Луна и солнце Людовика XIV

Принципы Филалета

для руководства фазами герметического Деяния, составленные Эйренеем Филалетом, англичанином по рождению и обитателем Вселенной

1. Не приступайте к Великому Деянию на основе правил, которые были вам внушены невеждами или книгами софистов, и никогда не отклоняйтесь от следующего принципа: если стремитесь вы к Золоту или Серебру, пусть будут Золото и Серебро единственным материалом, с коим будете вы работать посредством нашего Ртутного источника, приготовленного для промывки их, и сие потребует от вас чрезвычайного тщания.

2. Не прислушивайтесь к говорящим вам, будто Золото наше есть Золото не обычное, но физическое: верно, что обычное Золото мертво, однако приготовляем мы его таким образом, что оно вновь оживает, как мертвое зерно оживает в земле. По истечении шести недель Золото, которое было мертвым, в деянии нашем становится живым и плодоносным, ибо помещено было в подходящую для него почву, под коей разумею я наш состав. Итак, можно по справедливости называть его нашим Золотом, ибо мы соединили его с агентом, призванным дать ему жизнь; ведь бывают случаи противоположного толка, когда осужденный на смерть именуется покойником, потому что он скоро умрет, хотя и живет еще.

3. Помимо Золота, которое являет собой тело и исполняет роль мужского начала в Деянии нашем, вам понадобится другое семя, иными словами: дух, душа, женское начало; семя это представляет собой текучую Ртуть, подобную по облику своему обычному жидкому серебру, только более чистому и светлому. Некоторые используют вместо Ртути растворы и жидкости всякого рода, именуя их Философской ртутью. Не позволяйте соблазнить себя красивыми речами и не совершайте таковую работу, ибо она бесполезна; нельзя собрать то, что посажено не было; плод вырастает из посаженного зерна; и если вы сажаете Золото в землю или в Ртуть, которые не являются металлическими и не однородны с металлами, вместо металлического эликсира получите вы в результате операции своей лишь бесполезную презренную известь.

4. Ртуть наша по сути своей совпадает с обыкновенным жидким Серебром; но отличается от него формой своей, небесной, огненной, совершенной; качества эти получает она посредством нашего Искусства во время приготовления.

5. Секрет же приготовления состоит в том, что нужно взять минерал, близкий к Золоту и Ртути. Его следует пропитать летучим Золотом, каковое обретается в Марсе[21], затем очистить им Ртуть по меньшей мере семь раз. По завершении этого Ртуть готова к Королевской, или Золотой, ванне.

6. От семи до десяти таковых операций очищают Ртуть и делают ее более активной, поскольку каждый раз смачивается она нашей истинной серой; но если превзойти это число приготовлений, или возгонок, станет она слишком огненной и, будучи уже не в силах растворить вещество, сама собой загустеет, так что Золото не сможет с нею сплавиться или в ней раствориться.

7. Эту разжиженную, или одушевленную, Ртуть должно еще, два или три раза дистиллировать в стеклянной реторте, так как в процессе приготовления могли остаться кое-какие атомы вещества; затем надо промыть ее в уксусе, или аммиачном растворе; теперь она готова для нашего Деяния, что следует понимать в смысле метафорическом.

8. Всегда для этого Деяния выбирайте Золото чистое и без примесей; если приобрели вы его не таким, сами совершите очистку обычными способами. После этой операции обратите его в тонкий порошок путем опиливания или как-то иначе; можно также раскатать его или, если захотите, растворить на огне в любом едком веществе: всякий метод годится, лишь бы оно стало очень тонким.

9. Теперь переходим к смеси. Возьмите одну или две унции приготовленного вещества и две или три унции одушевленной Ртути, о которой я вам уже говорил; смешайте их в мраморной ступке, нагретой до температуры кипящей воды; растолките и разотрите их, пока не смешаются они в одно целое, затем влейте уксус и соль, чтобы добиться совершенной чистоты, затем смягчите раствор теплой водой и тщательно высушите его.

10. Хотя все предшествующее и выглядит загадочным, заверяю вас в искренности моей: именно тем способом, которому я вас научил, мы пользуемся сами, и все древние философы использовали этот способ, ибо нет другого. Хитрость наша состоит лишь в том, что в работе этой применяется два рода огня.

