- -
- 100%
- +
Долго бежали, и день и ночь, пока в ногах силы хватило.
Вот пришло крутое крутище, станово становище. Под тем крутищем – скошенное поле, на том поле стога, что города, стоят.
Остановились козел, баран и кот отдыхать. А ночь была осенняя, холодная. Где огня добыть?
Думают козел да баран, а кот – серый лоб уже добыл бересты, обернул козлу рога и велел ему с бараном стукнуться лбами.
Стукнулись козел с бараном, да так крепко – искры из глаз посыпались, – береста и запылала.
Развели они огонь, сели и греются. Не успели путем обогреться – глядь, жалует незваный гость – медведь:
– Пустите обогреться, отдохнуть, что – то мочи моей нет.
– Садись с нами, Михайло Иванович. Откуда идешь?
– Ходил на пасеку да подрался с мужиками.
Стали они вчетвером делить темную ночь: медведь под стогом, кот – серый лоб на стогу, а козел с бараном – у костра.
Вдруг идут семь серых волков, восьмой – белый, и – прямо к стогу.
Заблеяли козел да баран со страху, а кот – серый лоб такую речь повел:
– Ахти, белый волк, над волками князь! Не серди нашего старшого брата: он сердит, как расходится – никому несдобровать. Али не видите у него бороды: в ней-то и сила, бородою он зверей побивает, а рогами только кожу снимает. Лучше с честью подойдите да попросите: хотим, дескать, поиграть, силу попытать с меньшим братишкой, вон с тем, что под стогом лежит.
Волки на том коту поклонились, обступили медведя и стали его задирать. Вот медведь крепился, крепился – да как хватит на каждую лапу по волку! Перепугались они, выдрались кое-как да, поджав хвосты, давай наутек.
А козел да баран тем временем подхватили кота, побежали в лес и опять наткнулись на серых волков.
Кот живо вскарабкался на макушку ели, а козел с бараном обхватились передними ногами за еловый сук и повисли.
Волки стоят под елью, зубами лязгают. Видит кот – серый лоб, что дело плохо, стал кидать в волков еловые шишки да приговаривать:
– Раз волк! Два волк! Три волк! Всего – то по волку на брата. Я, кот, давеча двух волков съел с косточками, так еще сытехонек, а ты, большой брат, за медведями ходил, да не изловил, бери себе и мою долю!
Только сказал он эти речи, козел сорвался и упал прямо рогами на волка. А кот знай свое кричит:
– Держи их, лови их!
Тут на волков напал такой страх – пустились бежать без оглядки. Так и убежали. А кот – серый лоб, козел да баран пошли своей дорогой.*
* (Кот – серый лоб, козел да баран – Русская народная сказка в обработке Толстого А. Н.)
Дети спали, поправила им одеяла и вышла, погасив лампу. Перемыла посуду, вытерла насухо кухонным полотенцем, аккуратно составила в шкаф. Уже девять вечера, незаметно день промчался и все на ногах. Сегодня не присела толком. Ополоснулась под душем и вспомнила, что ночнушку не достала из сумки. Накинула халат, прошла в прихожую, где на вешалке оставила сумку. Достала пакет с ночной рубашкой из сумки и телефон свой сотовый. Оказалось много пропущенных звонков.
– Может Галка забыла что – нибудь? Внушала себе, что звонить ей могла только дочь, да еще с работы пара приятельниц. Прекрасно понимала, с замиранием сердца, кто звонил и чей это номер. Опустилась на пуфик в прихожей в раздумьи. Все это ни к месту, в ее распорядок дня не укладывается, и времени нет для личного. Тем более ситуация неординарная.
