- -
- 100%
- +
— Обязательно, — пообещала Лио.
Вот и первый побочный эффект нежеланной свадьбы. И сколько ещё таких «сюрпризов» ждёт девушку в будущем? Уверен, немало. Ей же придётся не только терпеть нежеланного мужа, но и его родственников, друзей. Неужели готова с этим жить?
Или я преувеличиваю и всё не так ужасно? А негатив исключительно... м-м-м... церемониального характера? То есть проблемы связаны лишь с процедурой свадьбы, в то время как дальше жизнь пойдёт как по маслу? То есть, как у нас говорят, стерпится — слюбится? И Лио, как девушка разумная, с этим смирилась?
Я думал, мучения продолжатся, но... Нас отпустили! То есть мою носительницу. Впрочем, немудрено, если учесть, что возвращаться домой ей придётся тем же путём и потратив столько же времени.
Кстати, вот тоже непонятный факт. На Земле, если верить древним традициям, царственный жених забрал бы невесту в замок, швей и прочий полезный персонал «на дом» пригласил. Познакомил бы её с родителями, да и сам тоже пообщался с будущими родственниками. И уж тем более не позволил бы ей продолжать работать. Или, на худой конец, охрану бы приставил такую, чтобы ни у кого и мысли не возникло, что девушка свободна. А здесь никаких намёков на подобный сценарий. Всё же иной у них менталитет, точно.
Только опять же нюансы этого самого «менталитета» не нужны моим работодателям. Их к ноу-хау не отнесёшь. И в качестве новой технологии не используешь. И...
— Вы готовы ехать?
В очередной раз увлёкшись, я не заметил, как Лиодайя вышла из мастерской и, завернув за угол дома, отыскала свою повозку среди других, стоящих на площади.
— Да, только хотелось бы... — девушка оглянулась определённо в растерянности. — Пообедать. Я быстро. Если есть где...
— Ой, простите! — спохватился возница. — Конечно! Только не здесь. Чуть дальше имеются отличные таверны для статусных гостей. Садитесь, я отвезу.
Точка общепита, которую настоятельно порекомендовал посетить паренёк, отличалась от «столовой» на побережье ровно в той же степени, в какой и дома местных жителей.
Светлое, просторное помещение, в котором одна из стен застеклена, и через неё открывается вид на маленький внутренний дворик-сквер. Низкие столы — аккуратные и изящные, застеленные плотными плетёными циновками. Неизменные подушки, покрытые мягкой бархатистой тканью. Посадочные места на достаточном расстоянии друг от друга. Здесь никто не толпился и шумных разговоров не вёл. Посетители располагались чинно, с достоинством. Да и немного их было.
Своего «водителя» Лио нерешительно позвала с собой за стол, но тот весело отказался. То есть заверил, что его больше устроит вон тот маленький кабачок в соседнем доме. Как раз для простых работяг.
Если Лио и причисляла себя к той же когорте, то невесте будущего правителя не пристало идти в недорогое заведение. Это на побережье все свои и никто косо не взглянет, а в центре острова публика и нравы совсем другие. Ненароком ещё опозорит своего жениха. Пришлось ей довольствоваться изысканными угощениями. И, уходя, оставить на столе десять маленьких перламутровых чешуек.
Ого... На побережье они с братом вдвоём «наели» на одну. Цены тут завышены в несколько раз. Я уже понял, что плоский, очень тонкий неровный кругляшок это местные деньги. Интересно, как такие изготавливают? Есть монетный двор? Кто отвечает за казну острова? Контролирует количество денег в обороте? И какова реальная стоимость этой «монетки»?
По логике отец Аленнара должен заниматься всеми этими вопросами — лично или министра назначает какого. А сам жених «отлавливает» бракованные монеты и цепляет себе на одежду. Я тогда не сразу понял, что за украшения были на его наряде.
Обратный путь на побережье той же дорогой Лиодайю утомил. А может, сказался плотный обед и размеренное движение — она задремала. Вместе с ней невольно погрузился в дремоту и я. Вот такая непонятная особенность нашей тесной «связи». Впрочем, удобная. Не представляю, что можно делать, находясь в голове спящего человека.
