Золотой корень Адау-Разрушителя. Книга первая

–Ты такой же, как все твои сородичи, жестокие и наивные…– продолжала она, но увидев серьезное лицо Варгарова почему-то расхохоталась.

–Ты мне не веришь?!

На последнем слове Калиптра испустила дух со свистом лопнувшего шарика и припала к прутьям решетки, устремив взгляд на лестницу.

–А вот и она! Офе Хлеп, я так тебя рада видеть!

Варгаров оглянулся. Хорботу и деревянной ведьме тоже было не до сна. К ним направлялась экономка замка в сопровождении двух, подобных ей, низкорослых женщин. В руках экономка держала здоровенный посох и желтый от ветхости журнал.

–Считалась бы с нашими законами, не отсиживалась бы сейчас здесь – в подземелье. Впрочем, это твоё дело – портить всем планы. – первое что сказала Офе Хлеп. – Но ты, по-прежнему, так хороша…

Офе Хлеп с благоговением оглянула Калиптру и с силой хлопнула себя по щеке. Она сожалела о своей внешности и ощущала себя по сравнению с вампиршей тараканом, неожиданно попавшим под тапок.

Офе Хлеп кивнула Варгаров и как бы, между прочим, спросила у вампирши:

–Ты уже все разузнала?

Не дождавшись ответа, Офе Хлеп без слов поняла, что вампирша потратила время в пустую.

Первое время Калиптра пыталась прийти в себя, а второе – она потратила на злость и бешенство, вырвавшееся из груди глухим шипением.

–Ах, да! Я и забыла… ты никому не подчиняешься, даже своему брату. – добавила Офе Хлеп.

«Так у нее есть брат?» – изумление отразилось на лицах всех заключенных. Экономка развернулась лицом к ним, и как ни в чём не бывало, с умным видом, принялась регистрировать заключенных в журнал.

Незаметно для всех голова Калиптры просочилась сквозь отделяющую её и заключенных решетку. Она фыркнула и, понизив голос до шепота, обратилась к Варгарову:

–Твоя сила растет… Что же ты намерен делать?

Калиптра продолжала меняться: ее узколобое лицо выросло, нос потерял форму, от головы до ног – кожа окрасилась в серый цвет. Она выглядела невероятно сильной. Рукой она схватилась за сорочку Варгарова и, что-то шепча, медленно притянула его к себе. Было видно, вампирша пыталась очаровать его глазами.

–Расскажи нам свой секрет? – спрашивала вампирша. – А я тебе наш? Ну, как? Почему ты молчишь? – обиженно ответила она, сложив губки бантиком. Скрыть зубы не удалось, они не помещались во рту при любом раскладе обстоятельств.

–Ну, давай я первая? А? Это случится скоро… У тебя и Зои будут детки, такие же прехорошенькие… – и тут вампирша будто бы специально сделала паузу. – Как она!

Калиптра показала на Офе Хлеп и на этот раз расхохоталась так, что затряслись не только стены, но и экономка. Офе Хлеп побагровела от злости, меньше всего ей хотелось обсуждать свое родство с человеком.

–Отдай… – вдруг заорала она, как припадочная – отдай мне пергамент! Я знаю, ты явился, чтобы уничтожить всех ведьм! Но этого недолжно произойти! Это нужно предотвратить!

Вампирша застряла где-то посередине между первой и второй грудью, и её крик получился слегка сдавленным. Варгаров еле вырвался из собственного оцепенения и попятился к стене. В голове стучало одно: «Откуда она узнала о записке деда?». По его расчетам, Калиптру поместили в подземелье намного раньше, чем его.

Между тем, вампирша принялась яростно грызть зубами решётку. Правое плечо, как и правая грудь, застряли между прутьями. Они заскрипели под тяжестью, словно пружины и были готовы вот-вот лопнуть. Бесспорно, Калиптра своим яростным напором проникнуть к ним в клетку кого угодно могла напугать, но не заключенных. Поэтому деревянная ведьма не предприняла мер предосторожности и как будто нарочно попалась под ее свободную руку.