Личная жизнь, – прошептала она, – что это такое? Давно и безвозвратно ушедший поезд. Личная жизнь настоящих женщин, любящих себя, которые находят время на походы в косметические салоны и умеют отдыхать. Мечтательная улыбка появилась на ее губах. Невольно попыталась примерить на себя роль такой женщины – вамп. И взъерошив руками волосы пошла в ванную переодеваться. Позже лежала под одеялом, вспоминала свою прошлую жизнь, с удивлением отметила, что совсем не умеет отдыхать, умеет только работать. Как странно додуматься до этого с таким опозданием. А могла – никогда. Оказалось, ничего не делала лично для себя. Когда училась в школе, это понятно – учеба для себя. Затем институт, замужество, ребенок и работа, работа, работа. Жизнь как – то прошла мимо. Олег никогда не читал стихов, да и до стихов ли тогда было? Постоянно ездил по командировкам, дом и ребенок были на ней и много разных дел по хозяйству. Забота о его и своих родителях. За повседневной работой многое тогда не замечала, некогда было замечать. Потом все чаще ездил в командировки, все реже бывал дома. Пока в одно «прекрасное» время и вовсе не приехал. Сбивчиво и неловко объяснил, наспех, по телефону на переговорном пункте о сложившейся другой жизни в каком – то там городе. О сложностях в его судьбе, что можно подать на алименты, но ему мало платят и вряд ли это что – то даст. Но он не собирается скрываться от нее и дочери, обнадежил. Она тогда сразу перестала его слышать, как только поняла о чем идет речь и что он ей толкует, окаменела, у нее исчезли эмоции. Так и ходила все эти долгие годы, затаив свою горечь где – то в горле и в верхней части груди. Не могла протолкнуть этот камень ни вверх ни вниз. Слез не было, жалоб тоже, да и кому жаловаться. Галка была маленькая, затем подростком и вольным казаком, натерпелась Наталья с ней.
– Был бы отец, он бы тебе, – один раз попыталась приструнить дочь и обожглась. Видимо всю свою обиду, в ее понимании, Галка обрушила на мать. Обвинила в том, что ушел отец.
– Это ты виновата, что папа ушел, ты ты! – кричала дочка в ярости ей в лицо и рыдала затем на диване, уткнувшись в старого плюшевого медведя. О замене не могло быть и речи, и подумать не могла, да и Галка не потерпела бы другого мужчину в доме на месте отца. Наталья никогда не искала мужчин, они сами находили ее, но напрасно тратили время и силы на безрезультатные ухаживания. Потом дочь вышла замуж, вместе с этими события пришла зрелость и внуки.
Наталья решила больше не думать ни о чем. Надо спать, не трогать прошлое, его не вернешь, да и возвращать собственно нечего. Хоть и покаялся, приехал Олег через много лет, на порог не пустила. Он даже не мог себе представить, как пережила измену, как дались эти годы жизни без него. День и ночь на грани сумасшествия, выгорала любовь и в конце концов совсем выгорела в ноль в пустоту. А потом стала жить дальше, как замороженная рыба, вот и вся личная жизнь, – усмехнулась она и зарылась поглубже под теплое одеяло.
Утром светило яркое солнце, светлые блики играли на крашенном полу. В приоткрытое окно проникал свежий ветер, надувал шторы парусом. Архаровцы еще спали и пока было тихо. Оживились птицы перелетая с ветки на ветку. Надо вставать, готовить завтрак. Наталья тщательно мылась, протирала кубиком льда лицо. Еще с вечера залила свежую питьевую воду в специальные формочки и поставила в морозильник. Стала интересоваться средствами по уходу за лицом и телом. Лед тонизирует кожу после сна, улучшает внешний вид. Что там еще про лед написано? Отыскала вчерашний журнал, пролистала несколько страниц и нашла тему про лед.
«Если по утрам вместо обычного умывания протирать лицо кубиками льда, то кожа станет более гладкой, увлажненной и эластичной. Ежедневное умывание кубиками льда, способствует приливу крови к коже, тонизирует, улучшает обменные процессы, укрепляет кровеносные сосуды на лице, сужает расширенные поры, сглаживает появившиеся морщины, улучшает внешний вид, дарит естественный и красивый румянец. Лицо нужно протирать льдом два раза в день – утром и вечером быстрыми скользящими движениями, желательно по массажным линиям. Не останавливаться на одном участке кожи более пяти секунд, чтобы не вызвать переохлаждения. После процедуры не вытирать лицо – дать коже высохнуть естественным путём. Затем нанести увлажняющий или питательный крем в соответствии с типом кожи и временем суток. Вся процедура обычно занимает не более пяти минут.
Так, что тут еще – «Приготовить лед для лица очень легко. Взять формочки для льда, заполнить чистой питьевой водой и заморозить. Для большей пользы лучше использовать для заморозки минеральную воду. Также при любом типе кожи можно использовать зеленый крепкий чай. Это одно из лучших тоников для кожи. Крепкий зеленый чай обладает отличными антиоксидантными свойствами. А лёд из крепкого черного чая быстро убирает отеки под глазами, полезен при жирной и пористой коже, при склонности лица к покраснению, при стареющей и вялой коже. Чтобы усилить действия льда из чая, применяемого для ухода за жирной, пористой кожей добавить на один стакан чая одну столовую ложку лимонного сока или яблочного уксуса или одну чайную ложку соли. Так просто и доступно.