А когда Лио проснулась, и мы вернулись в её дом, я даже пожалел, что во время бодрствования носителя нельзя «отключить» восприятие хотя бы ненадолго. Нет, на этот раз причина была вовсе не в раздевании или купании. Она была в окружающих. В тех, кто, по моему мнению, должен исполнять функции настоящей семьи. Оказывать поддержку, давать совет, пусть на краткое время, но помочь забыть о невзгодах...
Ничего этого не было. Лишь неуместная попытка матери поинтересоваться: «Лиодайя, ты платье заказала достаточно дорогое? И роскошное? Не хватало ещё, чтобы ты опозорила нашу семью. В дешёвом наряде все сразу поймут, что ты провинциалка».
Я разозлился. Почему? Ну хотя бы потому, что отсутствующую целый день дочь, наверняка уставшую с дороги, отказавшуюся от ужина и убежавшую в свою комнату, на месте её родителей я бы в первую очередь расспросил о причинах. А их совсем другое обеспокоило — стоимость наряда!
И даже реакция самой девушки, которая отнеслась к заданному вопросу, то есть к его сути, как к закономерности — не стала огорчаться, лишь тяжело вздохнула, — не примирила меня с существующим положением вещей.
Следя за руками носительницы, взявшейся перебирать содержимое одного из сундуков, я никак не мог погасить клокочущую ярость. Я не понимал — как так можно! Как можно столько терпеть и не потребовать к себе нормального отношения? Она же станет королевой и должна знать себе цену. Или ею и дальше будут помыкать все кому не лень! В этот момент мне безумно хотелось Лио «встряхнуть», заставить что-то сделать... Стоп!
Это то, о чём так настоятельно предупреждали и от чего предостерегали устроители эксперимента. Сопереживание. Самое страшное, что может произойти с наблюдателем. То, что он ни в коей мере не должен себе позволить. Бессмысленно и опасно испытывать эмоциональную привязанность к «объекту». Для меня он — всего лишь инструмент изучения мира. Проблемы носителя не должны беспокоить... Не должны.
Кажется, я успокоился. И вновь сосредоточился на происходящем вокруг.
Содержимое сундуков оказалось своеобразным, но вполне естественным для приданого невесты. За один, самый большой из них, девушка взялась в первую очередь. Она долго выкладывала на пол текстиль для комнаты. Шторы, покрывала, коврики всякие. На их фоне прежние предметы обстановки выглядели скромно и непритязательно. Я даже порадовался, что Лио сможет обустроить свой личный уголок уютно. Вряд ли долго она будет наслаждаться этой красотой, но до свадьбы ведь тоже хочется жить в комфорте.
Второй, поменьше, под самую крышку был заполнен какими-то баночками, коробочками, флакончиками. Уверен, Лио сразу разобралась, что это, а вот мне пришлось постараться, то есть стойко выдержать ароматическую атаку чтобы сообразить: местная косметика — кремы, масла, мыло, парфюм.
В третьем, аккуратно завёрнутые в пушистую, невесомую упаковку, лежали: небольшое зеркало в дорогой раме, расчёски с красивыми резными ручками, украшенные цветными камнями гребни, заколки... В общем, предметы личного пользования.
Четвёртый вообще меня удивил — в нём оказались книги. Не привычные многостраничные, а в виде небольших свитков из тонкого слюдянистого материала с нанесёнными на него белыми знаками. К огромному моему разочарованию, Лиодайя не стала на них концентрироваться. Взглянула мельком и отложила. Однако даже этого мне хватило, чтобы понять: глазами я вижу именно это — необычные по начертанию, непривычные символы. Но в сознании они тут же превращаются в осмысленные. По крайней мере, один из них, на котором внимание задержалось дольше, чем на остальных.
«Наставления для молодой жены».
Удивительно! Я воспринимал местную письменность так, словно мне всю жизнь с ней приходилось сталкиваться. И это вдохновило. Обнадежило. Окрылило! Это сколько же новой информации можно раздобыть! Девушка определённо образованная, раз уж получила книги в качестве презента от жениха.
Уверенный, что моя носительница непременно вернётся к такому необычному подарку, я набрался терпения и вместе с Лио приоткрыл крышку пятого сундука. Самого небольшого. Последнего, который остался неразобранным.
Украшения. Мягкая, рыхлая золотистая и серебристая масса, оттенённая разноцветными бликами камней, заполняла шкатулку более чем на треть.
