Второго шанса не будет

Глава 3

Голди пыталась сосредоточиться, пока блестящий, роскошный автомобиль Гаела ехал по Колумбус-авеню в сторону Центрального Вест-парка. Она не помнила, что ударилась головой, когда грабитель отнял у нее кошелек. И все же у нее сложилось смутное ощущение, что она падает в кроличью нору.

Гаел решил сделать ей предложение…

Ей хотелось фыркнуть от смеха. Ничего хорошего из предложения от такого человека не выйдет. У Гаела лицо падшего ангела, привыкшего покорять женщин.

Он из тех мужчин, о которых всегда мечтала ее мать. Наглядевшись, как такие мужчины используют ее мать, Голди поклялась их сторониться.

Не то чтобы Голди ненавидела всех мужчин. Но она отвергала плейбоев с загадочными глазами и симпатичными лицами. Поэтому, сидя рядом с богачом Гаел ом, она насторожилась.

Зря она села к нему в машину.

Голди нахмурилась. Сесть в машину к Гаелу ее вынудили обстоятельства. Но это не значит, что она не контролирует ситуацию.

Она взглянула на него краем глаза.

Когда она решила, что телефон полностью завладел вниманием Гаела, она повернулась и уставилась на его профиль.

По правде говоря, он походил на римскую статую, которую она когда-то видела в Музее естественной истории, когда была там с матерью. Их поездка произошла в то редкое время, когда ее мать была трезвой и достаточно рассудительной. Они долго-долго смотрели на статую, наслаждаясь ее невиданной красотой. Ее мать задумчиво вздохнула, и ее глаза наполнились слезами.

Голди знала, что означают эти слезы. Ее мать оплакивала несбывшиеся мечты и свой неправильный выбор в прошлом. Сильнее всего она переживала оттого, что отпустила отца Голди. К горлу Голди подступил ком, когда она заметила, как ее мать пристально смотрит на статую, желая, чтобы та ожила.

Конечно, это было бесполезное желание.

Гаел повернул голову и уставился на Голди карими глазами, обрамленными длинными ресницами. Голди попыталась отвести взгляд, но по непонятной причине не смогла этого сделать.

– Это ваше предложение… Как оно связано с вашей профессией? – спросила она и посмотрела на визитку. Голди никогда не слышала о компании Гаела Агилара.

– Это новый филиал моей компании, – ответил он.

– Значит, вы ищете подопытных кроликов?

Ее слова развеселили его, уголки его чувственного рта приподнялись. Его лицо расслабилось, и у Голди перехватило дыхание.

– Давайте забудем о кроликах и вообще о любых животных, – сказал он. – Я мужчина. Вы женщина.

Что-то в его взгляде заставило ее смутиться. Она тихо выругалась на себя, почувствовав, что краснеет. Она актриса, и ей надо тренировать свои эмоции, а не смущаться от одного насмешливого взгляда мужчины.

– Я не услышала ответ на свой вопрос, – проворчала она, скрывая беспокойство.

– Вы его услышите в свое время. Мне необходимо, чтобы вы сосредоточились.

– Почему вы думаете, что сейчас я не могу сосредоточиться?

– Вам это удастся, пока вы прикрываете грудь и пытаетесь не замечать боль в руке? – спросил он почти нежно.

Она не успела дерзко ответить ему, потому что Гаел наклонился и взял бутылку воды из бара. Откупорив бутылку, он намочил водой несколько салфеток и повернулся к Голди лицом.

– Вы позволите? – мягко спросил он.

Голди не желала с ним связываться. Мужчины, подобные ему, умели нежничать. Мужчины, подобные ему, были хищниками.

Голди хотела отказаться от его помощи из принципа, в солидарность со своей бедной матерью. Она не сомневалась, что обида матери заставила ее опасаться некоторых мужчин. Например, таких, как режиссер сегодняшнего кастинга.

Тем не менее она рискнула протянуть Гаелу правую руку. Он быстро и решительно промыл ей рану на ладони. Убрав салфетки, он пристально посмотрел на Голди:

– Лучше?

