- -
- 100%
- +
Билл быстро взбежал по лестнице. Хильда прошла в кухню и занялась стряпней. Услышав от Дины о болезни миссис Меннеринг, она всплеснула руками.
– С работой по дому я как-нибудь справлюсь, – сказала она. – Только бы вы здесь не пугались под ногами.
– Не тревожься, – успокоила ее девочка. – Мы отправляемся в орнитологическую экспедицию. А за мамой будет ухаживать мисс Баум, она скоро приедет. И…
– Хильда! Хильда! – неожиданно завопил кто-то в столовой так зычно, что девушка испуганно шарахнулась в сторону.
– Хозяйка зовет, – сказала она. – А ты говоришь, что она больна. Да, иду, иду!
Но когда Хильда ворвалась в столовую, то обнаружила там одного Кики, который, сидя на столе, заливался смехом.
– Вытри ноги! – скомандовал он. – Не шмыгай носом! Сколько можно тебе говорить…
Хильда повернулась и, выйдя из комнаты, громко хлопнула дверью.
– Уж так и быть, – разгневанно крикнула она, – я готова выполнять приказания людей, у которых служу. Но чтобы мной командовала какая-то дурацкая птица, это уж слишком. – Заметив хихикающую Дину, она разъярилась еще больше. – Будете уезжать, заберите с собой этого отвратительного попугая! Не желаю тут с ним возиться. От него рехнуться можно.
– Ну конечно же, мы заберем его с собой, – успокоила ее Дина. – Ведь Джек жить без него не может.
Спустя некоторое время приехал врач, а следом за ним – мисс Баум. Хильда немедленно согласилась ночевать у них дома. Все постепенно улаживалось. Билл заперся в комнате для гостей, чтобы случайно не налететь на служанку или мисс Баум. Ребята получили от него ценные указания.
– Теперь пакуйте вещи и закажите такси на завтра, на восемь часов вечера. Поедем ночным поездом. Сегодня вечером я смоюсь, чтобы приготовить все необходимое к путешествию. Встретимся на вокзале в Лондоне. Я появлюсь там не как Билл Смагс, а в качестве естествоиспытателя доктора Уокера. Как только вы там объявитесь, я вас громко окликну, и мы, так сказать, познакомимся. Не исключено, что на платформе будет кто-то, знающий нас в лицо. Ну а потом – в путь!
Все это звучало весьма интригующе. Невольно возникала мысль, что они снова стоят на пороге увлекательных приключений. Впрочем, ребята ничего не имели против приключений, хотя что могло произойти на затерянных в море, практически необитаемых островах? Там не было никого, кроме птиц, птиц и еще раз птиц.
Под вечер Билл скрылся из дома. Никто его так и не увидел. О том, что он находился в доме, не знала даже мисс Баум, устроившаяся в гардеробной, рядом со спальней подруги. Миссис Меннеринг была вынуждена пообещать Биллу ни в коем случае не упоминать о его присутствии, чтобы не подвергать его жизнь опасности. Вообще же она весь день провела в полусне, мысли ее были как в тумане. Так что она не вполне была уверена в том, действительно ли Билл приходил в ее комнату и говорил с ней, или же ей это только приснилось.
Ребята бросились с бешеной энергией паковать вещи. Выходная одежда им явно не понадобится. А вот шорты и свитера, спортивные ботинки, купальные костюмы, плащи и – в придачу – несколько носовых платков – это то, что надо. Может быть, стоит захватить еще и пару шерстяных одеял? Билл ничего не говорил о том, где они будут спать. Может быть, в палатках? Вот было бы здорово! Они решили не брать одеяла. Билл, конечно, позаботится обо всем необходимом.
– Бинокли, блокноты, карандаши, фотоаппарат и канат, – чтобы не забыть, монотонно перечислял Джек.
Люси посмотрела на него с удивлением.
– Канат? Зачем канат?
