Тайна орлиного гнезда
- -
- 100%
- +
– Ничего страшного. Как только услышу скрежет камня, открывающего вход, тотчас спрячусь под кроватью. Но эти типы и понятия не имеют, что, кроме вас, здесь еще кто-то есть. Поэтому вряд ли они нагрянут сюда с обыском посреди ночи.
На огромной старинной кровати места для ребят было с избытком. Они с наслаждением растянулись на мягкой пуховой перине. И конечно, особую радость испытал Филипп, весь день проторчавший как истукан в жестких доспехах. Он устроился поудобнее и начал свой рассказ.
– Когда эти типы так грубо напустились на вас, я чуть не спятил от ярости, – признался Филипп. – Но что было делать – мне нельзя было шевельнуться, – вот я и продолжал стоять, как статуя. Когда они наконец отпустили вас, вся честная компания, закрыв вход, уселась за стол.
– Ты понял, о чем они говорили? – поинтересовалась Люси.
– К сожалению, нет. Они разложили перед собой какие-то бумаги и принялись что-то рисовать на них. Однако, как я ни старался, мне не удалось разглядеть, над чем они трудились. Я так тянул шею, что чуть было не загремел с постамента.
– Господи! Представляю себе, какие у них были бы перепуганные рожи, если бы ты с диким грохотом рухнул на них, – захохотала Дина.
– Спасибо, лучше не надо, – сказал Филипп и продолжил свой рассказ: – Какое-то время они беседовали и корпели над своими бумагами. Потом слегка перекусили: вскрыли целую кучу банок с консервами, при виде которых я чуть не захлебнулся голодной слюной.
– Бедный Филипп! Ты так ничего и не ел? – жалостливо спросила Люси.
Филипп кивнул.
– Не беспокойтесь. Как только они убрались наверх и завалили вход, я с лязгом сошел с постамента и стрескал почти все, что от них осталось. Мне оставалось только надеяться, что они ничего не заметят. Но мне так страшно хотелось есть и пить, что было на все наплевать. А потом меня стал разбирать смех при виде остальных болванов в доспехах: я все ждал, что и они вот-вот спустятся со своих постаментов и разделят со мной трапезу.
– О, пожалуйста, не говори таких вещей! – Бедная Люси перепугалась. Широко раскрытыми глазами она уставилась на застывших металлических истуканов, с ужасом представив себе, как они оживают и обступают стол.
Филипп рассмеялся и успокаивающе погладил Люси по руке.
– Труднее всего было пить, – продолжил он свой рассказ. – Мне никак не удавалось как следует откинуть голову назад, так что едва ли не половина воды вылилась в доспехи. И я страшно боялся, что, вернувшись на постамент, повсюду оставлю после себя лужи.
Девочки развеселились. Филипп так живо все рассказывал, что можно было представить себе мельчайшие подробности.
– Перекусив, я почувствовал себя значительно лучше и с облегчением взгромоздился на место, – продолжал Филипп. – Спустя примерно двадцать минут банда возвратилась в комнату. А потом началось самое интересное!
– Что? – в один голос заинтригованно спросили девочки.
– Видите вон ту настенную драпировку, с собаками и лошадьми, как раз напротив моих доспехов? За ней находится потайная дверь!
Мальчик сделал паузу, а девочки уставились сначала на драпировку, а потом – на Филиппа.
– Бандиты побеседовали еще немножко. Потом один из них подошел к стене, отодвинул драпировку и зацепил ее за гвоздь. Через свое забрало я видел все совершенно четко. Вначале я не понял, зачем он это сделал, потому что позади драпировки стена выглядела абсолютно так же, как и все прочие стены, сложенные из крепких камней.
– А на самом деле? – взволнованно спросила Люси.
– А на самом деле она закрыта всего лишь тонкой каменной плитой, которая легко сдвигается в сторону! Отодвинув ее, он вошел в квадратную нишу, открывшуюся за ней, и пошарил рукой по стене. Сбоку в этой нише находится потайная дверь, которую он и открыл. Потом вся троица исчезла через эту дверь!
– Ну надо же! – воскликнула Дина. – И куда же они делись?
– Не знаю, – признался Филипп. – Но это нужно обязательно выяснить. Здесь вообще происходят странные дела. Эти люди задумали что-то недоброе. Судя по выговору, двое из них иностранцы. И очень интересно, почему именно иностранцы прячутся в таком уединенном месте, устраивают секретные сборища, пользуясь при этом потайными комнатами и дверями.