Она размяла пальцы и отрывисто кивнула:

– Да, спасибо.

– Не надо меня благодарить, мисс Беккет.

За насмешливостью в его тоне скрывалась еще какая-то эмоция, которую Голди не понимала.

– Мы уже на месте? – спросила она, потом прибавила: – У меня поджимает время. – Она взглянула на часы, сердце едва не выскочило у нее из груди, когда она увидела, который час. – На самом деле сегодня вечером поговорить не получится. Мне надо быть в другом месте.

Ее мать может снова впасть в депрессию и уйти в запой. Голди обещала ей быть дома к десяти часам. Голди оставалось только молиться, чтобы ее мать заснула перед телевизором.

– Вам надо в другое место? А вы не могли упомянуть об этом до того, как сели в мою машину? – Он посерьезнел и прищурился. – Вы играете со мной?

– Извините?

– Вы нарочно тратите мое время, мисс Беккет?

Рассердившись, она выпрямилась:

– Именно вы настаивали на этой встрече. Мне было любопытно узнать, что вы затеяли, но я не понимала, который час…

– Вас ждут? Парень? – Он посмотрел на ее руки, лежащие на коленях. – Муж?

В его голосе слышалась насмешка, он смотрел на Голди с презрением.

Растущее раздражение заставило ее нахмуриться.

– Это не ваше дело, мистер Агилар. Или вы привыкли допрашивать своих потенциальных коллег по бизнесу? Вы собирались обсуждать со мной дела, не так ли? Если нет, то я предлагаю вам отпустить меня прямо сейчас, потому что я больше не хочу тратить время!

Он стиснул зубы, потом выражение его лица стало нейтральным.

– У меня к вам деловое предложение. Если вам нужно быть в другом месте, пусть так и будет. Но не станете ли вы проклинать себя за то, что упустили возможность узнать, от чего отказались?

– Эта тактика вас обычно выручает?

Он выгнул скульптурную бровь:

– Какая тактика?

– «Либо вы поступаете по-моему, либо остаетесь ни с чем».

Он тихо вздохнул:

– Я устал от ваших колебаний. У вас одна минута, чтобы сказать «да» или «нет». Время пошло.

У него хватило наглости уставиться на свои наручные часы. Голди снова показалось, что она падает в кроличью нору. Она решила, что сегодня услышала самое мерзкое предложение от режиссера. При воспоминании об этом она по-прежнему вздрагивала. Вероятно, сейчас она просто попала в другое измерение. То, в котором человек, делающий ей предложение, даже не был уверен, хочет ли он, чтобы его предложение приняли.

– Решайте, мисс Беккет. Мы на месте.

Голди выглянула в окно. Машина остановилась напротив манхэттенского небоскреба. Она посмотрела на человека, чья поза кричала о нетерпении и высокомерии.

– Только двадцать минут, – сказала она.

Открыв дверцу, Гаел подхватил Голди на руки.

– Поставьте меня! – сердито прохрипела она, когда он понес ее через двойные двери, услужливо открытые швейцаром, и внес в лифт.

Он поставил ее на ноги, как только двери лифта закрылись. Все произошло менее чем за две минуты, и все же Голди показалось, будто она только что пережила самую жаркую и долгую поездку на американских горках. Она изумленно уставилась на Гаела.

Нажав кнопку верхнего этажа, он шагнул назад и одарил Голди прохладным взглядом.

– Вы сказали двадцать минут, – произнес он. – Я не собирался тратить время, ожидая, когда вы решите, какой ногой выходить из машины.

– Вы сумасшедший!

Стиснув зубы, он засунул руки в карманы.

– Вы ошибаетесь, королева драмы. Кто-то должен оставаться рациональным, потому что ситуация быстро превращается в фарс. Скажите, вы всегда долго принимаете простые решения?

– Вы слишком плохо меня знаете, чтобы называть меня королевой драмы, мистер Агилар.

Внезапно атмосфера в лифте накалилась. Гаел пригвоздил ее взглядом к месту.