– Чтобы взбираться на скалы, если, конечно, мы собираемся исследовать птичьи гнезда, – объяснил Джек.
– Ладно, взбирайся на скалы, если тебе так хочется, только без меня. – Люси поежилась. – Благодарю покорно! Лазить по отвесным скалам, почти без страховки, с какой-то жалкой веревкой на поясе, дрожащей ногой нащупывать место для опоры и не находить его.
– Джек, Кики спер у тебя карандаш! – крикнула Дина. – Веди себя прилично, птица! Иначе не возьмем в гости к тупикам.
– Тупики, пряники, эники-беники ели вареники, – залопотал Кики и разразился радостным смехом. – Тупики, пряники…
– Прекрати сейчас же! – завопила Дина.
Кики тут же встал по стойке смирно и возгласил.
– Боже, храни короля!
Люси расхохоталась.
– Что только подумают о нем птицы на островах? Слушай, Джек, может быть, нам лучше засунуть Кики в корзинку? Ты же знаешь, как он себя ведет в пути, То завопит «Тревога!», то начнет свистеть как дежурный по станции, то примется требовать от окружающих вытирать ноги.
– Да ладно, пусть себе путешествует у меня на плече, – сказал Джек. – Мы ведь поедем в спальном вагоне. Прекрати наконец трещать, Кики! Всем уже надоели твои дурачества.
– Попка плохой! – проверещал попугай, – Клим-меркичикачаБомбамирабелладикараффа.
Филипп запустил в него подушкой, после чего Кики с оскорбленным видом ретировался под потолок, на карниз. Ребята продолжали без устали строить планы на предстоящие каникулы.
– Ну и здорово же, что мы поедем на каникулы с Биллом! – не мог сдержать радости Джек. – Поездка будет наверняка приятнее, чем с доктором Джонсом. Наверное, у нас будет своя лодка. Ух, меня прямо распирает от радости, когда я думаю о предстоящем путешествии! А если повезет, мы, чем черт не шутит, сможем увидеть даже гигантскую гагару.
– Знакомая песня! – Филипп пожал плечами. – Не заводись ты снова со своей гигантской гагарой. Тебе ведь отлично известно, что они давно вымерли. Другое дело – разные виды обычных гагар, ну и уж во всяком случае – тысячи и тысячи кайр.
Следующий день тянулся для ребят бесконечно долго. Миссис Меннеринг почти все время спала. И мисс Баум даже не позволила ребятам разбудить ее, чтобы попрощаться.
– Давайте не будем ее беспокоить, – сказала она. – Я передам ей приветы от вас. И не забудьте почаще писать письма. Это что уже – такси приехало? Я провожу вас до машины.
В самом деле – возле дома их дожидалось такси. Ребята покидали в него багаж и дружно расселись по своим местам. Сначала им предстояла дорога в Лондон. Там – встреча с доктором Уокером, а потом путешествие длиной в сотни километров на север. На этот раз они обойдутся без приключений, с них будет довольно обыкновенных веселых каникул в компании друга Билла.
– Все по местам! – зычно гаркнул Кики, заставив испуганно вздрогнуть водителя такси. – На старт! Внимание! Марш!
ДАЛЕКОЕ ПУТЕШЕСТВИЕ
Нагруженные чемоданами и плащами, ребята столпились в том месте на вокзале, где они договорились встретиться с Биллом. Он еще не подошел, и они приготовились ждать.
Филипп осторожно огляделся по сторонам.
– Представляете, что будет, если одному из врагов Билла стало известно о нашей встрече с ним здесь, на вокзале. Он неожиданно появляется откуда-нибудь из-за угла, подходит к нам и заявляет, что он Билл. Потом уводит нас отсюда, и мы исчезаем навсегда.
У Люси испуганно округлились глаза. Она в ужасе посмотрела на Филиппа.
– Кошмар какой! Ты в самом деле думаешь, что это возможно? Надеюсь все-таки, что мы сумеем узнать Билла. Иначе как мы пойдем с ним?
