстро учатся.

Люди песков снова пошли на приступ, лучники орков снова открыли стрельбу, но теперь каждый атакующий воин нёс над собой небольшой круглый щит, прикрываясь им от стрел. Снова в воздух взлетели сотни цепей с крюками. Снова всадники людей песка приблизились к стенам и в воздух полетели тучи стрел. Подошли Ширгат с Кархогом.

– Держать стены до последнего! – рявкнул Барлаг и уже тише обратился к Ширгату, – Сын мой, ты возьмёшь эти стрелы и монету, – заговорил он, протягивая всё это ему, – И отправишься к эльфам. Да, да, ты не ослышался, – остановил он пытавшегося его перебить Ширгата, – Именно к эльфам! Ты расскажешь им всё, что тут произошло и отдашь это им.

– Кархог, – обратился Барлаг к начальнику стражи, – Приготовить всех лошадей, какие только есть в крепости, надо посадить на них всех детей и женщин. На тех лошадей, что останутся, сядут воины отряда Ширгата. Они все будут прорываться с западных ворот. Гостмог, ты будешь командовать у ворот. Всех остальных, кто может держать оружие, на стены!

Бой местами уже кипел на стенах крепости, когда Барлаг закончил свои распоряжения. Орки отчаянно сопротивлялись, но в нескольких местах их уже теснили с крепостных лестниц вниз. Камни покрылись кровью, на них с трудом можно было стоять. Воины песков заваливали своими трупами все проходы, но продолжали напирать. В этих местах, оркам практически невозможно было снова подняться на стены.

Сопротивление на одной из лестниц было сломлено, атакующие хлынули внутрь крепости, большая толпа захлестнула двор у ворот. Барлаг с группой воинов кинулись к воротам, но было уже поздно, в открытые ворота ворвались всадники. Сразив пятерых противников и разметав ещё с десяток воинов, Барлаг упал, пронзённый десятками стрел.

Через западные ворота с боем вырвался отряд Ширгата. Орки, под руководством Кархога, дрались отчаянно, прикрывая отход своих детей и женщин, но силы были слишком неравны. Вскоре все защитники, прикрывающие отход отряда Ширгата были убиты.

Крепость Кхармунг пала.

Глава 5.

Первая пограничная Лавадийская крепость и расположенный возле неё городок, были взяты песчаниками почти мгновенно. Их всадники хлынули на равнины Лавадии, сметая на своём пути замки лавадийских баронов, а также небольшие городки и селения. В пустыню, нескончаемым потоком, потянулись большие караваны, доставляя Ордыгаю рабов, животных и захваченное добро. Захваченных женщин вели отдельно от остальных рабов и под более строгой охраной. Каждое новое, услышанное и узнанное слово неслось к великому кхану с самыми быстрыми всадниками.

Король Лавадии – Стонисан, не медлил, когда узнал о захвате пограничной крепости и разорении крупного города Солмарн и нескольких небольших городков и селений. Его шеститысячное войско под предводительством самого короля, вышло из Эндиоры, столицы Лавадии, навстречу захватчикам. Все пять высших боевых магов королевства шли вместе с войском.

В столице остался наследный принц Малик с двухтысячным войском. В старую портовую крепость Вентерион были отправлены гонцы, оттуда в столицу должны были немедленным маршем выйти две трети гарнизона, около восьмисот человек.

Изначально, король Стонисан хотел отозвать в Эндиору и часть гарнизона из большой крепости Тиррел, стоящей на границе с Тангорой. Крепость была названа в честь короля Тиррела первого, прадеда ныне царствующего короля Стонисана. Гарнизон этой мощной крепости насчитывал порядка полторы тысячи человек.

Но разрозненные сведения о численности армии неизвестных захватчиков, полученные от немногочисленных беженцев, которые смогли добраться до столицы, смутили короля. Непонимание всей угрозы нависшей над королевством и было главной ошибкой короля Стонисана.

Поэтому, подумав, король отказался от этой мысли, решив, что если он оголит границу с Тангорой, это может послужить шагом к нападению на их границы тангорийской армии. А воевать на два фронта у короля не было никакого желания. Он решил, что его армии, вполне по силам справиться с неизвестным врагом, посмевшим посягнуть на его королевство.

