Азбука спасения. Том 77

Преподобный Кассиан Римлянин

Сия есть, говорить св. Павел, воля Божия – святость ваша (1Сол.4:3). И чтоб не оставить в нас сомнения, или темного непонимания, что именно называет он святостью, – правду ли, или любовь, или смирение, или терпение, – ибо всеми сими добродетелями приобретается святость, – он далее прямо обозначает, что собственно хотел назвать святостью: сия есть воля Божия святость ваша, хранити себе самех от блуда, и ведети комуждо от вас свой сосуд стяжати во святыни и чести, а не в страсти похотней, якоже и языцы неведущии Бога (1Сол.4:3—5). Смотри, какими похвалами превозносит он целомудрие, называя его честью сосуда, т.е. тела нашего, и святынею. Следовательно напротив, кто пребывает в страсти похотной, тот находится в состоянии бесчестия и нечистоты и живет чуждо святости. Немного ниже св. Павел еще прибавляет, опять называя целомудрие святостью: не призва бо нас Бог на нечистоту, но во святость. Темже убо отметаяй (презираяй сие), не человека отметает, но Бога давшего Духа Своего Святого в нас (там же – ст. 7. 8). Ненарушимую силу и важность придал он заповеди своей, когда сказал, – что кто отметает сие, т.е., то, что я сказал, тот не человека презирает, т.е. меня заповедающего сие, но Бога, во мне говорящего, Который и Духу

Своему Святому назначил в обиталище сердце наше. Видишь ли, какими в простых словах похвалами превознес он сию добродетель! Во-первых, ей собственно приписывает святость, потом утверждает, что ею сосуд тела нашего освобождается от всякой нечистоты; в третьих, что, извергши срамную нечистоту, сосуд сей будет пребывать в чести, как святыня; наконец, что есть самое высшее ее преимущество, чрез нее обитателем сердца нашего будет Дух Святой.

Приведу и другое подобное сему свидетельство того же Апостола. – Пиша к Евреям, он говорит: мир имейте со всеми и святыню, ееже кроме никтоже узрит Господа (Евр.12:14). И здесь также он ясно утверждает, что без святости, которую обыкновенно называет непорочностью и чистотою души и тела, совершенно невозможно видеть Бога.

Чем выше и небеснее есть достоинство целомудрия, тем сильнейшие вызывает оно наветы вражеские. Почему тем усиленнее должны мы соблюдать не только воздержание тела, но и сокрушение сердца, с непрестанными молитвенными воздыханиями, чтоб пещь плоти нашей, которую Царь Вавилонский непрестанно покушается поджечь поджожками плотских подсад, непрестанно же угашать и охлаждать нисходящею в сердца наши росою Духа Святого.

Такое настроение можно нам удерживать постоянно, если будем всегда помнить, что Бог есть ночной и дневной зритель и знатель не только тайных дел наших, но и всех помышлений, – и веровать, что мы имеем дать Ему ответ и за все, что вращается в сердце нашем, как за все дела и поступки наши.

Чтоб даже во время сна нечистые грезы не оскверняли нас, для этого всегда надобно держать равномерно умеренный пост. Ибо кто нарушит разумную меру строгости в воздержании от пищи, тот потом непременно зайдет и за должную меру послабления себя в сем. С изменением же меры подкрепления себя пищей, неизбежно должно изменяться и качество нашей чистоты. Но при сем должно иметь постоянное смирение сердца и терпение, равно как внимательное предохранение себя в течение дня от гнева и прочих страстей. Ибо, коль скоро западет в нас огнь гнева, то после легко проникнет к нам и жар похоти. Паче же всего необходимо бодренное блюдение себя ночью. Ибо, как чистота и охранение себя днем предуготовляют чистоту ночную, так и ночная бодренность предпосылает сердцу равно, как и вниманию к себе силу и крепость противостоять всему нечистому днем.