– Я видел достаточно, чтобы сделать выводы.

– Что это значит?

Он медленно вынул руку из кармана и махнул ею:

– Не будем тратить время на обсуждение ерунды.

– Вы со всеми так разговариваете или только мне повезло завладеть вашим вниманием?

Он пожал плечами, ухмыльнулся и вышел из лифта. Голди вопросительно пялилась ему вслед.

Она последовала за Гаелом, а затем остановилась, когда перед ними распахнулись двойные двери и появился коренастый итальянец с блестящими карими глазами, длинными волосами и широкой улыбкой.

– Гаел! Дружище! Ты пришел. Теперь моя вечеринка точно не пройдет зря. – Он посмотрел на Голди, и его улыбка слегка померкла. – Ну, это интересно. Ты не хочешь сказать мне, почему твоя подружка в таком виде? Разумеется, я уверен, ты найдешь достойный ответ, но я не прочь попытаться надрать тебе задницу, если ты причинил вред этой даме.

– Дама стоит перед вами. – Голди сладко улыбнулась. – И поверьте, она вполне способна отвечать и защищаться.

Мужчина широко улыбнулся:

– Конечно. Расскажи мне свою историю, конфетка, и позволь мне защитить тебя.

Голди невольно улыбнулась:

– Я в порядке. В самом деле. И ваш друг не виноват.

– Значит, он тебя спас? – с надеждой спросил итальянец.

– Ну, я бы не стала так преувеличивать.

– Да, Пьетро, мы по-прежнему пытаемся разобраться в мельчайших деталях нашей… встречи. Покажи Голди ванную комнату.

Пьетро кивнул:

– Конечно, конечно. Пойдем со мной.

Он провел их через двойные двери в ярко освещенный коридор. Голди увидела серо-золотой декор на стенах, услышала громкую, но ненавязчивую музыку и смех из гостиной.

– Сюда. – Пьетро повернул дверную ручку и открыл дверь в большую спальню. – Там ванная комната. В ней есть все необходимое.

Голди слегка улыбнулась:

– Спасибо.

– Пожалуйста. – Пьетро улыбнулся ей и кивнул Гаелу.

Гаел остался, пристально глядя на нее. Она снова встревожилась.

– Я в порядке, вы можете уходить, – сказала она, когда он не сделал попытки уйти.

– По-моему, мы договорились, что я не собираюсь нападать на вас, мисс Беккет. Приняв мою помощь, вы не лишитесь женской независимости. Кроме того, вам надо обработать рану на руке, а у вас всего двадцать минут.

– Ладно. Уговорили, – быстро произнесла она, и Гаел вошел в ванную комнату и снял пиджак.

Достав аптечку, он принялся засучивать рукава темно-синей рубашки.

Голди старалась отвести взгляд от его сильных, мускулистых предплечий, покрытых темными волосками. Но ей было трудно сопротивляться искушению.

Она затаила дыхание, когда он оглянулся на Голди:

– Подойдите к раковине. Надо промыть рану, а потом обработать ее антисептиком.

Она встала к нему не слишком близко, но все равно отчетливо ощущала тепло его тела. Она протянула ему руку, и, как только он прикоснулся к ней, ее тело стало покалывать. Его движения были осторожными. Рассердившись на себя за реакцию, Голди попыталась высвободить руку. Он хмыкнул, и она подняла глаза. Их взгляды встретились в зеркале.

У нее перехватило дыхание.

Глаза Гаела потемнели. Почувствовав возбуждение, Голди ахнула. Гаел посмотрел на ее разомкнутые губы, продолжая поглаживать ее ладонь под струей воды.

Голди страстно захотелось его поцеловать.

Гаел проворчал и отвел от нее взгляд.

Она жадно глотнула воздуха и сильнее встревожилась от того, что с ней произошло.

После грязного и оскорбительного предложения от режиссера кастинга она меньше всего должна думать о сексе. Она не должна становиться рабой сексуальных желаний и эмоциональных всплесков, как ее мать.

