- -
- 100%
- +
Дверь открывается, и я вижу Ирину Борисовну, маму Саши. Она с изумлением смотрит на меня и молчит. По телу словно проходит волна горячих мурашек, а сердце ухает куда-то вниз.
Я всегда испытывала благоговейный страх перед этой женщиной. Она казалась мне гордой и непреклонной. При нашей первой встрече, когда Саша представил меня своим родителям, Ирина Борисовна лишь мельком окинула холодным взглядом и полностью переключила внимание на сына. Мне, выросшей без матери, было не по себе, а Саша, ничего не замечая, купался в лучах материнской любви. Еще тогда я поняла, что для Ирины Борисовны не существует ничего, кроме любимого отпрыска, и она сделает все ради его счастья, пройдя по головам.
– Вы? – возмущенно восклицает Ирина Борисовна, а я невольно отшатываюсь.
Все те же холодные глаза пронзают насквозь, только грусть появилась в них с легким оттенком усталости. На секунду мне кажется, что Ирина захлопнет дверь передо мной, но она лишь снисходительно усмехается и пропускает в квартиру.
В нос ударяет резкий запах медикаментов, но я даже не морщусь. Меня это совершенно не смущает.
– Проходите на кухню, – сухо бросает Ирина и идет вперед, показывая дорогу.
Следую за ней и осматриваюсь. Довольно просторная трехкомнатная квартира: небольших размеров кухня, уютный зал и длинный коридор, ведущий в две закрытые комнаты, в одной из которых, по-видимому, находится Саша. Мое сердце болезненно сжимается, но не решаюсь пройти без разрешения.
Вхожу на кухню и останавливаюсь в нерешительности. Небрежный беспорядок, недопитый кофе, посуда в раковине. Ирина Борисовна совершенно точно не справляется с ситуацией.
– Чай не предлагаю. Говорите, что вы хотели, и уходите, – нарушает она тишину.
Эта привычка «выкать», чтобы держать дистанцию. Сначала неуютно и неловко, а потом… ничего не меняется. С ней рядом всегда, как на иголках.
– Я хочу увидеть Сашу, – решительно произношу и с вызовом смотрю в глаза.
Страха больше нет. Я не боюсь ее и ничего ей не должна.
– Это невозможно, – отрезает Ирина Борисовна.
– Почему? – удивленно округляю глаза. Может, я не все знаю? Или Кира решила вернуться? Как-то об этом я не подумала.
– Он не хочет ни с кем общаться. А с тобой и подавно.
Что за бред? Нельзя отгораживаться в таком состоянии. Это путь в никуда. Депрессия и прочие прелести перестройки психики.
– Но так нельзя! Ему сейчас просто необходимо общение!
– Я сама знаю, что необходимо моему сыну, – грубо перебила Ирина. – Вот своего родишь и будешь советовать!
– Нет, не знаете, – горячо спорю. – Поверьте мне, я хочу, как лучше.
– Почему я должна тебе верить? – криво усмехается она. – Пришла, всю душу ему разбередишь и сбежишь, как и предыдущая.
– Я понимаю, что сложно верить на слово, – качаю головой, отчаянно защищая свою позицию. – Но прошу вас, пожалуйста, дайте мне шанс.
– Ма-ам! Кто там? – Громкий крик нарушает тишину и электрическим разрядом проходит по нервам.
Мы обе рефлекторно оборачиваемся на звук. Саша… Голос немного изменился, но все такой же. Никогда ни с кем не перепутать.
– Пожалуйста, – повторяю я и умоляюще смотрю на Сашину маму.
Ирина Борисовна молчит и давит своим превосходством. По ее глазам невозможно понять, о чем она думает.
– Ну что, мне на колени встать?
Прекрасно понимаю, что, если не налажу контакт с этой женщиной, дорога к Саше будет закрыта. Она единоличная королева. Я готова на все, чтобы снискать ее милость. Даже на такое унижение. Моя гордость в данной ситуации совершенно ничего не значит.
