Право на развод. Порочная сделка

Пролог. Дмитрий

– Еще одно видео у вас на почте, – сухо сообщает Рустам и складывает руки в замок перед собой. В кабинете полумрак, но свет падает так, что визитера я вижу отчетливо.

– Хорошо, – киваю ему, глядя в черные глаза. – Спасибо.

– Мне продолжать? – Его бровь вопросительно приподнимается, а губы едва заметно расползаются в хищном оскале.

– Нет. Думаю, достаточно, – достаю из ящика конверт и небрежно толкаю его по длинному столу.

– Тогда сворачиваюсь? – уточняет на всякий случай. Берет конверт и взвешивает на ладони. Довольный результатом, убирает в карман.

– Да. Когда появится работа, я наберу…

– До связи.

Рустам разворачивается и бесшумно идет к двери. Нечасто приходится пользоваться услугами такого человека, но сейчас это жизненно важная необходимость. Провожаю его взглядом и, как только закрывается дверь, открываю на телефоне почту. Нахожу входящее сообщение, открываю и просто смотрю на заставку видеофайла. Что нового я там увижу? Абсолютно ничего. У меня их много. Целая коллекция.

Криво усмехаюсь, но все же нажимаю на «плей». На видео мужчина жадно целует пышногрудую блондинку, норовя залезть ей в трусы. Качество отличное. Даже лица можно разглядеть. Ну что еще надо-то? Переправляю это видео нужному человеку и раздраженно откидываю телефон в сторону, прекрасно зная, каким будет результат. Нулевым!

Ледяной виски обжигает горло и жидким огнем стекает в желудок, приятно согревая изнутри. Откидываюсь на спинку кресла и пытаюсь хоть на пару мгновений расслабиться, и избавиться от наваждения. Но бесполезно. Образ этой женщины намертво въелся в сознание. Стоит только прикрыть веки, как вижу ее. Бездонные глаза, лукавая улыбка, тонкие изящные пальчики с кольцом на безымянном. Как издевка для меня. Чужая женщина, чужая жена и мать чужого ребенка, но все это ровным счетом ничего для меня не значит. Я давно потерял моральные ориентиры и скатился в бездну одержимости. Мне нужна она, иначе я сдохну.

Телефон призывно вибрирует. Сообщение. Она… чувствую это по мурашкам, что так активно топчут мой позвоночник. Открываю глаза и несколько секунд гипнотизирую гаджет. Дыхание тяжелое и частое. Разблокирую экран и захожу в мессенджер. Номер у меня левый, никак со мной не связан. Нервно сглатываю и открываю нашу скупую переписку.

Елена: «Прекратите присылать мне эти фейковые видео!»

Я: «Это не фейк» – в очередной раз пытаюсь достучаться до нее.

Вроде и благое дело делаю, а интерес у меня все равно шкурный.

Елена: «Я вам не верю. Это монтаж. Оставьте нас с мужем в покое. Иначе обращусь в полицию!»

Все, блять! «Собеседник ограничил круг лиц, которые могут присылать ему сообщения». Фак! Забанила. Гневно откидываю от себя телефон и сжимаю кулаки в бессильной злобе. Непробиваемая! Таким, как Елена, не изменяют. На руках носят и мир кладут к ногам. Сколько стоит ее любовь? Готов заплатить любую цену.

Я сделал все, чтобы она узнала, какое ничтожество ее любимый муж. Предоставил неопровержимые доказательства. Даже не пришлось ничего подстраивать, хотя я обдумывал и этот вариант, лишь бы стала моей. А она поверила ему.

Конечно, «монтаж», этот мудак же не может трахать других баб. Урод. С каким удовольствием я бы снес его фейс, но эта ушлая гнида сразу напишет заяву. А у меня репутация, нельзя так подставляться.

