Прорыв Лужско-Старорусского рубежа
- -
- 100%
- +
Огневую мощь немецких войск повышали подразделения реактивных минометов: 1‐й и 3‐й дивизионы 70‐го минометного полка с 36 15‐см реактивными минометами; 4‐я и 5‐я батареи 3‐го тяжелого минометного полка с 12 30‐см реактивными минометами (10, frame 7102158—7102224).
XXXVIII армейский корпус получил во временное оперативное подчинение 12‐ю танковую дивизию. На 1 февраля 1944 г. 12‐я танковая дивизия имела 21 боеготовый танк (3 командирских, 1 Pz. II, 17 Pz. IV), 16 танков были неисправны, в том числе 9 находились в краткосрочном ремонте (10, frame 7095647).
На 22 января в составе двух мотопехотных полков насчитывалось четыре сильных мотопехотных батальона. Запасной батальон дивизии также был сильного состава. Разведывательный батальон имел три роты на автомобилях и 7 разведывательных бронеавтомобилей. Саперный батальон был слабый. Зенитный артдивизион полностью укомплектован. Дивизия имела 13 тяжелых противотанковых орудий, в том числе 7 самоходных. Артиллерийский полк имел 5 легких (20 10,5‐см гаубиц) и 4 (11 15‐см гаубиц) тяжелых батареи, из них 2 легкие (10 САУ «Веспе») и тяжелая (3 САУ «Хуммель») батареи на САУ. Зенитно-артиллерийский дивизион был полностью укомплектован (9, frame 7091477).
На 1 февраля 2‐й батальон 25‐го мотопехотного полка и одна рота находились в Германии, где оснащались БТР и проходили переподготовку. Вечером 2 февраля ГА «Север» просила ОКХ срочно отправить эти подразделения на фронт, к своей 12‐й танковой дивизии (8, frame 7072738).
Солидным дополнением к противотанковым ротам ряда дивизий, имевшим на вооружении штурмовые орудия StuG III, был 303‐й дивизион штурмовых орудий. Его 30 боеготовых штурмгешутцев были приданы 8‐й егерской и 21‐й авиаполевой дивизиям. Наличие штурмгешутцев значительно повышало стойкость немецкой пехоты и ее контратакующие возможности.
Бронетехника XXVIII, XXXVIII и X ак на 1 февраля (10, frame 7095647—648)
Противотанковая оборона дивизий, кроме штурмовых орудий, опиралась на роты буксируемых 5‐см и 7,5‐см орудий. Она была дополнена армейскими средствами усиления: 563‐м и 753‐м противотанковыми дивизионами и 478‐м истребительно-противотанковым дивизионом.
Находившийся в хорошем состоянии 563‐й противотанковый дивизион имел 27 7,5‐см САУ «Мардер» в том числе 1‐я и 4‐я роты у XXXVIII армейского корпуса и 2‐я рота у L армейского корпуса. 3‐я рота находилась в подчинении 21‐й авиаполевой дивизии X корпуса (10, frame 7095646).
478 иптдн на 1 февраля имел 4 реактивных ружья «офенрор» из 216 полагавшихся по штату. Дивизион перевооружался самоходными установками – 7,5‐см орудия на шасси тягачей RSO. Известно, что на 25 февраля дивизион в трех ротах имел 30 САУ: одна рота была придана XXXVIII и две роты – 1 XXVI армейскому корпусу (10, frame 7095646, 7095659).
Таким же плачевным было состояние на 1 февраля 753‐го противотанкового дивизиона – из 27 штатных 8,8‐см орудий имелось только 4, дополненных тремя трофейными советскими 76,2‐мм орудиями. К 25 февраля ситуация улучшилась, 753‐й дивизион имел 9 8,8‐см и 10 7,5‐см орудий (10, frame 7095646, 7095659).
Советские войскаВойска Волховского фронта состояли из 54, 59, 8‐й и 1‐й ударной армий. Главные силы состояли из 26 стрелковых дивизий и 6 стрелковых бригад.
Советская стрелковая дивизия по штату № 04/550 от 10.12.1942 должна была насчитывать 9435 человек. В реальности стрелковые дивизии были значительно малочисленнее. В отличие от вермахта, в Красной Армии под боевым составом понимался фактический состав части (соединения, объединения), включающий штатные силы и средства, а также их средства усиления, предназначенные для выполнения боевой задачи. При этом различали численность штатную, списочную и наличную (фактическую на определенный момент).