–Как я уже сказала, мне нужен пергамент! Или я одного за другим повытаскаю из клетки и сделаю тоже самое, что и с тем молодцем! Тебе, Варг, наверное, трудно забыть груду костей и мяса, которыми я лакомилась в твое отсутствие. Как же ты мог этого допустить?

Калиптра будто бы успокоилась и почесала себе нос, обнажив красивый ряд белых как снег зубов.

–Надеюсь, ты себе этого не простишь…

Сказав полушепотом, Калиптра облизнула свои губы и с рычанием вонзилась в спину деревянной ведьмы. Обезумевшая от внезапной боли ведьма, так, по крайней мере, казалось со стороны, накрыла диким стрекотанием все подземелье. Варгаров, прежде осмотрительно обходивший каменных ведьм, схватился за свои уши и буквально вжался в стену, чтобы как можно больше оградить себя от жесткого, вонзающего в перепонку звука.

Что тут началось!

Каменная ведьма, оказавшись под Варгаровым, сгорела заживо. Её кости превратились в черный порошок и растворились в воздухе. Ведьмы, находившиеся в тесном сплетении с горевшей ведьмой, разинув рты, издали глухой шум и тут же ринулись врассыпную. Они углубились в башню с грохотом ничуть не меньшим чем при взрыве скал. Вытесняемые ими другие ведьмы, не боясь разбиться вдребезги, шквалом обломков посыпались вниз.

Для заключенных представилась иная картина. Основное препятствие к бегству, представлявшее собой стену из каменных ведьм, всасывало железные прутья темницы и разжевывало их каменным жерновом. Крошась и разламываясь, стена поглощала все, что было на ней, увлекая за собой желтый мох, росший практически всюду, серую плесень с червями и иными скользкими тварями, и пленников, среди которых, были гномы, гоблины, эльфы, оборотни и вампиры.

Дальше хуже, пришли в движения и другие каменные ведьмы, каждая стремилась избежать столкновения с невидимым врагом, несмотря на то, что Варгарова, Хорбота и деревянную ведьму стена заглотила первыми. Проще говоря, ведьмы потеряли их из виду.

Подземелье превратилось в некую несъедобную кашу, а внутри башни образовалось несколько противоположных друг другу потоков из каменных ведьм. Старые каменные ведьмы, слепые и физически беспомощные не понимали, куда спешат молодые. Но и не все молодые знали о Варгарове, поэтому, не вдаваясь в подробности, вклинивались и двигались в такт с остальными.

Паника поселилась в замке. Многие комнаты подверглись уродливому изменению, превратившись в руины. Невозможно было разобрать, где портьеры, а где ткани платьев придворных ведьм, исчезли мебель и окна-бойницы.

Обитатели замка долгое время не могли взять в толк, почему белокаменные ведьмы, вдруг пришли в такой неописуемый ужас. Что вообще их могло заставить сдвинуться с места? Слухи пошли разные. Но одно было точным, ведьмы организовали срочный беспрецедентный комитет. И тогда-то по единому сигналу, все каменные ведьмы остановились там, где находились в сей момент.

Несколько пологих проходов с препятствиями заключенные проехали на ведьмах.

Остановившись, деревянная ведьма почесала свои стертые ладони и, что есть сил, заехала Хорботу в голову.

–Я ничего не понимаю. – испуганным голосом сообщил Хорбот, – Это что такое было?

Варгаров, показав бровью на ведьму, заметил:

–Похоже она на тебя злится.

–За что?

–Я думаю за то, что вовлек её во все это.

–Ты считаешь справедливым?

Варгаров развел руками и понимающе пожал плечами:

–Знаешь, я с тобой согласен – от меня больше вреда, чем пользы. Как можно с таким трудом выбраться из одного лабиринта и сразу попасть в другой?