Приготовила детям завтрак. И включила компьютер Галины. Будто проснулась после многолетнего сна. Теперь интересовала информация исключительно о молодости, красоте и здоровье. Вот простая чудодейственная маска, две чайные ложки питьевой соды плюс две чайные ложки меда хорошо размешать, нанести на лицо на двадцать минут. Смыть теплой водой. Убирает любые проблемы с кожей, пигментные пятна, акне, будет ровный цвет лица, маска антиоксидант. Супер. Наталья старательно записала рецепт в тетрадку. Ну ладно косметику в сторону.
– Бабуля! – крикнула Даша. Дети проснулись, начался новый день.
– Доброе утро мои хорошие!
– Ты говорила золотые, – засопела Дашка, выбираясь из под одеяла и натягивая полосатый носок на ногу.
– Золотые мои, – повторила Наталья, обнимая по очереди внуков, поцеловала каждого в макушку. При этом с удовольствием вдохнула запах детских волос, знакомый и волнующий.
– Бабуля, пойдем сегодня в парк, – предложил Дима
– Конечно пойдем, – согласилась Наталья, – дни – то какие стоят теплые, отчего нам не пойти.
– И велосипеды возьмем, – говорила Даша.
– Возьмем, – соглашалась и шутила с детьми Наталья. А теперь мыться и за стол.
– А зарядку бабуля, забыла? – удивился Дима.
– Запросто, и зарядку сделаем.
Особенно наклоны вперед до еды, чтобы переваривалась лучше пища. Что нам стоит дом построить, нарисуем, будем жить. Дети любили эту присказку.
Переделав утренние дела ушли на весь выходной в местный парк. Осень щедро сыпала яркой разноцветной листвой, дорожки парка нарядно одеты в красно – желто – зеленый ковер. Выходные пролетели один за другим, а родителей все нет. Наталья волновалась. Наступил вечер и дети уставшие и счастливые от игр и гуляния на природе возвращались домой.
Позвонила Галина на домашний. – Ма! Совсем забыла, в понедельник с утра нужно справки для личного дела оттащить в школу к директору. Мам найди папку, там на письменном столе пластиковая такая белая, я уже все собрала на Диму. Если чего не хватит доделай, лады? В папке номер школы и телефон.
– А вы где? – успела вставить слово Наталья.
– Ма мы не успеваем, ну потрудись еще чуток. Костик в отгулах, я отпросилась еще на пару дней, здесь так классно ты не представляешь; воздух, вода, костер. Мам Дашку завтра в сад отведи. Мы в среду вечером приедем. Договорились? И не дав матери опомниться Галка чмокнув в трубке воздух исчезла, пошли короткие гудки. Делать нечего нужно заниматься детьми. Наталья готовила, кормила детей, стирала одежду, гладила Даше чистое на утро в сад. Вечером все вместе читали сказки. Тут еще сбор урожая на даче, думала перед сном о своих делах огородных, а там засолка и консервирование на зиму, все больше для детей. Свои чувства и воспоминания об удивительной встрече загнала в самый дальний угол памяти и старалась больше не касаться этой волнующей темы. Сотовый выключила, да и совсем не было времени на что то личное. Ни к чему это, даже совестно. Детей в сад, сама на службу, на подработку, а вечером все в обратном порядке.
– Баба, когда мама приедет канючила сегодня весь вечер Дашка. Соскучилась за родителями. Точно, сегодня же вечер среды.
– Сегодня приедет мама, – обрадовала она Дашу.
– Ура, папа рыбу привезет, – запрыгал Дмитрий.
– Все в комнату, у меня уборка. Аврал.
Наталья быстренько перемыла посуду и пол, закончила стирку детского белья в ванной и мокрая, распаренная пошла открывать дверь.
– Мама! – заорали внуки вразнобой и примчались в прихожую. Галина слегка загоревшая с охапкой цветов и рюкзаком ввалилась в квартиру.
– Во, последние поздние, – и она сунула букет в ведро. Уф! Дайте отдышаться уселась на табуретку и стала стягивать сапоги, следом ввалился с пакетами и садком с рыбой Костя.
– Наталья Владимировна положите пожалуйста рыбу в раковину. Я в гараж и обратно, мешки с палатками только закину.
– Ух сколько рыбы наловили – заметила Наталья.
– Это еще что, сколько мы ее там поели, а уху какую наваристую варили – двойную, пальчики оближешь. Галка свалила в кучу грязную одежду и пошла набирать ванну.