В ходе январского этапа Новгородско-Лужской операции стрелковые дивизии и бригады 54, 59 и 8‐й армий понесли тяжелые потери. Больше половины стрелковых дивизий и бригад насчитывали до 4000 человек каждая, именно они вели наступление в первых числах февраля. Из пяти стрелковых дивизий численностью около 7000 человек три входили в состав резервного 99‐го стрелкового корпуса, приданного 8‐й армии. Две дивизии 7000 состава входили в состав 1‐й ударной армии, только что вошедшей в состав Волховского фронта. В резерве фронта (111‐й и 119‐й стрелковые корпуса) находились обе дивизии 6000 состава и еще две численностью до 5000 человек.
Численность стрелковых дивизий Волховского фронта на 5 февраля 1944 года:
пять сд до 7000 состава, что составляло 16 % к общему числу дивизий и бригад;
две сд до 6000 чел. каждая, или 6 %;
восемь сд до 5000 состава, или 25 %;
десять сд и одна осбр до 4000 состава, или 34 %;
одна сд и пять осбр менее чем 3000 состава, или 19 %.
Стрелковые дивизии в трех стрелковых полках имели по два-три батальона в каждом, в батальонах по три роты, в роте два взвода. Штатная численность стрелковой роты дивизии по штату № 04/550 141 боец. Стрелков в ротах дивизии до 7000 состава в среднем было около 80, один из полков был двухбатальонным. Стрелковые роты дивизий 4000–5000 состава имели в среднем 37–40 стрелков, часть рот отсутствовала вообще, а часть имелась только «на бумаге» – насчитывая 1–4 человека (3, л. 14–18).
Близким аналогом немецкой боевой численности пехотных частей и подразделений можно считать активные штыки. Автором обнаружен интересный документ – приказ командира 295 сд, датированный началом января 1943 г., гласящий: «Несмотря на ряд данных указаний командирам частей и подразделений, кого считать в активные штыки, все же до этого времени части активные штыки показывают неправильно. Командир дивизии ПРИКАЗАЛ: В стрелковых полках и подразделениях активными штыками считать: все стрелковые роты, роту автоматчиков, взвод конных и пеших разведчиков и всех ручных пулеметчиков» (6, л. 13).
В контексте приказа, что считать активными штыками, их численность можно считать аналогом немецкой окопной численности. Для полного соответствия немецкой боевой численности к стрелкам следует присоединить бойцов ротного взвода станковых пулеметов и роты станковых пулеметов. По штату № 04/550 рота станковых пулеметов стрелкового батальона полнокомплектной стрелковой дивизии насчитывала 58 человек, сокращенной сд 6500 состава – 38, сокращенных сд состава 4000, 5000 и 6000 человек – 32. В ходе боев состав пулеметной роты мог снижаться до 1–5 человек.
Штаты дивизий сокращенного состава характеризовались большим разнообразием, устанавливаясь каждым фронтом. Кроме того, в ходе боев, из-за понесенных потерь, соотношение численности подразделений, непосредственно ведущих бои, к численности остальных значительно изменялось.
По мнению автора, оптимальным показателем, характеризующим способность советской стрелковой дивизии вести бой – является численность личного состава стрелковых рот. Также это позволяет более адекватно сравнивать силы сторон. Так, сравнение списочной численности советских стрелковых дивизий с боевой численностью немецких частей и подразделений, практикующееся в западной мемуарной и исторической литературе, явно неадекватно.
Численность стрелковых рот стрелковых соединений Волховского фронта
**** 1, л. 3 об. – 8 об.
**** Посчитано исходя из 27 стрелковых рот в дивизии.
**** 3, л. 14–18.
**** Посчитано исходя из фактического количества стрелковых рот в дивизии.
К сожалению, сводные официальные данные о численности личного состава стрелковых рот встречаются редко. Автор использовал «Справки о состоянии стрелковых рот Волховского фронта» на 1 сентября 1943 г. и 8 января 1944 г. Справки позволяют оценить численное состояние стрелковых рот и их соотношение как в начале, так и в конце сражения. Справка на 1 сентября 1943 г. показывает численность стрелковых дивизий и рот после завершения Мгинской наступательной операции, состоявшейся 22 июля – 22 августа 1943 г. Справка на 8 января дает представление о состоянии стрелковых рот накануне Новгородско-Лужской операции.
