Последняя битва. Хроника прошло-грядущей войны

Глава 1

Аджубей прибыл в походный Ханский шатёр и пал ниц.

– Встань, подойди, – Хан вручил золотую пайцзу.

Аджубей с поклоном принял знак и обратился в слух. Он самый мудрый и опытный сотник в войске. Ему всегда поручают деликатные и важные миссии. В ханском войске нет плохих воинов, они просто не выживают. Но мудрость и чутьё свойства всё же редкие. Отважно махать саблями, стрелять из луков, проводить войсковые операции брать приступом крепости могут многие, а вот правильно вести переговоры и получать победы без крови умеют не все. Далеко не все.

Сотник принадлежал к тем редким воинам-интеллектуалам, которые не любили лить попусту ни свою, ни чужую кровь. Умение просчитывать действия противников и союзников на несколько ходов вперёд и умело их направлять дорого стоит. Совершенно мудрый делает, ничего не делая. Такие качества даруются Небом от рождения, и если удачное стечение обстоятельств позволяет оттачивать мастерство, то получаются такие как он.

Он всегда много читал, собирал информацию из любых доступных источников, впитывая её как губка. Никогда не ленился послушать умных людей. Не жалел своего времени на общения и на, казалось бы, бессмысленные разговоры с казавшимися всем никчемными людьми. Всегда внимателен к деталям, все пребывали в уверенности, что он замечает всё. Ничто не ускользает от его внимательных умных глаз и чутких ушей.

Аджубей может говорить с погонщиком верблюдов, с поэтом, воином, учёным богословом на равных. И разговор всегда оказывается полезен и ему и другим. Все ценили его за способность разобрать любую щекотливую, и, казалось, совершенно не разрешимую ситуацию. При этом, делал он всё с таким изяществом, что все думали, что это так просто и естественно, и почему только они сами не увидели такой выход.

Все ценили и уважали его, и враги и друзья. Но не многие догадывались, хотя не многие бы и удивились, узнав, что он возглавляет самую тайную службу при Хане. И вот его посылают сопровождать двух путешественников в их паломничестве по священным местам. При этом сроки путешествия неизвестны. Да ещё даётся приказ, беспрекословно выполнять все просьбы сопровождаемых лиц.

Для обеспечения путешественников Хан предложил Аджубею взять письма ко всем правителям с просьбой оказывать содействие и помощь. Также, предложено взять максимальный запас золота и самоцветов, чтобы в пути ни в чём не нуждаться и за все услуги, оказанные, кем бы то ни было, щедро платить. Силу же применять только в самых крайних случаях, но при этом, за безопасность двух путников Аджубей отвечает головой.

Маршрут укажут те двое, всё остальное на нем. Выбрать для миссии Аджубею позволили любого, кого сочтёт нужным, независимо от положения последнего. На подготовку есть два дня. На третий день те двое будут ждать Аджубея у священного камня на южной дороге.

Чутьё подсказывало, что путешествие будет очень опасным, но и интересным. Аджубей и без того практически имел неограниченные полномочия, но для этого задания он получил ещё и легальный мандат говорить от имени Хана с кем бы то ни было. Тут и дураку понятно, что затевается что-то уж очень важное.

Миссия вроде как мирная, но древние говорят, хочешь мира, готовься к войне. Значит нужно подобрать универсальных и лучших бойцов. И чтоб они между собой смогли сплотиться. Да ещё и умели говорить, держа язык за зубами. В сотне Аджубея такие все. Каждый ценен сам по себе, но при этом все действуют как единый механизм. Понимают друг друга с полуслова. И опыт тайных миссий большой, да и войсковых операций много выполнено. Он всегда старался развивать своих людей и грамотно направлял их любопытство. Поощрял изучение наук и языков. Прививал любовь к чтению.

Они универсальные солдаты, а такие всегда учатся, другие долго не живут. Но кто еще может понадобиться? И стоит ли брать кого-то со стороны. Нет, самая короткая дорога та, которую знаешь. Оружие, тоже, лучше привычное и проверенное. А вот казну нужно продублировать, раздав каждому воину достаточно денег и ценностей. Деньги, как ни странно, бывают эффективнее стали, тем более что миссия должна быть максимально мирной. Да ещё рекомендательные письма от Хана тоже хорошо бы выдать каждому, мало ли что.

