В объятиях мстительного мачо

Surrendering to the Vengeful Italian

© 2016 by Angela Bissell

«В объятиях мстительного мачо»

© «Центрполиграф», 2017

© Перевод и издание на русском языке, «Центрполиграф», 2017

Глава 1

Хелена Шоу битых два часа просидела в элегантном мраморном холле шикарной лондонской гостиницы в районе Мейфэр, поджидая человека, для встречи с которым она приехала с другого конца города.

Хелене стоило немалых усилий разыскать его, а теперь у нее сдавали нервы, и ей хотелось вскочить с этого огромного бархатного кресла, выбежать на улицу и затеряться в шумной толпе прохожих. Но она не сдвинулась с места, а просто сидела и ждала.

И вот он здесь.

У нее упало сердце, когда она посмотрела на высокого смуглого мужчину в темно-сером костюме, который даже без галстука выглядел очень строгим и деловым. Женщины в холле затихли и все как одна повернули головы в сторону новоприбывшего, а мужчины расступались, давая ему дорогу. Он же не обращал на них всех ровным счетом никакого внимания и решительно шагал по холлу, и только на одно короткое мгновение Хелене показалось, что он помедлил и, чуть повернувшись, с интересом посмотрел в ее сторону.

Хелена замерла, и ей вдруг почудилось, будто мужчина почувствовал ее взгляд, само ее присутствие. Словно после всех этих долгих лет между ними все еще оставалась какая-то невидимая связь.

Раздался раскат грома, предвещавший грозу, которую обещали жителям Лондона еще со вчерашнего дня, и Хелена от неожиданности подпрыгнула. Она растерянно заморгала, резко вдохнула, а потом судорожно выдохнула. Этот мужчина был ей чужим. Даже если когда-то их и связывали какие-то отношения, они давно остались в прошлом, были разрушены ее отцом и навсегда похоронены в пепле горечи и обиды.

И за эту обиду Леонардо Винченти вскоре обрушит на их головы месть, если только Хелене не удастся остановить его и не дать поглотить компанию ее отца.

Она схватила свою сумочку и, поднявшись, бросилась в толпу, боясь потерять Леонардо из виду.

В деловых кругах Европы Винченти окрестили олицетворением успеха последнего десятилетия. О нем отзывались как о гениальном предпринимателе, который менее чем за десять лет превратил молодую компанию по производству программного обеспечения в многомиллионный бизнес и занял место в списке самых богатых и влиятельных людей мира. Более авторитетные средства массовой информации называли его несгибаемым и целеустремленным. Другие отпускали в его адрес менее лестные эпитеты, характеризуя его как сугубо практичного и беспощадного человека.

Хелена подумала о том, что такая характеристика как нельзя лучше подошла бы ее отцу, хотя назвать Дугласа Шоу практичным и беспощадным было бы слишком мягко.

Ее отец был жестоким человеком, но, если в его словаре существовало слово «сожаление», он, безусловно, должен был пожалеть о том дне, когда обрушил свой гнев на голову Леонардо Винченти. Теперь, семь лет спустя, молодой итальянец, которого он однажды посчитал неподходящей парой для своей дочери, вернулся. Леонардо был намного богаче семейства Шоу и, судя по всему, до сих пор люто ненавидел человека, который в свое время вышвырнул его из города.

Леонардо остановился у лифта, нажал кнопку и спрятал руки в карманы брюк. Хелена подошла к нему сзади так близко, что могла видеть переплетение нитей в ткани его пиджака. Она посмотрела на черные завитки его вьющихся волос и судорожно вздохнула:

– Лео.

Он развернулся и бросил на нее вопросительный взгляд, который тут же стал ледяным, стоило их глазам встретиться. Леонардо рывком достал руки из карманов и помрачнел.

– Какого черта?.. – прорычал он, и у Хелены перехватило дыхание.

Значит, он узнал ее.

Она встретила его мрачный, тяжелый взгляд, сверкающий, словно отполированный обсидиан, и такой же непроницаемый. Как она могла забыть, что теряла разум, когда смотрела в эти темные как ночь глаза?

– Я хотела поговорить с тобой, – постаралась собраться с мыслями Хелена.

– У тебя нет телефона? – процедил Лео.

– Разве ты ответил бы на мой звонок?

– Возможно, нет. Но нам не о чем говорить. Ни по телефону, ни с глазу на глаз.