– Прямо до конца и направо, – сухо бросает она и отворачивается к окну.
Облегченно выдыхаю и иду на встречу с Сашей. Внутри все дрожит, а гулкий стук сердца эхом отдается в ушах.
Останавливаюсь около двери и нерешительно переминаюсь с ноги на ногу. Страшно, но в тоже время очень хочется войти. Преодолеваю внутренний мандраж и решительно открываю дверь в комнату.
В помещении царит полумрак, скрывая его обитателя от посторонних глаз. Сашу мне не видно, но я четко ощущаю его присутствие. По мурашкам, что беспорядочно разлетаются по коже. По безудержному сердцебиению. По дыханию, что застревает в горле.
Щелкает выключатель, озаряя комнату мягким светом ночника. Оборачиваюсь на звук и наконец вижу Сашу. Он и одновременно словно совсем другой человек. Похудел, осунулся, под глазами залегли темные тени, а сухие губы потрескались.
Сердце предательски сжимается, отдаваясь болью за грудиной. Я оказываюсь совсем не готова к такому… В реальности все гораздо хуже, чем я себе представляла. Бедный мой, едва сдерживаюсь, чтобы не рвануть к нему. Вместо этого молча изучаем друг друга, словно видим в первый раз. Забываю, как дышать, лишь сердце болезненно бьется о ребра.
В какой-то момент наши глаза встречаются. Его взгляд темнеет, но я успеваю заметить огонек, вспыхнувший всего на мгновение, но быстро погашенный Сашей. Он все еще любит меня! Как бальзам на душу. Теперь я уверена, что мне есть за что бороться.
– Привет… – тихо здороваюсь и мягко улыбаюсь.
На какой-то момент мне кажется, что все как раньше. Стоит только протянуть руку и… Я даже поддаюсь порыву и делаю шаг к кровати.
– Что ты здесь делаешь? – Голос звучит грубо, а маска холодности и безразличия стирает все остальные эмоции с его лица.
Хотя чего я ожидала? Что он встретит меня с распростертыми объятьями?
– Саш… Я… – пытаюсь хоть что-то сказать, но слова упрямо не складываются в предложения.
Я просто смотрю на него и едва сдерживаю слезы. Просто невозможно принять факт, что молодой здоровый парень теперь прикован к постели. Так нельзя. Это неправильно!
– Уходи! – сквозь зубы цедит Саша и отворачивается.
Не хочет ничего слышать и видеть меня тоже не хочет. Но придется терпеть мое присутствие. Я не уйду. Теперь точно останусь.
– Послушай меня, – делаю еще одну попытку приблизиться. – Я же хочу помочь.
– А кто тебе сказал, что мне нужна помощь? – зло шипит он. – Особенно твоя!
Жестокие слова хлещут, как плетка. Каждое попадает прямо в цель, причиняя новую боль. Саше тоже больно. Чувствую это. Его эмоции слишком очевидны, как бы он ни пытался закрыться.
– Зачем ты так? – Мой голос предательски срывается, но я сдерживаюсь и не даю волю слезам. Ни к чему. Я должна быть сильной. Ради него. Сама во всем виновата. Мне и исправлять.
– Уходи! Я тебя не звал! – кричит он и тяжело дышит. Даже капельки пота появляются на лбу, что свидетельствует о сильном напряжении.
Разговор явно не клеится. Сейчас Саша не готов меня принять и даже слушать не станет. Ему нужно немного времени, чтобы все осознать, перемолоть ситуацию внутри себя.
Разворачиваюсь и выхожу из комнаты. Прислоняюсь спиной к двери и прикрываю глаза, пытаясь привести мысли в порядок. Никто не говорил, что будет легко, но и такого отпора я не ожидала. Саша сильно изменился, зачерствел. Но где-то там, внутри, я уверена, еще есть тот, другой. Надо только помочь ему выбраться на волю.