В этот момент к ребятам подошел улыбающийся толстый мужчина. В нем все было преувеличенно крупным: голова, тело, ноги, даже зубы. Сердце Люси испуганно затрепетало. Неужели это Билл? Как ему удалось раздуться до таких размеров? А может быть, это член банды, преследующей Билла? Она боязливо ухватилась за руку Филиппа.
– Малышка, – обратился к ней толстяк. – Ты уронила свой плащ на землю. Подними его, а то украдут.
Люси смертельно побледнела. Она повернулась, испуганно взглянула на валявшийся в пыли плащ и быстро подняла его с земли. Вспыхнув от смущения, она пробормотала слова благодарности.
Толстяк рассмеялся.
– Не бойся. Я тебя не съем.
Люси, очевидно, думала иначе, потому что тут же спряталась за спину Джека.
– Горностай убыл! – как всегда, к месту заявил Кики.
– Умная птичка! – Толстяк протянул руку, чтобы погладить Кики. Но тот замахнулся на него клювом и издал паровозный гудок.
Добродушная улыбка тут же исчезла с лица прохожего.
– Опасная зверюга, – сердито прорычал он и, повернувшись, затерялся в толпе.
Ребята с облегчением перевели дух. Они не думали всерьез, что он член преступной банды, Филипп сказал это так, в шутку. Однако, если бы он прицепился к ним надолго, Билл не решился бы приблизиться. Ребята нетерпеливо оглядели платформу в поисках своего друга, но не обнаружили ни единого человека, хотя бы отдаленно напоминавшего Билла.
В этот момент шаркающей походкой к ним подошел сутулый чернобородый мужчина, облаченный в длинный плащ и клетчатую кепку. С плеча у него свешивался бинокль. Из-за очков с толстыми стеклами зорко смотрели внимательные глаза.
– Здравствуйте, ребята! – приветствовал он их. – Очень рад, что вы не опоздали. Ну что ж, будем считать, что экспедиция началась.
На лице Люси расцвела счастливая улыбка. Это Билл, это его теплый, добрый голос. Несмотря на бороду, на весь его странный вид, они его сразу узнали. Переполненная радостью, она уже собралась было кинуться ему на шею, но была остановлена бдительным Джеком. Он отодвинул ее в сторону и вежливо протянул Биллу руку.
– Добрый вечер, доктор Уокер!
Его примеру последовали остальные ребята. Со стороны должно было казаться, что ребята приветствуют учителя, сопровождающего их в поездке.
– Пройдемте, нам туда, – сказал «доктор Уокер» и подозвал носильщика. – Пожалуйста, возьмите этот багаж и доставьте его к десятичасовому поезду. Благодарю вас!
Скоро они сидели в вагоне ночного экспресса. Ребята ужасно радовались, разглядывая свои маленькие «спальни». Люси особенно понравилось, что все находящиеся в них предметы мебели убирались вверх, вниз и вбок и ничто не мешало им свободно носиться по купе.
– Надеюсь, вы сможете здесь хорошенько выспаться. А завтра утром доктор Уокер вас разбудит. – Билл с улыбкой посмотрел на ребят сквозь толстые стекла очков.
– А куда мы, собственно, направляемся? – поинтересовался Джек.
– Общее направление – на север. Вначале едем этим поездом, потом пересаживаемся на другой, а в самом конце пути поплывем на катере, – рассказывал Билл ребятам, не сводившим с него горящих глаз. Убедившись, что дверь хорошо закрыта, он вытащил из кармана карту. – Это карта островов, разбросанных у северо-западного побережья Шотландии. Их там бесчисленное количество, а некоторые такие крошечные, что даже не указаны на этой карте. Они мало изучены и заселены только птицами. Предлагаю разместить на одном из них нашу штаб-квартиру, откуда мы будем совершать вылазки на соседние острова для наблюдения за жизнью птиц и фотографирования.