Перед Лео бесшумно открылись двери лифта. Он молча кивнул, и Хелена могла бы расценить его жест как вежливый, если бы не ледяной холод в его взгляде.

– Сожалею, что ты потратила свое время напрасно. – С этими словами он развернулся и шагнул в лифт.

Хелена поколебалась секунду, а потом взяла себя в руки и поспешила за ним.

– Ты появляешься в городе после семи лет молчания и начинаешь охоту на компанию моего отца. Похоже, нам все-таки есть о чем поговорить.

– Выйди из лифта, Хелена.

Она заволновалась, услышав угрозу в его голосе.

Или такая реакция была вызвана тем, с каким трепетом он произнес ее имя?

Двери лифта тихо закрылись, оставив их наедине в пространстве, которое казалось слишком тесным, несмотря на зеркала на всех трех стенах.

– Не выйду, – решительно возразила Хелена.

Лео покраснел и бросил на нее испытующий взгляд, словно намереваясь вычислить границы ее напускной храбрости. Когда она в страхе подумала, что сейчас обратится в кучку золы у его ног, Винченти потянулся к нагрудному карману и достал оттуда карточку-пропуск.

– Как хочешь, – с напускным безразличием ответил он, и в его голосе снова послышалась угроза.

Лео вставил карточку в сенсорный датчик и нажал на кнопку «Пентхаус». С тихим шумом лифт начал подниматься вверх.

Хелена ухватилась за железный поручень, потому что у нее вдруг закружилась голова.

Похоже, теперь ее бывший возлюбленный мог позволить себе номер в самом шикарном номере этой гостиницы. Лео, которого она когда-то знала, был человеком со вкусом, которому, как и большинству итальянцев, без особых усилий удавалось выглядеть элегантно и никогда вычурно или кричаще. Помимо чувства стиля ее привлекали его упорство, целеустремленность и увлеченность. Ей нравилось, что он был не похож на ленивых и избалованных богачей, с которыми хотели видеть ее родители.

А что сейчас?..

Хелена крепче сжала поручень. Сейчас ее чувства не имели никакого значения. Ее заботило другое: если Лео выступит против ее отца в войне корпораций и Дуглас Шоу потеряет контроль над своей драгоценной империей, последствия краха ска жутся самым ужасным образом на его жене и сыне. Отец Хелены не умел проигрывать, а когда такое случалось, страдали в первую очередь его близкие.

– Тебя подослал твой отец? – Лео произнес слово «отец» с особой ненавистью, которая не раз охватывала саму Хелену, когда дело касалось «дражайшего папочки».

Хелена вглядывалась в его лицо, черты которого стали более заостренными и угловатыми, и вспоминала, как изучала их, пока он спал, как пыталась запечатлеть в своей памяти его прямой, горделивый нос, волевой подбородок и резко очерченные губы. Хватало одной улыбки или одного поцелуя этих губ, чтобы ее сердце замирало.

Хелену охватили смешанные чувства сожаления и тоски, которые отозвались тянущей болью в груди, и она судорожно выдохнула.

Отчего появились эти складки по обе стороны его губ? От улыбок или от гнева и ненависти?

Хелена инстинктивно прижала руку к животу; когда-то там была жизнь, а теперь зияла пустота, напоминая Хелене о ее собственных страданиях. Лео ничего не знал о боли, которую ей пришлось пережить, и она не собиралась делиться ею с ним. Вряд ли из этого получится что-нибудь хорошее. Есть бремя, которое лучше нести в одиночку.

Рука Хелены тяжело опустилась вниз.

– Лео, каким бы ошибочным ни было твое мнение обо мне, я, знаешь ли, не марионетка в руках своего отца.

– Единственный, кто здесь ошибается, – это ты, Хелена! – рявкнул Лео. – Какую именно часть из моих слов «больше никогда не желаю видеть тебя» ты не поняла?

Его слова причинили ей боль, но она взяла себя в руки.

– Я просто хотела поговорить. Разве я прошу слишком многого?

Лифт тихонько звякнул и остановился. Хелена не стала дожидаться от Лео оглушительного «да» и вышла в просторный вестибюль. Она посмотрела на огромные двери прямо перед собой и подумала о том, что это место довольно уединенное.

У нее пересохло в горле.

– Может, нам лучше поговорить в баре внизу?

– Боишься остаться со мной наедине?