Глава 2

На третий день после разговора в Ханском шатре Аджубей во главе своей сотни прибыл в назначенное место. У каждого по три заводных лошади и всё необходимое для дальнего похода. «Кто же эти путешественники, почему я не слышал о них?» размышлял он, сидя в седле. «Хан не назвал их имён. Почему? Может, не знает? Или они могут называться разными именами в разных ситуациях? Вряд ли они простые паломники. Ну, да узнаем всё в назначенный час».

Вот и путешественники. Сказать, что их вид удивил, ничего не сказать, они ехали на прекрасных вороных конях без уздечек и сёдел. Аджубей слышал сказки о таких скакунах, но не мог поверить, что они когда-то существовали, и вот увидел собственными глазами. Все его воины разглядывали коней, как заворожённые. Для воина конь это больше, чем средство передвижения и потому, все в лошадях разбирались превосходно.

Да уж, за таких коней полцарства не жаль, никто не мог оторвать взгляда от прекрасных, сказочных животных. А кони преисполнены гордости от великой чести нести своих седоков. Они, как будто, слушались мысленных приказов, вернее желаний всадников. И это выглядело так явно и так естественно, что не вызывало никаких вопросов.

Всадники тоже необычные – длинноволосые с непокрытой головой, в балахонах с капюшонами, туники до колен и короткие шёлковые штаны, на босых ногах сандалии. Одежды все черного цвета. Из оружия кинжалы и сабли. У светловолосого две в сдвоенных ножнах, у чёрноволосого одна. На пальцах кольца с большими самоцветами, излучающими живой внутренний свет. На конские шеи наброшены ремешки, за которые всадники держатся, но скорее для виду, потому как сидят, как влитые. Всадник и конь – одно целое. На лошадях черные попоны. Никаких вещей, никакой поклажи. Но это казалось так естественно.

В полной тишине эти двое подъехали к Аджубею. Лошади, как и люди с открытыми ртами в полном благоговении продолжали рассматривать прибывших.

– Мир вам! Я – Кара. Это – Ика, – молвил светловолосый всадник.

– Мир вам! Я – Аджубей, послан, с сотней самых лучших воинов, Великим Ханом служить вам.

– Предлагаю вашим воинам встать лагерем на ночь, а утром отправимся в путь. Нам нужно многое обсудить перед началом путешествия. Это лучше делать у костра и с чашкой чая. Вы согласны?

– Слышать – значит исполнять, – склонил голову Аджубей.

Глава 3

Воины получили распоряжение устраиваться на ночёвку. Всадники в сопровождении Аджубея двинулись к священному камню. Рядом со священным камнем лежали три небольших валуна. Вообще-то, к камню подходить – табу, но Аджубей не мог ослушаться, он, даже, и не подумал об этом.

Тем временем сказочные кони, преклонив колени дали всадникам спешиться. И те не спеша прошли в запретный круг. Аджубей повторил их странный ритуал приветствия, заключавшийся в прикосновении к священному камню правой рукой, затем они расселись на трех валунах. Валуны как будто для этого и лежали там – сидеть удобно и тепло. Сразу стало спокойно. Казалось, люди вокруг перестали их замечать. А может, это действительно так.

Посидели, успокаивая мысли. Прошло лишь мгновение, однако, солнце уже покатилось за горизонт. Аджубей прекрасно чувствовал время, но в данном случае это чувство ему отказало. И он уже перестал удивляться.

В тишине проводили светило.

– Посмотри мне в глаза, – вкрадчиво сказал Ика.

Аджубей сидел напротив него, поэтому было удобно и естественно смотреть в эти бездонные зеницы. Вдруг, сотник почувствовал какие-то неясные колебания внутри. И окружающий мир начал меняться. Он увидел всё сверху. Вот костры и спящие воины, вот камень и трое, сидящие на валунах. Он, как птица, летел всё выше и выше, туда, к звёздам. И вот, сквозь темноту ночного неба показался огненный шар. Он приближался. Он понял, что это Солнце и, почему-то, не испугался. Он знал, что не сгорит в этом вечном огне, что огонь примет его, потому, что он тоже огонь.