Внутренний тайный огонь есть орудие. Бога, человеку не дано познать свойства его. Мы будем часто говорить об этом огне так, словно речь идет о внешнем воздействии жара: именно отсюда проистекают ошибки многих ложных философов и людей неосторожных. Этот наш огонь разделен на градусы, тогда как внешний жар является почти линейным. то есть ровным и одинаковым на протяжении всей работы, но лишь в Белом Деянии может он быть неизменным, кроме первых семи дней? когда поддерживаем мы его более слабым ради чистоты Деяния; впрочем, опытный философ в таких разъяснениях не нуждается.

В отличие от внешнего жара тайный огонь с каждым часом неприметно усиливается, отчего раствор ваш ежедневно обновляется посредством варки, и цвета его изменяются, показывая степень созревания. Здесь развязан мною чрезвычайно сложный и прочный узел, поэтому должны вы всегда помнить об этом и более не впадать в заблуждение.

11. Вам нужно приготовить стеклянный сосуд или колбу, без которой невозможно завершить работу: пусть она будет овальной или круглой и подходящей по размеру, то есть способной вместить вашего состава еще столько же, сколько вы туда поместили; мы называем ее философским яйцом; стекло должно быть толстым, в высшей степени прозрачным и без единого изъяна; горлышко же высотой не более чем пол фута. Когда поместите вы туда ваш состав, горлышко следует герметически закупорить, что не осталось ни единой щелочки, ибо тончайший дух испарится через самое крохотное отверстие, и труд ваш пропадет впустую.

Чтобы убедиться в должной закупорке сосуда, произведите следующий опыт, никогда не дающий осечки. Охладив сосуд, поднесите горловину ко рту и с силой вдохните: если есть хоть малейшее отверстие, вы извлечете содержавшийся в сосуде воздух, который, едва отнимете вы губы от горлышка, вернется туда с ясно различимым для уха свистом; опыт сей всегда оказывался удачным.

12. Необходимо также иметь печь, которую мудрецы называют атанором. В ней сможете вы завершить ваш труд. В первой фазе понадобится такая печь, где можно поддерживать жар тускло-красный или более слабый, по желанию вашему, но не меньше двенадцати часов должен он пребывать в одинаковом состоянии, отдавая полностью тепло; если подобная печь у вас есть, соблюдайте следующие пять условий.

Первое состоит в том, что «гнездо» для яйца должно быть равно размерами поддону и чтобы пустого пространства было не больше дюйма; тогда огонь, вырывающийся из отверстия, обхватит под-дон целиком.

Второе состоит в том, что поддон должен вмещать лишь сосуд, колбу или философское яйцо, чтобы между дном и стенами колбы поместился слой пепла толщиной в дюйм; всегда помните слова философа: «Один сосуд, одна материя, одна печь».

Поддон должен находиться прямо над отверстием, под которым разведен огонь, причем отверстие должно быть лишь одно и диаметром примерно в два дюйма; вырывающийся из него язык пламени нужно всегда регулировать по высоте сосуда, чтобы жар распространялся вокруг него и постоянно поддерживался, если в том есть необходимость.

Третье условие: полость печи должна в три или четыре раза превосходить диаметр поддона; если он слишком велик, вам никогда не удастся нагреть сосуд равномерно и постоянно, как это необходимо.

Третье условие: полость печи должна в три или четыре раза превосходить диаметр поддона; если он слишком велик, вам никогда не удастся нагреть сосуд равномерно и постоянно, как это необходимо.

Четвертое условие: если окружность печи не достигает примерно шести дюймов в месте нагревания, то пропорции вами не соблюдены и должного уровня нагрева вам не добиться; если же вы превысите эту меру и пламя распространится шире, оно окажется слишком слабым.

Наконец, пятое условие состоит в том, что в передней стенке печи должно быть одно отверстие, размером около дюйма; этого достаточно для подкладывания философского угля, дабы тот снизу усиливал пламя.