– Может быть, посмотрим, куда эта дверь ведет? – терзаемая любопытством, предложила Дина.
– Нет, лучше не надо, – запротестовала Люси. На сегодня с нее было довольно переживаний.
– Эх ты, трусиха! – презрительно воскликнула Дина.
– Люси – не трусиха! – заступился за нее Филипп. – Она просто не такая авантюристка, как ты, Дина! Во всяком случае, сейчас нам лучше воздержаться от исследования стены. Кто знает, Что с нами сделают эти типы, если, вернувшись, вдруг увидят, что мы обнаружили их потайную дверь! Вот тогда, возможно, никто никогда о нас больше ничего уже не услышит.
Дина замолчала. Ей ужасно хотелось заглянуть за настенную драпировку. Но Филипп был прав. Им следовало дождаться более благоприятного момента. Девочка рассказала брату, что за этот день довелось пережить им с Джеком. Он очень обрадовался, узнав, что Джек на свободе.
– Нам страшно повезло, что эти типы даже не подозревают о том, что в замке находимся и мы с Джеком, – заметил он. – Пока они думают, что имеют дело только с двумя безобидными девчонками, они не будут чересчур осторожничать.
Потом Дина рассказала Филиппу, как они отправили Мордашкина с посланием к Тэсси. Мальчик внимательно выслушал. Однако в следующее мгновение похоронил все их надежды.
– Идея, конечно, неплохая. Но, думаю, толку от нее не будет. Вы ведь забыли, что Тэсси не умеет ни читать, ни писать.
Девочки обескураженно переглянулись. Ну конечно же! Как они могли забыть? Какой толк в том, что Тэсси получит их записку. Какими же они были идиотами! На Люси было жалко смотреть. Ведь ее идея оказалась на поверку совершенно бездарной!
Филипп обнял девочку и прижал ее к себе.
– Не расстраивайся! Может быть, Тэсси сообразит показать записку кому-нибудь, кто сможет ее прочесть. Не вешай носа, Люси!
Долго еще ребята рассказывали друг другу о переживаниях прошедшего дня. Люси откинулась на подушку и закрыла глаза. Дина и Филипп поболтали еще немного, потом и они решили спать. Мальчик так намучился за длинный день, проведенный в доспехах, что тут же заснул.
Спустя несколько часов Дина внезапно проснулась, разбуженная каким-то странным шумом. В первый момент она не разобрала, откуда шел шум. Но в следующее мгновение ей все стало ясно, и она тотчас вспомнила о том, что случилось накануне.
Филипп и Люси продолжали спать. В отчаянии Дина принялась тормошить брата.
– Филипп, проснись! Прячься под кровать! Они уже здесь!
Еще не вполне проснувшись, Филипп скатился на пол и заполз под кровать. В этот момент на лестнице появился первый бандит. Дина притворилась спящей. Люси не пошевелилась.
Бандиту послышался какой-то шум, он недоверчиво оглянулся на спутников и, подкрутив повыше фитиль керосиновой лампы, подошел к кровати.
Филипп, свернувшийся под кроватью, почти почувствовал прикосновение кончика его башмака. Бандит откинул занавес балдахина и взглянул на девочек. Дина похолодела от ужаса. Только бы он не заметил, что она не спит!
Несколько минут он внимательно наблюдал за спящими детьми, потом снова задернул занавес. Очевидно, он решил, что они действительно спали. И, конечно же, ему и в голову не могло прийти, что под кроватью прятался мальчик.
Из-под полуопущенных ресниц Дина осторожно посмотрела в щель занавеса. В комнате находилось уже пять человек, двоих из которых она видела впервые. Они опять заговорили на неизвестном ей языке. Потом один из них отомкнул ящик комода, вытащил из него несколько рулонов бумаги и бросил на стол. Остальные быстро расправили их и оживленно принялись что-то обсуждать. Потом бумаги снова исчезли в ящике комода, запертом на ключ.
Дина с лихорадочным вниманием следила за развитием событий. Вот Бровастый подошел к стене и отодвинул в сторону драпировку, за которой скрывалась потайная дверь. К нему подошел еще один тип и, что-то прошептав, показал на кровать, стоявшую в углу комнаты. Он быстро подошел к огромной кровати с балдахином и плотно прикрыл тяжелый занавес. Щель, через которую Дина наблюдала за происходящим, закрылась. Какая досада! Она не решилась снова отдернуть занавес – они могли бы ее заметить.