Поднимаюсь на ноги и начинаю монотонно расхаживать из стороны в сторону, пытаясь придумать, что делать дальше. Как я вообще вляпался в эту историю? Одержим чужой женой. Как пацан влюбился и ничего не могу с собой поделать. Думаю о ней постоянно. Я старался оставаться безучастным, пока не увидел ее мужа в ресторане с какой-то шлюхой. На этом мои благородные порывы закончились. Я решил во что бы то ни стало присвоить себе эту женщину.

– Святая, твою мать, – залпом осушаю бокал и с яростью швыряю его в стену. Осколки разлетаются по кабинету с характерным звуком.

А я чертов мазохист, извращенец. Сам себя раздражаю. Всему виной она. Неприступная. Непоколебимая. Встретил ее однажды, когда приезжал помочь по просьбе дочери, и до сих пор не могу забыть. Училка с острым, как лезвие бритвы, языком. Семья у нее, сын маленький, а я схожу с ума. Мудацкий поступок, согласен, но не могу по-другому. Меня выкручивает наизнанку. Я готов на все, лишь бы она стала моей. Идти по головам, по трупам.

Но все это лишь мои шальные фантазии. В реальности надо брать себя в руки и выкидывать эту историю из головы. Работа, работа и еще раз работа. Благодаря ей пережил не самый простой развод, глядишь, и эту блажь переживу. А сейчас надо отвлечься и выпустить пар.

Быстро собираюсь, захлопываю крышку ноутбука и забираю телефон. Взгляд случайно цепляется за папку на столе. Личное дело Елены. Черт, я думал, убрал его в шкаф.

Без сил опускаюсь в кресло и открываю. Жадно рассматриваю фотографии, сделанные Рустамом. Подробная биография. Я знаю о ней все. Сухие факты и важные события. Но мне мало. Чертовски мало! В груди печет от неудовлетворенности. Увидеть ее хочу, прикоснуться…

Прикрываю глаза, смакуя предвкушение. Как же горячо и остро. Пара секунд, чтобы пропитаться этим ощущением насквозь. И запомнить их. Захлопываю папку и убираю в самый нижний ящик стола, чтобы никогда больше не доставать. Хватит! С глаз долой. Решительно поднимаюсь, выключаю свет и ухожу из офиса. В свою идеальную жизнь.

Глава 1. Елена

Конец августа выдался непривычно жарким. Удобно устроившись на пассажирском сидении автомобиля, включаю климат-контроль и наконец скидываю неудобные туфли на высоком каблуке. Очередная жертва ради красоты: в них ноги выглядели эффектно, а походка становилась более женственной, но долго ходить на них – это самоубийство.

– Ой, я без ног, что-то затянулась твоя презентация, – беззлобно ворчу на мужа, как раз присевшего на место водителя.

– Спасибо за поддержку, один я бы не справился, – мягко улыбается он и заводит двигатель. Илья умеет подобрать нужные слова.

– Не преувеличивай, – привычно отмахиваюсь, достаю из сумочки телефон и просматриваю непрочитанные сообщения.

– Ты мой талисман. – Илья наклоняется и целует меня в щеку.

– Ой, ну все, не подмажешь – не поедешь, – смеюсь я.

– Ты меня раскусила. Домой или отметим где-нибудь новый контракт? Предлагаю «Галатею», непафосно и от дома недалеко.

– Не сегодня, – виновато свожу брови. – Я уже договорилась о встрече…

– С кем это, интересно? – Муж наигранно возмущается.

– С Анюткой, – коротко бросаю, пишу сообщение в социальную сеть и убираю телефон обратно в сумку.

– Опять, что ль, началось? – недовольно вздыхает он и чуть сильнее сжимает руль.

– Не опять, а снова, и не началось, а не заканчивалось, – терпеливо поясняю и упрямо складываю руки на груди.

Иногда Илья становится просто невыносимым. Он принципиально не одобряет мое общение со школьницей, но я никак не могу понять природу его негодования. Ничего плохого я не делаю. Никаких границ не перехожу. Да, уделяю чуть больше внимания, чем другим ученикам. И то, в свое свободное время.