Когда каменные ведьмы немного успокоились и прижались друг к другу, как и прежде растворившись в стенах, заключенные осмотрелись вокруг. Единственный проход, в котором они находились, сверху был загроможден большими валунами, снизу – скрыт во мраке. Изнутри башни, от пыли и грязи стены стали коричневыми и серыми.

–Кто ты такой? – возмутился происходящим Хорбот.

Варгаров тяжело вздохнул и ответил:

–Теперь, я уже и сам не знаю.

–Но, как Зои выдерживает тебя?

–Ну-у, она считает себя странной…

Варгаров и Хорбота ждал еще один сюрприз.

–Хорошо, что нас заживо не замуровали, а ведь могли!

Высокий женский голос исходил от деревянной ведьмы. Варгаров и Хорбот одновременно посмотрели на нее и не поверили ушам своим.

–Что же нам делать? Я до смерти боюсь замкнутого пространства! – чуть ли не захныкала она.

–Ты! – сказал Хорбот.

–Ты…– повторил за ним Варгаров.

–Как ты могла столько времени молчать! – чуть ли не заорал на неё Хорбот.

–А чего вы хотели? – уставилась на них деревянная ведьма, – Я вам не доверяла. Знаете ли, это первое в истории деревянных ведьм похищение. И потом только взгляните на мои волосы! Уголь! Да и что я вам вообще сделала? Чуть что, сразу душить!

–Врешь ты всё, ведьма! – не успокаивался Хорбот, – Ты ж сама в дереве живешь – в замкнутом пространстве! Да и откуда у тебя вообще могут быть фобии?

–Хорбот, Хорбот… – покачала она головой, – Мало ты провёл у нас, а то бы заметил, что мы живём в дереве.

–Я тоже самое сказал. – огрызнулся Хорбот.

–Да, но каменные ведьмы в камне не живут, они состоят из камня. С деревом по-другому, оно наше жилище. – мечтательно ответила она.

–Замечательно! – вмешался Варгаров, – Но ты же тоже ведьма!

–Ну и что с того? – хриплым от злобы голосом произнесла ведьма.

–Договорись с ними!

Варгаров возмущенно и нетерпеливо показал на каменных ведьм.

Ведьма усмехнулась и сказала:

–Они мне не родня! Я лучше свою ногу съем, а к ним обращаться ни за что не стану.

В нос ударил запах сухой древесной коры. Это ведьма демонстративно выставила ногу вперед.

–Причём тут нога? – не понял логики Варгаров.

–Притом, что иначе вам придётся тащить меня, а это намного труднее, чем продвигаться без дополнительно груза.

–С чего ты взяла, что мы тебя здесь не оставим?! – рассвирепел Хорбот, не заметив того, как ввязался в её примитивную болтовню.

–Она невыносима! – отвернулся от нее Варгаров.

–Мы из-за тебя оказались здесь! – грозно отозвался Хорбот.

–Это еще почему? – удивилась ведьма.

–Если бы ты не орала, то Варгаров не врезался бы в каменных ведьм!

–Ну да, а если бы ты не вытащил меня против воли прямо из кровати, то я сейчас попивала бы дома чай! И потом кто-то должен залатать мою рану на спине. – сказала ведьма и развернулась для удобства.

На спине ведьмы имелись две дырки: одна зияющая, другая – с обломком зуба вампирши.

–Ну… я этим заниматься точно не буду. – констатировал Хорбот.

–А-а я не знаю, чем тебе помочь…– замялся Варгаров.

–Хе-хе, да ладно, само заживёт! – заулыбалась от радушия ведьма, – Кстати, меня зовут Магрель Северная ветка.

–Что? – возмутился Хорбот – Тебе не больно?

–Если только чуть-чуть, я просто очень испугалась.

Ведьма выглядела довольной тем, что на неё обратили внимание одновременно двое мужчин.

–Да, я тебя придушу…– схватив за горло, заорал Хорбот.

–Ну, вот опять …– прохрипела она.