Ну да, предсказуемо. Это же о них говорила портниха. Было бы странно не найти их среди даров. Меня другое удивило — они не были рассортированы по футлярам. Лежали, просто сваленные в кучку, словно древний клад в пиратском сундуке. Будто бы их в спешке подготовили для невесты.
Пальцы Лио медленно вытащили на свет первое, что лежало на поверхности. Повертели, расправили, растянули... И я про себя одобрительно хмыкнул — ну ничего так, с размахом жених к вопросу подошёл. Я, конечно, не спец в этом деле, но вес вроде немалый, и камушки яркие, большие. Такое наверняка должно понравиться. Примерит? Я бы посмотрел.
Нет, отложила, взялась за следующее. Вытащить не успела.
— Лио? К тебе можно?
Дверь в комнату отодвинулась, и в щель заглянуло симпатичное личико ещё одной девушки. Волосы чуть темнее, почти чёрные, глянцевые, курносый носик, кругленькое личико, губы пухленькие. Тёмные глаза, цвет которых я издали не опознал, с любопытством впились в стоящий перед Лио сундук.
— Твоя мама сказала, что нужна помощь.
Бесстрастность моя была недолгой. Я вновь ощутил прилив возмущения в адрес родительницы. Если бы хотела подсобить дочери, то пришла бы сама и разложила дары как следует. Незнакомка наверняка приглашена с умыслом, чтобы похвастаться перед ней щедрыми подношениями будущего зятя. А если она первоклассная сплетница, то об этом узнает половина побережья.
— Я почти закончила, заходи, — тем не менее спокойно отреагировала Лио.
— Ух ты... — взгляд незнакомки на пару мгновений оторвался от сокровищ, обежал разложенные на полу текстиль, косметику, свитки и снова «приклеился» к драгоценностям. — Красота! Какая ты счастливая, Лио! Такого щедрого жениха отхватила! У меня не было таких богатых даров. В нашем-то районе нет обеспеченных сирринов. Поторопилась я, не стала ждать кавалера с солидными доходами.
Она так тяжело вздохнула, словно вся жизнь (которая, судя по возрасту девушки, только началась) летит под откос. И трагедия заключается в отсутствии дорогих свадебных подношений. А ведь молодая, здоровая, красивая... И кто-то в неё влюбился, раз уж замуж позвал. А она не ценит то, что имеет.
— Ты же говорила, что мужа любишь, — мягко, но пожурила подругу носительница.
— Ну да. Он хороший. Только после свадьбы уже не дарит ничего. Говорит, надо сначала дом в порядок привести. Ох, Лио... — она мгновенно сменила нежелательную тему на более приятную: — Сколько здесь ярких покрывал! Занавески! Коврики! Лио, ты мне отдашь свои старые? Или, может, поделишься этими? Ой! Что я говорю... дары жениха должны остаться невесте на память!
Так... Балаболка-вертихвостка. Это диагноз. А я больше всего на свете ненавижу такой тип женщин. Вся их жизнь подчинена одному желанию — обеспеченной жизни. Сочувствую её мужу. Любовь мужчины вовсе не гарантия семейной идиллии. Не знаю, как на этой планете с разводами дело обстоит, но, если они возможны, уверен, при любом удобном случае она переметнётся к более выгодному кавалеру.
Интересно, тут вообще нормальные женщины есть? На «моём» пути это уже второй образчик меркантильного менталитета. Мать Лио, её подруга... Насчёт самой «носительницы» у меня тоже уже уверенности нет.
— Я найду для тебя что-нибудь, — прервала поток восторженных похвал Лиодайя. — Филадайя, скажи, а тебе действительно вот это нравится?
Она подняла самое массивное и нарядное украшение.
— Ты ещё спрашиваешь! Такое дорогое, будешь в нём самая красивая. Невеста должна выглядеть богато.
— Мне они кажутся слишком крупными. Много блеска, камней. Я не привыкла выглядеть броско. Хорошо бы убрать с них лишнее. И по размеру оно мне не подходит...
Приложив украшение к груди, Лио опустила голову, рассматривая результат.
Вот честно, лучше бы она смотрелась в зеркало! Да, оно на стене, и к нему нужно встать и подойти, но это более комфортный для моего эмоционального состояния вариант. Потому что нынешний ракурс взгляда позволил увидеть не только украшение, но и то, на что оно легло. А вырез платья... нет, не открывал, он просто очень так выразительно подчёркивал самую эффектную часть женского тела. А лёгкая прикрытость влечёт мужчин куда сильнее, чем полная обнажённость.