На Тронгольдской равнине, возле города Тронгольд, две армии встретились. На шеститысячное войско короля Стонисана вышло больше тридцати тысяч всадников кхана правой руки, Улугдэя. Остальное его войско доставляло награбленное к Ордыгаю.

Улугдэй, как и приказал ему Ордыгай, не собирался беречь воинов, он знал, что к нему от великого кхана идёт ещё десять туч всадников в подкрепление. Его расчёт был прост. Он не был искушён в военной стратегии, но он уже знал о падении Кхармунга и о том, как именно он был взят.

Поэтому он, без долгих раздумий, выдвинул вперёд двадцать тысяч всадников и пошёл в атаку прямо в лоб армии Стонисана. Улугдэй решил учиться по ходу боя.

Его всадников встретил треск магических молний, полегло больше тысячи его всадников, но конная лавина сократила расстояние. Тогда навстречу всадникам песчаников выехали две тысячи конных лавадийских рыцарей. Всадники сшиблись. Военная выучка и мощь лавадийских рыцарей позволила им глубоко вклиниться в конную лавину песчаников, сея смерть в их рядах. Но войско песчаников было огромно, тяжёлые конные рыцари стали вязнуть в массе врага. Рыцари повернули назад. Им в спины взлетели тысячи стрел и дротиков. Лишь чуть больше восьмисот конных рыцарей вернулись в пехотные порядки армии Стонисана. Но на поле сечи остались лежать более шести тысяч песчаников.

Оставшиеся тринадцать тысяч всадников, вновь пошли в лобовую атаку и снова маги выкосили больше тысячи атакующих всадников, пока те добрались до пехотных порядков лавадийцев.

Стонисан оставил три сотни рыцарей для охраны своей ставки, а пять сотен отправил для удара в левый фланг, но Улугдэй заметил этот манёвр и тут же отправил пять тысяч своих всадников, стоящих в резерве, на левый фланг. Едва начав теснить левый фланг атакующих песчаников, лавадийские рыцари были атакованы пятью тысячами всадников. Рыцари дрались отчаянно, но были рассеяны и уничтожены. Оставшиеся три тысячи всадников песчаников примкнули к основным атакующим силам.

Пехотные лавадийские части при поддержке армейских магов, вначале успешно оборонялись. Уперев копья древками вниз и выставив их вперёд, они встретили лавину песчаников. Больше часа они сдерживали натиск песчаников, но многократно превосходя их числом, всадники продолжали напирать. Они снова и снова озверело бросались на лавадийские пехотные порядки. При этом из-за спин атакующих всадников по пехоте шёл непрерывный обстрел из луков, собирающих свою немалую кровавую жатву в рядах защитников.

Наконец Улугдэй решил ввести свой последний резерв. Пять тысяч всадников, стоящие вне видимости врага, сделали большой крюк и зашли в левый фланг лавадийской пехоте. Предварительно обстреляв пехоту из луков и закидав дротиками, всадники пошли в атаку.

Меньше чем через полчаса, порядком поредевшие пехотные порядки левого фланга дрогнули и покатились назад. Часть всадников ударила в оголившийся бок центра армии. Остатки пехоты в панике попыталась беспорядочно отступить. Это был полный разгром, уже ничто не могло остановить лавину всадников Улугдэя. Ставка Стонисана была просто сметена ими, король был убит, передвижные деревянные башни, с которых били маги, были опрокинуты, все маги были уничтожены. Армия песчаников, без остановки, прямо с хода, на плечах отступающей армии, ворвалась и захватила не сильно укреплённый город Тронгольд.

После боя, кхан Улугдэй казнил каждого воина, который находился рядом с магами и не остановил их убийство. Он так хотел угодить Ордыгаю и доставить к нему хотя бы одного мага, чтобы получить большую обещанную награду. Великий кхан очень просил всех кханов об этом и Улугдэй стремился угодить ему первый. Поэтому преданный Ордыгаю кхан страшно разгневался, узнав об убийстве магов. Он публично казнил больше сотни своих воинов.