– Зачем тебе это?

– Илюш, не начинай, – снисходительно закатываю глаза. – Мне нравится с ней общаться, и я буду с ней общаться.

– Хорошо, – неожиданно быстро соглашается он, но тут же продолжает: – Обязательно сегодня? Может, перенесешь?

– Не могу, и так уже несколько раз переносила.

– Ладно, куда тебя вести?

– В «Живаго» на Некрасова.

– Зачем так далеко? Есть кафешки гораздо ближе, хотя бы в нашем районе.

– Ни к чему привлекать лишнее внимание, сплетни и слухи еще никому не шли на пользу. – Эту простую истину я усвоила очень давно.

– Я тебе поражаюсь… – насмешливо тянет Илья и переключает внимание на дорогу. Проезжает пару кварталов, сворачивает во двор одного из домов и останавливается около нужного заведения.

– Пойдешь проверишь? – язвительно спрашиваю я и надеваю туфли.

Муж лишь усмехается и качает головой. У меня безупречная репутация. Ни одного повода ревновать за те десять лет, что мы женаты.

– Сколько тебе нужно времени?

– Часа два, не меньше.

– Напиши мне, я как раз тоже освобожусь и тебя заберу.

– Хорошо, напишу, – целую его в щеку и выхожу из машины, на автомате поправляя платье.

Вхожу в кафе, вижу свою ученицу и иду к ее столику. Девочка поднимается мне навстречу. Все чувства отражаются на ее лице, что трогает до глубины души. Не сдерживаюсь и притягиваю ее к себе.

– Здравствуйте, Елена Борисовна, – шепчет Аня, робко обнимая меня в ответ.

– Привет, моя хорошая, я опоздала чуть-чуть, извини, – отстраняюсь и, виновато улыбнувшись, опускаюсь на стул.

Я очень рада нашей встрече, а еще больше тому, насколько формат нашего общения изменился за несколько лет. В самом начале оно напоминало отношения мамы и дочки, а сейчас – уже добрых подруг.

– Я уже думала, вы не придете, – честно признается она, потупив взгляд.

– Ну что ты, как я могла? Если бы что-то поменялась, написала бы.

Внимательно рассматриваю Анюту и не могу сдержать улыбку. К одиннадцатому классу из смешной и застенчивой девочки она превратилась в красивую девушку, добрую и отзывчивую. И очень отрадно, что я сыграла не последнюю роль в становлении ее как личности.

– Как твои дела? Как отдохнула?

– Отлично, – саркастично хмыкает она. – На даче с матерью и отчимом прекрасный отдых.

– Анют, ну они хотя бы стараются…

Я не понаслышке знаю о непростой ситуации в ее семье и как могу стараюсь сглаживать возникающие конфликты.

– Поэтому и не сбежала на следующий день после приезда, а мужественно продержалась целый месяц. – Аня демонстративно отворачивается к окну.

Гормоны и переходный возраст во всей красе. Немудрено, что мать не может с ней справиться. А отец давно живет в другом городе и видит дочь крайне редко.

– Ты молодец, чем занималась?

– Помимо огорода-то? Бунина читала, кто-то же должен выполнять то, что задают на лето.

– Похвально, и как тебе? – невольно расплываюсь в улыбке.

Неужели кто-то и правда читает то, что задают на лето?

– Честно?

– Да.

– Мура какая-то, вот Булгаков мне больше понравился.

– Это не главное. Ты прочитала, в мозгу отложилось, когда-нибудь пригодится…

Все чаще прихожу к выводу, что только рядом с Аней мне по-настоящему хорошо, все насущные проблемы отходят на второй план, кажутся не важными, не имеющими смысла. Хоть и понимаю, что это ненадолго – когда-нибудь нам все равно придется расстаться. Это пока Анюта тянется ко мне, нуждается в опеке, но пройдет совсем немного времени, и она встретит какого-нибудь хорошего парня. А мне останется лишь пожелать ей счастья и отойти в сторону. От этих мыслей на сердце становится неспокойно, но я отгоняю их прочь.