13. Когда все будет именно так устроено, поместите яйцо, в котором содержится ваша материя, в печь и нагревайте его согласно требованиям природы, то есть на огне слабом и не слишком жарком, ибо вы начинаете там, где природа закончила.

Вы не должны забывать, что Природа оставила материю в царстве минералов, и хотя сравнения наши мы черпаем у растений или у животных, вам следует приспособляться к тому царству, где находилась материя, с коей вы желаете работать; например, если я сравниваю зачатие человека и прорастание зерна, не думайте, будто, по мнению моему, тепло. подходящее для одного из них, является таковым и для другого; ибо мы уверены, что в земле, где прорастают зерна, имеется тепло, которое растения чувствуют с первых весенних дней; однако такого тепла недостаточно, для созревания яйца, а человек не только не почувствовал бы его, но? напротив, был бы охвачен холодом. Поскольку труд ваш целиком зависит от царства минералов, вы должны определить необходимую меру тепла, со всем тщанием различая слабый и сильный жар.

Помните также, что Природой вы не только оставлены в царстве минералов, но и должны работать с Золотом и Ртутью, а оба эти металла не горят; что Ртуть чутка и может разорвать удерживающий ее сосуд, если огонь слишком силен. Пусть она не горит и огонь не может ей повредить, но вы должны удержать ее вместе с мужским семенем в одном стеклянном сосуде, а это сделать невозможно при слишком жарком пламени, из-за которого вы не сумеете осуществить Деяние.

Поэтому даже более сильный жар, удерживающий в расплавленном состоянии свинец и олово, можно оценить как умеренный или ограниченный, ибо он не должен повредить сосуд. Отсюда видно, что начинать необходимо с уровня тепла, присущего тому царству, в коем оставила вас Природа.

14. Весь последовательный ход этого опыта, который символизирует воздействие Луны на почву, состоит в том, чтобы подняться вверх облаком и пролиться дождем; поэтому советую вам постоянно возгонять пары? чтобы камень полнился воздухом и мог жить.

15. Но этого еще недостаточно для получения устойчивого раствора: нужно, чтобы вода нашего озера кипела с пеплом дерева Гермеса. Советую вам поддерживать ее в состоянии кипения денно и нощно, чтобы в волнениях бурного моря небесная субстанция поднималась вверх, а земная опускалась вниз. Конечно, без точного расчета этой операции, суть которой – в кипении, мы никогда не сможем назвать наш труд актом огненного преобразования; это будет всего лишь вываривание; ибо, если дух вещества циркулирует в тишине, а сами вещества, находящиеся внизу, не перемешиваются в процессе кипения, это называется именно вывариванием.

16. Не торопите процесс в надежде получить урожай до созревания жатвы – так я называю Деяние; напротив, усердно трудитесь на протяжении целых пятидесяти дней, но не более, и тогда удача, может быть, забрезжит вдали.

Многим, говорит философ, наш труд представляется легким; лишь те, кто в него погружался, знают, сколь он труден. Например, бросив в землю зерно, через три дня вы увидите, что оно набухло; стоит, однако, вынуть его из земли, оно высохнет и вернется в первоначальное состояние. Между тем, поместили его в подходящее лоно, ибо зерно принадлежит земле; но необходимого для созревания времени ему не хватило. Самые твердые семена требуют для вызревания более долгого нахождения в земле; к таковым относятся орехи, косточки вишен и прочих фруктов; у каждого вида – свой срок, и этим ясно доказывается природная и плодоносная сущность процесса, каковой свершается то истечении предписанного времени, без преждевременного ускорения.

Неужели вы думаете, что самое прочное в мире вещество, каким является Золото, может изменить форму свою за столь краткое время? Нужно пребывать в ожидании до сорокового дня, когда появятся первые признаки почернения. Увидев сие, поймете вы, что ваше вещество разрушено, то есть обращено в душу живую, тогда как дух умер, то есть слился с веществом; но до появления черноты Золото и Ртуть сохраняют изначальную форму и природу.

17. Следите за тем, чтобы огонь не угасал ни на секунду; ибо малейшее охлаждение материи неизбежно погубит Деяние.