Победа далась песчаникам слишком высокой ценой, от тридцатитысячного войска осталось чуть больше шести тысяч. Но Улугдэй не останавливаясь, двинулся к столице. Он не собирался брать столицу приступом, он хотел всего лишь расположиться рядом, дождаться подкрепления от Ордыгая и начать штурм.

Но подойдя к столице, Улугдэй изменил свои планы. Он оставил у столицы тысячу всадников, а сам обошёл Эндиору и направился в сторону Вентериона. По дороге он начисто разбил спешащий в Эндиору вентерионский гарнизон, потеряв при этом лишь около полторы тысячи всадников.

В этот раз он не атаковал сразу в лоб, а лёгкими наскоками осыпал, занявших боевые позиции вентерионцев, стрелами и дротиками. Его всадники кружили вокруг занявшей оборону пехоты, среди которых было совсем мало лучников. Затем, изрядно проредив их ряды, Улугдэй ударил всей силой сразу. Поредевшие пехотные строи не выдержали удара и были разбиты.

Подумав, кхан подтянул к себе три тысячи всадников, из оставленных для доставки награбленного и почти всю тысячу всадников от столицы, оставив там лишь три сотни всадников.

Затем, Улугдэй с почти восьмитысячным войском осадил Вентерион и взял его, потеряв больше половины своего войска. Гарнизон Вентериона яростно сопротивлялся, но сил для обороны всей протяженности стен не хватило и храбрый гарнизон крепости пал. Песчаникам досталась крепость Вентерион и прилегающий к ней небольшой город с одноимённым названием.

Вернувшись к столице, кхан снова оставил в её предместьях тысячу всадников, разбив их на несколько манёвренных отрядов, а сам с остатками войска принялся безраздельно грабить лавадийские земли и дожидаться подхода обещанного подкрепления.

Принц Малик, получив известия о поражении на Тронгольдской равнине, попытался навязать бой оставшимся у столицы всадникам, но те, следуя приказу Улугдэя, отходили и не вступали в схватку.

Принц, так и не дождавшись подкрепления из Вентериона и опасаясь подхода помощи к захватчикам, принял решение оставить столицу. Под защитой его двухтысячного войска, беженцы и жители столицы, отступили к таурумским границам, под прикрытие таурумской крепости Брондхольм.

Столица Лавадии – Эндиора досталась Улугдэю практически без боя. Он благоразумно не стал преследовать Малика с его армией и частью мирных жителей столицы, боясь потерять остатки своего войска. Улугдэй спокойно принялся за разграбление Эндиоры, отправив за Маликом лишь несколько крупных отрядов, которые не вступали в большие бои, а лишь редкими и быстрыми наскоками терзали огромный, растянутый обоз с мирными жителями.

Вскоре к Улугдэю на помощь подошло около пятнадцати туч всадников, обещанных Ордыгаем. Кхан сразу выдвинул больше восьми тысяч свежих всадников к крепости Тиррел, но дойдя до крепости, он так и не решился штурмовать столь мощную крепость с большим гарнизоном.

Войско песчаников вновь вернулось к столице и из города потекла нескончаемая река всадников и повозок, которые доставляли великому кхану Ордыгаю рабов и награбленное имущество. Добыча песчаников была просто огромна.

Большую часть войск Улугдэй задействовал на доставке немыслимого для песчаников богатства. Остальная часть войск песчаников, растеклась по всей Лавадии, безжалостно грабя и разоряя практически беззащитные городки и деревни. Были захвачены в плен тысячи мирных жителей. Кхан Улугдэй был очень доволен собой, огромная добыча досталась его войску. Ордыгай будет очень доволен.

Получив от разведчиков донесение о том, что остатки лавадийской армии и мирные жители дошли и разбили огромный лагерь под стенами таурумской крепости, Улугдэй, надеясь на лёгкую добычу, выдвинул туда почти пять тысяч всадников. Но дойдя до Брондхольма, всадники развернулись, не решившись вступить в бой. В помощь остаткам лавадийской армии, на защиту лагеря беженцев вышло около тысячи пехотинцев таурумского гарнизона. Объединившись с остатками армии принца Малика, они были готовы принять бой. Но у песчаников был чёткий приказ, не вступать в бой с большими силами. Песчаники отступили, присоединившись к грабежу королевства.