Хелена помедлила на пороге. Следует ли ей бояться Лео? Несмотря на внутреннюю дрожь, она отбросила эту мысль. Было видно, что он не пришел в восторг от встречи с бывшей возлюбленной, но она знала этого человека. Они провели вместе достаточное время. Близость с ним навсегда оставила след в ее сердце.

Да, Хелена чувствовала, как под его напускной вежливостью кипит ярость, но он никогда не потеряет самообладания и не сорвется в ее присутствии. И никогда не заставит страдать так, как отец заставлял страдать ее мать.

Хелена разгладила несуществующие складки на своем брючном костюме и оглянулась по сторонам.

– Не говори ерунды, – ответила она и направилась в комнату.

Лео закрыл за собой двери, подошел к барной стойке и плеснул себе немного виски. Он выпил залпом обжигающую жидкость, с грохотом поставил стакан обратно на стойку и посмотрел на женщину, в чьем присутствии он постоянно боялся потерять самообладание.

– Выпьешь чего-нибудь?

– Спасибо, нет. – Она решительно покачала головой, и ее каштановые кудри слегка подпрыгнули.

Лео подумал о том, что ее волосы стали заметно короче. Когда-то эти темные шелковистые пряди ниспадали почти до талии, а теперь не доходили до плеч. Ее лицо тоже изменилось: оно, как и ее фигура, стало тоньше, но не потеряло своей привлекательности, а, наоборот, стало еще красивее. Только вокруг глаз пролегли едва заметные морщинки, а в остальном ее кожа была по-прежнему гладкой и без изъянов. Такое лицо не осталось бы незамеченным ни одним мужчиной, если только он не был слепым.

Скрепя сердце Лео пришлось признать, что Хелена Шоу перестала быть просто хорошенькой девушкой и превратилась в сногсшибательную красавицу. Но ее внешность была обманчивой. Однажды Лео был ослеплен ее красотой и кажущейся невинностью, и эта ошибка стоила ему намного больше, чем уязвленное самолюбие. Тогда он поклялся, что подобного больше не повторится. Никогда.

– Значит, ты пришла поговорить. – Вот уж чего ему никак не хотелось. Бог мой, ему следовало силой вытолкнуть ее из лифта, и плевать на то, что подумали бы окружающие. Лео подавил приступ ярости и жестом указал на два стоящих рядом кожаных дивана. – Садись, – приказал он и посмотрел на часы. – У тебя есть десять минут.

Хелена нахмурилась, положила сумку на стеклянный кофейный столик и села на краешек дивана. Потом она шумно вздохнула.

– В газетах пишут, что ты планируешь «враждебное» поглощение компании моего отца.

– Правильно подмечено. – Лео сел на соседний диван. – И?..

– Я хочу понять, что стоит за твоим поступком.

– Это всего лишь бизнес.

Хелена коротко рассмеялась, и ее смех был совсем не таким мягким и соблазнительным, как когда-то.

– Пожалуйста, не говори глупостей. Это не бизнес. Это месть.

На последнем слове ее голос дрогнул, но, если она рассчитывала разжалобить его, зря старалась.

– А если бы я сказал, что это и в самом деле месть, что тогда?

– Я бы ответила, что злые поступки может искупить только добро.

Лео громко захохотал:

– Оригинально. Но лично я считаю, что принцип «глаз за глаз» звучит более привлекательно.

Хелена опустила глаза и посмотрела на свои руки.

– Лео, люди не идеальны, – сдавленно ответила она. – Иногда они ошибаются.

– Значит, ты пришла извиниться за свои ошибки?

– Я уже однажды пыталась, но ты не стал меня слушать, – посмотрела на него Хелена. – Что мои слова изменят сейчас?

– Ничего.

– Я пыталась защитить тебя.

Лео снова захохотал. Она защищала его, всадив ему нож в самое сердце?

Семь лет назад он приехал в Лондон, чтобы вместе с одним пареньком, гением в деле программного обеспечения, поработать над проектом, который в случае успеха мог обернуться для его бизнеса небывалой прибылью. Как всегда, Лео был безумно увлечен своим делом.

Но тут он познакомился с одной очень красивой девушкой.