Из всего сказанного следует, что наш труд состоит в постоянном кипячении смеси на первом уровне растворяющего тепла, которое содержится в металлическом царстве, где внутренний пар циркулирует вокруг материи, и в этом дыму оба они умрут. чтобы затем воскреснуть.

18. Поддерживайте огонь до появления красок; сначала вы увидите белизну. Когда она покажется (сие произойдет к концу пятого месяца), станет близким создание белого камня. Возрадуйтесь тогда, ибо с Востока в ореоле славы явится Царь, победитель смерти, и возвестит о сем лимонно-желтый круг, предвестник его или посланник.

19. Смело поддерживайте огонь, пока вновь не появятся краски, и вы увидите, как дивно заалеет полевой мак. Восславьте Господа и благодарите Его.

20. Наконец, хотя камень ваш совершенен, следует прокипятить его или, скорее, вновь пропечь в той же воде, в тех же пропорциях и в том же режиме; только пусть огонь будет немного слабее; тем самым вы умножите количество и силу его согласно вашему желанию; повторять это можно столько раз, сколько захочется.

Пусть Господь, Отец света, Верховный Повелитель, Творец любой жизни и любого блага, ниспошлет на вас благодать, показав вам это воскрешение, дабы вошли вы в землю жизни, землю, обещанную верующим в Него, и когда-нибудь приобщитесь к жизни вечной. Да будет так.

Конец трактата

– «Принципы Филалета» можно считать кратким изложением его же знаменитого трактата «Открытый вход в закрытый дворец Короля». Я решил воспроизвести этот текст полностью, как ранее – текст «Изумрудной скрижали», чтобы читатель получил представление об основных трудностях, которые подстерегают изучающих герметическое искусство.

В сочинении Гермеса Трисмегиста главное препятствие – невнятность; нужно признаться, что понять «Скрижаль» почти невозможно (кстати, знаменитый комментарий к ней адепта Гортулена едва ли менее сложен). В трактате Филалета, напротив, все кажется предельно ясным. Он прямо говорит, что пресловутой первичной материей служит золото (уточняя, что речь идет об обыкновенном золоте), и намекает, что философской ртутью называется имеющееся в продаже жидкое серебро, приготовленное. особым образом. Что касается объяснений относительно этапов Деяния, то они представляются чрезвычайно убедительными. И тем не менее трудно найти более обманчивый, лукавый текст.

Прежде чем рассмотреть его, следует вспомнить наблюдение Шредера[22]: «Когда философы говорят без обиняков, я не склонен им доверять. Когда они изъясняются загадками, я начинаю размышлять». Не будем забывать и слова, с которыми обратился к своему читателю Артефий: «Несчастный идиот! Неужто ты в простоте своей подумал, будто мы изложим тебе ясным и внятным языком величайшую и важнейшую из тайн? Неужто ты готов принять слова наши буквально? Уверяю тебя, тот, кто станет толковать написанное философами в прямом и буквальном смысле, непременно заблудится в тупиках лабиринта и не выберется из него никогда, ибо не обладает нитью Ариадны, которая могла бы его направить и вывести на верную дорогу, так что любые труды его окажутся тщетными, а деньги будут выброшены на ветер».

Наконец, и это особенно важно, следует помнить слова самого Эйренея Филалета. сделавшего в своем трактате «Открытый вход в закрытый дворец Короля» следующее признание: «Не стану скрывать, я смешал в одну кучу философские премудрости и такую невероятную чушь, что отсюда нельзя извлечь иного, кроме потерянного времени и бессмысленных расходов, если только многое из того, что я говорил в предыдущих главах, не толковать и не принимать в метафорическом смысле».

Исходя из этого, я могу заверить читателя, что «в метафорическом смысле» следует понимать и тождество первичной материи с обыкновенным золотом, в этом мы окончательно убедимся, когда доберемся до последней части данной книги. Что касается философской ртути, то она тоже не имеет ни малейшего отношения к живому серебру коммерсантов. Это вовсе не означает, что текст Филалета не интересен для нас: напротив. он чрезвычайно ценен как практическое руководство и техническое пособие.