–Оставь её…– махнув руками, расстроился Варгаров.

–Да, действительно, оставь меня.

В дальнейшем Варгаров не рисковал, до каменных ведьм без надобности не дотрагивался. Для надежности свои ладони обмотал сорочкой, которую прежде пришлось снять с себя и разорвать на куски. Полуобнаженный торс Варгарова особенно радовал Магрель. Но на её дерзкие, как казалось самой Магрель, взгляды, Варгаров не обращал ни малейшего внимания.

Магрель достала из карманов своего черного платья три пушистых шарика, очень схожих на белые одуванчики, и зажгла их кончики особым негасимым огоньком фиолетового и синего цвета.

Ведьмы не пользовались волшебными палочками, в их ногтях были встроенные микробусы, выполнявшие волшебство за свою хозяйку, Магрель – не исключение.

На пути перед ними вставали почти одни и те же препятствия, чаще всего разрушенные, полутемные и безжизненные комнаты. Вздувшиеся стены, смятые комом потолки, обвалившиеся полы, загроможденные грудами парод междустенные ходы, и особенно каменная пыль – страшно утомляли путников. Как, оказалось, многие комнаты в замке просто не использовались или были забыты.

В основном путники шли молча. Успокаивало одно – они двигались наверх, а это значило, если повезет, они очутятся в тронном зале. Навстречу, однако, им никто не попадался, будто все разом вымерли. Такая мысль Варгарову не понравилась. Заключенные понятия не имели, сколько прошло времени и сколько нужно было потратить ещё. Измучившись от напряженных подъемов и вылазок, они стали чаще останавливаться.

Варгаров вновь почувствовал одиночество, он впервые за все время вспомнил о Зои. Где она сейчас?

Очередная комната оказалась чересчур необычной. Одна комната поглотила другую – меньшего размера. Путники остановились в большой комнате, в ней было довольно приятно. Всплеск ярких и красочных картин, тронутых временем, дорогого разноцветного шелка и золотых украшений, свисающих всюду, словно гирлянды в новогоднюю ночь – довели деревянную ведьму до слез, такого богатства она никогда не видела. Золото сверкало не холодным металлическим блеском, а жёлтым теплым сиянием. На полу среди разбросанных книг и рваных ковров, они обнаружили зияющую зигзагообразную трещину, довольно широкую, что в неё мог протиснуться человек. Взглянув туда, они увидели ещё одну комнату с сохранившейся обшивкой стен из старого оранжевого гобелена, и освещаемую пламенем толстых восковых свечей. Магрель потребовала передышку, мол, не может же она такая больная, идти за двумя здоровяками на одном с ними дыхании.

–Конечно, не можешь, – ответил ей Хорбот, – ты нам не ровня.

–Знаешь, а ты ошибаешься. – надменно сообщила ведьма, припустив ногу в отверстие, чтобы спрыгнуть в следующую комнату. – Много веков назад, люди были более суеверными и полагались лишь на случай, видимый одним всевышним, они ничем не отличались от подобных нам, верующих в нечисть. Кто верил в себя – надеялся только на себя, кто верил в бога, тот уповал на бога. Было время… – выпустив большой запас воздуха из легких, сказала ведьма, – Мы позволяли таким как вы, пламенеть и вступать в неприличные связи с нами, которые почти всегда заканчивались трагедией. А некоторые ведьмы умудрялись влюбляться в своих жертв, так сказать сверх меры.

–Нельзя любить слишком, либо любишь либо нет! – вставил Варгаров.

–Как нет?! А излишняя опека, не это ли проявления любви больше допустимого? О-о, – округлив глаза, сказала Магрель, – Вы готовы по дискусстировать? Постойте, прежде я бы хотела привести пример таких отношений ведьм и человека. Вы уже познакомились с гневайлами?

–Я видел их, они служат королеве ведьм. – ответил Варгаров.