— Ну не знаю... — подруга нахмурилась. — По мне, и так замечательно. Жениха не боишься обидеть? Да и окружающие могут усомниться в серьёзности его намерений.
— Если его что-то не устроит, пусть разрывает помолвку. И ищет невесту посговорчивей. Я только рада буду.
Последнее произнесла так тихо, что, увлечённая дарами Филадайя услышала лишь первую часть. И рассеянно поддакнула: «Правильно, мужчины должны идти нам на уступки». Зато услышал я.
Лиодайя абсолютно не заинтересована в браке, щедрые подношения игнорирует, к дорогим побрякушкам равнодушна. Всё же не похожа она на охотницу за богатыми женихами.
Я думал, украшение вернётся в общую кучу, но нет. Обернув вокруг шеи, девушка быстро застегнула замочек. А когда убрала руки...
Что за!.. Никогда бы не подумал, что эта блестящая красота настолько тяжёлая! Практически полноценное орудие пыток. Таскать такой хомут целыми днями должно быть очень утомительно. Теперь «любовь» жениха воспринимается совсем в ином ракурсе. Он позаботился лишь о доказательствах своего благосостояния. Нормальный мужчина не стал бы мучить девушку и выбрал что-то лёгкое, изящное, удобное... Ну, на худой конец, отдал бы ей право самой определить дизайн.
Хм... А может, так и есть? Раз у девушки имеется возможность и право украшение изменить? На всякий случай ей положили самые массивные варианты. Проще убрать лишнее, чем добавлять недостающее. При такой «трактовке событий» проблема чуть иначе воспринимается.
Подруга просидела до самого вечера, ушла, лишь когда Райнар вернулся с дозора. Совсем поздно, видимо, провожал свою временную напарницу. К сестре он не зашёл, родители к нему тоже с разговорами не приставали... Так что я был рад установившейся тишине. Наконец-то этот насыщенный день закончился!
Правда, следующий оказался ничуть не менее беспокойным. Я-то думал, они опять в дозор пойдут, но...
— И хорошо и плохо, что сегодня выходной, — не то посетовал, не то порадовался Райнар за завтраком. — Какая-нибудь тварь точно вылезет! А я не при делах. Зато меч будет что надо! Личное клеймо наконец поставлю, а то не чувствую себя полноправным хозяином. Мама разрешила продать пару кувшинов, которые ты оставила в семейной доле. Они добротные, хорошего качества.
— Не надо, с продажи хозяйственных вещей много не выручишь, я дам деньги, и заодно ещё прикупим чего для тебя.
— Сейчас важнее меч! А всё остальное... обойдусь. Сам заработаю.
А этот Рай всё же сообразительный. Дурак бы воспользовался щедростью девушки и не проявил благоразумия, а этот понял, что не стоит лишний раз провоцировать жениха сестры на оскорбления.
И какое счастье, что за завтраком снова не было родителей. Вот уж наверняка следующим вопросом было бы: «Лио, а у тебя деньги откуда? Не вздумай продавать свои дары!» Брат в этом смысле оказался менее любопытным. Или же его сестра до сватовства имела какие-то личные сбережения.
Интересно, а сколько средств им потребуется для найма возницы? Это в тот раз поездка была за счёт жениха, а сейчас? Лишние траты...
Вопросы мои надолго без ответов не остались. Райнар, прихватив завёрнутый в тряпку меч, бодро поспешил во двор. Лио, надев широкий пояс, к которому была пристёгнута тяжёлая сумка, вышла следом.
Ворота... Песчаная дорога, петляющая между домами... Снова ворота, уже чужие, более прочные и основательные. Появившийся из дверей хозяин почтительно поклонился и без лишних вопросов направился к большой пристройке. Видимо, прекрасно понимал причину появления гостей.