Конечно, он пытался противиться нахлынувшим чувствам. Девушка была слишком юной для него, слишком неопытной. И слишком отвлекала от работы. Но Лео не устоял, потому что искушение было чересчур сильным. Он даже не думал, что может так быстро потерять голову и влюбиться в девушку, которая через месяц с небольшим бросила его, как надоевшую игрушку.

– Напомни мне, чтобы я не искал тебя, когда мне понадобится защита, – скривился Лео.

– У меня не было выбора, – попыталась изобразить мучения Хелена. – Ты не понимаешь…

– Тогда объясни. – Лео едва сдерживал гнев. – Объясни, почему ты ушла и не сказала мне правду? Почему ты никогда не говорила, что твой отец не одобрял наших отношений? Почему все инвесторы один за другим отказались поддержать мой проект?

Лео сжал кулаки. Дуглас Шоу нанес его бизнесу сокрушительный удар, но потери Лео не шли ни в какое сравнение с тем, что довелось пережить его младшей сестре. Жизнь Мариэтты, его надежды и мечты на ее лучшее будущее потерпели крах, чего Хелене никогда не понять, так что ее раскаяние ничего не изменит.

– Может быть, ты с самого начала хотела отделаться от меня…

– Нет.

– И твой папочка преподнес тебе идеальный предлог.

– Нет! Лео не ожидал услышать столько горячности в ее голосе. Хелена выглядела уязвленной, и он на секунду пожалел ее. Проклятье! Именно поэтому Лео не хотел видеть ее. Бизнес требовал холодной головы и отточенного, как лезвие, ума. Отвлекаться на длинноногих красавиц подобно той, которая сидела сейчас напротив него, значило заранее обречь себя на провал.

– Отец рассказывал тебе о состоянии дел в его компании?

– Нет. Все, что мне известно, я прочитала в газетах.

Скорее всего, еще одна ложь, но Лео оставил ее без внимания.

– В таком случае ты не знаешь об одной очень важной детали.

Хелена заметно напряглась.

– По правде говоря… – Лео потянул рукав рубашки и посмотрел на часы. – Два часа и сорок пять минут назад моя компания стала официально зарегистрированным владельцем контрольного пакета акций корпорации «Шоу».

Лео бесстрастно смотрел, как кровь отхлынула от ее лица и оно стало белым, словно ворсовый ковер у нее под ногами. Хелена прижала руку ко лбу, слегка покачнулась и закрыла глаза, но ее жесты показались Лео слегка театральными. Он подался чуть вперед, положив локти себе на колени.

– Хелена, тебе плохо? Может, принести стакан воды? Или таблетку аспирина?

Она стрельнула в него глазами, и в ее взгляде промелькнуло что-то похожее на злость, отчего глаза заблестели, как два сверкающих сапфира.

У Лео перехватило дыхание. За эти годы несколько изменились ее лицо и фигура, но ее глаза остались по-прежнему пленительными.

И по-прежнему опасными. Эти глаза могли околдовать любого мужчину.

– Воды, пожалуйста. – Хелена натянуто улыбнулась. – А аспирин можешь оставить для себя.

Хелена взяла стакан, который Лео поставил перед ней на столик, и сделала небольшой глоток. Она не собиралась падать в обморок. Только не на глазах у этого человека. Пережитый шок вместе с ощущением голода лишили ее сил, и ей нужно было немного времени, чтобы прийти в себя.

Хелена боялась думать о реакции отца на случившееся. Может, он снова напился, а мать, как всегда, играет роль преданной жены, пытаясь утешить его? И сколько времени пройдет, прежде чем ярость и алкоголь сделают свое дело и превратят его из человека в монстра? В мерзкого подлеца, который мог щедро забрасывать свою жену дорогими побрякушками, а в следующую минуту жестоко издеваться над ней?

У Хелены все внутри дрожало, но не только из-за тревоги о матери. Она поняла, что, несмотря на годы долгой разлуки, не может оставаться равнодушной к Леонардо Винченти. Похоже, время ничего не изменило. Но Лео не должен был заметить, что она чувствует в его присутствии. Бесконечная критика и холодность отца научили ее не выказывать свою слабость.

– И что ты планируешь сделать с компанией моего отца?

– Еще не решил, – задумчиво ответил Лео.

– Но у тебя наверняка есть какие-то соображения на этот счет.

– Конечно. По правде говоря, вариантов множество. И я готов обсудить их с твоим отцом, когда он преодолеет свое отвращение ко мне и согласится на встречу. – Лео на секунду замолчал. – А может, он надеется, что его дочь предложит новому владельцу контрольного пакета акций какое-то… вознаграждение за то, чтобы тот был паинькой?