Фактическая численность стрелковых рот стрелковых дивизий 3000–4000 состава, равняющаяся 200–300 стрелкам, позволяет адекватно оценить немецкие силы. Так, прибывшие из X армейского корпуса на участок 8‐й егерской дивизии, 1‐й батальон 438‐го гренадерского полка 132‐й дивизии и 32‐й фузилерный батальон 32‐й пехотной дивизии насчитывали соответственно 358 и 356 бойцов (9, frame 7091478—1479).
Танковые полки, прибывшие в состав Волховского фронта, на 1 февраля (1, л.1)
Дивизионная, корпусная артиллерия, а также артиллерия усиления были укомплектованы близко к штату. Несколько дивизионных гаубичных батарей, в также 37‐й корпусный артиллерийский полк 14‐го гв. стрелкового корпуса 1‐й ударной армии имели на вооружении 105‐мм немецкие гаубицы. К сожалению, вследствие неблагоприятных условий местности в 8‐й армии к началу операции находилось на огневых позициях только 60 % орудий и минометов. Если учесть затруднения в снабжении боеприпасами, то количество задействованных стволов было еще ниже (5, л. 25).
Артиллерия усиления была в основном представлена полками, вооруженными 152‐мм орудиями. 121‐я гаубичная артиллерийская бригада большой мощности, вооруженная 203‐мм гаубицами, приняла участие в боях только 17–19 февраля. Действуя в составе 54‐й армии, 121 абр БМ выпустила за три дня 857 снарядов по целям в районе Медведь, Нижний и Верхний Прихон, Мшага Воскресенская (1, л. 114).
Волховский фронт обладал многочисленными танковыми и самоходно-артиллерийскими соединениями и частями. На 1 февраля они имели 260 боеспособных боевых машин. Еще 163 танка и САУ требовали ремонта, в том числе заводского (4, л. 14).
Танковые соединения и части в ходе январского этапа Новгородско-Лужской операции только безвозвратно потеряли 94 танка и САУ, еще 260 было подбито (4, л. 15). На 1 февраля 7‐я гвардейская, 16, 29 и 122‐я танковые бригады имели по дюжине боевых машин.
Соотношение сил на 5 февраля 1944 г.
* В знаменателе неисправные.
Ситуацию улучшило прибытие в резерв Волховского фронта трех танковых и одного самоходно-артиллерийского полка. Следует заметить, что обещанных И.В. Сталиным 130 танков Т‐34 (в том числе 60 огнеметных) фронт не получил. Поэтому, на заключительном этапе операции, не получив танков для своих частей, штабы 16‐й и 122‐й танковых бригад объединили под своим руководством эти полки.
В целом войска Волховского фронта на начало февраля не имели существенного преимущества в силах над противостоявшими войсками группы «Фриснер». Противник двукратно превосходил советские войска в тяжелых артиллерийских системах. Если учесть, что большая часть советских артиллерийских орудий отстала и не была выставлена на огневые позиции своевременно, то огневой перевес противника был еще более значительным. Вместе с тем немецкое командование непрерывно выводило соединения и части на другой участок фронта, и в течение операции соотношение сил изменилось в пользу Волховского фронта.
Источники и литература1. ЦАМО РФ. Ф. 204. Оп. 89. Д. 1374.
2. ЦАМО РФ. Ф. 204. Оп. 89. Д. 2237.
3. ЦАМО РФ. Ф. 204. Оп. 89. Д. 2272.
4. ЦАМО РФ. Ф. 204. Оп. 89. Д. 2316.
5. ЦАМО РФ. Ф. 217. Оп. 1221. Д. 5420.
6. ЦАМО РФ. Ф. 7705. Оп. 44020с. Д. 1.
7. ЦАМО РФ. Ф. 9948. Оп. 1. Д. 12.
8. NARA T-311 R-58.
9. NARA T-311 R-70.
10. NARA T-311 R-73.
11. NARA T-311 R-78.
12. NARA T-312 R-625.
13. NARA T-312 R-935.
14. NARA T-312 R-1250.
15. NARA T-314 R-471.
16. NARA T-314 R-804.
17. NARA T-314 R-914.
Планы командования Волховского фронта
22 января командующий Волховским фронтом генерал К.А. Мерецков направил в Ставку доклад о дальнейшем развитии Новгородско-Лужской операции. Мерецков предлагал по овладении рубежом Луга, Сольцы ударную группу фронта, усиленную 99‐м стр. корпусом, повернуть на псковское направление с задачей овладеть этим районом и действовать в дальнейшем по обстановке, либо на Ригу – для взаимодействия со 2‐м Прибалтийским фронтом, либо на Валгу (Валк) – с задачей очищения Эстонии от немцев (4, с. 599).