– Как, кстати, ваш отпуск прошел?

– Ты знаешь, отлично, ездили семьей в Испанию на две недели.

Воспоминания о летнем отдыхе приятно греют душу и поднимают настроение. Целых четырнадцать дней, проведенных с любимыми мужчинами на берегу Средиземного моря. За это время я успела полностью расслабиться и зарядиться энергией на предстоящий учебный год. А главное – забыть все те гадкие видео, что присылал мне какой-то отморозок. Илья доказал, что любит только меня, предан и верен своей семье.

– Как здорово, – искренне улыбается Анна, глаза ее оживленно блестят. – Может, фотографии остались?

– Я отправлю в наш чат, – заговорчески шепчу я и улыбаюсь в ответ.

– Буду ждать. Рада, что хоть у вас все хорошо.

Звучит как-то многозначительно, словно с каком-то подтекстом, и мне это совсем не нравится.

– Да, у меня все хорошо, – решительно подтверждаю. – Анют, не переживай, у тебя все наладится, я уверена, – накрываю ее ладонь своей, чтобы хоть немного поддержать.

– Только я вот не очень уверена, – обреченно выдыхает она. – Ну не будем о грустном…

Совсем девочка расклеилась.

– Как скажешь. Учебный год скоро начнется, ты готова к трудовым будням?

– Ничего себе к веселому перешли, – усмехнулась Аня. – Не готова. Не хочу, угнетает меня этот строгий режим.

– Думаешь, в колледже было бы лучше?

– Понятия не имею, может, смена коллектива пошла бы мне на пользу…

– Жалеешь, что пошла в десятый класс?

В конце девятого класса мы долго беседовали на эту тему. Аня хотела забрать документы и пойти в училище, но я отговорила ее, просто испугалась, не захотела отпускать… Но имела ли я право вмешиваться в чужую жизнь?

– Нет, не жалею, я ради вас не ушла и сейчас считаю, что вы были правы.

– Приятно слышать… – Эти слова тешат мое самолюбие.

– Я скучала по вам, – на эмоциях выпаливает она и, почувствовав, как вспыхивают щеки, смущенно опускает взгляд.

– Мне тоже тебя не хватало, – призналась в ответ, остро ощутив, что ей это нужно.

Приподнимаю ее голову за подбородок и вынуждаю посмотреть мне в глаза. Эта девочка любит меня, горячо и преданно, что, несомненно, подкупает.

Трель телефонного звонка безжалостно врывается в сознание, заставляя нас обеих вернуться в реальность.

Анна проводит пальцем по экрану, принимая вызов, и подносит мобильный к уху.

– Да блин, вы издеваетесь, что ль? – раздраженно бросает она и замолкает на несколько секунд, выслушивая очередную тираду. – Ладно, сейчас приду.

Откладывает телефон в сторону и виновато смотрит на меня.

– Простите, мне нужно уйти…

– Я поняла, – грустно улыбаюсь я. – Проблемы?

– Все как всегда…

Либо отчим выпил лишнего, либо младшую сестру не с кем оставить.

– Я могу чем-нибудь помочь?

– Да чем вы мне поможете? – Голос звучит совсем обреченно. – Если только удочерите меня…

Болезненно давит в груди.

– Я бы с радостью, но…

– Спасибо за поддержку, для меня это очень важно, – шепчет Анна, сдерживая подступившие слезы.

Поддавшись порыву, пересаживаюсь на стул рядом с ней и крепко обнимаю за плечи, чтобы хоть немного успокоить.

– Не надо плакать, все же хорошо, никто не умер. А мы с тобой скоро встретимся снова, первого сентября на линейке.

– Белые хризантемы, я помню.

– Из раза в раз одно и то же.