Делать нечего, придется поговорить с мамой Саши. Надо как-то склонить ее на свою сторону. Собираюсь с силами и иду на кухню. Ирина Борисовна, уткнувшись в ноутбук, листает сайт услуг. Кидает в меня мимолетный взгляд поверх очков и вновь утыкается в экран.
– Я тебя предупреждала, – сухо замечает она, но я пропускаю ее колкость мимо ушей.
Опираюсь на подоконник и складываю руки на груди, лихорадочно ища лазейки. Как же к ней подобраться, чтобы поверила?
– Что вы делаете? – киваю на ноутбук.
Ирина Борисовна поджимает губы, но все же после небольшой паузы отвечает:
– Сиделку ищу.
Это мой шанс. О таком я даже мечтать не смела. Идеальное предложение.
– Не нужно никого искать… – осторожно прошу и нервно сглатываю.
– Это еще почему? – Она хмурится и поднимает на меня глаза.
Мысленно выдыхаю, как перед прыжком в бездну.
– Я хотела бы остаться, если вы, конечно, не против… – стараюсь говорить умеренно, но голос предательски дрожит. – У меня же есть медицинское образование. И с массажем я знакома.
Повисает гнетущая тишина. Долгая и суровая. Ирина Борисовна ничего не говорит, и я не решаюсь нарушить молчание. По ее лицу невозможно что-то прочитать остается только ждать.
– Зачем это тебе? – Она снимает очки и внимательно смотрит в глаза.
– Вы так ничего и не поняли, – сокрушенно качаю головой. – Я его люблю… любого.
Ирина Борисовна вновь молчит и нервно барабанит пальцами по столу. Затем едва заметно кивает, смотрит на часы и поднимается на ноги.
– Спасибо вам, – улыбаюсь и чуть не плачу.
Раз все так хорошо складывается, значит, я все делаю правильно.
– Поверила на слово, надеюсь, не пожалею, – многозначительно добавляет Ирина Борисовна.
– Я все для этого сделаю.
Она забирает кружку с водой и таблетки и уходит, а я разворачиваюсь и смотрю в окно. Пейзаж оставляет желать лучшего, но мне все равно. Я наконец живу. Дышу полной грудью. И свято верю в благоприятный исход.
Осталось главное – смягчить Сашу. Ему больно и обидно, все его бросили, предали, но я не имею права сдаваться. Маленькими шажочками добьюсь его доверия. Важно дать ему понять, что я останусь с ним в любом случае.
Глава 6. Александр
Чертов телевизор опять не радует. Бесцельно щелкаю каналы и не могу выбрать ничего стоящего. Время еще дурацкое, ничего нет, кроме всяких идиотских передач для домохозяек и пенсионеров. Хотя чем я лучше? Такой же заложник ситуации. Бесполезный элемент. Калека. Овощ. Как же все осточертело. Нахрен такая жизнь вообще нужна. Уж лучше бы сдох сразу, чем вот так лежать пластом. Жалкий и немощный. Больно и унизительно.
Скриплю зубами от злости на себя и весь мир заодно. Вся моя жизнь была посвящена профессии. Я любил хоккей, дышал им, отдавал все свое время. И в одночасье лишился. Разве это справедливо? За два года потерять два смысла жизни. Впереди нет ничего. Лишь холодная, бескрайняя пустыня.
Какую-то пару месяцев назад у меня было так много, а теперь не осталось ничего. Даже жена, что обещала быть рядом, испарилась, услышав приговор. Я не виню ее. Мне так даже легче. Не надо смотреть в глаза и видеть в них брезгливость и жалость. Хотя чего я ожидал? Наш союз изначально был построен на лжи и обречен на провал. Пусть идет. Строит свою жизнь заново. Я даже в какой-то мере благодарен ей, что не придется винить себя за то, что она мучается рядом со мной.
А самому мне недолго осталось. Десять таблеток я уже спрятал. Но надо накопить еще хотя бы двадцать, иначе эффекта не будет. Еще месяц, и можно попробовать телепортироваться. Ни к чему мне такая жизнь, а матери обуза.