Девочка напряженно прислушалась. Что происходило в комнате? Вначале она услышала какое-то шуршание, потом раздался щелчок и сразу вслед за ним – звук поворачивающегося в замке ключа. Снова зазвучали голоса. Потом до нее донеслись шаги поднимавшихся по лестнице людей. Она быстро выглянула наружу. Это были трое старых знакомых. Очевидно, двое других исчезли через потайную дверь. Все было на редкость таинственно!
Снова раздался знакомый скрежет, после чего в комнате воцарилась тишина. Дина опять украдкой заглянула в щель занавеса. Комната была пуста. Настенная драпировка находилась на своем обычном месте.
Дина тихо позвала Филиппа, который тотчас высунул голову из-под кровати.
– Не буди Люси! – прошептал он. – А то она перепугается и не сможет снова заснуть. Тебе удалось что-нибудь подсмотреть?
– Еще бы!
Дина рассказала внимательно слушавшему Филиппу о событиях, происшедших в комнате.
– Теперь их уже пятеро, – констатировал он. – Интересно, что им всем здесь понадобилось? Вот видишь, как правильно мы поступили, решив не заниматься этой ночью потайной дверью! Нас наверняка застукали бы.
– Да, ты был прав, Филипп. Что эти люди замышляют?
– Представления не имею. Может быть, удастся что-нибудь понять, пройдя через потайную дверь и выяснив, куда она ведет. Но нам нужно действовать обдуманно и ждать подходящего момента.
– Мне кажется, эти типы сегодня уже не вернутся, – сказала Дина и снова улеглась в постель. – Но на всякий случай тебе лучше остаться под кроватью. В прошлый раз ты устроил страшный грохот.
– Да, лучше мне остаться здесь. – Филипп стащил одеяло с кровати и, завернувшись в него, устроился в своем новом убежище со всеми доступными в его положении удобствами.
– Ты завтра снова полезешь в доспехи? – поинтересовалась Дина.
– Ну уж нет! Предпочитаю остаться под кроватью. Эти типы наверняка не станут искать кого-то, о ком понятия не имеют. Никогда в жизни ни к каким доспехам не подойду ближе чем на пушечный выстрел. Ужасно неудобная, совершенно идиотская штука!
Они снова заснули, и на этот раз до самого утра ничто уже не нарушило их сна. Правда, находясь в этой комнате, трудно было отличить день от ночи, но когда Дина проснулась, ее часы показывали половину восьмого.
ПРОШЕЛ ВТОРОЙ ДЕНЬ
После ухода девочек в потайную комнату Джек почувствовал себя очень одиноко. Он ужасно скучал, оставшись во дворе в обществе Кики.
– Надеюсь, с девчонками ничего не случится! – сказал он себе. – Эй, Мордашкин, ты все еще здесь? Ты почему не возвращаешься к Тэсси? Сегодня тебе не удастся увидеться с Филиппом.
Лисенок скулил, терся головой о ноги Джека, умоляя его со всей убедительностью, на которую был способен, отвести его к любимому Филиппу.
– Послушай меня! Немедленно отправляйся с этой запиской к Тэсси! – убеждал лисенка Джек, который так и не вспомнил о неграмотности Тэсси. – Ну ступай же, наконец, Мордашкин! Как только ты прибежишь к Тэсси, мы будем спасены. Она прочтет записку и пошлет нам помощь.
Но Мордашкин почти всю ночь оставался во дворе. Он все еще надеялся найти Филиппа и без устали сновал из угла в угол. Кики обращался с ним весьма высокомерно, но лисенок не обращал на него никакого внимания.
Постепенно на небе взошла луна и наполнила двор серебристо-молочным светом. Раздался крик совы, на который немедленно по-совиному откликнулся Кики. Сова тут же неслышно влетела во двор, чтобы посмотреть на нежданного собеседника. Кики был в восторге. Он тихо перелетал с места на место и без устали издавал совиные крики. А сова пребывала в большом удивлении, обнаружив здесь целый выводок себе подобных, приветствовавших ее со всех сторон.
Джек наслаждался игрой, затеянной Кики, как вдруг различил в лунном свете фигуры трех мужчин! Мальчик молниеносно спрятался в тени высокой крепостной стены. Он находился совсем рядом с огромными воротами, за которыми начиналась старая замковая дорога. Именно здесь, за густым кустарником, он нашел временное убежище.
И тут произошло нечто совершенно удивительное. Джек в недоумении уставился на огромные ворота, которые медленно и беззвучно начали раздвигаться. Его глазам открылась обширная, залитая лунным светом площадка. Путь к свободе был открыт.