– Я не понимаю, о чем ты говоришь, – густо покраснела Хелена.

– Да ладно. Можешь не строить из себя невинность.

Лео машинально водил рукой по спинке дивана, и его пальцы поглаживали мягкую черную кожу. Хелена, замерев, наблюдала за его движениями, а потом поспешно отвела взгляд. Когда-то эти длинные загорелые пальцы ласкали ее плоть, пробуждая в ней такую страсть, которую не мог вызвать ни один другой мужчина.

Хелена судорожно сглотнула и попыталась сосредоточиться на словах Лео.

– И не беспокойся, тебе не придется снова пачкать свои руки о такого человека, как я. – Его пальцы застыли на месте. – Меня не интересует то, что ты могла бы предложить. – Словно желая подчеркнуть свои слова, Лео окинул ее взглядом с головы до ног. – Что касается компании, – продолжил он, прежде чем она нашлась что ответить, – если твой отец и дальше будет отклонять мои предложения о встрече, мой совет директоров проголосует за то, чтобы распродать ее дочерние предприятия и объединить ее основную деятельность с деятельностью моей корпорации. Конечно же такое слияние повлечет за собой сокращение штата, но окружение твоего отца узнает, что я не безрассудный человек. А те, кто потеряет работу, могут рассчитывать на щедрое пособие.

– Ты ликвидируешь компанию? – Тогда ее отец точно будет сломлен. – Ты уничтожишь все, над чем мой отец работал всю свою жизнь?

Лео пожал плечами:

– Как акционер, у которого нет контрольного пакета акций, он только выиграет от продажи имущества. Конечно, он перестанет быть главой компании, но, с другой стороны, твой отец далеко не молод. Возможно, он будет рад уйти на покой?

Хелена покачала головой. Дуглас Шоу не придавал значения деньгам. И дело не в отставке. Речь шла о гордости, уважении и статусе. Дуглас Шоу любил побеждать. И властвовать.

– Ты не понимаешь, – дрожащим голосом возразила Хелена. – Дело касается не только моего отца, но и остальных членов моей семьи. Лео, ты хочешь, чтобы пострадали невинные люди?

Его взгляд мгновенно налился свинцом.

– Кому ты говоришь о страданиях? Мне? Ни ты, ни твои родственники не знаете истинного значения этого слова.

Хелене хотелось закричать, что он не прав, но она прикусила язык. Как сказать Лео, что, несмотря на роскошь, в которой она росла, ее жизнь не была усыпана розами? Отношения между членами ее семьи представляли собой иллюзию счастья и благополучия. И мать Хелены, эта исполненная долга перед обществом жена миллионера, по-прежнему предпочитала прятаться за этой ширмой несуществующего счастья.

Лео чуть подался вперед и поднялся:

– Твой отец лучше других понимает: это всего лишь бизнес. Можешь передать ему, что я мог придумать для него вещи и пострашнее.

В какой-то момент Хелене хотелось сказать Лео, что она много лет не виделась и не общалась со своим отцом. Что она работала секретаршей и жила в дешевой квартирке и навещала своих родных только тогда, когда отец уезжал куда-нибудь в командировку. Ей хотелось поделиться тем, что Дуглас Шоу был властным тираном и она относилась к нему с безразличием, но ее тревожили те, кто больше всего пострадает от его провала. Хелене хотелось сказать, что она не имела никакого влияния на своего отца.

Но она промолчала. Мужчина, который стоял перед ней, отличался от того Лео, которого она когда-то знала. Это был жесткий и практичный делец, одержимый местью, и Хелена побоялась, что он использует ее признание против нее же самой. Кроме того, он уже заявил, что не верит ни одному ее слову.

Хелена молча поднялась с дивана.

– Но должны быть еще какие-то варианты, – выпалила она. – Разве нельзя придумать что-то такое, что удовлетворило бы твой совет директоров и сохранило компанию в целости?

– Совет директоров будет исходить из интересов моего бизнеса, а не из интересов твоего отца или членов твоей семьи. – Лео снова посмотрел на часы. – А теперь, если ты закончила, у меня есть более важные дела.

Хелена замерла и уставилась на него.

Более важные дела?