Каждый год я запрещаю ей дарить мне цветы первого сентября, чтобы не компрометировать себя в глазах остальных педагогов, и каждый год Аня упрямо нарушает установленный запрет, преподнося букет моих любимых хризантем. Я давно смирилась и признала свое поражение. Теперь это просто безобидная игра.

– Традициям надо следовать, – гордо заявляет Аня, выходит из-за стола и перекидывает сумку через плечо.

– Напиши, как дойдешь до дома, – прошу ее.

– Хорошо.

Провожаю девочку взглядом и смотрю на часы. Управилась в пятнадцать минут, а планировала два часа. Илья, скорее всего, еще занят, писать ему сейчас – это нарваться на ругань, а так не хочется портить вечер.

Двоюродная сестра Юлька давно зовет в гости и обижается, что я никак не найду на нее время. Может, пора наведаться в гости? Она как раз живет в соседнем доме. Звоню ей – не берет трубку. Но меня уже не остановить. Заказываю бутылку шампанского, вермут и сок. Расплачиваюсь по счету и выхожу из кафе.

До дома сестры дохожу минут за пятнадцать, на таких шпильках очень-то не побегаешь. Вхожу в подъезд вместе с какой-то женщиной и поднимаюсь на лифте на седьмой этаж. Подхожу к квартире Юли и нажимаю кнопку звонка.

– Открой, это доставка, – слышится за дверью голос сестры. Ой. Я, наверное, не вовремя. Запоздалое раскаяние накрывает, надо было все-таки предупредить о своем визите, но не убегать же теперь. Заодно и познакомлюсь с ее принцем, о котором она мне все уши уже прожужжала. За дверью слышатся тяжелые шаги, и несколько раз щелкает замок.

Сигнал входящего сообщения отвлекает от главного на пару мгновений. Разблокировав телефон, нажимаю на мигающий значок. Смс от Анюты: «Я дома. Спасибо… За все…»

Невольно улыбаюсь и поднимаю голову как раз в тот момент, когда дверь распахивается и я вижу Илью в одном лишь полотенце, обмотанном вокруг бедер.

Эм… вот так встреча… все слова мгновенно испаряются из моей головы.

– Лена? Илья? – восклицаем мы в один голос и ошарашенно смотрим друг на друга.

Глава 2. Елена

Мой муж? Голый? В квартире моей сестры? Пазлы происходящего стремительно складываются в единую картину, и ледяная волна осознания врезается в меня, обнажая суровую реальность.

– Как ты мог? – с трудом выдавливаю и до боли закусываю губу, чтобы не разрыдаться. Только не сейчас и больше не при нем.

– Ты все не так поняла. – Илья произносит банальную фразу из дурацкого сериала. Как пошло и гадко. Отшатываюсь и шумно втягиваю носом воздух. Спокойно. Надо держать лицо во что бы то ни стало.

– Котик, ты чего там зацепился? Я уже соскучилась…

За спиной мужа слышится голос Юли, а затем ладонь с аккуратными красными ноготками по-хозяйски скользит по его плечу. Как завороженная слежу за ней и явственно ощущаю, как земля дрожит под ногами. Мой идеальный мир рушится на глазах, погребая под руинами, а я уже ничего не могу сделать.

– Ой… – Сестра, наконец появляется из-за спины Ильи. Ее глаза недоуменно распахиваются, а по лицу пробегает тень. Криво усмехаюсь. Какой-то кошмарный сон, который никак не закончится.

До этого момента еще можно было придумать хоть какое-то оправдание. Любое. Самое нелепое. За уши притянуть все что угодно. Как я и делала все это время. Но сейчас все слишком очевидно. Любимый муж мне изменяет. Банально и очень больно. В груди горит от сдерживаемых рыданий, а горло саднит.

– Лен, я все тебе объясню. – Илья небрежно стряхивает ладонь Юли и делает шаг ко мне. Полотенце развязывается, и он едва успевает подхватить его.

– Не стоит, – усмехаюсь я, наблюдая за его потугами выкрутиться. – Это вам, – отдаю принесенный с собой алкоголь. – Приятного вечера.