Дверной звонок звучит так необычно в моем темном склепе. Ко мне никто не приходит. Не осталось друзей. Я их всех отверг. Не хочу никого видеть и слышать. Они лишь напоминают о моей утрате. Но любопытство побеждает. Выключаю телевизор и смотрю в потолок, прислушиваясь к звукам в квартире.
Не слышно ни слова, но я не сдаюсь. Любопытство распаляет азарт. Хоть какое-то развлечение. Прикрываю глаза и пытаюсь нарисовать образ гостя. Может, это вообще курьер или соседка? Но нет. Отчего-то мне кажется, это не так.
Робкие шаги приближаются к моей комнате. Вместе с ним грудь наполняется волнением, а сердце сбивается с ритма. Это уже совсем нездоровая ерунда. Хмурюсь и смотрю на дверь. Та медленно открывается, и кто-то входит. Женщина. Я инстинктивно улавливаю едва ощутимый аромат духов. Не может быть… Колючие мурашки разбегаются по коже, а дыхание сбивается. Что за?..
Включаю ночник и не верю глазам. Я ожидал увидеть кого угодно, только не ее. Это сон? Какая-то жестокая галлюцинация?
– Привет. – Голос тихий, но пробирает до косточек.
Становится понятно, что все происходит наяву. Как так? Откуда? Зачем? Я совершенно не готов к встрече. Только не сейчас, не когда я в таком состоянии. Как она вообще посмела явиться сюда? Злость и обида смешиваются в жгучий коктейль, который прожигает насквозь, мешая каким-либо другим чувствам пробиться наружу. Все еще злюсь на нее, что бросила меня тогда, на себя, что отпустил, на обстоятельства, что лежу, как бревно, не имея возможности двигаться.
– Что ты здесь делаешь? – грубо рычу я, выстраивая вокруг себя неприступную стену.
– Саш… Я… – теряется Света, но я все вижу в ее глазах.
– Уходи! – сквозь зубы цежу и отворачиваюсь.
Не хочу ничего слышать и видеть не хочу тоже. Ее присутствие лишь в очередной раз напоминает, какое я ничтожество.
– Послушай меня, – пытается приблизиться. – Я же хочу помочь.
– А кто тебе сказал, что мне нужна помощь? – зло шиплю на нее. – Особенно твоя!
– Зачем ты так? – Голос Светы предательски срывается.
– Уходи! Я тебя не звал! – кричу и тяжело дышу.
Каждое слово дается с большим трудом. Но даже слезы в глазах Светы не смягчают меня. Она поддается и уходит. Наконец-то. Скатертью дорога.
Смотрю в потолок, сжимая зубы до скрежета и колочу кулаком по постели в бессильной ярости. За что мне все это? В чем я виноват? Глаза жгут слезы, но я даю им пролиться. А вот к воспоминаниям оказываюсь беззащитным. Они накидываются на меня, словно звери, и разрывают в разные стороны. Перед глазами наша встреча. Всего какие-то минуты. Светланка… Моя Ветка… Такая красивая, такая родная.
Меня сносит в эмоции, а душа рвется на лоскуты. Я, сука, помню все до мельчайших подробностей, ее глаза, губы… Как же я соскучился. Невозможно, невообразимо. Так хочется прижаться к ней, почувствовать ее тепло, ее запах. Жестоко как. Зачем ковырять то, что и так не желает затягиваться?
Внутри словно активизируется мясорубка и начинает прокручивать внутренности. А я понимаю, что ничего не изменилось. Как бы я ни уговаривал себя, так и не смог забыть ее. Все так же люблю эту женщину, но слишком поздно. Еще месяц назад все бы отдал, лишь бы она вернулась ко мне, а теперь… Теперь все изменилось. Я уже не тот и больше не хочу ее видеть. Ни сейчас, ни когда-либо в будущем. Все что угодно, только не жалость в глазах любимой женщины.