Мужчина отодвинул загородку в сторону, открывая взгляду внутреннее пространство, и шагнул внутрь. Я, то есть я вместе с Лио разумеется, посмотрели ему вслед. Но никакой повозки в сарае не оказалось. Вместо неё незнакомец вывел пару... ну да, тех самых, десятилапых. Вторая для меня неожиданность за день. И некоторая растерянность — я на земных-то скакунах никогда не ездил, а тут... Благо, что управлять ими мне не придётся! Лио наверняка привычная к этим существам. Я бы лишь увеличил убытки семьи, расколотил те же кувшины или горшки и себя в придачу. До базара (если он, конечно там же, то есть у вчерашнего поселения) путь немалый.
«Скакун», на которого забралась моя носительница, сначала сердито захрипел, недовольно тряхнув загнутыми рогами, но, получив затрещину от хозяина, притих и послушно двинулся к воротам. Лио же, устроившись на его спине, вернее практически на шее, где было удобнее сидеть не мешая зверю, оглянулась, убеждаясь, что брат последовал её примеру и «оседлал» своего «коня».
В прошлую поездку по острову я потерял всяческое терпение, пока телега возницы добралась до ателье. И приготовился к новому раунду, но на этот раз, едва отъехав от поселения, мы свернули с песчаной тропинки. Сначала с приличной скоростью «вломились» в кустарники, безжалостно сминая растения, затем въехали в лес, где деревья только казались высокими, а их ветки низко опускались к земле. Я понял, почему радовался Райнар с утра. Его предвкушение было сложно не заметить! Он испытал свой меч в деле, прорубая нам путь.
— Лио, стой! Смотри!
Резко затормозив, мужчина ловко спрыгнул с «коня» и нагнулся, поднимая несомненно тяжёлый округлый предмет. Внимательно осмотрел траву под ногами, задрал голову, рассматривая ветки в вышине.
— Эх, один только упал. Остальные я не достану.
— Мы не за ними собирались, — засмеялась девушка.
— Но пригодится же! — не сдался Рай, деловито закрепляя добытое в кармане-складке попоны своего скакуна. — Знал бы, захватил верёвку и сорвал все плоды.
— Даже этому папа будет рад. Для небольшого ремонта крыши сока и одной лупаи хватит.
Вау... Это что ж тут за растения такие? Которые не едят, а в технических целях используют. Впрочем, на Земле ведь тоже таких полно. Каучуковое, например. Или...
Какой бы ещё пример привести, я не придумал. Не потому, что не знал, а потому, что отвлёкся — взгляд носительницы привлёк местный зверёк. Шмыгнувший мимо ног Райнара, он ловко вскарабкался на ближайшую ветку.
Убегать дальше не стал, с любопытством изучая нежданных пришельцев. И я этому был рад, иначе не смог бы рассмотреть в массе почти невесомого пуха его заостренную мордочку и тонкие лапки. В итоге всё же зверёк недовольно пискнул и залез повыше, полностью скрываясь в листве.
А вот наш с Лио рогатый «конь» начал недовольно хрипеть и трясти головой. Ему стоять надоело, хотелось на волю, побегать. Наверняка утомился взаперти в своём сарайчике.
Райнар влез в «седло», и мы продолжили путь.
Ещё один необходимый «привал» ждал нас у небольшого пруда. Вода в нём показалась мне чуть сине-зелёной, не такой прозрачной, как в источниках на Земле, но животные выпили её с удовольствием. Так что, скорее всего, и для местных жителей она безвредна.
Несмотря на остановки, мы добрались до места назначения намного быстрее, чем в прошлый раз. Всё же прав я оказался в своих предположениях! Здешние дороги проложены в объезд и сильно петляют.
В поселение мы въехали со стороны леса. Улочки не показались знакомыми, но я ведь видел поселение всего один раз, и потому осталось неясным — было это место новым или я его уже посещал. Застройка центральной части, по всей видимости, везде одинаковая. Для каких-то определённых выводов нужно ещё осмотреться.
И в итоге прибыли мы не к конкретному дому, а целой веренице самых разных магазинов-мастерских. По сути, это были небольшие лавки, в которых предлагали свои изделия местные ремесленники, а если зайти в здание с другой стороны улицы, то можно попасть на мини-производство. Похоже, что вся жизнь мастеров здесь проходит: и жилище, и место работы объединены под одной крышей.
— Ладно, Лио, ты иди куда нужно. Я верров в загон на постой отведу, иначе оштрафуют нас. Нельзя их посреди улицы оставлять.