А чего она ожидала? Понимания? Прощения? Дружеской болтовни за чашечкой чаю? Хелена почувствовала себя униженной. Какой же дурой она была, потратив время на эту дурацкую затею.

– Лео, в следующий раз, когда будешь смотреться в зеркало, подумай о том, почему ты так сильно презираешь моего отца. – Она схватила сумочку со стола и бросила на него ледяной взгляд. – Может быть, ты обнаружишь, что у вас с ним больше общего, чем тебе кажется.

Лео резко развернулся, и Хелена поняла, что ее удар пришелся в цель, но ей не стало легче от этого. С высоко поднятой головой она направилась к двери, но он догнал ее и схватил за руку. Хелена от неожиданности вскрикнула.

– У меня нет ничего общего с твоим отцом, – свирепо посмотрел на нее Лео.

– Тогда докажи это. Дай моему отцу время прийти в себя, чтобы сесть за стол переговоров до того, как твой совет директоров примет какое-либо решение.

Лео разжал руку и сделал шаг назад, и Хелена почувствовала, как в ней затеплилась надежда. Боже правый. Нужно убираться отсюда. Немедленно. До того как она сделает какой-нибудь жалкий поступок или выкажет свою слабость. Сдерживая слезы, она ухватилась за дверную ручку. Но в тот же самый момент ладонь Лео легла на дверь сверху над ее головой, не давая ей уйти.

– При одном условии.

Что-то в голосе Лео насторожило Хелену. Она развернулась и, прижавшись спиной к двери, посмотрела прямо на него:

– Я тебя слушаю.

– Поужинай со мной.

Хелена растерянно заморгала:

– Поужинать… с тобой?

– Да. – Лео убрал руку и отошел от двери. – Завтра вечером.

Он что, издевается?

– Это приглашение или приказ? – натянуто поинтересовалась Хелена.

Лео пожал плечами, лениво и в то же время самодовольно.

– Называй как хочешь. Это мое условие.

– Завтра пятница, – заметила она, словно этот факт имел какое-то значение. По правде говоря, она не могла собраться с мыслями.

– У тебя другие планы? – помрачнел Лео.

– Н-нет… – Великолепно. Теперь он подумает, что у нее нет никакой личной жизни. – Минуту назад ты не мог дождаться, чтобы избавиться от меня, а теперь хочешь провести вечер в моей компании?

Лео снова спрятал руки в карманы брюк.

– Хелена, ты ведь собиралась поговорить со мной. Соглашайся. Это мое окончательное предложение. В субботу я возвращаюсь в Рим.

Она бросила на Лео нерешительный взгляд. Ей предоставлялся один-единственный шанс для того, чтобы прийти к какому-то разумному решению. Хелена не могла спасти компанию отца от поглощения, но могла попытаться убедить Лео не распродавать ее имущество.

– Ладно, – кивнула она. – Я согласна.

– Я пришлю за тобой машину.

Хелене стало не по себе при мысли о том, что Лео или кто-то из его служащих увидит, где она живет. Она выудила из сумки ручку и листочек бумаги и написала на нем адрес банка, в котором работала, и номер своего мобильного телефона.

– Ты можешь забрать меня там. – Хелена вручила ему листок бумаги. – На всякий случай я написала свой номер телефона.

– Замечательно. – Лео едва глянул на бумажку и, спрятав ее в карман брюк, распахнул двери. – Будь готова к половине седьмого.

Хелена кивнула и, выйдя в вестибюль, нажала кнопку. С трудом сдерживаясь, чтобы не обернуться, она мысленно обращалась к лифту и умоляла его поторопиться.

– Хелена.

От неожиданности она вздрогнула и застыла на месте.

– Что? – не оборачиваясь, спросила она.

За ее спиной было подозрительно тихо.

– Надень что-нибудь нарядное, – наконец сказал Лео.

И через секунду Хелена услышала звук захлопнувшейся двери.

Глава 2

Лео взял наполовину пустой стакан с водой и внимательно посмотрел на оставшийся на нем след от розовой помады. Может, Дуглас Шоу подослал к нему свою дочь в качестве наживки? Сама по себе мысль была отвратительной, но Лео считал, что такой кровожадный и алчный тип способен на все.

Он подошел к барной стойке, выплеснул остатки воды и убрал стакан подальше вместе с бутылкой виски. Потом он с силой ударил ладонями по столу и громко выругался.