Ребята были в восторге. Им предстояло провести на море множество дней, наполненных солнечным светом, путешествиями от острова к острову, походными обедами на ветру под открытым небом, бездумным отдыхом, когда сидишь на нагретых солнцем скалах, болтая ногами в прозрачной морской воде. Как же это будет здорово!
– Может быть, мне удастся приручить пару тупиков, – сказал Филипп. – Я еще ни разу не видел живого тупика, только чучело. Они выглядят очень забавно.
– Ты обучишь их хорошим собачьим манерам, а также умению говорить «пожалуйста», – рассмеялся Билл.
– Тупики и пряники! – крикнул Кики. – Боже, храни короля! – Но никто не обратил на него внимания. Все были слишком увлечены построением прекрасных планов на будущее.
– А когда вы поедете домой, я там задержусь немного, – сказал Билл. – Без вас мне будет, правда, довольно скучно, но ваши прирученные тупики смогут составить мне компанию.
– Это просто ужасно, что ты останешься совсем один, – сказала Люси. – И долго тебе там придется пробыть, Билл?
– Думаю, долго. Во всяком случае, до тех пор, пока мои враги не позабудут обо мне или же не будут уверены в том, что меня нет на свете.
– Кошмар какой! – Люси была вне себя от ужаса. – И зачем тебе только нужна такая безумная жизнь, Билл? Занялся бы чем-нибудь другим.
– Например? Стать садовником или трамвайным кондуктором, так, что ли? – Билл рассмеялся, глядя на озабоченное личико Люси. – Ну уж нет, дорогая моя Люси, представь себе, жизнь, которую я веду, нравится мне. Я защищаю закон и порядок, и ради этого, поверь мне, стоит иногда идти на риск. Силы зла могущественны, но и я не слабак. И я отдам все, чтобы одолеть их.
Люси посмотрела на него с восхищением.
– Да, ты прав. И я совершенно уверена, что ты выйдешь победителем из любой схватки. Но разве не ужасно, что тебе приходится прятаться от них?
– Не говори, я просто места себе не нахожу от ярости! – И хотя, произнося эти слова, Билл выглядел достаточно спокойным, то, как он их произнес, выдавало его гнев и неудовольствие, что ему приходилось прятаться вместо того, чтобы активно действовать. – Но приказ есть приказ. Как бы то ни было, благодаря этому мы сможем вместе прекрасно отдохнуть. Ну что, молодые люди, карту уже выучили наизусть?
Мальчики тщательно штудировали карту островов. Джек ткнул в нее пальцем:
– Видишь здесь Крылатый остров? Хорошее название. Там, должно быть, птицы кишмя кишат.
– Проверим, – отозвался Билл. – Нам наверняка придется там здорово поплутать. Но это неважно. Что может быть прекраснее, чем скользить по лазурной поверхности моря от острова к острову, теряя рассудок и спокойствие от всепокоряющей красоты окружающего мира?
– Звучит как песня! – покорение воскликнула Дина. – Ой, глядите, Кики сейчас выдернет пробку из раковины!
Кики уже успел прочесать «спальню» вдоль и поперек и даже попробовать воды из графина. Теперь он уселся на маленькой перекладинке, через которую перебрасывалось полотенце, смачно зевнул и сунул голову под крыло. В этот момент по всему поезду захлопали двери. Кики немедленно вынул голову из-под крыла и завопил:
– Закрой дверь! Горностай убыл! Позови доктора!
Раздался свисток к отправлению, и поезд плавно тронулся, медленно выползая из-под крыши вокзала. Кики ужасно перепугался, когда вся комната вдруг зашаталась, и от неожиданности едва не свалился на пол.
– Бедный Кики! Как жаль, как жаль! – проскрипел он и в поисках спасения перемахнул на плечо к Джеку. Билл поднялся.
– Пора спать.