Аджубей влетел внутрь солнца, так хорошо, так уютно. Вот он настоящий дом. Его новые спутники рядом, направляют и страхуют.

– Куда теперь? – осторожно произнес Аджубей и понял, что они находятся и здесь и там и что это не сон наяву, а обычное состояние при таком путешествии.

– Теперь можешь закрыть глаза здесь. Не останавливай свой полёт, набирайся сил и не бойся говорить, что видишь и спрашивать, – ответил Ика.

Так и есть. Светило питало силой, выжигало всё ненужное и дурное. Хорошо быть Солнцем.

Вот закончилось Солнце, снова увидел тёмное небо и мириады звёзд.

– Куда теперь?

– Выбирай.

И он выбрал. Что-то внутри указало направление, и он полетел. Такого с ним не было никогда, даже во сне. Он ходил по знакомым и незнакомым городам, перемещался во временах и проходил сквозь стены. Он мог, заглянув в чьи-нибудь глаза окунуться в них и воспользоваться как вратами в другой мир или посмотреть этими глазами на то, что интересно. Это так захватило. Он с восторгом делился со своими спутниками впечатлениями. Радовался как ребёнок, грустил и плакал. Рождался и умирал там. Участвовал в великих битвах против странных существ. Бился и с обычными людьми.

Влюблялся, даже занимался любовью и чувствовал всё по-настоящему. Он так привык к этому состоянию, что уже не различал, где он подлинный. Каково его истинное имя и тело. Всё это трудно, почти невозможно передать словами. Так невозможно описать любовь и смерть. Но, как же он мог жить без всего этого?!

– Пора возвращаться, только аккуратно, иначе останешься там, а у нас ещё много дел здесь. – Тихо сказал Ика.

И он полетел назад, через звёздное небо, через Солнце и опять звёздное небо. И вот земля, костёр.

– Можешь открыть глаза.

Открыл и понял, что видел всё и с закрытыми глазами, видел так же привычно и чётко. Посмотрел Ике в глаза.

– Положи руку на сердце.

– Я не слышу ударов – удивился сотник.

– Держи.

Аджубей протянул руку и Ика вложил что-то невидимое в неё. И оно стало биться в руках сотника.

– Можешь вставить на место.

Аджубей не заставил себя ждать, прижал руку к груди и почувствовал, как это бьющееся перетекло в грудь и встало на место. Хвала Небу, подумал сотник.

Глава 4

– Пойдём к костру, – светловолосый поднялся первым.

Кони паслись, воины отдыхали, только караулы привычно бдели. Для них приготовили отдельный костёр. Прилегли у костра на попонах и принялись за кумыс и сыр.

– Ещё успеем поспать. Постарайся запомнить свой сон.

Положив под голову сёдла стали погружаться в сон, глядя на звёзды.

Во сне сотник увидел назначенный путь, он сам прокладывал маршрут, знал, зачем и куда они идут и знал, что это дело всей его жизни. И стало легко на душе и удивительно спокойно. А когда пришло утро, почувствовал столько сил, что готов свернуть горы, повернуть реки и достать луну с неба.

Теперь понял, почему Хан дал именно ему это поручение и ещё он понял, почему Хан так относится к этим людям. Хотя люди ли они? Будь он на месте Хана, то, наверное, пошёл бы сопровождать их со всей своей армией хоть на край света. Да только судя по всему, эти двое попросили у Хана именно его с небольшим отрядом. Достаточно ли этого для дела? Им виднее. Но теперь и он несет ответственность за результат.

«Как же всё просто и незатейливо вчера прошло. Какой удобный способ информировать и ставить задачу. Вот бы всех моих воинов так же, как меня или, вообще, всех людей. Хотя, в этом-то как раз и состоит наша задача, ведь такова Конечная цель всего мероприятия».

Собрались, как всегда, тихо и быстро. Выслали вперёд разведку, от этой привычки не стоит избавляться, бережёного Бог бережёт. Хороший воин должен уметь чувствовать опасность, но разведка дело святое. Это предками заведено. Ехали пока по своей территории, но миссия такая, что теперь любая территория может вмиг оказаться враждебной. Рисковать же нельзя.