И все же Голди здесь и позволяет Гаелу прикасаться к ней длинными пальцами. И ей это нравится.

Она резко отдернула руку.

– Благодарю. Что дальше? – сказала она, избегая его взгляда.

Он что-то пробормотал по-испански, взял полотенце и обернул им ее руку.

– Сядьте.

Она вздрогнула от боли, когда он стал обрабатывать ее рану антисептиком.

– Все в порядке? – спросил Гаел глубоким низким голосом.

Голди запретила себе смотреть ему в глаза.

– Да, спасибо.

Он наложил легкую повязку на ее ладонь и произнес:

– Теперь голова.

– Что? – Только теперь Голди почувствовала легкую пульсацию в висках. Гаел обработал небольшую рану на ее голове и шагнул в сторону.

– Что мы будем с этим делать? – спросил он, глядя на ее разорванный свитер.

Она прикусила губу, понимая, что не может пойти на вечеринку в разорванной одежде.

– Вы не могли бы найти иголку и нитки? – осмелилась спросить она.

Он округлил глаза, в которых плясали золотистые искорки:

– Я очень сомневаюсь, что у Пьетро есть иголка и нитки. Но я что-нибудь придумаю.

Он вышел из ванной комнаты.

Голди сразу стало легче дышать. Она уставилась на себя в зеркало. Если не считать заметных доказательств драки с грабителем, она не выглядела слишком ужасно. Но она потеряла свой телефон, небольшую сумму денег и, что важнее, контактные данные режиссеров и агентов по кастингу, с которыми она планировала связаться в надежде получить работу.

Последняя оплачиваемая работа у нее была три дня назад. Она снялась в рекламном ролике, оплаты за который ей хватило, чтобы покрыть свои и материнские расходы еще на месяц. Ее мать работала официанткой, но зарабатывала очень мало.

Голди шла на сегодняшний кастинг с большой надеждой. Когда он прошел успешно, она позволила себе надеяться еще сильнее. Но потом от режиссера последовало непристойное предложение.

– Мой гостиничный номер. Девять часов. Хорошо сыграйте роль моей любовницы, и я воплощу ваши мечты в жизнь.

Голди затошнило, и она едва успела добежать до туалета. Закрывшись в кабинке, она разрыдалась. Но потом она вернулась в музыкальный салон, чтобы попрактиковаться в пении…

Глубоко вздохнув, она быстро сняла с себя одежду и надела халат.

Наконец появился Гаел Агилар. Он принес ей одежду.

– Как я и предполагал, иголки и ниток у Пьетро нет. Но я принес платье его племянницы.

Голди оглядела клочок черного материала в его руке. Платье было явно дорогим.

Она решительно покачала головой:

– Нет, это мне не подойдет.

Он поджал губы.

– Перестаньте спорить со мной по любому поводу, мисс Беккет, и просто примерьте платье. Неужели вы хотите появиться на вечеринке в этом халате?

Скривившись, она взяла платье и провела пальцем по этикетке. Она ахнула, увидев имя эксклюзивного дизайнера.

– Ладно, я его надену.

Гаел жестко взглянул на нее.

– Я рад, что вы наконец-то согласились. Не заставляйте меня ждать вас слишком долго, – протянул он.

Голди ничего не ответила и закрыла дверь. Она подозревала, что иметь дело с таким человеком, как Гаел Агилар, будет непросто даже в лучшие времена. Прибавьте сюда обстоятельства их встречи и четкое осознание того, как сильно он влияет на нее, когда они оказываются друг рядом с другом.

Надев платье, она посмотрелась в зеркало и затаила дыхание. Платье из роскошного материала красиво облегало ее фигуру. Слегка одергивая подол платья длиной до середины бедра, она с трудом сглотнула, увидев, что ее спина открыта до пояса. Голди поняла, что ей придется снять лифчик.

Выйдя из ванной комнаты, она увидела, что Гаел стоит в углу спальни и удивительно задумчиво смотрит на ночной горизонт Нью-Йорка.