Можно ли совсем погасить огнь похоти, коей жар как бы врожденным чувствует в себе плоть наша? – Поищем наперед, что полагает о сем блаженный Павел. Умертвите, говорит он, уды ваша, яже на земли (Кол.3:5). Какие же это уды заповедует он умерщвлять? – Конечно не руки и ноги или другие какие части отсекать, а истреблять тело греховное, о коем в другом месте говорит он: да упразднится тело греховное плоти (Рим.6:6), – и которое, как всякое другое тело, имеет и свои члены. Их-то и заповедует Апостол умертвить. А какие это именно, он тут же и перечисляет. – Ибо сказав: умертвите уды ваша, яже на земли, продолжает: блуд, нечистоту, страсть, похоть злую, и лихоимание, еже есть идолослужение. Первый член – блуд: это грех плотского незаконного совокупления; второй член – нечистота, которая без всякого прикосновения к женщине иногда случается во время сна, или и во время бодрствования; третий член – страсть, которая, находясь в сокровенности души, может воспламеняться и не по действию похотения в теле; четвертый член – похоть злая, которая может относиться не только к вышесказанной страсти нечистой, но и вообще ко всем пагубным вожделениям, и которая есть только болезнь развращенной воли; последним членом греховного тела ставит Апостол лихоимание, внушая, что не только должно воздерживаться от пожелания чужих вещей, но и свои надобно великодушно презирать, как действительно и поступало упоминаемое в, книге Деяний первое общество верующих (Деян.4:32,35).

Из всего сказанного делаю такое заключение: если многие ради Христа отвергли свое имущество, так что не только обладание деньгами, но и желание их от сердец своих отсекли, то следует, что таким же образом можно погасить и блудное разжение. Ибо Апостол не соединил бы невозможного дела с возможным. Но признавая то и другое возможным, заповедал равно то и другое умертвить. – И настолько блаженный Павел уверен был в возможности искоренить блудную страсть из членов наших, что не только заповедал умертвить ее, но повелел, чтоб даже и имя ее не было произносимо между нами, говоря: блуд же и всякая нечистота и лихоимство ниже да именуются в вас, якоже подобает святым: и сквернословие, и буесловие или кощуны, яже не подобная (Еф.5:3,4). Потому не может быть сомнения, что страсть блуда может быть истреблена из членов наших, – так как Апостол повелел отсекать их так же, как и любостяжание, суесловие, смехотворство, которых отсечение удобно.

Впрочем, мы должны знать, что хотя бы мы соблюли всю строгость воздержания, и именно, – голод, жажду, бдение, постоянный труд, – и с неослабным усердием занимались чтением душеспасительных книг, не можем, однако сами, посредством этих подвигов, приобрести непрерывную чистоту целомудрия, если не придет к нам на помощь особенная благодать Божия. Да ведает всяк, что он должен неутомимо упражняться в сказанных подвигах только для того, чтобы терпеливо переносимою прискорбностью от них, приклонив к себе милосердие Божие, сподобиться Божественного дара освобождения от брани плоти и от господства преобладающих страстей, а не в той надежде, будто он сам собою посредством их может достигнуть несокрушимой чистоты целомудрия телесного, которого так желает и ищет.

Желания настоящих вещей не могут быть подавлены или отвергнуты, если вместо них не будут восприняты другие спасительные. Потому если желаем истребить плотские вожделения из сердец наших, то на место их должны поскорее насадить желания духовные, чтобы дух наш, всегда стремясь к предметам их, не имел ни охоты, ни времени обращать внимание на прелести преходящих радостей земных. И когда дух наш каждодневными упражнениями в духовном делании установится в таком настроении отрешения от всего, тогда опытно уразумеет и силу следующего стишка, который и все мы не редко повторяем, но силу которого ведают лишь немногие опытные: предзрех Господа предо мною выну, яко одесную мене есть, да не подвижуся (Пс.15:8). Только тот действительно постигает силу и смысл сего стиха, кто, достигнув до той чистоты тела и духа, о коей говорим, сознает, что он в каждую минуту охраняется Господом, чтобы опять не уклонился на прежнее, и что десница его, т.е. святые действия постоянно ограждаются Им. Ибо Господь всегда присущ Святым Своим не по левую сторону, – потому что Святой муж не имеет ничего левого, т.е. худого, – но по правую. А для грешников и нечистых Он бывает невидимым, потому что они не имеют правой стороны, на которой Он обыкновенно бывает присущ.

Много степеней целомудрия, по которым восходят к непоколебимой чистоте. Лествицу такого усовершенствования целомудрия я разделю на шесть степеней, которые, однако, в действительности проходятся незаметно, по подобию наших тел, которые в каждый день не чувствительно получают себе приращение и без нашего ведома вырастают до совершенного своего вида. Первая степень целомудрия есть, – если монах не подвергается возмущению плотской похоти в бодрственном состоянии; вторая, – если ум не замедляет в сладострастных помыслах; третья, – если при виде женщины ни мало не тревожится вожделением; четвертая, – если в бодрственном состоянии не допускает и простого движения плотского, пятая, – если и самое тонкое согласие на плотское действие не ранит ума, когда рассуждение, или чтение приведет на память человеческое рождение; шестая, – если даже и во сне не бывает возмущаем соблазнительными мечтами о женщинах.