Ребята никак не могли привыкнуть к его густой черной бороде и очкам с толстыми стеклами. Слава Богу, хоть эту отвратительную клетчатую кепку он закинул на полку.
– Нам что – придется здесь спать вчетвером? – Люси с сомнением посмотрела на две узкие полки.
– Конечно же, нет, глупышка, – сказал Билл. – Здесь будете спать вы с Диной. Рядом с вами – мое отдельное купе, а за ним – купе Джека и Филиппа. То есть я ночую как раз между вами. И если вам вдруг что-то понадобится, достаточно просто стукнуть мне в стенку.
Люси облегченно вздохнула.
– Прекрасно. Билл, ты будешь спать с бородой?
– Наверное. Я ее так крепко приклеил, что сдирать ее будет довольно-таки болезненно. Когда приедем на острова, где нас никто не будет видеть, вот тогда и сниму ее окончательно. Тебе что – моя борода не нравится?
– Не очень, – призналась Люси. – Ты в ней какой-то не родной. И я успокаиваюсь, только когда слышу твой голос.
– Ну тогда, чтобы не пугаться, закрой глаза, – со смехом посоветовал Билл. – Спокойной ночи, барышни! Молодые люди, пойдемте я отведу вас в ваше купе.
Утром я вас всех разбужу, и мы отправимся завтракать в вагон-ресторан.
– Вообще говоря, мне уже сейчас есть хочется, – сказал Филипп. – Мы, правда, довольно плотно поужинали, но с тех пор прошло >же столько времени.
– Подожди минутку. Я сейчас притащу пару бутербродов и бананы, – сказал Билл. – Только особо не засиживайтесь, уже поздно.
– Ах, еще только десять, – сказала Дина и громко зевнула. За ней зевнул Кики, а вслед за ним, как по команде, и остальные.
Билл принес из своего купе бутерброды и бананы. Потом пожелал девочкам спокойной ночи и отвел Джека и Филиппа в их «спальню». Ребятам все ужасно нравилось. Нравилось переодеваться в раскачивающемся вагоне поезда, мчащегося в ночи со скоростью восемьдесят километров в час. Улегшись в постель, они еще долго прислушивались к звонкому перестуку колес.
«Мы едем, едем, едем в далекие края», – напевали колеса на ухо Люси. Она устало сомкнула веки, а колеса продолжали петь ей свою колыбельную песенку: «Мы едем, едем, едем в далекие края»…
Несмотря на все треволнения, ребята быстро заснули. Не трудно предположить, что им виделось во сне: изумрудная морская вода, прозрачная, как хрусталь, пенистые белоснежные облака, бегущие по бесконечно далекому голубому небу и… птицы, птицы, птицы.
«Мы едем, едем, едем в далекие края…»
МОРЕ, МОРЕ!
К следующему утру они одолели уже больше половины пути. Билл постучал по стенкам своего купе, чтобы разбудить ребят. Они быстро оделись и голодной толпой помчались в вагон-ресторан. Каждый раз, вылезая в грохочущий тамбур, Люси испуганно хватала Билла за руку.
– Мне все кажется, что стоит мне войти в тамбур, как вагоны начнут разъезжаться в разные стороны, – смущенно объяснила она под издевательский смех друзей. Только Билл не смеялся, и каждый раз, подходя к опасному месту, бережно брал девочку за руку.
За завтраком Кики вел себя безобразно. Рассерженный тем, что ему не досталось ни одной баночки с джемом, он принялся хулиганить, разбрасывая вокруг куски тостов. Предложенные ему семечки Кики отклонил, сопроводив свой отказ наглыми замечаниями. Когда же он заметил бурный интерес, проявляемый к его персоне сидевшими в ресторане попутчиками, его форменным образом понесло.