Разворачиваюсь к лестнице и торопливо ухожу, боясь, что Илья попытается меня задержать.

– Лен, подожди, – кричит он мне в спину. – Лена!

Но я уже ничего не слышу, буквально оглушенная. Лишь каблуки цокают по бетонной лестнице в такт сердцу. Крепко держусь за перила и бегу по ступенькам. Сама не замечаю, как они заканчиваются и я оказываюсь на улице. Как рыба, выброшенная на берег, хватаю ртом горячий воздух и пытаюсь отдышаться.

Икры сводит от напряжения, такие марафоны на каблуках не устраивают. Ноги дрожат, а сердце готово выпрыгнуть из груди. Инстинктивно поднимаю голову и облегченно выдыхаю: никто за мной не бежит.

Обхватываю себя руками и медленно бреду домой. В голове ни одной мысли. Не чувствую ничего, словно внутри все покрылось толстой коркой льда. Лишь горячие слезы плотным потоком застилают глаза.

Домой добираюсь на автопилоте. Вхожу в квартиру и без сил опускаюсь на пуфик в коридоре. Меня всю трясет. Не знаю, что делать дальше. Я потерялась во времени и пространстве. Смотрю на себя словно со стороны и просто жду продолжения. Как в идиотском сериале. Но, увы, все это бессмысленно, за меня никто ничего не решит и не сделает.

Повинуясь какому-то порыву поднимаюсь на ноги и иду в нашу с Ильей спальню. Достаю чемодан и начинаю монотонно складывать в него вещи мужа. Просто чтобы занять чем-то руки и не сойти с ума. Крупные слезы текут по щекам, а перед глазами проносится наша семейная жизнь. Десять лет брака. Десять лет счастья и любви. Но все оказалось иллюзией.

Невольно представляю мужа в объятиях любовницы, и внутри все скручивается от боли.

Отчетливо вижу, как Илья прикасается к другой женщине. Целует, как целовал меня. Трогает, ласкает, сжимает в крепких объятиях в порыве страсти. В груди нестерпимо горит, а из горла рвутся отчаянные рыдания. А самое мерзкое, что он после нее приходил ко мне. Ложился в супружескую постель и как ни в чем не бывало обнимал и целовал. Шептал о любви, а сам думал о другой. Как же все это отвратительно! К горлу подкатывает тошнота, а от омерзения едва не выворачивает наизнанку. Хочется отмыться от этой грязи, как можно быстрее.

По инерции начинаю активнее швырять одежду в чемодан. Хочется как можно скорее избавиться от его присутствия в моем доме и жизни. Не хочу больше его видеть. Никогда!

– Что ты делаешь? – Напряженный голос мужа эхом проносится по комнате.

Вздрагиваю и оборачиваюсь. Илья стоит в дверях, прислонившись плечом к косяку. Такой любимый и родной, но теперь уже совершенно чужой. Смотрю на него сквозь пелену непрошенных слез и понимаю, что все это правда. Не дурной сон, не кошмар и даже не галлюцинации.

Илья молчит, а я чувствую, как с каждой секундой пропасть между нами все увеличивается. Я, как дура, все еще жду его оправданий. Очередного обмана и доказательств его верности. Готова поверить во что угодно, лишь бы унять это адское пламя в груди.

Но муж не собирается оправдываться, как в общем и вымаливать прощения, стоя на коленях, тоже. В его глазах нет раскаяния, он даже не жалеет ни о чем. Очередной болезненный укол ядовитым жалом прямо в мое измученное сердце. Значит, самой придется все это решать.

– Давно ты мне изменяешь? – Нолос предательски дрожит.

– Лен, я… послушай, – выдыхает Илья, а я лишь качаю головой.

– Нет, больше не хочу ничего слушать! – зажимаю уши руками. – Я, как идиотка, верила тебе все это время, а ты… Почему?