Полная целомудренная чистота от начатков воздержания от похотных мыслей и движений отличается совершенным успокоением плотских возбуждений и покоем от них. Совершенно созревшее целомудрие всегда хранит невозмутимою и неколебимою чистоту тела и души, и есть не что иное, как святость. Это бывает, когда плоть, перестав похотствовать на духа, начинает согласоваться с его желаниями и добродетелью, и когда они оба соединятся между собою твердым миром, и, по изречению Псалмопевца, как братья станут жить вкупе (Пс.132:1). – Тогда и Бог с ними бывает, ибо говорится, что в мире место Его (Пс.75:3), – т.е. не в шуме брани и борьбы со страстями, а в мире целомудрия и в постоянном покое сердца. Почему, когда кто чрез погашение плотских страстей, сподобится стяжать это место мира, то в то же время сделается и жилищем Божиим.

Преподобный Иустин (Попович)

Святые это люди, которые на земле живут святыми, вечными, божественными истинами. Поэтому «Жития святых» это в действительности примененная Догматика: ибо в них все святые вечные догматические истины пережиты во всех своих животворных и созидательных силах. В «Житиях святых» самым очевидным образом показано, что догматы не суть только онтологические истины в себе и для себя, но каждый из них есть родник вечной жизни и источник святой духовности. По всеистинному благовестию единственного и незаменимого Спасителя и Господа: слова, которые говорю Я вам, суть дух и жизнь (Ин.6:63): ибо каждое из них изливает из себя спасающую, освящающую, благодатную, животворную, преображающую силу. Без святой истины о Святой Троице нет нам от Святой Троицы силы, которую мы верой черпаем, и она нас оживляет, освящает, обожает, спасает. Без святой истины о Богочеловеке – нет спасения человеку, потому что из нее, пережитой человеком, изливается спасающая сила, которая спасает от греха, смерти, диавола. А эта догматическая истина о Богочеловеке Господе Христе не засвидетельствована ли самым очевидным и самым экспериментальным образом в жизни бесчисленных святых? Ибо святые тем и суть святые, что они всего Господа Иисуса непрерывно переживают как душу своей души, как совесть своей совести, как ум своего ума, как существо своего существа, как жизнь своей жизни. И каждый из них вместе со святым апостолом громоглашает истину: уже не я живу, но живет во мне Христос (Гал.2:20).

Углубитесь в жизнь святых: из всех них изливается благодатная животворная и спасоносная сила Пресвятой Богородицы, которая ведет из подвига в подвиг, из добродетели в добродетель, из победы над грехом в победу над смертью, из победы над смертью в победу над диаволом, и вводит их в духовную радость, за которой нет ни печали, ни воздыхания, ни горя, но только мир и радость во Святом Духе (Рим.14:17), радость и мир от победы, одержанной над всеми грехами, над всеми смертями, над всеми нечистыми духами. А все это, без сомнения, есть опытное и жизненное свидетельство истинности святого догмата о Пресвятой Богородице, воистину «честнейшей Херувим и славнейшей без сравнения Серафим», святого догмата, который святые верою носят в сердце своем и ревностной любовью живут им.

Желаете ли одно, два, и тысячи неопровержимых свидетельств о живоносности и животворности всечестного Креста Господня, и тем экспериментального подтверждения всеистинности святого догмата о спасоносности Крестной смерти Спасителя, тогда идите с верою через «Жития святых». И вы сможете почувствовать и увидеть, что в каждом святом отдельно и во всех святых вместе взятых крестная сила есть всепобеждающее оружие, которым они побеждают всех видимых и невидимых врагов своего спасения; и еще увидите крест во всем, принадлежащем им: и в душе, и в сердце, и в совести, и в уме, и в воле, и в теле, и в каждом из них неиссякающий источник спасоносной всеосвещающей силы, которая уверенно ведет их из совершенства в совершество, из радости в радость, до тех пор, пока не введет в вечное Царство небесное, где непрестанное ликование празднующих и бесконечная сладость зрящих неизреченную красоту лица Господня. – Но святой жизнью и святыми личностями святых Божиих засвидетельствованы истинно и всеубедительно не только упомянутые догматы, но и все остальные святые догматы: о Церкви, о благодати, о святых таинствах, о святых добродетелях, о человеке, о грехе, о святых мощах, о святых иконах, о загробной жизни и о всем остальном, что составляет богочеловеческое домостроительство спасения. Да, «Жития святых» – это экспериментальная Догматика. Да, «Жития святых» – это пережитая Догматика, пережитая святой жизнью святых Божиих людей.