– Да замолкни ты наконец! – не выдержал Билл и чувствительно врезал попугаю по клюву. Разъяренный Кики с пронзительным криком кинулся на Билла и вырвал у него из бороды целый клок волос. После этого он незамедлительно ретировался под стол, где принялся, задумчиво приговаривая что-то, тщательно разбирать отдельные волоски добытого трофея. Он все никак не мог понять, откуда на лице у Билла вдруг появилось это непонятное новообразование.
– Оставь его в покое! – сказал Билл Джеку, наклонившемуся, чтобы вытащить своего любимца из-под стола. – Так он, по крайней мере, хотя бы недолго будет при деле. – Потом озабоченно ощупал свой подбородок. – Наверное, выгляжу я ужасно?
– Да нет, совсем не заметно, – успокоил его Джек. – Кики по дороге всегда немного взвинченный. А хуже всего бывает, когда я возвращаюсь с ним из школы домой. То он начинает свистеть как дежурный по станции, то вдруг призывает всех вокруг срочно высморкаться и вытереть ноги. А когда поезд въезжает в туннель, он начинает так вопить, что просто уши закладывает.
– И все равно он – лапочка, – заступилась Люси за товарища по играм, скрыв от присутствующих, что как раз в этот момент Кики успешно развязал шнурки на ее туфлях и ловко вытащил их из дырочек.
Поездка продолжалась очень долго. На большой, оживленной станции они сделали пересадку. Новый поезд, в котором они оказались, был короче первого и ехал гораздо медленнее. Он доставил их в город, расположенный на берегу моря. И вот наконец вдали сверкнула узкая голубая полоска, заставив восторженно забиться ребячьи сердца. Море, море! Как же они его любили!
– Только сейчас я почувствовала себя по-настоящему на каникулах, – сказала Люси. – Для меня каникулы начинаются только тогда, когда я вижу море.
Люси своими словами выразила общее настроение всей компании. Вне себя от радости, они принялись буквально ходить на головах и вопить дикими голосами. Да и Кики, можно сказать, пошел в разнос, пустившись исполнять на багажной полке какой-то экзотический индейский танец. На плечо к Джеку он вернулся не раньше, чем поезд остановился и все вышли на перрон.
Ребята восторженно вдыхали полной грудью свежий морской воздух. Волосы девочек и борода Билла развевались на ветру. Кики старательно поворачивался клювом против ветра, потому как терпеть не мог, когда его перья были растрепаны.
Сытно пообедав в гостинице, они отправились на пристань. Катер Билла только что подошел. Человек, доставивший катер, хорошо знал Билла, и ему было известно, в каком обличье тот должен был появиться.
– Здрасьте, доктор Уокер! – громко сказал он —
Погода для вашей экспедиции самая что ни на есть подходящая. Все готово.
– Продуктов заготовили достаточно, Хенти? – спросил Билл, зорко взглянув на него сквозь толстые стекла очков.
– Достаточно, чтобы пересидеть осаду, – ответил Хенти. – Я выведу вас в море, а потом вернусь в гавань на веслах.
Они взошли на борт катера с маленькой каютой на носу. Увидев множество банок с консервами, Джек удовлетворенно улыбнулся. Маленький холодильник в каюте тоже был забит до отказа. Стало быть, с едой проблем не будет. А это – дело первостепенной важности, считал Джек, потому что, если целый день торчишь на воздухе, есть хочется постоянно.
Хенти вывел катер из гавани. Его маленькая весельная лодка плясала на волнах позади катера. Когда они вышли в открытое море, он начал прощаться.
– Удачи вам! – сказал он и крепко пожал Биллу руку. – Будем регулярно ждать ваших сообщений. Передатчик в полном порядке. На борту имеется также комплект запасных батарей. Еще раз всего наилучшего! Через две недели я буду здесь, чтобы забрать ребят.
Он прыгнул в свою лодку и энергично погреб к берегу. Плеск весел быстро удалялся, лодка становилась все меньше и меньше, а скоро и вовсе исчезла из виду.