В сущности, разрешить загадку можно только путем сопоставления бесчисленных трактатов; в одном описывается структура первоначальной материи, в другом – ее цвет, в третьем – удельный вес, в четвертом раскрывается, каким должен быть один из компонентов тайного огня, в пятом определяются уровни температуры в атаноре, то есть в печи. Вот единственный способ добиться результата, так что торопыгам здесь делать нечего – это занятие лишь для «поклонников науки».

Алхимия и современная наука

В отличие от астрологии, которую иногда даже преподавали в университетах наряду с обычными классическими дисциплинами, к алхимии в научных кругах всегда относились с подозрением. Несомненно, причиной служит то, что эта наука не может быть усвоена с помощью лекций, ибо речь идет о дисциплине в высшей степени потаенной, опирающейся на древние традиции и доступной только посвященным.

Потаенной, потому что – во исполнение древних запретов – истинная природа таких субстанций, как первичная материя, тайный огонь и философская ртуть, разглашению не подлежит, что исключает возможность ее публичного изучения.

Опирающейся на традиции, потому что алхимия покоится не на научных теориях, всегда открытых для пересмотра, а на нескольких основополагающих принципах, которые не менялись и не могут измениться никогда.

Доступной только посвященным, потому что – за исключением редчайших случаев – для реализации магистерии одного книжного обучения недостаточно; необходима прямая инициация ученика Учителем, ибо только в ней содержится истинный modus operandi. [23]

Из этого понятно, что алхимия никогда не пользовалась благосклонностью официальной науки; тем более что вплоть до самого последнего времени сама мысль о трансмутации считалась абсурдной и невозможной. Сейчас ситуация иная; автор научно-популярных статей Жан Бержье совсем недавно писал: «Все в очередной раз изменилось; в тот момент, когда, наука признала, что атом не является более мельчайшей частицей материи, она вновь вступила на путь, проложенный алхимиками. С открытием элементарных частиц трансмутация становится возможной. Ныне это – почти заурядное явление, в качестве доказательства достаточно привести тот факт, что в мире ежегодно производится несколько сотен килограммов плутония – металла, которого в природе не существует».

Еще пример: если мы откроем книгу «Ртуть» из серии «Что я знаю?» («Que sais-je?»), то увидим, что ее автор, Клеман Дюваль, сразу заводит речь о трансмутациях. Изотоп 189 ртути, говорит он, расщепляется в золото при электронном захвате, а чуть дальше добавляет: «Трансмутацию можно и вызвать. Так, Шерр, Бейнбридж и Андерсон в 1941 г. получили изотопы радиоактивного золота, бомбардируя ртуть быстрыми нейтронами. Нам известна трансмутация ртути в платину посредством химической реакции и в таллий – путем бомбардировки протонами или дейтронами».

В этой цитате один факт сразу привлек мое внимание: ртуть, именно ртуть, столь дорогая сердцу алхимиков, дает золото; а в дальнейшем мы увидим, что точно, так же дело обстоит со свинцом. Разве не удивительно, что из семи известных тогда металлов и прочих имеющихся в наличии химических веществ герметические философы безошибочно выбрали как основу для трансмутации ртуть и свинец? Это произошло совершенно случайно, могли бы ответить мне ученые мужи с факультета естественных наук, поскольку в реальности речь идет о трансмутации радиоактивных изотопов. Случайность в самом деле возможна, однако маловероятна; гораздо более уместным мне кажется слово знание. Знание метода, с помощью которого трансмутация устойчивых изотопов в другие устойчивые изотопы производится без использования фантастической энергии.

Мы к этому еще вернемся. Пока же, констатировав, что сам факт трансмутации доказан, посмотрим: изменилось ли отношение к алхимии? Нисколько. Послушаем вновь Жака Бержье: «Отныне против алхимиков выдвигают другие аргументы. Пусть так, пусть они угадали случайно возможность трансмутации, но их ошибка состояла в том, что они прибегали к химическим методам. Тогда как добиться подобной цели можно только при помощи сложной аппаратуры, которой они ни в коем случае не располагали».