При этом, «Жития святых» содержат в себе и всю православную Этику, православную нравственность в полном сиянии ее богочеловеческой высоты и бессмертной животворности. В них самым убедительным образом показано и доказано: что святые таинства источник святых добродетелей, что святые добродетели плод и порождение святых таинств: они рождаются от них, развиваются с помощию их, питаются ими, живут ими, усовершаются ими, ими пребывают бессмертными и вечными. Все божественные нравственные законы проистекают из святых таинств и осуществляются святыми добродетелями. Поэтому «Жития святых» и суть пережитая Этика, примененная Этика. Действительно, «Жития святых» неопровержимо показывают, что Этика и есть ничто иное как примененная Догматика. Вся жизнь святого состоит из святых таинств и святых добродетелей, а святые таинства и святые добродетели суть дарования Святого Духа, Который производит все во всем (1Кор.12:4, 6,11).

Что же еще такое «Жития святых»? – Единственная православная Педагогика. Потому что в них бесчисленным множеством евангельских способов, многовековым опытом в совершенстве разработанных, показано, как вырабатывается и выстраивается совершенная человеческая личность, совершенно идеальный человек, и как с помощью святых таинств и святых добродетелей в Церкви Христовой вырастают в мужа совершенного, в меру полного возраста Христова (Еф.4:13). А это и есть евангельский воспитательный идеал, единственный воспитательный идеал, достойный такого богообразного существа, как человек, идеал, установленный Евангелием Господа Христа. Установленный и осуществленный в первую очередь Богочеловеком Христом, а затем осуществленный в святых апостолах и остальных святых Божиих. Между тем, без Богочеловека Христа, и вне Богочеловека Христа, при всяком другом воспитательном идеале, человек навсегда остается существом недовершенным, существом смертным, существом жалким, существом бедным, достойным всех слез всех очей, сколько ни есть их в Божиих мирах.

Если хотите, «Жития святых» это своего рода православная Энциклопедия. В них можно найти все, что потребно душе, алчущей и жаждущей вечной правды и вечной истины в этом мире, алчущей и жаждущей божественного бессмертия и вечной жизни. Если тебе нужна вера, в них ты найдешь ее в изобилии: и напитаешь душу свою пищей, от которой никогда не взалчут. Если тебе нужна любовь, правда, надежда кротость, смирение, покаяние, молитва, или какие бы то ни было добродетели и подвиги, в них ты найдешь бесчисленное множество святых учителей для всякого подвига и получишь благодатную помощь для всякой добродетели. Если ты в страданиях из-за своей веры во Христа – «Жития святых» тебя утешат и ободрят, и придадут тебе смелости, и окрылят, и страдания твои в радость претворят. Если ты в каком бы то ни было искушении, «Жития святых» тебе помогут, и ты преодолеешь его, и ныне и вовек. Если ты в опасности от невидимых врагов спасения, «Жития святых» вооружат тебя всеоружием Божиим (Еф.6:11,13), и ты разобьешь их и ныне, и всегда, и во всю жизнь. Если ты находишься среди видимых ненавистников и гонителей Церкви Христовой, «Жития святых» придадут тебе исповеднической храбрости и силы, и ты неустрашимо исповедуешь единого во всех мирах истинного Бога и Господа – Иисуса Христа, и за святую истину Евангелия Его будешь смело стоять до смерти, до всякой смерти, и почувствуешь себя сильнее всех смертей, не говоря уже всех видимых врагов Христовых, и, мучимый за Христа, будешь восклицать от радости, чувствуя всем существом твоим, что жизнь твоя – на Небесах, сокровенна со Христом в Боге, вся выше всех смертей (Кол. 3:3).