Голди остановилась в центре комнаты. Повернув голову, он оглядел ее с головы до ног. Резко вдохнув, он сжал кулаки, держа их в карманах брюк, и выпрямился.

Он пожирал Голди взглядом, в котором читалось откровенное желание.

Облизнув нижнюю губу, Голди откашлялась.

– Теперь я готова услышать ваше предложение, мистер Агилар.

Глава 4

После нескольких напряженных секунд выражение лица Гаела стало отстраненным.

– Гаел, – отрезал он и направился к двери.

– Что?

– Меня зовут Гаел. Называйте меня по имени.

– Это звучит как приказ, – ответила она.

Он резко остановился и повернулся к ней лицом. Глубоко вздохнув, он пронзил ее резким взглядом.

– У нас обоих был тяжелый день, Голди. Мы можем постараться больше не трепать друг другу нервы?

Она слабо пожала плечами:

– Конечно, я могу попробовать.

– Спасибо.

– Никаких проблем.

Он покачал головой:

– «Никаких проблем» – это не про вас. – Он резко поднял руку. – Но я не желаю проверять эту теорию прямо сейчас. Я предлагаю выпить и найти местечко, чтобы поговорить.

Она кивнула, и он направился к выходу, замедляя шаг.

Они вошли в большую прямоугольную гостиную, оформленную в современном минималистском стиле. Центральным элементом комнаты был футуристический светильник, который занимал почти четверть потолка. Стоящие под этим блестящим бело-серебряным шедевром гости Пьетро смеялись и разговаривали. Пьетро был в окружении изящных женщин.

Его улыбка стала шире, когда он заметил приближение Гаела и Голди и подозвал их к себе с распростертыми объятиями.

– Ах, вот и вы. Подтверди наши приключения в Андах, мой друг, а то эти прекрасные дамы не верят ни одному моему слову! – сказал он Гаелу.

Взгляд Гаела скользнул по дамам, которые улыбались и сильнее заволновались, удостоившись его внимания. Гаел улыбнулся, но Голди заметила, что улыбка не коснулась его глаз.

– Тебе придется подождать, – ответил он Пьетро. – Сейчас у меня дела поважнее. – Он повернулся к официанту и взял два бокала шампанского.

Голди покачала головой:

– Нет, спасибо. Я не пью.

Женщины захихикали.

Пьетро нахмурился с притворной тревогой:

– Ты не пьешь? Ты несовершеннолетняя?

– Нет, я взрослый человек, но я не хочу выпивать.

Гаел задумчиво посмотрел на Голди и поставил бокалы на поднос официанта. Потом он повел ее к бару на террасе. После того как она заказала себе яблочный сок, а Гаел – минеральную воду, он подвел ее к белому дивану между двумя папоротниками, каждый размером с дерево.

– Почему вы не выпиваете? – внезапно спросил он, когда они сели.

– А должна быть определенная причина?

Он пожал плечами:

– Большинство людей, как правило, не выпивают по двум причинам: нелюбовь к алкоголю или занятия спортом. Я хочу знать, что из этого относится к вам.

Она сжала пальцами прохладный бокал.

– Зачем?

– Потому что одна причина не требует дополнительных объяснений, но другая может потребовать обсуждения, если мы будем работать вместе.

– То есть, если я окажусь выздоравливающим алкоголиком, это уменьшит мои шансы на мнимую работу, о которой я должна узнать?

– Проблемы проще решать, зная о них заранее.

– Мистер Агилар…

Он стиснул зубы.

– Гаел.

– Гаел. – Она помолчала, невольно смакуя его имя. Откашлявшись, она рассмеялась. – Кажется, мы делаем успехи. – Она протянула ему руку. – Я Голди Беккет. Я с отличием окончила институт искусств «Отелло-артс» по классу актерского и музыкального мастерства. В настоящее время я безработная, и я ищу работу.

Гаел уставился на ее руку. Через секунду он решительно, но осторожно пожал ее забинтованную ладонь.

– Гаел Агилар. У меня много регалий. Но мне достаточно сказать, что я в состоянии воплотить ваши мечты.

Ее обдало холодом. Она резко высвободила руку.