Он невольно выпрямился, но тут же нырнул назад. Через открывшийся проход по двор вошли двое мужчин. Как только они оказались внутри, ворота с громким лязгом захлопнулись. Мужчины прошли совсем рядом с Джеком, не заметив его. В тени куста мальчик прижался к земле, распластавшись на ней подобно любимой жабе Филиппа.
Вновь прибывшие подошли к ожидавшим их трем фигурам, после чего все пятеро исчезли в замке. Джек понял, что они направились в потайную комнату. Он подождал еще немного, потом быстро подбежал к воротам. Если бы только ему удалось их открыть! Он бы как молния рванул с горы и в мгновение ока привел бы помощь, даже если бы ему пришлось преодолеть на своем пути опасный оползень! В конце концов эти типы пришли сюда именно этим путем.
Он огляделся в поисках дверной ручки и нащупал большое, металлическое кольцо, Он изо всех сил принялся вертеть и крутить его во все стороны, но ворота не открывались.
«Наверно, когда ворота лязгнули, они захлопнулись на засов, – со злостью подумал Джек. – Какая досада! Окажись я чуть поближе к выходу, мне, может быть, удалось бы выскочить наружу, пока эти типы входили во двор. Пусть даже на виду у них. Пока они разобрались бы, что к чему, меня бы и след простыл!»
Джек уселся рядом с воротами и погрузился в раздумья.
«Подожду здесь, пока они вернутся. А потом выскочу одновременно с ними наружу. Они наверняка будут так ошарашены, что не успеют и руки поднять, чтобы схватить меня».
Джек прождал много часов, борясь со сном, о двое пришельцев так и не появились. На все невысказанные вопросы Джека могла бы ответить Дина. Конечно же, они исчезли через потайную дверь позади настенной драпировки. А остальные находились где-то в замке.
Когда небо на востоке окрасилось серебром пришло время Джеку убираться восвояси под защиту дрокового куста. Кики, которому уже давно прискучили беседы с совами, крепко спал на плече мальчика. Мордашкин исчез.
Джек не заметил, когда лисенок пропал. Он был так взбудоражен видом распахнутых ворот, что совершенно забыл о Мордашкине. Интересно, куда он подевался?
«Надеюсь, он отправился к Тэсси, – подумал Джек. – Если это так, то помощь может прийти еще сегодня. Да и пора бы! Мне опротивело уже до последней степени слоняться здесь из угла в угол. Орлы улетели, девчонки в опасности, а бедняга Филипп – тем более. Интересно, как он там? Ну ничего, девчонки придут и все мне расскажут».
Когда девочки вышли из потайной комнаты, было около восьми утра. Дина напрасно пыталась уговорить Филиппа до прихода бандитов снова залезть в рыцарские доспехи.
– Нет, я останусь под кроватью, – непреклонно ответил он. – Одного дня в этом идиотском панцире мне достаточно. Пусть лучше меня обнаружат, чем я еще целый день буду торчать в нем. Принесите мне сюда немного еды и питья. А когда бандиты будут выходить из комнаты, я, по крайней мере, смогу тут немного размяться.
– Ну что же, вольному воля, – согласилась Дина, которая на месте Филиппа поступила бы точно так же. – Конечно, это отчаянная глупость прятаться именно под кроватью, на которой бандиты будут спать. Но, может быть, все кончится благополучно. Только не чихай!
Похоже, бандиты собирались спать в кровати с балдахином весь день напролет. Как только они зашли в комнату, Бородатый тут же рухнул в постель. Небритые физиономии его товарищей выглядели весьма отталкивающе. Все трое были явно утомлены.
– Вечером снова спуститесь сюда, – лежа в постели, проговорил Бородатый и зевнул. – Можете взять со стола пару банок консервов и консервный нож и проваливайте отсюда, бездельницы!
Девочки ухватили по банке сардин, лосося, персиков и абрикосов и быстро взбежали по лестнице. Не успели они выбраться наружу, как вход за ними захлопнулся.
– Спокойной ночи! – насмешливо крикнула Дина, и девочки направились к Джеку, сидевшему в своем убежище и нетерпеливо поджидавшему их.
– Джек, как ты там? – крикнула Люси. – Можешь выходить. Эти типы в подземной комнате. Сардин хочешь? Или, может быть, персиков? У нас большой выбор.
Джек очень обрадовался приходу девочек.
– Что, на самом деле все чисто? Ладно, тогда я выбираюсь на белый свет и устроюсь вон там под скалой. Я умираю с голоду. По-моему, я видел у вас вчера печенье?