В «Житиях святых» показаны многочисленные, но всегда надежные пути спасения, просвещения, освящения, преображения, охристовления, обожения, показаны все способы, которыми естество человеческое преодолевает грех, любой грех, преодолевает страсть, любую страсть, преодолевает смерть, любую смерть, преодолевает диавола, любого диавола. От всякого греха там есть врачевство; от всякой страсти – исцеление; от всякой смерти – воскресение; от всякого диавола – избавление, от всех зол – спасение. Нет страсти, нет греха, для которых в «Житиях святых» не был бы показан способ, которым данная страсть, данный грех преодолевается, умерщвляется, искореняется. В них ясно и очевидно показано: нет духовной смерти, из которой нельзя было бы воскреснуть божественной силой воскресшего и вознесенного Господа Христа; нет муки, нет несчастья, нет мучения, нет страдания, которые бы Господь ради веры в Него не преобразил бы постепенно или мгновенно в тихую, умиленную радость. Как даже и грешник становится праведником – этому множество потрясающих примеров в «Житиях святых». Как разбойник, блудник, пьяница, развратник, убийца, прелюбодей становится святым человеком – этому многое множество примеров в «Житиях святых». Как самолюбивый, себялюбивый, неверующий, безбожный, гордый, сребролюбивый, похотливый, злой, скверный, испорченный, гневливый, пакостный, вздорный, злобный, завистливый, злонравный, хвастливый, славолюбивый, немилостивый, сластолюбивый становится Божиим человеком – этому также многое множество примеров в «Житиях святых».

Но точно так же в «Житиях святых» есть очень много дивных примеров того, как юноша становится святым юношей, как девушка становится святой девушкой, как старец становится святым старцем, как старица становится святой старицей, как дитя становится святым дитятей, как родители становятся святыми родителями, как сын становится святым сыном, как дочь становится святой дочерью, как семья становится святой семьей, как община становится святой общиной, как священник становится святым священником, как владыка становится святым владыкой, как чабан становится святым чабаном, как земледелец становится святым земледельцем, как царь становится святым царем, как пастух становится святым пастухом, как работник становится святым работником, как судья становится святым судьей, как учитель становится святым учителем, как наставник становится святым наставником, как воин становится святым воином, как офицер становится святым офицером, как властелин становится святым властелином, как чиновник становится святым чиновником, как торговец становится святым торговцем, как монах становится святым монахом, как строитель становится святым строителем, как врач становится святым врачом, как таможенник становится святым таможенником, как ученик становится святым учеником, как ремесленник становится святым ремесленником, как философ становится святым философом, как ученый становится святым ученым, как государственный деятель становится святым государственным деятелем, как министр становится святым министром, как нищий становится святым нищим, как богач становится святым богачем, как раб становится святым рабом, как господин становится святым господином, как супруги становятся святыми супругами, как писатель становится святым писателем, как художник становится святым художником.

СОКРОВИЩЕ СМИРЕНИЯ

Преподобный Исихий Иерусалимский

Поелику сокровище смиренномудрия высокотворно и Богу любезно, имеет силу истреблять всякое зло в нас и все Богу ненавистное, то сего ради неудобно стяжавается. Удобно, может быть, найдешь ты в ином человеке частные некие деяния многих добродетелей, но, поискав в нем благоухание смирения, едва ли найдешь его. Потому много потребно радения и усилий, чтобы стяжать сие сокровище. Писание и диавола называет нечистым за то, что с самого начала отверг он это благое сокровище смиренномудрия и возлюбил гордость.

Есть много действий ума, могущих снискать нам благий дар смиренномудрия, если не будем нерадеть о своем спасении, как то: воспоминание согрешений – словом, делом и помышлением, – и другое многое, мысленно пересматриваемое, споспешествует к смиренномудрию. Располагает к истинному смирению и то, когда кто вращает в уме непрестанно добродетели ближних, и другие естественные их преимущества превозносит, сравнивая свое с ихним. Видя, таким образом, ясно в уме своем свою худость и то, сколько отстоит он от совершенства других, человек, естественно, станет считать себя землею и пеплом, и даже не человеком, а псом некиим, потому что от всех земле сущих разумных тварей во всем отстает и всех их скуднее и нищетнее.

Какое кто имеет расположение к человеку, крайне его оскорбившему и обидевшему, такое же, или еще худшее, должны мы иметь и к самим себе, если хотим исполнить величайшую и первейшую заповедь, т. е. блаженное смирение, – Христово жительство, воплощенную жизнь Бога.

СОСТОЯНИЕ СМИРЕНИЯ

Смирение состоит в том, чтобы отсекать свою волю перед ближним в разуме. Авва Исайя