– Что-то не так? – спросил он.

– Да. Откуда вам знать мои мечты, если мы с вами едва знакомы?

– Вы только что заявили, что вы безработная. Я могу это изменить. Разве вы не хотите работать?

Она сглотнула желчь отвращения, вспоминая о том, что произошло накануне, и попыталась успокоиться.

– Простите. Вы упомянули, что видели меня на кастинге. Я вас не заметила. Вы… вы видели все?

– Я видел достаточно, чтобы принять решение. Чтобы вернуться и разыскать вас.

Она, быстро соображая, отпила сока.

– У вас есть для меня роль? – спросила она, стараясь не выдавать надежду. Именно эту уязвимую надежду сегодня эксплуатировал режиссер кастинга.

– У меня есть роль, которая вам, возможно, подойдет, – уточнил он. – Но у меня условия. Очень строгие условия.

– Какие?

– Мы обсудим их позже. В настоящее время я должен знать, сможете ли вы участвовать в долгосрочном кинопроекте.

Ее сердце замерло.

– Что за роль? – спросила она.

– Главная женская роль в психологически сексуальном триллере. Три-четыре месяца съемок по всему миру.

От волнения ее сердце забилось чаще.

– Мне надо прочесть сценарий.

– Вы его прочтете. Но сначала мне необходимо знать, готовы ли вы путешествовать.

Она уже собиралась ответить утвердительно, но потом вспомнила свою мать. Несмотря на амбиции, при мысли о том, чтобы оставить мать в одиночестве на четыре месяца, Голди занервничала. Но в то же время она знала, что мать захочет, чтобы она снималась в кино.

Голди оставалось надеяться, что гордость за дочь заставит Глорию вести трезвый образ жизни.

Она посмотрела в лицо Гаела и вздрогнула.

– Я уверена, что смогу что-нибудь придумать.

Уголок рта Гаела дрогнул от ярости.

– Карты на стол, Голди! Вы замужем? – резко спросил он.

Она нахмурилась:

– Нет.

– У вас есть любовник или партнер, который будет недоволен вашим долгим отсутствием дома?

– Нет.

Он прищурился:

– Вы говорите неуверенно. Вы лжете?

– Я не лгу. Меня беспокоит моя мать. Я до сих пор живу с ней, и она…

– Что с ней?

Голди сглотнула:

– Она слабая.

– В каком смысле?

– Я предпочитаю не говорить об этом. Но я прослежу за тем, чтобы моя семейная жизнь не мешала моей работе.

Какое-то время он молчаливо пялился на нее, потом протянул:

– Вы амбициозны.

– По-вашему, это плохо? Разве вы не добились успеха благодаря своим амбициям?

Он кивнул:

– Да, но амбиции бывают разные.

Она открыла рот, чтобы ответить, но тут пробили часы, напоминая ей о времени. Какими бы ни были взгляды Гаела на ее амбиции, их придется обсудить в другой раз.

Поставив стакан на соседний стол, она встала. Гаел поднялся и фактически блокировал ей дорогу.

– Куда вы? – спросил он. – Мы еще не договорили.

Она отвела взгляд от его широких плеч и встретила его взгляд.

– Я могу продлить нашу встречу, но сначала мне надо позвонить моей матери. Я хотела попросить у Пьетро разрешения воспользоваться его телефоном.

Гаел поджал губы, потом вынул из кармана ультрасовременный телефон. Голди еще не видела таких в продаже. Хотя она уделяла мало внимания модной роскоши.

– Позвоните с моего телефона, – сказал Гаел.

Вручив Голди телефон, Гаел вышел, оставляя ее на террасе.

Было десять часов вечера. Не желая будить мать, Голди набрала номер соседки, миссис Робинсон, которая в такой час обычно смотрела любимые телевизионные шоу. Старуха ответила после третьего гудка.

– Миссис Робинсон, это Голди. Не могли бы вы посмотреть, как там моя мать? Я не хочу ее разбудить, если она спит, но и не хочу, чтобы она волновалась…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.