–Да…да… их больше–то никуда устроить не удалось. Видите ли, они не могут колдовать! Смею вас заверить, гневайлы – и есть результат слишком сильной любви человека и ведьмы.

–Хм. Тоже мне… она умеет, оказывается, отличать любовь от принуждения! – скривил губы Хорбот, проталкивая ведьму в дыру, у которой с большим трудом протискивались плечи, торчащие в стороны, словно две щепки у пня.

–Напрасно смеётесь, о том, что эта прослойка ведьм считается маргинальной, установлено и официально объявлено нашими учёными.

–И в чём же их особенность? – не без интереса спросил Варгаров.

–Гневайлов по всем признакам можно считать людьми. Да, да не удивляйтесь, они так же малодушны, как и вы, так же алчны. Что же, и ведьмами их тоже можно назвать, потому что в них заложена природная склонность к предательству и пакостям. Да. – убеждала она саму себя. – Они всегда там, где им сулят золото. Мне кажется, что ради золота, они готовы на всё. – обречённо вздохнула она.

–Ой, ни за что не поверю, что ты неравнодушна к проблемам гневайлов. Тебе–то какое собственно дело? – сказал Хорбот, оглядывая в последний раз комнату, усыпанную некстати золотом.

–Мне? Я к вопросу о ровне. Ведьмы, настоящие ведьмы, на самом деле заботливые…

–Ну да, озабоченные и ненасытные! – перебил Хорбот, у которого, если честно, руки чесались при виде такого количества золота.

–Если только самую малость…– ехидно заулыбалась она, – но согласитесь, «любить» не такой большой грех, по сравнению с жаждой в «наслаждении золотом».

–Она издевается…– шепотом сказал он Варгарову.

–Х-ха-ха – послышалось от ведьмы.

–Что смешного? – спросил Хорбот.

Без дальнейших колебаний Варгаров и Хорбот спрыгнули в следующую комнату и сурово уставились на Магрель, зла на нее уже не хватало. Ведьма почти распласталась на полу от усталости.

–Об этом вам намекала Калиптра…– угасающим голосом произнесла деревянная ведьма и в мгновение заснула крепким сном.

–Ты не помнишь, о чем говорила Калиптра? – спросил Варгаров.

–Да…э-э… что – то вроде о том, что эти самые … гневайлы – результат любви человека и ведьмы. Вау, не может быть!

–Нет. Этого действительно не может быть. Я знаю. – словно отнекиваясь затряс головой Варгаров.

Вокруг них, на высоких стенах горело по свече, пламя которых отбрасывало оранжево-чёрные узоры фигур зверей. Тени здесь казались несовместимо большими и устрашающими. Путники решили устроиться на ночлег. На самом деле они потеряли счёт времени, и свой отдых назвали ночлегом для успокоения души, время на передышку, как не крути, всё-таки полагалось. Варгарову, как обычно, снился кошмар. Во сне он увидел себя со стороны – в шкуре белого красивого волка или собаки с удивительно острым обонянием. Зверь повёл нос по ветру и учуял запах золота, доносившийся из земли. Наклонив голову к передним мохнатым лапам, он резко отпрянул назад и потряс своей короткой гривой. Запах золота становился сильнее, он манил, разрывал чувства…. Зверь принялся рыть землю и отбрасывать куски в стороны. Лапы зверя работали все быстрее и энергичнее, они не слушались хозяина. Наконец, он на что-то наткнулся. Это был корень дерева, но не обычный – золотой. Его блеск, как ни странно не ослеплял многообещающим богатством, наоборот, давал столько тепла, что если бы он пожелал унести его с собой … нет, пожалуй, его можно лишь сохранить в сердце.

Варгаров проснулся от холода, зато внутри него кипела настоящая буря. Юноша не раздумывая, принялся будить ведьму.

–Эй, вставай…а ну … я тебе говорю!

–Я не сплю. – коротко ответила ведьма, лежавшая в том же положении. – Мы, то есть, такие как я, вообще не спим, мы пребываем в небытие, в трансмедитационном состоянии.

