- -
- 100%
- +
Глава 7
Вера стала чаще бывать в тихих местах. Иногда это был тот самый монастырский дворик, иногда просто сквер на Патриарших прудах ранним утром, когда там почти никого нет, или набережная Москвы-реки в районе Фрунзенской, где можно было долго идти, глядя на темную воду и огни на другом берегу. Она искала не людей, а именно тишину, возможность побыть наедине со своими мыслями, которые понемногу начинали упорядочиваться благодаря ее записям в блокноте.
Однажды субботним утром она снова пришла в Коломенское. Было морозно, выпал первый легкий снежок, который хрустел под ногами. Воздух был прозрачным и чистым. Вера брела по аллее в сторону Дьякова городища, любуясь древней церковью Усекновения главы Иоанна Предтечи, похожей на сказочный терем. Людей было мало.
У подножия холма, недалеко от церкви, она заметила пожилого мужчину. Он сидел на складном стульчике перед небольшим мольбертом и что-то рисовал в альбоме. Одет он был просто, но аккуратно – старое драповое пальто, теплая шапка-ушанка, видавшие виды валенки. Лицо у него было удивительно спокойное, с сеткой морщинок вокруг глаз, которые смотрели на мир с добрым любопытством.
Вера остановилась поодаль, не решаясь подойти ближе, чтобы не мешать. Но мужчина, почувствовав ее присутствие, поднял голову и улыбнулся ей так просто и открыто, что она невольно улыбнулась в ответ.
– Красиво сегодня, правда? – сказал он негромко, кивнув на заснеженный пейзаж и церковь на холме. – Снежок первый, как пудра сахарная. Чистота.
– Да, очень красиво, – согласилась Вера, подходя чуть ближе. – Вы художник?
– Да какой я художник, – махнул он рукой, но в глазах блеснули смешинки. – Так, для души малюю. Стараюсь красоту поймать, пока совсем не замерз. Меня Михаилом зовут, можно просто Михалыч.
– Вера, – представилась она.
– Вера… Хорошее имя. Редкое сейчас. И важное. Без веры-то как? Хоть во что-нибудь верить надо. В красоту, например. Она ведь не обманет.
Он говорил просто, без всякого пафоса, глядя то на свой рисунок, то на Веру. Она почувствовала к нему необъяснимое доверие.
– А вы часто здесь рисуете? – спросила она, чтобы поддержать разговор.
– Как погода позволяет и душа просит. Места тут благодатные. Древние. Намоленные. Чувствуете? Воздух другой. Здесь думается легче. И о вечном, и о простом. Вот стоишь, смотришь на эту церковь – сколько она всего видела? Ивана Грозного помнит. А мы тут суетимся, бежим куда-то… А она стоит. И простоит еще, дай Бог.
Он говорил о вещах, которые Вера сама смутно ощущала в последнее время, но не могла облечь в слова. О течении времени, о суете и вечности, о красоте, которая существует независимо от человеческих проблем.
– А что вы рисуете? – Вера заглянула в его альбом. Там был карандашный набросок той самой церкви – легкий, точный, передающий не только форму, но и какое-то особое настроение места.
– Да вот, пытаюсь ухватить… Не форму даже, а свет. Видите, как он сегодня лежит? Мягко, нежно. Словно благословляет все вокруг. В каждом дне свой свет есть, надо только уметь его разглядеть. Даже в самом сером.
Они помолчали немного, глядя на церковь, на припорошенный снегом склон. Тишина была уютной, не напряженной.
– Трудно сейчас людям, – вдруг сказал Михалыч, словно продолжая свои мысли вслух. – Шумно очень стало. И внутри, и снаружи. Бегут, торопятся, а куда – сами не знают. Теряют себя. А надо бы остановиться иногда. Подышать. Посмотреть вокруг. Вспомнить, кто ты есть. Откуда родом. К чему душа тянется на самом деле, а не то, что модно или выгодно.
Его слова попали Вере прямо в сердце. Это было именно то, что она переживала.
– А как вспомнить? Как найти? – тихо спросила она.
Михалыч посмотрел на нее внимательно, по-доброму.
– А пути у каждого свои, Верочка. Кому-то книга поможет, кому-то доброе слово, кому-то вот такая тишина. А кому-то и горе помогает глаза открыть, как ни странно. Главное – сердце не закрывать. Слушать его. Оно подскажет. Тихонько так, шепотом. Не пропустите.
Он снова улыбнулся, взял карандаш.
– Ну, мне работать надо, пока свет не ушел. А вы гуляйте, дышите. Места тут хорошие, лечат душу.
– Спасибо вам, Михалыч, – искренне сказала Вера. – За разговор.
– Да не за что, – он пожал плечами. – Рад был познакомиться. Заходите еще, если что. Я тут бываю.
Вера пошла дальше, но слова старика звучали у нее в голове. «Слушать сердце». «Разглядеть свет». «Тишина лечит душу». Это были простые истины, но сказанные им, здесь, в этой атмосфере покоя и красоты, они обрели особую силу. Она чувствовала, что эта случайная встреча – не просто так. Словно кто-то невидимый протянул ей руку помощи, указал направление. Не навязывая, не поучая, а просто делясь своей тихой мудростью. И Вера была благодарна за этот подарок.
Глава 8
Вернувшись из Малиновки, Вера привезла с собой не только тяжесть на душе, но и несколько коробок с самыми ценными бабушкиными вещами: фотографии, письма, тот самый дневник и пару старых книг, которые показались ей чем-то важными. Среди них была толстая, потрепанная книга в темном переплете без названия – Псалтирь, как потом подсказала надпись на первой странице, и небольшое, почти карманного формата Евангелие, тоже старое, с пожелтевшими страницами и закладкой-ляссе.
Она убрала коробки в шкаф, не решаясь снова прикоснуться к прошлому. Но после разговора с Михалычем, после его слов о корнях и о том, что «книга может помочь», что-то внутри подтолкнуло ее снова достать эти реликвии.
Одним тихим вечером, когда за окном снова шел снег, а в квартире было тепло и уютно от зажженной настольной лампы, Вера села в кресло и взяла в руки бабушкин дневник. Она перелистывала страницы, уже не с той острой болью, что в первый раз, а с тихой грустью и интересом. Она всматривалась в строки, пытаясь понять мир этой простой женщины, ее опоры, ее радости.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.