– Цивилизация! – запела она. На природе классно, но и помыться в ванной уже охота.
– Ну все, – засобиралась Наталья, – побегу.
– Мам оставайся, поужинаешь с нами, сейчас свежей рыбки нажарим. Чего ты!
– Пойду, – устало улыбнулась Наталья, – мне завтра с утра пораньше на работу, а после работы на дачу.
– Ах да, начался сбор урожая, понято. Костику скажу, он может подъедет после работы, поможет тебе там управится.
– Ладно вы тут управляйтесь, а я там сама.
– Как знаешь, – пожала плечами Галка, откусывая морковку.
Глава 3
Поздно, темно. Ветер играл опавшей листвой, подхватывал и нес ее по тротуарам. Наталья старалась идти быстрым шагом. Вышла из автобуса, пересекла по диагонали поле между домами. Сумеречно, скудное освещение едва помогало ориентироваться. Свернула к дому, какой то парень поднялся со скамейки у подъезда. Это был Симон. Ветер налетел сверху, обдал прохладной свежестью. -Добрый вечер, – его голос заставил вздрогнуть. Сердце застучало где то в области горла, вот откуда выражение, что оно может выскочить. Первое пришло в голову, что она выглядит уставшей и не ожидала его здесь увидеть в такую пору. Но сумерки и слабое освещение смягчили ситуацию. Он стоял перед ней как титан, широкими плечами загораживая вход в подъезд. Сейчас она казалась себе совсем крошечной. Худенькая, небольшого роста, элегантная женщина средних лет. Вся эта вереница мыслей промчалось в голове. Ветер доносил едва уловимый мужской парфюм и свежесть чистого тела. Стояли непозволительно близко и это добавляло волнения. Конечно он звонил много раз.
– Была очень занята. А теперь мне нужно идти. Тихо и доброжелательно сказала Наталья. Сама готова была в порыве чувств прижаться к нему и услышать стук его сердца. Хотелось простого человеческого тепла.
Осторожно взял за плечи. Его ладони прожгли кожу, волна легкой дрожи охватила тело.
– Хотел увидеть. Если бы он только знал, как она хотела его увидеть все это время, как заставляла себя держать выключенным телефон. Отметила как сильно влечет их друг к другу, как понимают без слов неуловимую перемену настроения. Душа лежит к родному человеку, так говорят. Уверена, и думают одинаково. В мыслях нет пошлости. Но, он младше, опоздал родится или она поторопилась. Она запуталась и смутилась, что все еще стоит непозволительно близко, ощущает с наслаждением живое тепло осторожных ладоней, крепких мужских, тем самым словно давая повод для дальнейших действий с его стороны.
– Спокойной ночи, Симон. Мне пора.
– Я позвоню, – сказал он. Ее плечи не ощущали больше горячего накала ладоней, старалась не оглядываться. В подъезде стало невыносимо одиноко, весь мир показался ненужным и пустым, захотелось взвыть, но она справилась. И через минуту оказавшись дома, поскорее включила свет, чтобы окончательно стряхнуть с себя сладостное, щемящее чувство любви. Боже мой откуда это, зачем? Она еще некоторое время сидела в прихожей, чтобы не поддаться порыву, посмотреть в окно, окликнуть или совершить любую другую непоправимую ошибку. Берегла его от ненужной, неподходящей связи.
– Ошибка, – произнесла она, едва шевеля губами, – относительно чего? Вся моя жизнь ошибка. Теперь прошло достаточно времени и он ушел. Расстегнула полусапожки и поставила на подставку для обуви. Затем сняла плащ и прошла в ванную. На нее смотрели огромные печальные глаза несчастной женщины, к тому же уставшей морально и физически. Но глаза ярко синие и в них огонек, красивые без искусственной окраски волосы, темно русого цвета с рыжинкой, ложились на плечи. Даже удивительно, при всех переживаниях, нет седины. Элегантная женщина, к тому же никогда не позволяла себе носить брюки! Женщина, до кончиков ногтей и волос. Брюки убивают женственность, это ее твердое убеждение.
Отогрелась под потоком горячей воды, помыла волосы, высушила феном, чего никогда не делала. Да и фен тут по случаю, Галкин. Надела теплый халат, обессилевшая залезла под одеяло. С утра на работу, потом на дачу, составила себе план на завтра, сунула руки под подушку, уткнувшись в которую вволю наплакалась от безысходности, (чего не позволяла себе давно) и уснула. Высоко над городом кружится необъятная Звездная Вселенная, там есть «карта памяти», говорят на этой карте начертана судьба каждого из нас. Но при желании судьбу можно менять, если сильно захотеть.