Армии Волховского фронта получали следующие задачи: 59‐я армия (112, 6 и 7‐й стрелковые корпуса) овладеть районом Луги; 8‐я армия (14‐й и 99 ск) нанести удар через Порхов в направлениях на Псков и Остров; 54‐я армия должна была переправиться через озеро Чудское у Мехикорма и Пыльва для обхода псковского оборонительного района с северо-запада.
Мерецков просил Ставку ВГК установить следующую разграничительную линию с Ленинградским фронтом – Тосно, Сиверский, устье р. Лемовжа, ст. Ямм (все для Ленинградского фронта). (3, с. 599–600).
Директива Ставки ВГК № 220013 от 22 января вернула Мерецкова на землю, приказав овладеть Лугой не позднее 29–30.01. К этому же времени левым крылом фронта выйти на рубеж Луга, Сольцы. Задачу 54‐й армии, после ее выхода в район севернее Пскова, следовало определить в зависимости от обстановки, которая сложится к тому времени. Предложенная командующим Волховским фронтом разграничительная линия с Ленинградским фронтом была утверждена (4, с. 37).
29 января Ставка ВГК в директиве № 220015 указала командующему Волховским фронтом: «Группировка противника, действовавшая перед левым крылом Ленинградского фронта и правым крылом Волховского фронта, отходит на Лугу, Псков. Между тем наступление основной группировки войск Волховского фронта на лужском направлении развивается медленно и требование Ставки овладеть Лугой не позднее 29–30.01 вами не выполняется.
Ставка Верховного Главнокомандования приказывает:
1. Главные усилия войск фронта направить на быстрейшее овладение Лугой.
Подвижными частями перерезать шоссе и железную дорогу южнее Луги не позднее 30–31.01. Левым крылом фронта прочно закрепиться на линии Уторгош, Шимск, обеспечивая операцию главных сил на Лугу. После занятия Луги иметь в виду наступление на Псков из районов Луги и Шимска» (4, с. 38).
Из запрошенных 29 января генералом К.А. Мерецковым 20 000 человек пополнения для стрелковых дивизий, 160 танков Т‐34 (60 из них огнеметных) для танковых бригад и огнеметных танковых батальонов И.В. Сталин обещал направить 12–15 000 человек и 130 танков Т‐34, в том числе 60 огнеметных (1, л. 36–37).
Директивой № 220016 от 1 февраля 1944 г. Ставка ВГК приказала командующим Ленинградским и Волховским фронтами активизировать действия по освобождению г. Луга, указав: «Одной из ближайших задач Ленинградского фронта считать быстрейшее выдвижение в район ст. Мшинская и овладение этой станцией с целью помочь правому крылу Волховского фронта в скорейшем овладении районом Луги.
После овладения районом ст. Мшинская 67 А вывести в резерв фронта в район Волосово, Кингисепп» (4, с. 39).
Директива № 220016 приказывала передать из состава Волховского фронта правофланговый 124 ск 54‐й армии в состав Ленинградского фронта. Корпус передавался в составе 18, 80 и 177‐й стрелковых дивизий со всеми корпусными частями и наличными запасами. До 5.02 124 ск было приказано снабжать распоряжением командующего Волховским фронтом (4, с. 39).
В свою очередь, в связи с продвижением левого крыла Волховского фронта, директивой № 220017 от 1 февраля 1944 г Ставка ВГК приказала «передать с 24.00 2.02.1944 г. 1‐ю ударную армию в составе четырех стр. дивизий и одной стр. бригады со всеми имеющимися частями усиления, армейскими тыловыми частями и учреждениями и наличными запасами из состава войск 2‐го Прибалтийского фронта в состав Волховского фронта» (4, с. 39).
2 февраля К.А. Мерецков предложил И.В. Сталину, в соответствии с обстановкой и директивами Ставки ВГК № 220016 и 220017 от 1 февраля 1944 г., продолжать наступление следующим образом. 59‐я армия наносила главный удар на Лугу с востока на запад на участке между Оредеж и Батецкая. Содействовать 59‐й армии должна была 54‐я армия, наступавшая на Лугу с севера из района Дивенская и с востока, вдоль северного берега р. Оредеж, на Толмачево.
Овладев г. Луга и выйдя на рубеж Сабцы – Волошово – Клабутицы, 59‐я армия должна была продолжать наступление на Псков. В составе армии предполагалось иметь два стрелковых корпуса. Для усиления наступления на новом направлении 59‐ю армию планировалось усилить 111‐м стрелковым корпусом.