– Ну наконец-то мы в море. – Билл удовлетворенно вздохнул – Можно наконец избавиться от этой дурацкой бороды и от очков с плащом в придачу. Филипп, ты ведь, кажется, умеешь управлять моторной лодкой, да? Бери штурвал, а я пока пойду приведу себя в человеческий вид. Здесь меня уже никто не увидит, так что можно снова стать самим собой. Держи курс на норд-норд-ост!
Филипп гордо встал к штурвалу. Мотор работал как часы, и катер быстро помчался, рассекая носом водную гладь. День выдался великолепный. Майское солнце светило, как летом, в небе парили крохотные белые облачка, солнечные лучи, танцуя, играли на волнах.
– Красота! – Довольно покряхтывая, Джек опустился на лавку рядом с Филиппом. – Так жить можно!
Люси, счастливо улыбаясь, мечтательно всматривалась вдаль.
– Да, первый день каникул – всегда самый лучший! Тебя охватывает какое-то непередаваемо радостное чувство в предвкушении бесконечно долгих, пронизанных солнцем и наполненных блаженным бездельем дней отдыха, как будто ты погружен в чудесный волшебный сон.
– Все это для тебя плохо кончится: ты станешь поэтессой, – ядовито заметил Филипп.
– Что ж, если поэты живут, наполненные такими чувствами, я не возражаю, – ответила Люси. – Единственно неприятное во всем этом – необходимость писать стихи.
– Три маленьких негритенка бежали по следу котенка, – послышался неприятный голос Кики. Ребятам показалось, что попугай возжелал принять посильное участие в обсуждении путей развития поэзии. Однако вскоре выяснилось, что причиной всплеска его поэтического творчества стали три белых мышонка, неожиданно дружно появившихся на всеобщее обозрение. Подобно вырезанным из кости статуэткам, они застыли на плече у Филиппа, держа по ветру нежные розовые мордочки и принюхиваясь к соленому морскому воздуху.
Дина сдавленно пискнула.
– Тьфу на тебя, Филипп! А я-то втайне надеялась, что ты оставил этих мерзких грызунов дома. Чтоб их чайки сожрали!
Но сегодня даже Дина была не способна злиться долго. Как завороженная, смотрела она на пенную струю, подобно хвосту кометы сопровождавшую юркий катер, стремительно скользивший по зеленым морским волнам.
Когда Билл наконец вышел из каюты на палубу, ребята встретили его дружным «ура».
– Билл! Наконец-то ты снова наш старый добрый Билл!
– Чтоб мы больше никогда на тебе этой бороды не видели!
– Ура, доктор Уокер сгинул! Дрянной был, в сущности, мужичонка.
– Ну-ка, посмейся. Слава Богу, у тебя снова появился рот.
– Ох, как приятно! – Билл с облегчением глубоко вздохнул и принял штурвал из рук Филиппа. – Если погода не испортится, мы скоро станем черными как негры. Но лучше не снимайте рубашек, мальчики. А то сгорите.
Плащи и куртки были давно сброшены и свалены кучей на палубе. Несмотря на свежий морской ветер, солнце жгло немилосердно. Море вдали переливалось васильковым шелком.
– Пусть хоть эти каникулы пройдут без всяких авантюр, – сказал Билл, стоя за штурвалом в белой, полощущейся на ветру рубашке. – Трижды пришлось нам вместе переживать опасные приключения. И сейчас я мечтаю о спокойных, абсолютно нормальных каникулах.
– Согласен, – поддержал его Джек. – С сегодняшнего дня наш лозунг – «Да здравствуют каникулы! Долой приключения!».
– Я приключениями наелась досыта, – вмешалась Люси. – Обычные каникулы гораздо приятнее, чем необходимость вечно от кого-то прятаться, ползать по всяким потайным ходам и спать в пещерах. Жаль только, что с нами нет тети Элли. Впрочем, может быть, ей здесь вовсе и не понравилось бы.