Кивнув, Лиодайя спустилась на мостовую и прошла чуть дальше вдоль торговых рядов, как мне показалось, придирчиво рассматривая витрины, соотношение цены и качества товаров. Видимо определившись, зашла внутрь, на мой взгляд, не самого фешенебельного места. Вывеска не была яркой и кричащей, выставленные на обозрение изделия не выглядели вычурными, наоборот, были довольно простыми. В других лавках на виду разместились броские образцы и прямо-таки манили заглянуть и потратить все средства на эту красоту.
Но оказалось, лучшие свои работы хозяин мастерской скрыл от посторонних глаз. Они определённо для настоящих ценителей прекрасного, а не для привлечения толпы покупателей. Сам он тоже оказался очень скромно, но опрятно одетым и был таким же простым в общении — без лишних заискиваний и расшаркиваний перед клиентом.
Спокойно выслушал посетительницу, улыбнулся и указал рукой на низенький прилавок, предлагая показать ему драгоценности, а затем на подушку, позволяя девушке сесть.
Некоторое время сосредоточенно рассматривал те, что Лио принесла на продажу.
— Тысяча драк’ов, — озвучил наконец сумму.
М-м-м... Неплохо, наверное. По крайней мере, сравнивая с ценой на обеды в столовой и таверне.
— Хорошо, — не стала спорить носительница. Достав из сумки ещё три украшения, положила перед ювелиром.
— Тоже на продажу? — заинтересованно поднял брови ювелир.
— Нет, это нужно переделать. Для меня. Чтобы были изящными и удобными.
Взгляд мужчины внимательно изучил сначала драгоценности, затем волосы, глаза и фигуру Лиодайи.
— Я понимаю, они на вас не смотрятся гармонично. Наверное, времени у меня будет немного?
— Два дня, не учитывая сегодняшний. Я приеду к обеду на третий, у меня примерка платьев. Во сколько мне это обойдётся?
— Хм... — мастер задумался. — Шестьсот драк’ов.
— О! — не сдержалась Лио. — Уважаемый эс, я же вам так дёшево украшение продала, хоть немного сбавьте за работу.
И ведь уговорила! В итоге вышла из лавки с шестьюстами чешуйками... то есть драк’ами в одном мешочке, побольше, и сотней в другом, совсем маленьком.
— Ну как? — тут же шагнул к ней ожидавший у входа Рай. — Нам хватит?
— Вполне. — Отдав брату маленький мешочек, отсчитала ещё десять чешуек. — Вот. Это налог. Ты сам управишься? Я хочу немного пройтись. Встретимся в таверне на площади. Помнишь, мы с отцом там как-то обедали?
Я обрадовался. Нет, не намечающемуся променаду по магазинам — это для меня сущая каторга. Прельщало другое — возможность посмотреть мир с иной стороны. Всё же новые персонажи, новые впечатления... Могу изучить расценки на разные товары, сориентироваться в примерных доходах местных жителей. Определить, для какой категории населения типичен каждый район. Оценить отличия жителей побережья и мастеровых, стражей и торговцев. Глядишь, и информация ценная появится.
Хотя, конечно, угадать, что именно привлечёт в отчёте моих работодателей, крайне сложно. Практически невозможно. Помню, после четвёртого путешествия я описал им местную технологию производства, на мой взгляд крайне любопытную, а они лишь рукой махнули, мол не то это.
Лио обошла все встречные лавки и ничего толком не купила. Один платок и пара заколок — это ни о чём. Абсолютно не компенсирует затраченного на покупки времени. А я получил не так уж много новых сведений, ведь глаза Лио смотрели лишь на товары, крайне редко выхватывая других посетителей. Мне снова приходилось строить догадки и выуживать ценные факты из увиденного мимоходом — крайне неблагодарное занятие в любом из миров, а уж в этом и подавно. И потому обрадовался, когда в поле зрения появились Райнар и таверна.
Наскоро перекусив и потратив всего две чешуйки (здесь цены оказались намного демократичней), мы, отдав ещё один маленький драк смотрителю, забрали из загона верров. Животные тоже оказались накормленными, потому что сыто облизывались длинными узкими языками и умильно щурились. Однако это не помешало им бежать в том же шустром темпе, что и утром. Может, они чувствовали, что возвращаются домой? Скорее всего, так, ведь любое существо привыкает к своему хозяину, привычной обстановке.