Отчаяние душит, раздирая сердце в клочья, но всеми силами стараюсь сохранить хоть каплю гордости и самоуважения.

– Да, я изменял тебе, – сухо и равнодушно сообщает он, как будто мы обсуждаем погоду за окном. – Признаю, но это ничего не значит.

– Какая благородная честность, – криво усмехаюсь, торопливо стираю слезы с лица.

Хватит. Если этот мужчина ни во что меня не ставит, то и мне не стоит тратить на него время. Только в этот момент я до конца понимаю, что больше ничего не осталось. Счастье, которое я так старательно оберегала, разбилось вдребезги и разлетелось на мелкие осколки. Я стою на них босыми ступнями, чувствую характерный хруст и боль от того, как острые края впиваются в кожу.

– Но и ты, знаешь ли, не идеальна.

– Что? – недоуменно округляю глаза. Мне себя упрекнуть не в чем.

– Посмотри на себя, в кого ты превратилась? – Сердце пропускает удар за ударом. – Когда ты последний раз была в салоне или тренажерке? Ты давно запустила себя и погрязла в быту. – Нервно сглатываю, давясь слезами. Я же все для них с сыном делаю. – Да ни один мужик в здравом уме не захочет тебя.

Закрываю рот ладонью, чтобы не взвыть раненым зверем. Больно. Невыносимо. Прикрываю глаза всего на мгновение и перевожу дух. Вдох-выдох. Ловлю шаткое равновесие.

– Пошел вон! – цежу сквозь зубы, цепляясь за остатки гордости

– Что? – снисходительно усмехается Илья и идет ко мне.

– Уходи, – выставляю руки вперед, пытаясь защититься. – Я не хочу тебя больше видеть.

– Ты ничего не перепутала? – рычит он и хватает меня за плечо. – Все, что ты сейчас имеешь, дал тебе я. Семью, деньги, дом.

– Что ты несешь? – решительно вырываюсь. – Квартиру подарили нам на свадьбу мои родители.

– А записана она на меня. – Ухмылка Ильи становится издевательской.

Они же предупреждали меня, но я сама настояла, чтобы хозяином квартиры стал Илья. Ему это нужно было, чтобы взять кредит для бизнеса. Господи, какая же я дура.

– Ты моя жена и обязана жить по моим правилам.

В ушах гудит от его слов. Это как? Терпеть измены? Неужели он все это серьезно? Не могу поверить. Просто в голове не укладывается. Ущипните меня кто-нибудь. Я хочу проснуться от кошмара.

– Не нравится? – продолжает давить муж. – Собирай вещи и вали отсюда.

Это уже слишком. Просто за гранью. Я не узнаю человека, с которым прожила десять лет своей жизни. Вскидываю на него глаза и замахиваюсь, чтобы отвесить звонкую пощечину. Но Илья ловит мое запястье и сильно сдавливает. Смотрит в глаза и давит своим превосходством.

– Пусти, – всхлипываю и пытаюсь вырвать руку. – Мне больно.

Он подводит меня к шкафу и отпускает.

– У тебя десять минут, чтобы принять решение, – холодно сообщает супруг и выходит из комнаты.

Провожаю его недоуменным взглядом. Решение? Он что, считает, что я могу остаться с ним после всего этого? Ни за что! Дрожащими руками достаю второй чемодан и начинаю складывать свои вещи. Ничего не понимаю. Совершаю механические движения, но в голове густой туман. Что происходит с моей жизнью? Когда она успела развалиться на части? Еще вчера я была счастлива и парила в облаках, а сейчас лечу в беспросветную пропасть без малейшей надежды на спасение.

Шумно выдыхаю, окидывая в последний раз взглядом комнату, в которой с такой любовью делала ремонт, и закусываю губу, чтобы вновь не разреветься. Хорошо хоть сын сейчас у бабушки и не видит всего этого. Ни к чему ребенку участвовать во взрослых разборках. Есть еще немного времени до первого сентября устроиться где-то на новом месте и забрать его.