–То есть, как это? Получается, что мы напрасно потеряли столько времени? – ужаснулся Варгаров.

–Куда нам торопиться?! Самое время схорониться. Может о нас позабудут? Представь себе, наверняка все думают, что мы погибли, а тут на тебе… потом опять в подземелье?

–Она права, – зевая, произнёс Хорбот, – хоть мне и не нравиться это. Долго же ты спишь, беспокойно, скулишь во сне. – обратился он к юноше, отряхивая с себя слой пыли и застывшей грязи.

–Так я понимаю, Хорбот, ты тоже не спал?

–Не-ет, к сожалению, а был бы жутко рад, но…– сжав губы, – и никаких других наслаждений от еды или … ну ту сам понимаешь, с женщиной… тоже никак.

–Лучше бы и мне ничего не чувствовать, а то я умираю от жажды!

–М-да…тебе не повезло. – сказала Магрель и нарочно щелкнула пальцем. В воздухе, невесть откуда, появилась голубая прозрачная вода, которую она тут же всю выпила.

–Ой, не будьте такими мелочными! – завидев угрюмые, с еле сдерживаемым самообладанием лица Варгарова и Хорбота.

–Ничего страшного не случится, если помрете вы, а вот если я…то…

Магрель не договорила, из ее ушей и рта поползла зелень, от воды она заметно похорошела, набухла и зацвела.

–Мы остались без земли, так ещё и без воды…нет уж, воду мы никому не отдадим. – продолжила ведьма, – понимаете ли… корни деревьев почти сразу же засохли, когда земляные бросили нас и ушли вместе с землёй. Нам ничего не оставалось, как довольствоваться одной водой и солнцем. С тех самых пор, мы стараемся водить дружбу с водяными ведьмами и …

–Постой! – вдруг воскликнул Варгаров, – А почему земляные ведьмы покинули лес?

–Да потому что, они, видите ли, считали нас похитителями Золотого корня. А на самом деле мы его не крали! Зачем красть то, что и так принадлежит нам? Корень-то был неотъемлемой частью Акбаля!

–Хлоп. – Хорбот стукнул себя по лбу. – Мы…ты…, да я тебя…– сказал взбешённый Хорбот и направился к ведьме. – Я тебя сейчас удавлю!

–Нет, стой! Не надо! – заорал Варгаров. – Я обойдусь как-нибудь без воды.

–Я не об этом! – огрызнулся Хорбот, – Отвечай ведьма! Ты же умеешь колдовать да?

–Да, – боязливо попятилась она, – и что?

–Ты могла нас давно вывести из лабиринта!

–Ну и что?

–Так почему ты до сих пор этого не сделала?!

–Нет. Нет. Нет. Ты не так себе все представляешь. Я могу произнести заклятье, попросить, скажем, найти нам выход из западни, но как это будет исполняться, я не знаю и … не отвечаю за последствия. Микробусы подчиняются моему желанию это верно, но только тогда точны, когда желание конкретно. А в данном случае я себе плохо представляю, как найти этот самый выход. Они могут прибегнуть к моим потаенным желаниям, а их я уж совершенно не желала бы показывать.

–Мы готовы рискнуть! – надвинулись на нее Варгаров и Хорбот.

–Может …

Магрель умоляюще вздохнула, растопырила свои деревянные ногти, гордо взглянула на морга, на человека, и зашумела что было сил:

–Рвитрихарм !!!

Струйки зелёных микробусов хлынули в щели, трещины и другие прорехи стен. Незамедлительно послышались ворчания каменных ведьм, они напряглись, закипели и приготовились дать отпор Магрель, как вдруг расхохотались.

–Ты что наделала?! – заорал Хорбот.

–Я же пред… предупреждала …ах…это что такое? – сквозь хохот каменных ведьм ответила Магрель.