– Значит, спасать мир – это просто не допускать конца света?

– Да, сотник, можно и так сказать, – ответил Кара.

– Но что же есть конец света?

– Есть тот свет и этот. – Сказал Ика. – Души в постоянном круговороте, рождаются здесь – умирают там и наоборот. Конец света, это когда ни там, ни здесь не станет ничего. Тогда и души перестанут существовать. На том свете души знают все, но действовать могут только тут.

– Теперь понятно…

Глава 5

На третий день пути вышли к широкой реке. Не успели разбить лагерь, как дозорные сообщили, что в двух стрелищах вниз по течению речные разбойники грабят купеческий караван. Аджубей решил послать полсотни на помощь купцам. На земле Великого Хана каждый воин должен пресекать разбои и беззакония. Воины опытные, разберутся сами. Но Кара попросил поступить по-другому.

Обычно разбойники не резали просто так никого, проще получить выкуп или продать в рабство пленных. В те времена людей на земле было не так много, и они представляли большую ценность, тем более здоровые взрослые мужчины, а в караванах не держали других.

Когда Кара, Ика и Аджубей, переодетые в одежды простых воинов, подкрались к месту событий, все караванщики уже были повязаны. Разбойники спокойно пировали и прикидывали, сколько еще удастся выручить с продажи пленных и куда тех выгоднее отправить.

В темноте с многочисленным противником биться ловчее. Главное не мешать друг другу. Решили заходить с трех сторон и никого не щадить. Враг только мертвый за спиной. Все прошло быстро, разбойников было человек тридцать, совсем не много, тем более их застали врасплох. Ночь безлунная. Немого поработали ножами и все стихло.

Аджубей взял факел и, подойдя к, ничего не понявшим, спеленатым купцам, торжественно объявил, что они освобождены доблестными воинами Великого Хана и что негодяи понесли соответствующее наказание. После чего разрезал их путы.

Купцы, конечно же, стали благодарить своих спасителей и Великого Хана. А тут уже и рассвет. Предложено было добраться вместе до ближайшего города и отметить чудесное спасение, благо спасители возвращались со службы и располагали временем.

Трупы разбойников погрузили на их же кораблик, предварительно изъяв все ценное, и подожгли. В те времена мертвых сжигали, а прах либо закапывали в курганах, либо бросали в воду. Иногда, в особых случаях, развеивали по ветру. Эти же были речными разбойниками, потому их прах должно отдать реке. Все без затей. Все, что было при разбойниках, естественно стало собственностью спасителей. Но спасители попросили распорядиться этим имуществом опытных купцов, потому как на кораблике было не только оружие, но и добыча с других грабежей.

Все это, по тем временам, выглядело совершенно справедливо, никто бы в таких обстоятельствах не стал искать собственников награбленного имущества, военная добыча – святое.

Так и двинулись теперь в составе купеческого каравана к городу. Один дневной переход. Сотне приказали держаться на дистанции такого перехода, так что бойцы прибудут в город через день и, конечно, никак не выкажут свою связь с тремя ветеранами на отдыхе.

Глава 6

Обычный портовый город. Рынки, склады, корчмы, матросы, шлюхи, торговцы. Купцы оказались весьма благодарными людьми и гуляли на радостях три дня. Все это время пытались уговорить своих избавителей сопровождать их и дальше, поскольку путь не близок и опасен. Ветераны, разумеется, отнекивались, как могли, но вино и прочие радости смягчили их суровые сердца. Тем более, гонорар обещан впечатляющий. На четвертый день грузились на корабль.

Сотне так же пришлось грузиться на корабли, предстояло пересечь море.

В тот же день поднялся на борт своего судна еще один человек. Точнее сказать, прекрасная дама. Во всяком случае, формы под одеждой были весьма впечатляющими. А лицо скрывала накидка, все же солнце для нежной кожи опасно. А может просто не хотелось быть узнанной. Охраняли таинственную госпожу темнокожие мускулистые воины. Те не закрывали ни лицо, ни верхнюю часть туловища. Оливковая кожа, тюрбан, шаровары, открытые сандалии и кривые сабли. Белые зубы, горящие глаза.