Дина вытащила коробку с печеньем, и ребята принялись за свой необычный завтрак, состоявший из сардин, печенья и персиков. Все это запивали лимонадом. Они ели с большим аппетитом и взахлеб рассказывали друг другу обо всем, пережитом накануне.
Джек с огромным интересом выслушал историю, рассказанную Филиппом.
– Потайной ход в стене! – сверкая глазами, воскликнул он. – Интересно, куда он ведет?
– Бог знает! Наверно, куда-нибудь на гору. – Дина окунула печенье в персиковый сок и с наслаждением пососала его.
– Подожди-ка! С какой стороны потайной комнаты находится секретная дверь? – спросил Джек. – Ах да, напротив того места, где– стоял Филипп в панцире. Стало быть, это означает, что дверь выходит на склон горы с обратной стороны замка. Странно! Может быть, там находятся подземелья?
– А, ты думаешь, что эти злодеи держат там в оковах людей и морят их голодом? – немедленно спросила Люси. – Как тот самый злой старик? Ой, Джек, а может быть, старик все еще жив, сидит себе здесь, как паук, и творит разные злодеяния?
– Дуреха! Я же говорил тебе, что он умер много лет назад. И перестань забивать себе головешку разными глупостями! А теперь умолкни и дай мне подумать!
И Джек задумался, покусывая печенье.
– Да, так все, видимо, и есть. Ход, скорее всего, ведет на склон горы с обратной стороны замка. Хотелось бы мне туда слазить и все хорошенько осмотреть на месте. Рано или поздно это наверняка сделает Филипп.
– Надеюсь, у него хватит благоразумия остаться под кроватью, – сказала Люси. – Там, где народ толпами ходит туда-сюда через потайные двери и секретные ходы, он запросто натолкнется на кого-нибудь и попадет в плен.
– А Мордашкин убежал ночью к Тэсси? – вдруг спросила Дина. – Что-то я его нигде не вижу.
– Да, он куда-то исчез, – сказал Джек. – Но я понятия не имею – куда. Надеюсь, он уже у Тэсси, которая обнаружила нашу записку.
– Филипп считает, что затея с запиской была бессмысленной, – тихонько сообщила Люси. – Мы забыли, что Тэсси не умеет читать.
– Черт! – воскликнул Джек. – Конечно же, она не умеет читать! Какой же я все-таки осел!
– Осел, осел! – тотчас восхищенно подхватил Кики. – Осел убыл!
– Ты тоже сейчас у меня убудешь, если возьмешь еще хотя бы один персик! – пригрозил ему Джек. – Дина, банка пуста? Убери ее подальше от Кики! Пока мы тут болтаем, он к ней основательно пристроился.
– Бедный старый осел! – мрачно крикнул Кики, когда Дина забрала у него банку и чувствительно щелкнула его по клюву.
– Чем будем сегодня заниматься? – поинтересовалась Люси.
– Чем, по-твоему, мы можем еще заниматься, кроме как ждать, – раздраженно бросил в ответ Джек.
– И надеяться, что Тэсси сообразит показать кому-нибудь нашу записку, – присовокупила Дина. – Она все равно не сможет проникнуть в замок – доски-то на месте нет!
День тянулся ужасающе медленно. Ребятам было абсолютно нечего делать. И орлы, как назло, исчезли.
– Скорей бы проявить пленки, – вздохнул Джек, ощупывая в кармане драгоценные катушки. – Ужасно хочется посмотреть, что там получилось.
Девочки немного погуляли по двору. Может быть, рискнуть – взобраться на башню и подать сигнал? Но кто его заметит? Разве что Тэсси, но и она вряд ли поймет, что они зовут на помощь.
– Даже и не думайте об этом, – предостерег Джек девочек. – Если вас поймают, то не сносить вам головы. Нет, нужно ждать, пока Тэсси пришлет помощь.
Наконец наступила ночь. Бандиты позвали девочек в потайную комнату. Дина и Люси быстро простились с Джеком и исчезли. Они не хотели заставлять бандитов ждать их.
Джек решил не возвращаться в свое убежище. Когда совсем стемнело, он побрел к источнику у стены, чтобы напиться. Идти в кухню он опасался из страха натолкнуться на кого-нибудь по дороге. Кроме того, нельзя было исключить, что кто-то мог услышать шум работающего насоса.
Мальчик наклонился к источнику, но, замерев на полпути, прислушался. Из маленького отверстия, в котором исчезала вода, послышался непонятный шум.