Магрель нагнулась и подняла с пола первый шарик, черный и мягкий, следом из угла выкатился ещё один, только коричневый и твердый. Каменные ведьмы сотрясались от смеха. Из того же угла все сыпались деревянные и земляные шарики. Они катились исключительно в руки деревянной ведьме. Непонятно отчего, Магрель захныкала, по её лицу потекли крупинки росы. Она нежно принялась целовать деревянные шарики и складывать их вместе, чёрные же яростно перебрасывала через себя.

–Я же предупреждала, последствия могут быть необратимыми…мои потаённые желания… все тут…– продолжала рыдать она. –Что же они с тобой сделали?! У-у-у … Где-то чуть больше месяца назад, мама отправилась сюда, в замок, в надежде заполучить еду…

Ведьма запнулась на последнем слове. Она вытерла серу, текущую из носа рукой и, всхлипывая, посмотрела на Варгарова:

–Тебя доставили в тот день, вместо людей. С тех пор я её не видела.

–Никаких расправ при мне не происходило. – честно посочувствовал ей Варгаров.

– Непонятно, причём тут выход из лабиринта? – грубо прервал Хорбот.

Магрель молча указала на угол, откуда катились шарики.

–Ступайте! А я…останусь, с мамой.

–С мамой? Где ты её увидела?

–Она в шариках…

–Что тебе раньше мешало найти свою мать? – не сдерживая чувств, произнес Варгаров.

–Хм… Я не единственная дочь, таких как я по – меньшей мере около двадцати с последнего захода. А уж сколько у матери таких заходов было, я даже и не знаю. – обиженно ответила она.

–Поэтому вы нам и не ровня, любим мы в отличие от вас, по-настоящему. – захлебываясь от негодования заключил Варгаров.

                              Глава 9

КРОВЬ ДРАКОНА

Небольшое отверстие в углу разрослось до человеческого роста. Оттуда повеяло горячим ветром. Варгаров и Хорбот наклонились, чтобы лучше рассмотреть и не поверили своим глазам. Комната принадлежала Юде Сарки. Маленькое солнечное пятно необычной формы на каменном полу и стенах освещало знакомые приборы бурлетекаря, среди них квадракли, штокли, фукли, рокскли, лупашки, стетоскапли, штрампли – как и прежде, жили своей жизнью. Полки ломились от избытка консервированных ворон и черных мохнатых пауков.

Осталось решить, кто пойдет первым. Никому из них не хотелось вновь попасть в темницу.

–Ты большой мастак приводить ведьм в чувства. – посмеялся Хорбот.

–Это не самый трудный участок, так что ты первый… – фыркнул ему Варгаров.

–Продири глаза, там наша свобода…

–Да? Отчего же ты тогда так крепко вцепился в мою руку?

–Наслаждаешься моей слабостью? – буркнул Хорбот.

–Я тебе уступаю…

–Да неужели?

Варгаров сжал губы и принялся оглядываться по сторонам в поисках решения. Магрель выглядела жалко, она перестала ныть и теперь утирала слезы. Варгаров перевалился с одной ноги на другую. Облегчение не настало. Вопреки своему желанию поскорее очутиться где–нибудь подальше отсюда, он решил не торопиться. Произошедшие события научили его быть осторожным.

Клубы белого дыма возникли практически неоткуда и проползли сквозь них бесшумно. Пары воздуха, наполненные горячим дыханием, мгновенно окутали путников и не успевших оправится от прошлых потрясений, каменных ведьм. Поток едкого дыма вонзился в глаза. Комната Сарки теперь не казалась такой безопасной. Магрель задрожала от страха, её настроением заразились каменные ведьмы. Обжигающее облако доверху закрыло комнату, стало трудно видеть и дышать. Не сговариваясь, Варгаров и Хорбот рьяно бросились к дыре, Магрель короткими перебежками последовала за ними. Они сделали правильно. Каменные ведьмы окончательно обезумели и сомкнули отверстие практически сразу за Магрель, защемив её черное платье.