Ждали попутного ветра, на побережье направление ветра меняется в зависимости от времени суток, если, конечно, не происходит ничего неординарного. Но погода была обычная для этого времени года, и потому с утренним ветром десяток кораблей поднял якоря.

Обычное дело для морских транспортов собираться в небольшие флотилии, так безопаснее.

Купцы продолжали отмечать свое спасение, так, что было очень весело. Ика с кружкой вина стоял у борта судна, глядя на уходящий берег. Аджубей и Кара вели беседы с купцами.

Глава 7

Незнакомка, в убранной на восточный манер каюте, читала древнюю книгу. Белые изнеженные руки, покрытые изощренным узором татуировок, нервно перебирали нефритовые четки. Казалось, она читает молитву, но это не так. Мудрец сказал, лучше час подумать, чем пять дней молиться. Эта дама не молилась вовсе, зато думать умела очень хорошо. Вот и сейчас, глаза бегали по буквам, а мысли были далеко. Так можно использовать любую книгу, но если у вас есть специально написанная для этого, то все получается гораздо действеннее.

Мысленно, окунувшись в реку времени, незнакомка просчитывала варианты развития событий. Кто-то называет это гаданием, но знающий понимает, что нет никакого гадания, есть анализ возможностей. Но было трудно, что-то просчитать определенно. Слишком много вариаций, слишком много случайных факторов. Это раздражало. Наконец, она отбросила четки на подушки и захлопнула книгу.

Поднялась, перетекая, как кошка и подошла к окну. Долго смотрела на уходящую за горизонт землю. Вспоминала, сколько пришлось пережить, пока удалось узнать, когда эти двое двинутся в путь. Деньги и пытки тут не помогут. Только обостренное до предела восприятие мира, но это так тяжело. Чувствовать то, что чувствует весь мир, слышать мысли, переживать страдания и восторги.

Почему люди так не сдержаны в выражении своих эмоций? Неужели нельзя что-то с этим сделать. Хотя бы, сократить спектр переживаний. Оставить только необходимые инстинкты – утоление голода, жажду размножения, страх. Как было бы приятно чувствовать такой мир. Но, увы. Столько уже потрачено сил, средств и времени, столько пролито крови и людей и нелюдей. Однако, ничего не помогает. Откуда только силы берутся на такие яркие переживания? В раздражении ее раздвоенный язычок высунулся и с шипением втянулся назад.

Глава 8

Помощник сотника, опытный воин Тай-мурза остался за старшего. Больше всего сотня присматривала за сказочными конями. Все воины старались оказать им знаки внимания. Наверное, к дамам они не стали бы так относиться. Кони, чувствуя такое отношение, легче переживали разлука с хозяевами.

Что ждет их на той стороне? Тай-мурза понимал, это не простое задание и шестое чувство кричало ему сейчас прямо в волосатое ухо, что на том берегу прольется много крови и своей и чужой. Ну что ж, на то они и воины, чтоб поить сталь кровью. Да только в этот раз биться придется с каким-то неведомым противником. И запел он от непонятной тоски старую степную песню.

Степь, дорога, конь, звезда.

Что хотел ты взять от бога,

Старый конник Тай-мурза?

От костра летели искры,

И молчала темнота.

Небо слушало ответы,

И ответил Тай-мурза.

Всем живущим солнце светит,

Хватит места всем в степи.

Много рек на белом свете,

Всем достанется воды.

Все пути открыты детям.

Все их помыслы чисты.

Этот мир создали дети.

Эти дети были – мы.

По обычаю, от древних

Дети знают тайный знак.

Этот знак дарует небо,

Без него нельзя никак.

Знаку небо отзовется,

Знак укажет верный путь.

Знак тот сердцем обретется,

И тогда лишь дух проснется.

Кто читать умеет знаки,

Видит будущего нить.

Труден путь к мечтам великим,

Всем известен этот путь.

Поле битвы – степь без края,

Реки крови, трупный яд.

В детстве грезят все о славе.

Этой славы жаждал я.

Я, читающего знаки,

Попросил мой знак прочесть.

Он сказал: – «ты будешь славен,

Если выберешь ты меч».

И пошел я в поле биться,