Чуть больше чем за неделю, большое и сильное королевство Лавадия практически перестало существовать.

Глава 6.

Ордыгай наслаждался победами и как ребёнок радовался новым знаниям и новым вещам, земле, камням, животным, растениям и деревьям. Всем тем богатствам, которые доставляли к нему. Он развлекался с новыми животными, некоторых из них он выпускал в пустыню и его люди наблюдали, как те ведут себя в песках.

Но сильнее всего, Ордыгая конечно же привлекали новые рабы и ещё больше новые рабыни. Он не ленился лично осматривать каждую из них и уделял этому большое количество времени. Понравившиеся ему женщины отправлялись в его гарем, не очень понравившиеся к кханам обеих рук, а остальные девушки и женщины, отправлялись на утеху его воинам.

Причём Ордыгай издал указ, в котором женщинам давался выбор, либо выйти замуж за пожелавшего этого воина, либо идти на утеху всей многочисленной армии. Поощряя такие браки, Ордыгай решил проблему вливания свежей крови в своё огромное королевство.

Сегодня гонец доставил Ордыгаю интересную весть, с ним хотят заключить союз. Люди королевства Тангора и какие-то тёмные гномы, хотят говорить с ним, а это значит, что его боятся и принимают во внимание. Он понимал, что на начальном этапе покорения всего мира, ему нужны хорошие и сильные союзники, но он был доволен, что не ему самому пришлось искать их, а они сами нашли его, поэтому Ордыгай был очень доволен этому известию. Он был в лучших условиях и мог спокойно поторговаться со своими новыми союзниками.

Через несколько дней в ставку Ордыгая прибыли посланники гномов из клана Черноголовых. Они предложили свои услуги в строительстве крепостей для Ордыгая. Уже зная, что гномы непревзойдённые мастера при работе с камнем, Ордыгай даже не стал торговаться, он просто сразу предложил столько золота, сколько будет весить каждый работник на строительстве его крепостей. Славящиеся своей тягой к золоту гномы, были просто ошарашены от такого неслыханного предложения и без всяких торгов сразу согласились и получили несколько сундуков золота авансом.

Что бы показать, насколько он богат, Ордыгай подарил всем прибывшим для переговоров гномам несколько золотых украшений и разных безделушек. Гномы пришли в полный восторг и заверили Ордыгая, что строительные работы начнутся незамедлительно и у него будет множество строителей и это будут самые лучшие каменщики Айнона. Довольные переговорами стороны распрощались.

Вскоре прибыли и посланники из Тангоры. Барон Ронгзельд со свитой. Этот приём, как и приём гномов, Ордыгай обставил со всей пышностью и помпезностью, на которую он только был способен. Так же, как и гномов, ему очень хотелось удивить этих людей своим богатством, силой и властью. Он встретил послов в новой одежде, которую ему в срочном порядке пошили захваченные в одном из городов Лавадии портные. Ордыгай приказал лавадийским портным сшить для него что-нибудь лёгкое и удобное, но при этом красивое и богатое, чтобы каждый, кто увидит Ордыгая, понимал, что перед ним великий кхан. Новая одежда Ордыгаю понравилась, он даже наградил и освободил портных, однако запретил им покидать его большой лагерь, который вскоре должен был стать его главным городом, столицей его большого кханства. Несколько портных приняли своё незавидное положение в плену и открыли мастерские. Они принялись обшивать кханов и военачальников Ордыгая. У них было множество заказов и от кханских гаремов и даже от простых воинов.

На Ордыгае были широкие шёлковые шаровары светло-серого цвета, шёлковая рубашка свободного покроя, с широкими рукавами в цвет шаровар. Расшитый золотыми нитями шёлковый халат небесного цвета и белоснежный шёлковый платок на голове, который держался за счёт массивного золотого обруча, украшенного драгоценными камнями.

Глава тангорийского посольства барон Ронгзельд был одновременно и удивлён и шокирован приёмом. Абсолютная безвкусица и роскошь, немыслимо сочетались, как в самом Ордыгае, так и во всём том, что его окружало. После основного приёма, на котором присутствовали кханы Ордыгая и советники барона Ронгзельда, барона пригласили на обед к самому Ордыгаю уже без свиты.