Спустя несколько минут в комнату входит мама с таблетками и водой.
– Мам, она ушла? – нервно спрашиваю, впиваясь в ее лицо взглядом.
– Саш, держи таблетки, скоро обедать будем. – Она будто не замечает моего вопроса.
– Мам? – рычу зло. Мне нужен ответ.
– Нет, не ушла…
– Почему? – требую ответа.
Внутри все клокочет от бешенства, но я не могу ничего предпринять. И выкинуть силой тоже не могу. Вместо этого послушно выпиваю таблетки, напрочь забыв, что хотел откладывать.
– Тебе что-нибудь еще нужно? – Мама заботливо поправляет подушки.
– Мне нужно, чтобы Света ушла! – разъяренно чеканю каждое слово. – Мам, я понятно говорю? Я хочу, чтобы ее здесь не было!
– Незачем кричать, я нормально слышу. – Она равнодушно пожимает плечами, словно не замечая, как я зол. Словно ей вообще нет никакого дела до моих страданий.
– И? – рычу зло.
– И она остается.
Изловчившись, откидываю стакан в сторону и отворачиваюсь. Он с грохотом разбивается. Мама качает головой и уходит, оставляя меня наедине с моими демонами. Ну привет. Давно не виделись. Добро пожаловать в персональный ад.
Глава 7. Светлана
Проанализировав наш разговор с Сашей, принимаю волевое решение какое-то время не попадаться ему на глаза. Даю время все спокойно обдумать и привыкнуть к моему присутствию. Его мать хоть и пустила меня на свою территорию, но помогать явно не собирается. От нее так и веет холодом и недоверием, но я не могу повлиять на ход вещей. Только время все расставит на свои места.
Разместиться мне разрешили в гостиной и даже выдали комплект белья. Осматриваю свои владения. Не люкс, конечно, но все не так плохо. Раздвижной диван есть и стол, на котором удобно работать. Мне вполне достаточно.
Быстро навожу порядок и раскладываю вещи по местам, а сама все думаю, с чего лучше начать. Опыта в таких травмах у меня нет, но есть большое желание помочь. Надо как-то соединить одно с другим и получить результат.
Весь оставшийся день разбираюсь с историей болезни. Карту Орлова до нашего расставания я помню наизусть, поэтому восстановить надо небольшой промежуток времени. Слава богу, ни серьезных травм, ни болезней до аварии у него не было. Значит, организм вполне способен бороться.
Остаются авария и последствия. Листаю записи и смотрю снимки. Въедливо разбираю каждую букву и цифру, но квалификации недостаточно, чтобы до конца понять все тонкости. Все-таки по специализации я спортивный врач, а не травматолог. Тут нужно более глубокое погружение в тему.
Глаза жжет от усталости, а в висках появляется неприятное покалывание. Хватит. Отчаявшись справиться самой, откладываю бумаги в сторону. Зарываюсь пальцами в волосы и смотрю прямо перед собой. Единственно верное решение, что приходит на ум, – проконсультироваться с профессионалом. На моем курсе училось много талантливых врачей… Мысленно перебираю тех, к кому могу обратиться. Ну конечно! Косолапов Алексей Михайлович. Он точно остался в профессии и стал первоклассным травматологом. То, что нужно. Надеюсь, не забыл еще меня.
Ищу о нем информацию во всемирной паутине. Натыкаюсь на фото и не могу сдержать улыбку. Такой серьезный в костюме, прямо биг-босс, а не врач. А был совсем другим, все мы были молодыми.
Не откладывая в дальний ящик, набираю номер клиники, в которой он практикует. Если не получится вот так в лоб, придется поднимать старые знакомства, возвращаться в соцсети.
– Добрый вечер, чем я могу помочь? – раздается в динамике приветливый женский голос.
– Здравствуйте. Мне нужен Косолапов Алексей Михайлович, как я могу с ним связаться?
– Сегодня уже никак, – недовольно сообщает мне она, как будто я про ее мужа спрашиваю. – Он после суток ушел домой.