С утра ветер усилился, едва успела на работу. Целый день за делами старалась забыть обо всем на свете. Уже очень счастлива, очень очень. Надо просто жить дальше. После работы бегом на автобус и еще около часа по тряской дороге за город на дачу. Участок казался заброшенным, замело листвой и сухими ветками землю, дорожки едва различимы под слоем пыли и хлама, который собран еще весной да так и не вывезен. Быстро переоделась в маленьком дачном домике и принялась за работу.
– Привет соседка, – из – за забора показалась голова пожилой женщины.
– Привет Марина Ивановна.
– Дел невпроворот. Только начать да кончить.
– И не говорите.
– А молодежь где?
– Им дома дел хватает, работа, дети, не заскучаешь.
– Это точно. Вот я вожусь тут круглый год и лишь относительный порядок навела. По мере сил. Пока одно делаешь, другое разваливается. Марина Ивановна загремела ведрами. А то заходи потом, желание будет, чаю попьем.
– Спасибо, – откликнулась Наталья, сгребая листья в кучу. Потом складывала яблоки в ведро и уносила в дом в большую картонную коробку, осторожно высыпала. Надо бы на зиму яблоки соломкой переложить или каждое завернуть в простую бумагу. Слива попадала и лежала под деревьями. Малина осыпалась и подсохла, переспела на кустах. Но еще краснеет кое где. Вишня держится молодцом, зимний сорт (войлочная). Собрала что было можно, надела на руки перчатки и срезала лишние ветки на кустах. Унесла морковь и огурцы в сарай. Их надо будет в подполье перенести на хранение. Так – то по хорошему, увезти бы домой, пока свежие использовать. Пусть бы Дима с Дашей морковку грызли. Да и Галка сама любит.
– А вы что нынче картошку не сажали? Марина Ивановна вновь показалась у забора, поставила ведра на землю.
– Немного было, чтобы молодую попробовать.
– А то смотрю картошки у вас совсем не видать нынче.
Наталья нашла деревянные ящики под брезентом, зять привозил под овощи. Затопила печку, сожгла в ней обрезанный сухостой. Все это время у нее было непроходящее чувство, что делает никому не нужную работу, как муравей с песком на пляже. Разве одной тут управится. Чтобы был идеальный порядок, надо родиться и жить в деревне, иметь широкие плечи, сильные руки, чтобы все шло ладно и складно, и земля ухожена и урожай собран и участок к зиме подготовлен как положено. Земля любит внимание и заботу изо дня в день. А получается лишь для очистки совести, для души покопаться на огороде в земле. Терапия трудовая, чтобы сильно не облениться, после городских условий. Вечереет, пора бы уже и домой собираться. Зять скорее всего не приедет, с тоской вспомнила вчерашний разговор, нет бы промолчать, когда Галина предложила отправить сюда Костю. Что теперь говорить об этом. Наталья отмыла руки в бочке с водой для полива, вытерла насухо, надела перчатки и пошла перетаскивать ящики в подпол. Там прохладнее, лучше сохранится урожай до поры, пока перевезем понемногу домой. Ящики оказались тяжелыми, пришлось перетаскивать по одному. Рывком подняла очередной ящик и чуть не выронила из рук, резкая боль пронзила словно током внутри живота справа и отозвалась жгучей болью ниже.
– Наталья присела от неожиданности на корточки. Словно тоненькая струна лопнула, порвалась глубоко внутри, резко и больно стрельнула в мочевой. Закусила губу и осторожно присела на чурбачок в сарае. Прижала обе руки к животу и превозмогая боль старалась не шевелиться. Ничего, сейчас пройдет, – успокаивала себя. Когда боль поутихла, осторожно поднялась и накрыла оставшиеся ящики брезентом. Пора добираться домой, – подумала, глядя на вечерний закат. Взяла маленькое пластиковое ведро ягод, да несколько яблок. Попрощалась с Мариной Ивановной. Домой добралась на попутной машине. Боль усилилась, на автобусе едва бы вытерпела дорогу. Дома поскорее добралась до дивана, укрылась одеялом и старалась не шевелиться. Позвонила Галина.
– Мам была на даче? Что привезла? Мы сейчас заедем. Галка забежала, пересыпала ягоду в банку – это тебе мам, а это увезу детям. А что яблок так мало?