8‐я армия должна была продолжать наступление на Клабутицы. Уничтожая Уторгошскую группировку противника, развивать удар в общем направлении на Струги Красные с целью глубокого охвата и окружения Лужской группировки. Для обеспечения своего фланга со стороны Дно, Порхов, при развитии удара на Струги Красные, 8‐я армия выдвигает 14‐й стрелковый корпус на рубеж Ситня – Сольцы – Шимск и в дальнейшем, по обстановке, на линию Дно – Морино – Шимск.
После овладения, совместно с 59‐й армией, г. Луга 8‐я армия должна была продолжать наступление в общем направлении на Остров. В составе армии планировалось иметь два стрелковых корпуса. Для обеспечения наступления на новом направлении армию планировалось усилить 119‐м стрелковым корпусом.
1‐я ударная армия – имеющимися силами должна была прорвать оборону противника в направлении Подсосонье. Далее, развивая наступление в общем направлении на Волот, навстречу 8‐й армии и в обход оборонительного рубежа по р. Полисть, уничтожить Старорусскую группировку совместно с главными силами Волховского фронта, наступающими с севера.
54‐я армия, разгромив совместно с 59‐й армией Лужскую группировку, должна была объединить стрелковые корпуса (в районе Луга, Уторгош, Батецкая), выведенные в резерв фронта. В последующем армия должна наступать за 8‐й армией в готовности развить удар с рубежа Псков – Остров. Предполагалось иметь в армии три стрелковых корпуса (1, л. 47–48).
31 января командующие армиями поставили своим войскам следующие задачи. 124‐й стрелковый корпус должен был, сосредоточив в районе Дивенский, Низовка, Луги две дивизии, 18‐й стрелковой дивизией наступать в направлении Низовка, Бол. Сабицы, Ляды, 80‐й стрелковой дивизией наносить удар вдоль шоссе и ж/д Ленинград – Луга на Мшинская и Толмачево. Одновременно 115‐й стрелковый корпус должен был преследовать противника вдоль северо-западного берега р. Оредеж в направлении на Толмачево (2, л. 35).
Командующий 59‐й армией поставил 112‐му стрелковому корпусу задачу, – прочно прикрываясь на рубеже Кречно, Гузи, Велигощи, продолжать наступление: 377‐й стрелковой дивизией в направлении Оредеж, Луга и 310‐й стрелковой дивизией в обход Батецкая с севера в направлении Дубровка, с задачей к исходу 1 февраля выйти на рубеж Ташино. С выходом в район Ташино перерезать ж/д Батецкая – Луга и не допустить отхода противника на Лугу. Из-за левого фланга корпуса следовало форсированным маршем вывести 2‐ю стрелковую дивизию в направлении Батецкая и содействовать войскам 6 ск в овладении ей.
6‐й стрелковый корпус 59‐й армии получил задачу – прикрывая рубеж по р. Луга у ст. Мойка силами 239‐й стрелковой дивизии и полка 286 сд, остальные части 286 сд вывести в направлении Остров, Головская и совместным ударом с 65‐й стрелковой дивизией на Батецкая, во взаимодействии со 2 сд 6‐го стрелкового корпуса, овладеть ей к исходу 1 февраля (2, л. 36).
В связи с тем что поставленная на 30 января задача – перерезать шоссе Луга – Псков войсками 8‐й армии была не выполнена, командующий 8‐й армией приказал: командиру 7‐го стрелкового корпуса выдвинуть соединения в район Клабутицы, Плюсса, Милютино и перерезать ж/д и шоссе Псков – Луга в указанных районах. Отрезать пути отхода Лужской группировки противника в южном и юго-западном направлении. В последующем, во взаимодействии с войсками 59‐й армии, уничтожить противника в районе Луга.
Отряд, численностью не менее усиленного полка, выдвинуть на рубеж Крюково, Сосновка, Крившица, где перехватить дорогу и не допустить отхода противника из г. Луга на юг, войдя в связь с партизанами для совместных действий. 256‐я стрелковая дивизия должна была установить связь с партизанским отрядом, действующим в районе Оклюжье.
В связи с изменением обстановки на фронте 7‐го стрелкового корпуса, командующий 8‐й армией 31 января приказал: 7 ск прочно обеспечить правый фланг корпуса, продолжать развивать успех в общем направлении на Городец, Мал. Клабутицы. Для этого силами 58 осбр ударом из района Тетеревино к исходу 1 февраля перерезать шоссе Луга – Псков в районе Городец, ж/д в районе Мал. Клабутицы. В последующем подвижными отрядами перехватить шоссе в районе Стаи и не допустить отхода противника из г. Луга на запад, и быть в готовности наступать на Лугу. Одновременно корпус должен активно действовать у Великого Села подвижными отрядами.