Действительно, позиция официальной науки ничуть не изменилась по сравнению с прошлым веком: герметическое искусство лишено реальной основы, в сочинениях адептов интерес представляют лишь открытия; сделанные ими в сфере органической и неорганической химии. Такая логика выглядит по меньшей мере удивительной: ведь приходится допустить, что алхимик – в одном и том же трактате – описывает новое вещество, способы его изготовления и свойства, то есть выполняет подлинно научный труд, а затем, словно вульгарный шарлатан; принимается рассказывать байки о создании философского камня! Подобный подход представляется мне абсурдным и не слишком честным: либо Василий Валентин, Парацельс и прочие их собратья, обогатившие химическую номенклатуру многочисленными элементами, были фантазерами, которые не могли совершить такие открытия, либо они были подлинными учеными, и тогда нужно с равным уважением относиться ко всему, о чем говорят они в своих трактатах.

К тому же эти открытия отнюдь нельзя отнести к числу мелких, хотя они и являлись побочным результатом основной работы алхимиков. Альберт Великий первым изготовил сульфат калия, а также определил состав киновари (сернистого соединении ртути), свинцовых белил и сурика. Василий Валентин, помимо сурьмы, открыл соляную и серную кислоту. Парацельс обнаружил существовании цинка, Глаубер[24] – сернистого соединения соды (глауберова соль), Брандт[25] – фосфора и других веществ. Нет нужды продолжать этот список, значение которого ясно читателю. Люди, – которые выделили, описали, открыли или изготовили эти вещества, никак не могли быть шарлатанами.

При этом необходимо помнить, что герметические философы не разделяли свой трактаты на две категории, в одних случаях описывая чисто химические открытия, в другом – рассказывая о философском камне. Нет, свои сочинения они целиком посвящали Великому Деянию, упоминая мимоходом о сопутствующих химических открытиях. Такой образ действий не характерен для фантазера или шарлатана – напротив, это позиция ученого, который желает сообщить современникам об открытии, пусть даже и незначительном. Следовательно, эти трактаты должны считаться истинными во всей их полноте.

Впрочем, сегодня практически опровергнуто мнение, будто трансмутацию можно произвести лишь посредством фантастической ядерной энергии. Открытия биолога Керврана показали, что феномен спонтанной трансмутации – вещь обычная в органической материи; более того, сейчас уже очевидно, что отношения между ядром и его электронами в органической и неорганической химии различны. Так, был произведен очень интересный опыт с таким заурядным представителем животного мира, как курица. Этим птицам для формирования скорлупы яиц необходим кальций, и ученые сознательно лишили нескольких особей содержащего кальций корма. Вместо этого в их пищу стали подмешивать слюду, то есть кремниевый алюминат калия. И что же? Обнаружилось, что куры сами вырабатывали необходимый им кальций, а это означает трансмутацию калия (К = 19) с захватом иона водорода (Н = 1) в кальций (Са = 20).

Напрашивается вывод, что имеются совершенно другие способы трансмутации, на уровне атомов и периферийных электронов без бомбардировки ядер с применением мощной энергии; эти способы и могли быть использованы алхимиками.

Новая теория, названная теорией магических чисел и получившая распространение в Советском Союзе, показывает, что за ураном должны существовать сверхтяжелые – но при этом устойчивые – элементы; тогда как ранее считалось, что все трансурановые элементы – радиоактивны и не обладают малой устойчивостью. Уже много говорят об элементе с весом-310 и атомным номером 135 – называется он экасвинец, или суперсвинец. Этот суперсвинец будто бы существует в природе и его микроскопические доли можно обнаружить в обыкновенном свинце. Исследования – пока еще теоретические – его свойств показывают, что при трансмутации он способен выделить устойчивый изотоп золота.

Другое возражение кажется более обоснованным: как могли алхимики приобрести столь удивительные познания о структуре материи, если в основе их воззрений лежала абсолютно ложная теория, согласно которой все металлы состоят из трех субстанций, смешанных в разных пропорциях? Здесь стоит вновь обратиться к Жаку Бержье: «Алхимическая теория о том, что драгоценные металлы могут быть получены из трех элементов, именуемых или обозначаемых как соль, сера и ртуть, с точки зрения химии совершенно лишена смысла. Но не так обстоит дело в физике, если принять во внимание новейшую теорию кварков.