– УУУУФ! УУУФ? УУУУФ! – раздался жалобный стон, сопровождаемый странным поскребыванием. Что-то двигалось по водостоку, стремясь выбраться наружу. Джек испуганно откинулся назад. Что это могло быть?
ТЭССИ – ХРАБРАЯ ДЕВОЧКА
И тут Джек узнал своеобразный лай Мордашкина. Неужели это был действительно лисенок? Он с любопытством нагнулся пониже и посветил фонариком внутрь образующего узкий туннель водостока. И тут же испуганно отпрянул. Прямо перед собой он увидел неподвижное белое лицо!
Да ведь это же Тэсси! Она не шевелилась. И только увидев направленный на нее свет, начала извиваться всем телом.
– Тэсси! Как ты здесь очутилась? – в полном изумлении спросил Джек.
Тэсси ничего не ответила. Она продолжала с усилием протискиваться вперед, пока голова и плечи не оказались снаружи. Тут Джек подхватил ее и вытащил из туннеля. Вслед за ней появился несчастный Мордашкин, которого Тэсси тащила за собой на поводке.
Тяжело дыша, девочка без сил опустилась на землю и уронила голову на высоко поднятые колени. Она была явно не способна произнести ни слова. Джек осветил ее фонарем. Она была насквозь мокрой и неописуемо грязной. Лицо, Руки, ноги – все было покрыто толстым слоем грязи.
Увидев, что Тэсси всю трясет от холода и страха, Джек подхватил ее под руки и повел к скале. Там он отыскал безопасное место и подтащил несколько одеял. Джек велел ей снять промокшее платье и с ног до головы завернуться в одеяла. Потом обнял девочку за плечи и плотно прижал к себе, стараясь согреть ее. Кики уселся ей на плечо и потерся клювом о холодную щеку. Постепенно дыхание Тэсси начало выравниваться. Она взглянула на Джека, и по лицу ее пробежала слабая улыбка.
– Где Филипп? – прошептала она.
– С девчонками, – коротко ответил Джек, не желая ей пока всего рассказывать. – Тебе нужно прийти в себя! Посмотри, ты едва дышишь!
Он снова обнял ее и почувствовал, как колотится ее сердце. Бедняжка Тэсси! Почему у нее такой измученный вид?
Как только Тэсси чуть-чуть отогрелась, ей сразу же стало полегче. Она тесно прижалась к мальчику.
– Ужасно есть хочется.
Джек накормил ее печеньем и консервированной лососиной. Она допила остатки персикового сока. Кики покосился на нее и тут же воспроизвел бульканье проглатываемой жидкости.
– Теперь мне получше, – сказала Тэсси. – Что случилось, Джек?
– Ну нет, сначала твоя очередь рассказывать, – возразил мальчик. – Но только говори тихо. Враги – поблизости.
– Враги? – Глаза Тэсси широко раскрылись, она испуганно посмотрела по сторонам. – Злой старик? – прошептала она.
– Да нет! – ответил Джек. – Тэсси, Мордашкин доставил тебе нашу записку?
– Да. Послушай-ка, Джек! Вчера я сбежала От матери и поднялась сюда, чтобы проведать рас. Но доски не оказалось на месте. Куда она подевалась?
– Я тоже не прочь бы это узнать, – мрачно заметил Джек. – Ну и что ты тогда сделала?
– Я возвратилась домой. Я ужасно боялась, что с вами что-то стряслось. А сегодня утром ко мне прибежал Мордашкин, и я увидела ошейник и привязанное к нему письмо.
– А дальше?
– Я не могла его прочитать, – печально продолжала Тэсси. – А кого мне было попросить? Мать была сердита на меня, миссис Меннеринг – в отъезде, а к деревенским мне идти не хотелось. Тогда я решила взять Мордашкина на поводок, чтобы, когда он снова побежит в замок искать Филиппа, отправиться вместе с ним.
– Отличная идея! – одобрительно отозвался Джек.
Тэсси обрадовалась похвале мальчика.
– Я нашла старый собачий поводок, – уже более уверенно заговорила она, – и обмотала им Мордашкина за шею. А потом целый день бегала за ним повсюду. Он ужасно злился на меня и все время пытался перегрызть поводок. А один раз даже чуть меня не укусил.
Джек погладил лисенка, спокойно лежавшего рядом.
– Он просто не знал, как это важно, – сказал он. – Но в конце концов он все-таки привел тебя в замок?