– Жаль… – сокрушенно вздыхаю. – А его мобильный…
Не успеваю договорить, как динамике появляется тишина. Сбросила звонок. Вот ведь стерва! Возмущение бурлит во мне и рвется наружу. Надо перезвонить и сказать все, что я думаю о ее профессиональных качествах. А как же «клиент всегда прав»?
Телефон призывно вибрирует. Смотрю на экран – Полина. Немного не вовремя… ну ладно. Может, и правда лучше подождать до утра. Ну неконфликтный я человек. Давно уже смирилась с этим. Трусливо отступаю и принимаю звонок от подруги.
– Светка, ты обалдела? – чуть ли не кричит на меня Полина.
– Что случилось? – хмурюсь, никак не ожидая такого напора.
– Ночь на дворе, а ты до сих пор не позвонила, – отчитывает, как маленькую. – Может, тебя там расчленили уже!
– Да все со мной нормально, – невольно улыбаюсь. – Просто замоталась, и из головы вылетело.
Даже становится немного стыдно. Полина искренне переживает за меня, а я даже минутки не нашла, чтобы ее успокоить.
– Как там твой пациент?
– Пока не ясно, пытаюсь вот разобраться в медицинских хитросплетениях, – окидываю взглядом ворох бумаг на столе.
– Видимо, безуспешно…
– Ну… да.
К чему скрывать и набивать себе цену. Лучше от этого никому не станет, и Саше моя бравада уж точно не поможет.
– А церберша-то на месте? – хмыкает Полина, имея в виду Ирину Борисовну.
– Куда ж ей деваться, – усмехаюсь я.
– И что, даже не покусала?
– Не смертельно.
Удивительно, но все вышло гораздо лучше, чем я могла рассчитывать.
– Тебя тут потеряли… – Поля заходит издалека, но я интуитивно чувствую, что дело плохо.
– Кто? – спрашиваю на автомате, хотя прекрасно понимаю, о ком пойдет речь.
– Сергей… Приходил ко мне, – подтверждает она мою догадку.
– Вот же неугомонный, – поджимаю губы и качаю головой.
Все это очень и очень плохо. Лучше бы ему забыть обо мне. Не представляю даже, чего можно от него ожидать. Как выяснилось, я его совсем не знала. Мой идеальный жених слишком стремительно превращается в одержимого сталкера.
– Я ему ничего про тебя не сказала.
– Спасибо. А Алла?
– Не знаю. Но в любом случае будь начеку.
Да. Осторожность явно не помешает.
– Спасибо, что предупредила.
– Звони, если что-то понадобится, я всегда помогу…
– А знаешь, надо, – решаюсь попросить об услуге. Для Полины она не составит труда.
– Излагай.
– Мне нужен номер моего однокурсника Алексея Косолапова. Он травматолог. Я знаю только клинику, в которой он работает, но меня там послали…
– Не вопрос, – самодовольно хмыкает Полина, включаясь в игру. – Скинь мне сайт, я попробую все узнать. Но уже, наверное, завтра утром.
– Спасибо. Ты меня очень выручишь.
– Да брось, – отмахивается она. – Мне только в радость.
Сбрасываю звонок и пишу Полине сообщение. Она просто спец по телефонным разговорам и жуткий торгаш. Продаст что угодно и кому угодно, жаль, что индустрия красоты привлекла ее больше. А могла бы стать неплохим предпринимателем. Все. Теперь остается только ждать и надеяться на положительный исход.
***
Трель телефонного звонка безжалостно врывается в сознание и развеивает сладкий сон. Такой яркий и реальный, там Саша здоров и мы счастливы. Не хочу просыпаться и хватаюсь за ускользающие картинки изо всех сил. Звонок прекращается, а я балансирую на грани сна и реальности. Еще хотя бы немножечко.