– Да их там полно. Поедете, заберите, что собрала. Пусть дети кушают свежие.
– А ты что такая? – спросила Галина глянув на мать.
– Да так, устала.
– А, понятно.
– Галина, а ты в порядке? Спать говорят стала.
– Мам, ну что мне теперь и поспать нельзя?
– Да я не о том, сама понимаешь прекрасно.
– А, ты про это? Галина присела на стул, смачно откусила от яблока. Мам! Ну что мне еще спрашивать тебя спать мне с мужем или не спать?
– Ну, а что бы спросить, ты же понимаешь о чем я, повторила как можно мягче Наталья, уже сожалея о затронутой теме.
– Да! Беременная и что? Сейчас начнешь меня учить как жить? Куда мол рожаю? А я мама живу с мужем, вот и рожаю. Наталья давно молчала. Галку не остановить, – думаешь раз ты мне их вырастила, то я вообще здесь ни при чем? Сама буду растить третьего и в помощи твоей не нуждаюсь. Костику пацана рожу.
– Девочка у него будет, – тихо произнесла Наталья.
– Ты еще скажи ему, что Димка не от него, – фыркнула дочь.
– Зачем ты так Галя, я же тебя жалею, этих бы поднять.
– Мама, давай я сама разберусь в своей личной жизни ладно? Галка хлопнула входной дверью.
Наталья осталась лежать под одеялом на диване, сожалея о затронутой теме. Вечно лезу со своими вопросами и советами. Она взрослая женщина сама решит. Жгучая боль от паха до бедренной кости разлилась с новой силой. Добралась до постели и легла прикрывшись пледом.
– Невеста, без места, – горько усмехнулась, – влюбляется она. Какая в твоем возрасте любовь, – вздохнула, радуясь, что боль затихла и позвонила коллеге по работе.
– Зина привет, это Наталья. Я сегодня что – то приболела, если завтра будет также?
– Наталья да ты не волнуйся, вышла Лидия с больничного, так что работать есть кому и Оля завтра после отпуска выходит. Ты полечись.
– Спасибо, Зина.
Наталья думала о дочери и была убеждена что каждый поступил правильно, и был на своем месте. И Галка по своему права. Нужно просто друг друга услышать и понять.
Глава 4
В одном здании с общим входом расположилось то самое придорожное кафе, а напротив небольшое почтовое отделение. Пришло извещение на посылку от давней знакомой и именно на эту почту. Ехала в то самое место, где случилась незабываемая встреча, о которой все еще тщетно пыталась забыть. Она уже несколько дней, не ночевала дома. Три дня гостила у давней приятельницы, та не отпускала, пока ее муж был у своих в деревне. Наталья использовала эту возможность, чтобы попытаться вернуть ситуацию на круги своя. У дочери будет время подумать, у Симона забыть случайную встречу в кафе. И вот судьба снова вернула в значимое и волнующее место. Была рада, что едет сюда якобы не по своей воле, а по делу. Решила не заходить в кафе ни под каким предлогом, тем самым снимая с себя всякую ответственность за происходящее, если ситуация выйдет из под контроля. Вышла из автобуса остановкой раньше. Прошлась пешком до кафе и по общему коридору, свернула направо в почтовое отделение. У прилавка толпился народ, как всегда бывает на почте. По счастливой случайности впереди стоящие довольно быстро продвигались вперед и в очереди долго стоять не пришлось. Но! Девушка работающая в почтовом отделении вернула купюру и попросила разменять деньги в соседнем кафе. В том самом. Это еще ни о чем не говорит, – подумала Наталья и пошла в кафе с замиранием сердца. Чтобы разменять деньги. Смотрела украдкой по сторонам и едва не упала в обморок, если бы была из слабонервных натур. Слева за столом вполоборота к огромной витрине окна выходящей на улицу сидел Симон. Смотрел сквозь стекло на подъезжающие автобусы, как раз с его стороны была отлично видна остановка двадцать пятого автобуса.
Видимо пришел недавно, перед ним дымилась чашка горячего кофе. Но это не главное, главное было совершенно в другом, напротив него сидела молодая девушка блонди. В рваных со стразами джинсах и яркой майке с глубоким декольте. Она что то говорила Симону, Наталья хорошо видела ее шикарные волосы и гордую осанку. Симон изредка посматривал в сторону собеседницы и отворачивался к окну. За которым кипела городская жизнь, поток людей лился по улицам, на остановке стайка ожидающих автобус.