14‐й стрелковый корпус ударом 191‐й стрелковой дивизии в южном направлении должен был овладеть рубежом Бол. Уторгош, Уторгош. Развивая успех в направлении Сольцы, не допустить отхода противника на запад, уничтожить его в районе Медведь, Уторгош, Сольцы, Шимск. Вводом в бой 378 сд из-за правого фланга 191 сд к исходу 1 февраля овладеть районом Мал. Уторгош, Городище и развивать успех на Николаево, выйти на рубеж Николаево, Борок.
Наступление войск 8‐й армии должно было начаться в 8.20 1 февраля. Командующий армией обращал внимание командиров стрелковых корпусов на необходимость более решительных действий в преследовании и разгроме противника и четкость в организации управления (2, л. 38).
Источники и литература1. ЦАМО РФ. Ф. 204. Оп. 89. Д. 2218.
2. ЦАМО РФ. Ф. 204. Оп. 89. Д. 2292.
3. Блокада Ленинграда в документах рассекреченных архивов / Под ред. Н.Л. Волковского. М. – СПб.: АСТ; Полигон. 2005.
4. Русский архив: Великая Отечественная. Ставка ВГК. Документы и материалы. 1944–1945. Т. 16 (5–4). М.: Терра, 1999.
Планы немецкого командования
30 января Гитлер приказал группе армий «Север» удерживать текущие рубежи и восстановить локтевую связь между 18‐й и 16‐й армиями. Поставленную задачу должен был выполнять новый командующий ГА «Север».
В 13.00 31 января 1944 г. на совещании Гитлер сообщил фельдмаршалу Кюхлеру, командовавшему группой армий «Север», об его отставке. Генерал-полковник Модель, ожидавший назначения командующим ГА «Юг», был временно назначен на место Кюхлера.
Уже в 13.50 из штаб-квартиры Гитлера генерал-полковник Модель телеграфировал в штаб ГА «Север»: «Ни одного шага назад не будет сделано без моего ясного разрешения. Я вылетаю в штаб 18‐й армии после полудня. Передайте Линдеману, что я ожидаю его доверия, как и прежде. Мы раньше работали вместе» (1, frame 7072705—06).
Первые мероприятия Моделя были психологического характера. Чтобы ликвидировать так называемый «Пантера»-психоз, он запретил упоминание линии «Пантера» и отменил это обозначение. С другой стороны, состояние 18‐й армии было таково, что Модель не предпринимал попыток следовать своему первоначальному приказу «Ни шагу назад». Вместо этого он принял нечто новое – теорию «Щит и меч», центральная идея которой – отступление приемлемо в том случае, если затем будет предпринята контратака в этом же или ином направлении. Эта теория импонировала Гитлеру, который болезненно относился к предложениям отойти на новые позиции с целью высвобождения сил, а позиции затем оказывались слишком слабыми для длительного удержания. По мнению историка Э. Земке – сомнительно, что Модель возлагал на теорию большие надежды. Модель был реалистом, понимая, что если отступление обычно возможно, то контратака не всегда. С другой стороны, он хорошо знал Гитлера, чтобы понимать преимущество демонстрации того, что отступление это первый шаг к будущему наступлению (6, p. 258).
Прибыв на фронт, генерал Модель сначала согласился с намерениями командования 18‐й армии отвести XXVIII армейский корпус и удерживать линию реки Луга с плацдармом севернее города Луга. Из района Луга вдоль реки должен был быть нанесен удар на Кингисепп, с целью установить связь с группой «Шпонхаймер». 58‐я пехотная дивизия должна нанести удар на запад, для чего ее следовало сосредоточить северо-западнее ж/д в районе Плюсса – Струги Красные. Дивизия «Фельдхернхалле» должна была сосредоточиться западнее Нарвы, следовало ускорить ее переброску с помощью авиации (3, frame 9112350).
Что касается восстановления непрерывного фронта группы армий, то XXXVIII и X армейские корпуса, соответственно 18‐й и 16‐й армий, должны в тесном взаимодействии наличными силами как можно скорее перейти в наступление. Требовалось активными действиями не дать советским войскам времени на переброску подкреплений и одновременными ударами с севера и юга расколоть их группировку (4, frame 000873).