Всю ночь я просидела за компьютером, штудировала всю информацию по подобным травмам, которую только удалось найти. В итоге пришла к выводу, что все рекомендации общие и каждый случай индивидуален. Спать легла, когда за окном уже начинало светать и заснула мгновенно, как голова коснулась подушки.
Телефон вновь начинает голосить. Ну кому я так срочно понадобилась? Капризно стону и наощупь нахожу мобильный. Не глядя на экран принимаю вызов и кладу трубку на ухо.
– Алло, – бормочу сонно, изо всех сил надеясь, что это очередной рекламный бот.
– Здравствуй, Света. – Опасный голос Сергея разрезает тишину и электрическим разрядом прокатывает по нервам. – И куда же ты пропала?
Мгновенно просыпаюсь. Пульс разгоняется, а дыхание становится рваным. Распахиваю глаза и сажусь на постели.
– Зачем я тебе? – сиплю и не узнаю свой голос. Инстинктивно хватаюсь за горло, которое стремительно сковывает страх. Вот это я себя накрутила. Ничего же не происходит.
– Поговорить хочу, – вкрадчиво продолжает Сергей.
– Говори, я слушаю.
– Мне нужна личная встреча. – Он говорит ровно и спокойно, нарочно растягивая слова. – Назови время и место, я подъеду.
– Не получится, – качаю головой, словно Сергей может меня видеть. – Меня нет в городе.
– Это я уже понял, – хмыкает он. – Когда ты вернешься?
Не собирается оставлять меня в покое. Молчу, не зная, что сказать. Его поведение пугает меня. Всеми силами стараюсь держать себя в руках, но получается плохо. Паническая атака накрывает ледяной волной колючих мурашек. Даже волоски на коже вздыбливаются.
– Свет, я соскучился…
Крепко зажмуриваюсь, не желая всего этого слышать. Это манипуляция чистой воды. Я прозрела и стала смотреть на все его слова и действия трезвым взглядом.
– Я не вернусь, Сереж… Прости.
Это максимум, который могу из себя выдавить. Не раскаиваюсь ни в чем. Я поступила так, как подсказало сердце.
– Нет, так не пойдет. – Его голос становится жестче.
– Чего ты хочешь? – судорожно вздыхаю я и роняю голову на ладонь.
– Тебя. Я достаточно ждал.
Сергей изначально знал, что я сломанная, и согласился не спешить… Я попробовала полюбить его. Не вышло. Все. Но он отчего-то забыл об этом.
– Хватит, – огрызаюсь я. – Ничего не будет.
– Будет, – довольно хмыкает Сергей. – Ты принадлежишь мне, а свое я не отдаю. Запомни это.
Мое тело мелко потряхивает, но я не сдаюсь. Нельзя поддаваться панике. Нужно закрыть этот вопрос раз и навсегда.
– Не звони мне больше, – чеканю каждое слово. – Я не вернусь.
Сбрасываю звонок и дрожащими пальцам и вношу контакт в черный список. Надо купить новую симку. Не дай бог выследит меня. Шумно выдыхаю и качаю головой. Ну это уже совсем за гранью. Сюжет мыльной оперы. Выследит. Делать ему нечего? Перебесится и забудет —уговариваю себя и решительно поднимаюсь на ноги. Настроение безнадежно испорчено, зато сна нет ни в одном глазу.
В квартире так чудесно пахнет кофе, что я не выдерживаю. Накидываю халатик и иду на запах. На кухне Ирина Борисовна привычными движениями готовит завтрак и, кажется, совсем не замечает меня. Скорее, делает вид.
– Кофе? – неожиданно предлагает она.
– Было бы здорово… – немного смутившись, отвечаю и сажусь за стол
Передо мной на столе появляются чашка с ароматным горячим кофе, сахар, сливки.
– Спасибо, – бормочу я и улыбаюсь. Невероятно, но утро начинает выправляться.
– Разобралась с медкартой? – Ирина Борисовна оборачивается ко мне и смотрит внимательным взглядом. Чувствую себя не в своей тарелке, но буквально заставляю себя выдержать ее прессинг.